Часть 2. Выход из отрицания
19 января 2022 г., 12:25
Мун Джо был абсолютно спокоен и расслаблен. Это защита Чон У. Отрицать очевидное. Продолжать отрицать.
И этот самый мальчишка так и не понял, что был тем единственным, к кому Мун Джо действительно неровно дышал. Сейчас эти сцепленные пальцы на своей шее он воспринимал как…ласку. Такую же своеобразную, каким был он сам всегда.
— Поцелуй или убей. — Сказал блондин. — Сейчас в твоих глазах читается это. И что ты мне предлагаешь? Выбирать? А понравится ли тебе то, что я выберу?
Рука в латексе легла поверх дрогнувшей ладони Чон У и заставила надавить сильнее.
— Так какому из желаний подчинишься сейчас, Лапуля? — блондин прошептал это едва слышно. Но тот, кому было это адресовано, услышал…
Чон У положил свою ладонь поверх руки в перчатке и надавил на нее.
— Даже сейчас держишь меня на грани, нет в тебе совести!
Он кричал на него, все сильнее сжимая горло, заставляя кислороду потерять путь к его телу.
— Да как ты посмел?! Ты же сильнее меня! Черт тебя возьми!
— Скажи это, — говорил властный голос.
— Проклятье! Да что еще?! — он резко оттолкнул Мун Джо от себя.
— Правду. Скажи ее сейчас вслух, — блондин хищно улыбнулся, восстанавливая дыхание.
Чон У рассвирепел и его лицо стало пугающим. Каждый изгиб стал выглядеть очень четко, будто кто-то добавил фильтр резкости.
Чон У пролетел через все разделяющее их расстояние и, схватив за горло, пригвоздил к стене, чуть приподняв над полом. От злости его физические возможности раскрылись сильнее.
— Я скучаю, кретин проклятый.
— Самое трудное признание в твоей жизни, правда?
Мун Джо не делал ни малейшей попытки освободиться. Он ждал…
— Лапуля… — хриплый шёпот из сдавленного горла мог бы показаться сексуальным. С придыханием и прикрытыми глазами. Тело блондина было расслаблено и податливо. Становилось похоже на то, что он решил уступить сегодня роль Охотника. Пусть и ненадолго.
Мун Джо облизал губы. Обычно подчинял он, но сейчас ведь перед ним его Лапуля…
Взгляд блондина из-под пушистых ресниц чуть сверкал в свете аварийного освещения.
— Трудно скрывать правду, когда она отражается даже в глазах… Ещё скажи, что за эти пять лет ни разу не представлял…
Рука на его горле сжалась сильнее, но блондин только лишь улыбнулся.
Чон У зашипел, теперь надавливая на горло обеими руками
— Ты — дьявол!
Он сам не заметил как ослабил хватку и глубоко вздохнул.
— Ничего я не представлял! — все его тело напряглось и он врезал ему по лицу, смотря как у уголка губ появилась трещинка и на ней — небольшая капелька крови.
— Скажи же приятно… — он улыбался, а капелька стала больше, еще больше привлекая внимание, — Отпустить себя…
Чон У убрал от него руки и зарычал.
— Блять! — он был готов въехать головой в стену и уже разогнался для этого…
— Ну же, Лапуля. Ты на правильном пути. Просто скажи, чего хочешь сейчас, раз скучал…
Мун Джо так и стоял у стены, глядя на Чон У. Тот метался, как дикий зверёк в клетке.
— Хочешь убить меня? Убей. Как видишь… Я не сопротивляюсь.
В комнате повисла тишина.
— На кого ты сейчас злишься? На меня? Или на себя? Будь честен с собой.
Блондин почти сполз по стене, усаживаясь на пол и подтягивая к себе колени. В каждом его движении была усталость, но внутри горел огонёк любопытства.
— Закончи мои страдания. — Холодно сказал Чон У. — У тебя было столько возможностей…почему ты не воспользовался ими, пока я не знал… точнее не мог доказать кто ты на самом деле?
Мун Джо молчал, зачесывая волосы назад.
— Ты теперь молчишь еще?!
Он подскочил к нему и схватил за одежду:
— Почему ты теперь замолчал и не исчез как обычно?!
Мужчина приблизил к нему свое лицо, будто давая рассмотреть получше.
— Потому что… ты невнимательно смотришь.
Чон У огляделся. Он сидел в офисе, на полу, рядом с человеком которого знал и при этом видел впервые.
— Я злюсь, что хочу тебя… — прошипел он, смотря в отдающие металлическим блеском глаза, — поцеловать.
Он неумело прислонился к губам собеседника и застыл.
Они тёплые, чуть шероховатые … Блондин задержал дыхание, чтобы не спугнуть, но все же долго не смог терпеть. Тут же Чон У оказался прижат к полу.
— Хочешь? Поцеловать ли только?
У Мун Джо чуть сбилось дыхание и немного отступил куда-то вглубь стальной холодный блеск в глазах.
— Ты — мое искушение. С первого дня, как появился в гошивоне…
Никогда ещё соблазн не был так велик, как сейчас. Руки Чону ещё сжимали его водолазку, почти стягивая. Сглотнув, Мун Джо теперь уже сам поцеловал мужчину, настойчиво проникая в рот, стремясь скорее овладеть… хотя бы языком.
Чон У вздрогнул… и теперь испугался не на шутку. Настолько реалистичными его галлюцинации никогда не были. Ладно прикосновение… но чтобы так…
— Надо и впрямь начать пить таблетки… — он разочарованно отвернулся.
Стало горько. Почему?
— Искушение… — он выдыхал ему в губы…- Проклятье это. У меня жена. Какие нахрен искушения? — он грубо оттолкнул его и сел на пол, восстанавливая дыхание.
— Точно. Сначала выпить. Потом найти гребанные таблетки. Мало того что говорю сам с собой, так еще и поцелуи кажутся.
Молодой мужчина собрал волю в кулак и вышел, бросив все как есть.
Пока он спускался по лестнице, ему неустанно звонил телефон.
— Да иду я, иду.
Мун Джо закурил. Чон У не пытался быть милым. Скорее наоборот. С собеседницей он был максимально отстраненным и отталкивающим.
— Жена? Это еще что такое? — Мун Джо стал перебирать варианты, пока спускался вниз по лестнице, преследуя парня.
Теперь он решил побольше изучить его, чтобы предпринимать шаги дальше.
Он не решил. хочет ли он оставаться галлюцинацией или готов стать реальным для него.
///
Чон У сел в баре за дальний столик и стал напиваться. После пары бутылок взгляд стал расфокусированным и он повалился на стол, прикладываясь на свои сложенные руки. «Что за день? Когда он уже закончится… ?» Так прошло пару часов. Мун Джо наблюдал за ним, сидя неподалеку. Ему было не понятно почему все же Чон У в таком разбитом состоянии… Ведь можно делать что угодно, почему он выбрал именно это? Молодому мужчине звонили бесконечно и он постоянно отклонял вызовы. Вскоре вошел какой-то парнишка и водрузил Чон У на плечо и потащил к выходу, несмотря на его попытки освободиться.///
Проследовав за ними, Мун Джо увидел низенький домик в дешевом районе. На пороге стояла девушка, показавшаяся ему знакомой… Да… точно она. Та самая полицейская. — Прости что напрягла тебя, — девушка сказала это парнишке, что привел ее мужа. — Нельзя в этот день выпускать его из дома. Даже если уволят. Он все время не в себе… — Да не страшно. Не так плохо как в том году, — парнишка втолкнул Чон У в дверь и остался говорить с девушкой. Чон У осел на пол у дверного косяка, видимо, отключившись. — Что с ним? — девушка была обеспокоена. — Что-то орал про какого-то Мун Джо пару раз. И все. — Когда же это закончится наконец. Сегодня уже прошло пять лет, — она устало выдохнула, плотнее запахнув халат. Попрощавшись, она закрыла дверь и втащила мужа в помещение. Мун Джо не заметил, как настало утро. Девушка куда-то ушла, а вот сам Чон У из дома не выходил. Блондин подошёл к дому. Открытая дверь и тишина. Оглянувшись по сторонам, мужчина прошёл дальше. Каким-то чудом оказался на кухне. — Какого….? — услышал Мун Джо за спиной и медленно повернулся. — Мы вчера не договорили. Но ты, видно, хочешь, чтобы я оставался призраком, а ты изображал из себя жертву…которой не было. Голос бывшего доктора Со был леденящий, пробирал до панической дрожи. — Вчера ты был более искренним. Но запомни, Лапуля, алкоголь не решит твоих проблем, которые здесь, — Мун Джо коснулся пальцем лба стоящего напротив взлохмаченного мужчины, — и здесь, — он указал на область сердца, но дотрагиваться не стал. — Потом будет стыдно за сделанное… Мун Джо отступил на пару шагов, обошёл замершего Чон У и пошёл к выходу. В дверях остановился. — Я больше не приду, — сказал блондин, не поворачиваясь. — Но если захочешь, ты найдёшь меня сам. Чон У испуганно схватил его за рукав, затем прижал к стене. — Ты не уйдешь… Не сейчас. — он прорычал это, чувствуя как накрывает паника. Только ее причины он понять не мог. Грудь сдавило и захотелось перестать дышать… Он смотрел знакомому незнакомцу в глаза и шептал: — Даже, если буду всю жизнь себя ненавидеть за это, я поддамся на секунду. Он впился в губы Мун Джо и обхватил руками за шею… это было что-то среднее между объятьями и попыткой удушения. С каждой секундой его пальцы даже гладили кожу, заставляя его самого же и застонать прямо в губы. Чон У медленно отстранился, отвел в сторону мутный взгляд из-за стоявших слез. — Галлюцинация или нет, не смей больше оставлять меня, черт возьми! — Лапуля, — неожиданно Мун Джо коснулся кончиками пальцев его щеки. — Я не галлюцинация. Я действительно с тобой. И если просишь — я не уйду. Блондин поднял руку и зачесал пальцами на сторону растрепанные волосы Чон У. Потом снова коснулся щеки и надавил на подбородок, вынуждая поднять голову. — Передо мной можешь не стыдиться слёз. Для меня ты все равно лучший шедевр… Казалось, Чон У не успокоили эти слова, а даже наоборот опечалили сильнее. Мун Джо прижал его так сильно, что тот едва мог дышать. И Чон У вцепился в него так, будто действительно Мун Джо мог снова исчезнуть. Через водолазку блондин чувствовал горячие руки. Он только сейчас обратил внимание, что бывший жилец гошивона одет в халат. Левая рука сама нашла пояс и потянула, а когда Чон У резко поднял голову, его ждал поцелуй. Властный, с привкусом мяты и табака, заставляющий забыть обо всём. Как и прохладные ладони, что достаточно быстро стянули с его плеч халат. Чон У уже прижали к стене, а Мун Джо, держа его руки одной своей над головой, целовал шею, а другой оказался у края домашних штанов. Мун Джо и сам не понимал, что творит, настолько пелена неутоленного, ещё тогда, пять долгих лет назад, желания, застила глаза. Чон У ощущал жар, что дарило его собственное тело и то, что происходило с ним от такого воздействия со стороны мужчины. Сейчас ломалось его представление о реальности… просто тем, что Мун Джо существует! На грани безумия, Чон У ощущает, что он буквально разрывается от противоречий… Страстные губы его завораживают, а сильные руки показывают то, как желанно его тело другим человеком… тем, кого он бы никогда не смог забыть. Какие же серые и однообразные люди вокруг. Их он не мог запомнить. Только этот светлый лик и полуулыбка заставляли его чувствовать вкус к жизни… Жизни? Он внезапно захотел жить? С чего бы это? …Его руки в замке из пальцев над головой, а другая рука уже опустилась на промежность и то, что она чувствует — как пульсация его тела смело отдает свои сигналы в ладонь Мун Джо, который так предусмотрительно и неторопливо поглаживает его. Искусанные губы уже болят, а он все запрещает себе стонать. Это странно, когда стоны хочет в тебе вызывать мужчина… Но он такой красивый…почему он тратил время и не мог поддаться ему раньше…? Чон У задает себе все больше вопросов. — Лапуля, иди ко мне… Я хочу твой поцелуй. Он говорит мягко, но Чон У чувствует, что это не просьба, а требование. Мужчина сам подается навстречу, медленно приоткрывая рот и стремясь остановить внутреннюю дрожь… Мун Джо терпеливо отвечает ему, даже немного заботливо гладит пальцами его запястье. Ему так хорошо сейчас видеть, как Чон У искренен с ним. — Тебе так неприятно, что ты не хочешь мне дать услышать твой стон? Мун Джо усмехается и начинает проявлять слегка больше усилий… — Мун …Джоо…я-я-а… Он задыхается, но все равно контролирует себя. — Что же мне сделать с тобой, Лапуля? Чон У не отвечает, но прикрывает глаза. Накрывая его губы своими, в какой-то момент Мун Джо прижимается к нему всем телом. Этот обмен теплом, эта близость и неприкрытое желание сводят Чон У с ума. Он стонет в губы блондина, а тот отстраняется с хищной улыбкой… И вот уже Чон У чувствует его прохладную ладонь, что приспускает с него штаны, освобождая плоть. Мун Джо с улыбкой смотрит на пульсацию и дрожь, потом медленно дотрагивается и плавно проводит от головки к основанию. Чон У больше не в силах сдерживать стоны. Никогда ещё прикосновения другого человека не вызывали столько желания. — Приятно, Лапуля? — шепчет блондин, наклонившись к его уху одновременно с ласками рукой. — Даааааа, — дрожащим голосом говорит Чон У, ещё не до конца поверив, что всё происходящее не галлюцинация. — Но я хочу…. — И чего же? — Мун Джо двигает ладонью быстрее, от чего стоны становятся чаще, а дыхание более прерывистым. И какое-то время это единственные звуки, что слышны в комнате. — Тебя-я-а-а— наконец произносит Чон У. Мун Джо увлекает его в соседнюю комнату на диван, садится сам, спускает штаны на мужчине до щиколоток и заставляет снять. — Иди ко мне, Лапуля, — почти ласково говорит блондин и усаживает его сверху на себя, возвращаясь к ласкам. Он покрывает влажными поцелуями шею, ключицы, плечи, одновременно лаская рукой внизу. Осмелевший и почувствовавший свободу действий, Чон У запускает руки ему в волосы, потом переходит на шею и тут же чувствует укус ниже уха, который приводит его к яркому финалу, а сам Мун Джо не прекращает целовать его, вернувшись к губам.
