И пусть все сгорит

Третья ночь игр прошла для Хеймитча ужасно. «К чертовой матери»… «Подорвем все к чертовой матери». Именно так говорила и она. Линетти.* Пятнадцатилетняя хохотушка с пронзительными зелеными глазами и волосам цвета ночи. Дочь погибшего шахтера, мечтающая сбежать в Дикие земли. *** За три месяца до второй Квартальной бойни. - Не стоит так волноваться на этот счет, Хеймитч, - девушка взяла шершавую руку парня в свои мягкие ладони, - Никого из нас не выберут. Я не позволю этому случиться. - Где же ты была раньше, когда три года назад, я вписывал свое имя снова и снова в обмен на еду? – Хеймитч зарылся носом в волосы любимой. Ответа не было. Зеленые глаза Линетти были устремлены в густой лес. Где-то, совсем близко к забору пронзительно крикнула сойка-пересмешница, и девушка просвистела короткую мелодию. Птичка подхватила незатейлевый мотив. - Моя сойка, - прошептал парень. Он провел руками по волосам девушки, и, притворяясь, что завязывает уезл, принялся играть с ними. - Грэйем поет лучше… - Послушать Грэйема, так он вообще, должен быть соведущим Цезаря. С таким-то голосом. Кстати, а где он? - Пытается выбить свидание у Эль Линдси. Ее родня не хочет, чтобы единственная дочка связывалсь с отребьем из шлака, но боже мой! Они так быстро ее потеряют. Хеймитч, когда нам всем будет восемнадцать, мы убежим, слышишь? Далеко отсюда. Мы убежим отсюда к чертовой матери. Даже у нее будет более уютно чем здесь! – Линнет бросила камень в сторону забора. - За пределами Диких земель радиоактивная пустошь, Лин, где мы будем жить? - Мы что-нибудь придумаем… Я, твоя семья, мы все убежим. Разделим тяготы поровну. Я не дам Капитолию забрать то, что мне принадлежит по праву! - Еду? Брюнетка осуждающе покосилась на своего парня. - Свободу и… О господи нет, - Линнет обернулась и на ее выражении застыло сочувствие, - Господи, его опять отшили. В сторону парочки шел рослый парень. Из-за серых глаз и темно-каштановых волос в нем сразу виделся типичный житель Шлака. - Мне пора уходить, - Хеймитч быстро вскочил на ноги. - Не стоит, - прошептала Линетти, - К вечеру его отпустит. Ты же знаешь, он очень отходчив и всегда добивается своего. - Грэйем, - Эбернети протянул парню ладонью. - Рад видеть тебя, Хеймитч, - тот широко улыбнулся, будто бы не его прогнали из аптекарской лавки десять минут назад, - Ворковали пока я не пришел? - Ой не надо! Раз нам надо идти, то вперед. Тетя Мод себя хорошо чувствует? Хеймитч, я приду к тебе вечером, нам правда пора. - Я прослежу, чтобы по близости никого не было. Вы можете идти. Он еще долго смотрел на дыру в заборе, через которую вышла Линетти Эмбер и Грэйем Эвердин. Хеймитч соглал. Он не переставал брать тессеры. Даже когда в его жизни появилась неунывающая Линетти с ее названным братом, тессеры все равно были нужны ему и брату. Мать, которая после смерти мужа прикалдывалась к бутылке белого каждый вечер не собиралась возвращаться в реальность. К этому сезону Игр, его имя было вписано сорок четыре раза. *** Тейлор попросила короткий привал. Я не хотела останавливаться, пока мы находились в оранжевой зоне. Но девочка больше не могла терпеть. - Ты можешь помочь ей? – спросил меня Эмори, - Я пока посторожу. - У меня голова кружится, - пролепетала малютка. Я достала две ампулы антирадина. Одну целиком отдала Тейлор. Кто знает, как радиация здесь влияет на растущий организм. Вторую дозу я поделила поровну с Эмори. Хоть он и на год старше Тейлор, но по нему видно, что и не таких условиях побывал. Интересено, раз он потомок аж двух победителей, то высоки его шансы? - Как же тебе повезло со спонсорами, - в очередной раз вдохнул парень, - Хоть бы и мне прислали что-нибудь. - Пока у нас привал, нам надо разобарться с планом, - начала я, - Как мы подорвем запасы профи? - До того, как мы нашли тебя, мы были поблизости от Рога изобилия. Они сложили все свои запасы у него. Рядом с фонтаном. - Там есть фонтан? - Да. И в нем вода. Чистая. Профи только ее и пьют. - Он рабочий? - Нет. Струи не бьют, а вот вода там все еще есть. Мы думаем, дождевая вода безопасна. Так вот… Я хочу активировать мины, но этого недостаточно. Необходимо, чтобы и на фонтан пришелся удар. - Я не совсем тебя понимаю. - Активировать мины – дело десяти секунд. Гораздо сложнее пронести взрывчатку к фонтану. Того, что у меня в запасах хватит, чтобы подорвать Дом Правосудия. Я это к тому… что… - Кто-то из нас должен пронести взрывчатку к фонтану не попавшись на глаза профи? - Да… Изначально… Пока мы не встретили тебя, мы думали устроить костры для отвлечения. Но твоя карта показала, что тут нет вообще никаких деревьев. - Мы можем устроить пустые взрывы, - пришла ко мне в голову идея, - В некоторых частях арены налепим небольшие взрывчатки. Можно же сделать бумажный капсюль? Пока профи бегают и разбираются со проблемой – либо мы с тобой, либо ты с Тейлор подрываете запасы. Как вам такое? Эмори призадумался. Я прям видела, как в его голове крутились колесики, оценивая риск и опасность. - Пустые взрывы могу организовать я. Я бегаю быстрее вас, - предложила я. Раздался еще один выстрел из пушки, Эмори, не дожидаясь команды сразу же кивнул и поднялся. Тейлор, судя по всему отдохнула и мы двинулись к желтой зоне. *** - Если не секрет, - сказала я, - Вы же не просто так набились мне в союзники. Что же сподвигло выйти ко мне? - Одиннадцать баллов, - начал загибать пальцы Эмори, - Твоя дружелюбность, которая испугала профи, и… - Твоя младшая сестра, - перебила парня из Третьего Тейлор. «Нет, Китнисс, нет! Не ходи туда!» - пальцы Прим вцепились в мою юбку, - «Я сама! Я сама пойду к ним!» На моем лице застыло мученическое выражение лица. Шанс, что на бумажке попадется имя Прим – два к пятнадцати, и Эффи вытащила именно ее имя. «Ради Прим», - жестко отчеканила я маме, в ночь перед Жатвой, - «Она не попадет туда.» - Примроуз, да, - прошептала я. - Я всегда хотела побыть младшей сестрой. Интересно, каково это? – Тейлор по-хозяйски засунула руку в рюкзак Эмори и достала скатанный спальный мешок, - Конечно старше всех мама, но это не то. Ты защищаешь ее? - Да, - вздохнула я, - Старшие будут всегда защищать младших. - Мне этого не понять, - вклинился в разговор парень, - Я в семье единственный сын. Ни кузенов никого... - Да уж, - протянула я, - Могу ли я сказать, что твое имя на Жатве – огроооомная удача. - Ну можешь, если ты Цезарь Фликермен! Да уж, это точно вырежут из эфира. Потешаться над капитолийцами мы не имеем права, но в гробу я видела эти правила. Зато я чувствую какую-то власть над ними, сейчас я могу решать, что они пустят в эфир. - А вы знаете, почему игры называются Голодными? – спросила я ребят. Тейлор удивленно вытянула шею, казалось, что сон вышел из ее головы. - У вас это в школе преподают? – осторожно поинтересовалась девочка. - Почти, - уклончиво ответила я, - Ну так, рассказать? - Что тут не знать? – удивился Эмори, - Во Темные времена, повстацы осадили продовольственные пункты, в Капитолии была нехватка еды. Все умирали…. А потом… Потом на Тринадцатый. - Нехватка еды компенсировалась… - я многозначительно провела большим пальцем поперек шеи, - Человеченкой не брезговали. Все не брезговали. От обычных рабочих до железнодорожных магнатов. Но некоторые спасались лиамской фасолью. А кому-то… похлебку из фасоли варила сестра. Особенно, если вся твоя семья внесла активы в Тринадцатый! - Господи, твоя бабушка была такой же ужасной? – рука Эмори застыла у горла, - И все это правда? - Моя бабушка была невероятно хитрой. Победила она отнюдь не за счет силы, она всех обвела вокруг пальца. И соперников, и своего ментора… - Давай спать, - резко перевел тему парнишка, - Предлагаю, поспать тебе с Тейлор, а через пару часов ты меня сменишь. Тейлор пусть спит. Она младше нас, ей нужны силы. Я залезла в спальный мешок к Тейлор, уж от кого я не жду подвоха, так это от нее. Девочка прильнула ко мне, и я крепко ее обняла. Заиграл гимн. - Китнисс, - прошептала она мне на ухо, закрыв рот рукой, чтобы все не попало на камеры, - Завтра, когда мы подорвем запасы профи, Эмори захочет подорвать арену, нас останется восемь. Китнисс, мы скоро вернемся к родным. Если бы. Я, скорее всего, отправлюсь к праотцам. Сегодня только двое. Девушка из Пятого. Мальчик из Десятого. Нас осталось девять. *** Зал Распорядителя Игр. - Сенека, - президент Сноу тыкал в сторону экрана, на котором была изображена ухммыляющаяся Китнисс, - Эта оборванка не должна победить! Завтра, когда она устроит подрыв запасов, убейте ее. Не знаю как! Задушите радиацией, выпустите переродков, сделайте все, но главное, чтобы она была мертва! - Президент Сноу, - Плутарх пыталася вставить слово, - Подождите…. - Плутарх, - рявкнул Крейн, - Эта девчонка подрывает авторитет столицы. Также как и ее бабка… - Чтобы завтра, в живых ее не было! – прошипел Сноу, - Иначе следующие Игры, пройдут под руководстом Хэвенсби! Маленькая дрянь! Откуда она все это знает. И о фасоли, о железнодорожном магнате, о спонсировании военной базы Тринадцатого. Откуда? Какая же она… змея. Да. Змея. Ее бабка была певчей птичкой, способной очаровать любого, чем заставила прогнуться Сноу. Но она… Внучка Люси Грей не была копией бабки. Нет, внучка Люси Грей была еще опаснее. Потому что она все знает. Но все ли? Сноу остановился. До президентского кортежа осталось три шага, безгласый уже открыл дверь и ждал президета, вытянувшись в струнку, но что-то заставило Кориолана изменить свое направление. Развернувшись, он помчался в особый, закрытый кабинет. Кабинет доктора Галл был заперт почти сорок лет. «Ее больше нет.» - вспомнил Кориолан слова Волумнии, после возвразщения Сноу обратно в Капитолий, - «Мы избавились от нее. Никто о ней не вспомнит.» Запись с Десятым сезоном сохранилась в единственном экземпляре. Каждый сезон, что были записаны за годы жизни Первого Распорядителя, аккуратной стопкой сложены в запертом сейфе. Рука Сноу потянулась к носителю, как вдруг президент одернул сам себя. Что он творит? Как он мог заставить эту мерзавку вывести его из себя? Что происходит. Потому что он боится. Возможно он и забыл о Люси Грей, как и вся столица, но не сама Люси. Ядовито-зеленая змея, сойки-пересмешницы, смешливая девчонка Мод Айвори, Тэм Эмбер… Билли Бурый… Сноу казалось, что прямо в ухо ему пропела Люси: «Вам не отнять мою дерзость, Вам не заткнуть мне рот. Поцелуйте меня в зад И отправляйтесь в ад! Ведь что можно отнять у меня, Так грош тому цена!» * Линетти (с англ lenity) - мягкость, милосердие.