Игра с химерами

– Всё, приехали. Вот так новости. Зашла домой, называется. Но так оно и есть. Кетцаль неподвижен. Только изредка город скрипит и шевелится из-за его могучего дыхания. Выйдя наружу, я понимаю, в чём дело. Мы подошли к Сумеречному морю – огромному внутреннему океану мира сновидений. Мне ещё ни разу не приходилось его видеть, но эти водные просторы обитали где-то на границе сознания нашей с Голем матери. Она охотилась здесь, когда была ещё очень молоденьким дримером. – Что будешь делать? – вопрошает Тварь Углов, принюхиваясь и поднимая переднюю лапу на манер охотничьей собаки. – Пойдём вдоль берега, пока не найдём хорошее место, – я отдаю команду кетцалю, и он со скрипом повинуется. – У воды? Ты хочешь жить у воды? У, бр-р! После такой реакции моё желание обосноваться здесь возрастает вдвое, если не втрое. Подходящая бухточка находится на удивление быстро. Она похожа на след, прогрызенный гусеницей, которая потом изволила свернуться в новом убежище слегка неровным клубком. Наконец-то всё это закончится. Путешествовать на кетцале сказочно круто, но от управления этой махиной меня не покидают головные боли, вспыхивающие в висках словно заряды взрывной карамели. Так что теперь мы осторожно паркуемся на новом месте, и огромная зверюга зарывает лапищи в песок цвета белого золота. – Большое тебе спасибо. А теперь спи, – я глажу сероватое веко кетцаля, которое медленно опускается на древние глаза. А потом стираю цепь заклинаний. Старичку пора отдыхать. Очень надеюсь, что мне больше не придётся его тревожить. Первой наружу вылетает Голем – её внутренний ребёнок уже истомился от скуки. Я тоже чувствую прилив энергии, но, к сожалению, мне нужно потратить её на осмотр города. Так что я превращаюсь в коршуна и устраиваю тщательный осмотр места, в котором живу. На первый взгляд, всё в порядке. Кое-где потрескался асфальт да перекосило пару зданий – это я переживу. За Шпиль и волноваться нечего, он крепкий. К слову, у переезда наметился значительный плюс – мой домик у моря теперь действительно у моря. Надо же, как сложилось-то. Не помешает построить красивый причал, чтобы вечерами любоваться водной гладью. Мои размеренно текущие мысли прерывает вкатившаяся Голем. – Что там у тебя? «Гнорри!» – раздаётся её восторженный вопль. Я улыбаюсь. Выходит, у нас будут соседи. Эти диковинные создания живут в вирте с незапамятных времён и славятся причудливыми дворцами, которые строят на склонах подводных гор. Но вообще бухточка для них мелковата. Скорее всего, просто заплыли узнать, что да как. Пока я строю причал, то тут, то там из воды высовываются их косматые головы. Потом, поняв, что воевать я с ними не намерена, картель рыбаков дружно отправляется на свою охоту. Судя по всему, наше присутствие их если и не устраивает, то точно не тревожит. Я в последний раз поглаживаю тёмные доски и иду гулять. Залив тихий, вода недвижима, словно панакота в креманке. «Пусть скорее грянет буря» не прокатит. – Куда собралась? Давненько я не закатывала глаза. – За вдохновением, – отвечаю я Твари Углов. Вздумал в мою няньку играть. – А еда? Нет, ошибочка вышла. Не вздумал. – Я ещё придумываю конец. Изволь потерпеть – и ты получишь то, что хочешь. – Ага, вот так вот, – он протяжно фыркает, – Не всё так просто. Спина начинает безудержно чесаться. И без его ехидства тяжело превращаться в буревестника, а теперь я и вовсе зависла на середине процесса с ноющими почками перьев на хребте и лопатках. – Ну? – я притоптываю на месте от нетерпения. – Хочу про море, – заявляет он капризным голосом. – А ты у нас, часом, не был голоден и тебе не всё равно, что съесть? – язвительно интересуюсь я. – Голем на ужин тоже подойдёт. – Жалкий манипулятор, – бормочу я, но всё равно хочу выполнить задание, – Я быстро. И вот я стремительно несусь вглубь Сумеречного моря и мечтаю потягаться со штормом. Это запросто, если намерение крепко – и вот я уже уворачиваюсь от горбатых волн с явно плотоядными намерениями. Идея приходит ко мне, когда я едва не захлёбываюсь от могучего вала – и я стремительно набираю высоту, упрашивая воду успокоиться. Я с удобством располагаюсь на берегу и ваяю новое дитя из песка и соли, замешанной на кристально-чистых водах, неподвластных ни одному смертному. Так что Тварь Углов лишь понимающе усмехается, прочтя название. Рассказ получает имя…