Осязание

Кагами уже и не знал, кому можно доверять, а кто нагло запудривает ему мозги, пользуясь его замешательством. Да, он понимал, что люди довольно часто безоговорочно верят экспертизам, как точному доказательству — собственно, он и сам сначала только к ней и прислушивался — но ведь есть вероятность ошибки или еще какой-нибудь другой фактор, влияющий на конечный результат... Ведь иначе зачем Луизе так упорно настаивать на том, что она совершенно не виновна, даже если все, так называемые, улики против нее? Это было бы глупо и не имело смысла, если бы Эванс в действительности раньше что-то употребляла. Тогда кому верить, черт подери?! Фактам или словам той, с которой Тайга знаком уже месяц и, признаться, даже смог к ней привязаться? Выбор, по правде говоря, не из самых легких. — И если для тебя слова других важнее моих, и ты все еще хочешь выявить настоящую правду, то можешь разузнать ее у Саки Овады, которая все еще учится в Шибудо. Она-то уж точно сможет утолить твое любопытство. Вот оно. Только Кагами, по правде говоря, не был с точностью уверен в том, что эта самая Саки не наврет, да и вообще захочет ему что-либо рассказывать, но других вариантов, как таковых, не было и не предвиделось, а правду все-таки узнать хотелось. В конце концов, попытка — не пытка, авось все наконец встанет на свои места. Это лучше, чем метаться между двумя неопределенностями,­ так и не сумев разобраться в ситуации. "— Вот зараза, эта школа находится у черта на куличиках. Я и не удивлюсь, если у них учебный день уже закончился, и все разбрелись по домам", — недовольно ворчал про себя Кагами, быстро шагая в сторону высившегося над бетонным ограждением зданию, довольно солидного вида. Да уж, хоть Тайга до этого момента практически ничего и не слышал о Шибудо, но, судя по всему, школа явно была с каким-то уклоном, потому что внешне общеобразовательное­ учреждение она напоминала не так уж сильно. И теперь перед Тайгой стоял более важный вопрос: как ему в этом огромном здании найти ту самую Саки? К тому же, он ее ни разу в жизни не видел и знает только ее имя. Да с такими "обширными" данными можно весь день потратить на поиски, и то не факт, что они окажутся удачными. "— Значит, лучше у кого-нибудь спрошу. Может, времени не так много потеряю", — в результате пары минут тщательного размышления заключил Кагами, пытаясь выловить взглядом человека, к которому можно было бы обратиться. Вот как раз по направлению к нему медленно шла невысокая девушка с каштановыми волосами, уложенными под каре, и с немного опущенным взглядом. Она явно никуда не торопилась, а посему Кагами решил, что именно ее он и спросит. — Привет. Слушай, я тут ищу кое-кого. Не подскажешь, где можно найти Саки Оваду? — тут же одернул Тайга незнакомку, встав прямо перед ней и тем самым преградив ей путь. Ну, чтоб наверняка. — А... Ну... Вообще-то, это я, — после пары секунд молчания наконец очнулась девушка, немного удивленная тем, что ее так внезапно отвлек совершенно неизвестный ей парень. — Чем могу помочь? — Я хочу узнать, что случилось год назад в баскетбольном клубе, и как это оказалось связано с Луизой Эванс, — Кагами решил не медлить и сразу перейти к делу, раз уж ему так посчастливилось сразу наткнуться на нужного человека. Удача сегодня явно была на его стороне. Выслушав довольно неожиданную просьбу, Овада резко нахмурилась, словно ее заставили разом съесть целый лимон. По ее выражению лица стало понятно, что данная тема ей — как бы правильнее сказать-то? — не очень приятна. Тайге показалось, что Саки сейчас нецензурно выразится, топнет ногой и уйдет, ничего так и не рассказав. И только Кагами открыл рот, чтобы добавить еще кое-что для большей убедительности, как Овада внезапно развернулась и жестом приказала следовать за ней, добавив: — Пойдем. По дороге все расскажу. Тайга немного помедлил, ожидая не совсем такой реакции, но отказываться в его ситуации было бы полнейшей глупостью. В конце концов, не просто так же он приперся в такую даль. Поэтому ему ничего не оставалось, кроме как нагнать новую знакомую и безмолвно шествовать по правую руку от нее, ожидая, так называемых, первых аккордов. Самому заводить беседу не очень хотелось. — Ты, как я понимаю, знакомый Лу? Иначе бы не пришел расспрашивать меня. — Ну, можно и так сказать, — с какой-то толикой недовольства ответил Кагами, изначально предполагая, что вопросы будет задавать он, а не наоборот. — И ты тоже повелся на заключение экспертизы? Хотя, по правде говоря, в нее верят все, без исключения. Верили, верят и будут верить, потому что для людей более значимы доказательства, предоставляемые наукой, чем слова одного-единственног­о человека. Да и ты, судя по всему, тоже сначала был отнюдь не на стороне Лу. Я угадала? — Овада как-то грустно улыбнулась, посмотрев исподлобья на немало удивленного Тайгу. — Прямо... в точку. Только откуда ты это знаешь? — Не ты первый, не ты последний, — отмахнулась она, остановившись возле автомата с газировкой. — Порой мне кажется, что всю правду знают только три человека. Я, Лу и та, кто во всем виновата, — Саки, не раздумывая, нажала на один из значков и забрала вывалившуюся банку. — А по подробнее как-нибудь нельзя? — нахмурился Кагами, присаживаясь на близстоящую скамейку и с легким раздражением смотря на садящуюся рядом Оваду. — Тебе не терпится, как я посмотрю, — говорившая как-то снисходительно улыбнулась, будто прекрасно понимала чувства Тайги, которому становилось все интереснее с каждой секундой этого разговора. Постепенно он осознавал, что в этой истории не так все просто, как может показаться на первый взгляд, и докопаться до истины теперь стало чем-то вроде дела принципа. — Тогда слушай... — Что?! Как ты могла?! Это... Это просто невообразимо! — во весь голос кричала Саки, уже практически впадая в истерику. В голове просто-напросто не укладывалась только что полученная информация. Как такое вообще возможно? — Не разводи тут сопли. Я предупреждала Луизу, чтобы больше не выделывалась. Она меня послушала? Нет. Так что и жалеть ее по этому поводу не надо, — совершенно невозмутимо отреагировала Охико на все летящие в ее адрес обвинения и проклятия. — В конце концов, сделанное не отменить. Смирись, как это сделала слепая девчонка. — Что ты несешь?! Послушай себя! Ты подставила ни в чем неповинного человека, подговорила родителей изменить результаты экспертизы, и именно из-за тебя Лу вышвырнули из клуба и школы! И ты предлагаешь мне смириться?! — Овада никогда не была в такой ярости. Ни разу в жизни. Просто сейчас она понимала, что человек, которого она всегда считала другом, пусть и со сложным характером, оказался обычной сволочью, чего и врагу не пожелаешь. Хотелось выдрать все волосы Охико за недавний поступок, несмотря даже на свой дружелюбный характер и правила школы. Потому что было невыносимо обидно не столько за себя, сколько за обвиненную Луизу. — А что ты сделаешь? Думаешь, тебе поверят? Пф, не смеши меня! У тебя нет абсолютно никаких доказательств. Все твои попытки доказать невиновность Эванс будут заранее обречены на провал. Просто не стой у меня на пути. — Да уж, такую стерву, конечно, еще поискать надо было, — усмехнулась Саки, отпивая вишневую газировку. — Подожди-подожди, — тряхнул головой Кагами, переваривая ту короткую информацию, что ему только что была так любезно предоставлена. — То есть, Лу подставила эта самая Охико? Только теперь я не понимаю две вещи: как и зачем? — Ну, семья Икидэ была в то время довольно известной в плане баскетбола. Насколько я сама поняла, для них бы не стало проблемой подтасовать результаты экспертизы. Я и не удивлюсь, если у них были свои люди в медицинской сфере. А вот по поводу "зачем", я не могу сказать точно. По крайне мере, до Лу атакующим защитником была сестра Охико. Может, из-за этого, а может еще из-за чего... Да и мне откровенно плевать на это. До сих пор иногда перед глазами всплывают картины того дня. Помню, что тогда я впервые видела, как Луи плачет. Беззвучно, даже не всхлипывая. А потом Лу натянуто улыбнулась, больно так, с толикой безысходности, будто ее жизнь прервалась в этот момент, и обратилась ко мне со словами: "Баскетбол — жестокий спорт. Он не терпит слабаков в своих рядах. Моих сил было недостаточно, чтобы удержаться на плаву, и я медленно пошла ко дну, захлебываясь с каждой игрой. Сегодня я коснулась дна, выстланного не мягким песком, а впивающимися в кожу камнями. И я уже не выплыву: спасателей поблизости нет, да и водоросли успели обвить ноги. Это конец. Я сдаюсь". Не знаю почему, но я запомнила ее фразу дословно и теперь вспоминаю практически каждый раз, как только вижу играющих в баскетбол ребят. Этот же день был последним, когда мы виделись с Луизой. Я пыталась ее найти, но она будто бы растворилась: сменила номер телефона и даже переехала. Сразу после этого случая с Охико я покинула команду, не желая стать следующей жертвой этой гадины. Слушай, и… Раз ты так расспрашиваешь о Лу, может, ты знаешь, где она сейчас? — Саки мило улыбнулась, ловким движением забросив опустевшую банку в рядом стоящую мусорку. — Я так давно ее не видела... — Да, знаю, — опустив голову, непривычно тихо произнес Тайга, сжав ладони в кулаки. Теперь все встало на свои места, мозаика была полностью собрана, а целостная картина оказалась совершенно не такой, какой ее себе представлял Кагами. Получается, что он просто-напросто обидел Эванс, не прислушался к ее словам и повел себя, как последний дурак. Придурок. Идиот. Других подходящих слов не находилось.