Я по тебе скучала

Ночь. Волшебная ночь. Печальная ночь. Сумасшедшая, таинственная и безумная. После неё наступает другая ночь. И кажется, она никогда не закончится. На самом же деле иногда ночь кончается слишком быстро. А это мои подруги. Ну и классные они у меня! Неутомимые, как Ондэ. Ни на минуту не затихают. Самое страшное, что случается,- это кто-нибудь из нас всерьёз влюбляется. - Эй, меня подождите! Ники осматривает подружек с ног до головы. Они остановились на улице Джоуки Истмичи. Их крошечная aixam припаркована к обочине, стёкла опущены , музыка- на полную громкость, а сами они изображают дефиле мод. - Ну, давай, давай! Олли как заведённая ходит взад-вперёд по тротуару. Музыка включена на полную мощь, на Олли- солнечные очки по последней моде. Ни дать ни взять Пэрис Хилтон. Где-то вдали лает собака. А вот идёт Эрика, наш главный заводила. Она достаёт четыре бутылки "короны", представляет крышки к краю ограды и, резко ударив по ним, открывает одну за другой. Вынимает из рюкзака лимон и разрезает на дольки. -Эй, Эрика, а если тебя засекут с этим ножом? Он как, не больше четырех пальцев? Никки, смеясь, помогает подруге. Она кидает по ломтику лимона в каждую бутылку пива, и- дзинь!- они громко чокаются, высоко подняв руки. И улыбаются друг другу и, мечтательно прикрыв глаза, пьют своё пиво. Ники допивает первая. Глубокий вздох, и вот она снова в форме. Классные у меня подруги; она вытирает рот. Здорово, когда есть на кого положиться. Она слизывает последнюю каплю пива. -Девочки, вы просто супер... А знаете что? Мне хочется любви. -скажи лучше-тебе хочется трахаться. -какая же ты пошлая, -вступается Дилетта,-она сказала, что хочет любви. -Да, любви,- повторяет Ники,-тайны, волшебства; тебе этого не понять... Олли пожимает плечами. Да, думает Ники. Я хочу любви. Но мне всего лишь семнадцать, в мае будет восемнадцать. Время ещё есть... - Подождите, подождите, теперь я выступаю, эй... И Ники грациозно скользит по тротуару- по этой импровизированной ковровой дорожке, а подруги, свистя и хохоча, веселятся, глядя на эту удивительную, великолепную пантеру, которая пока ещё ни на кого не спикировала. *** -любовь моя, ты дома? Извини, что не предупредил... Александро входит и осматривается. Он пришёл специально, чтобы увидеть её, но в тоже время боясь застать её не одну. Слишком давно они не занимались любовью. А когда нет секса, часто это означает одно: появился кто-то третий. Александро обошёл весь дом: никого; более того, пропали кое-какие вещи. Господи, неужели воры? На столике записка. Её почерк. „Алекс. Я тебе в холодильнике оставила немного еды. Звонила в офис, хотела предупредить, но мне сказали, что ты уже ушёл. Может, ты хотел застукать меня. Нет, к сожалению, застукать меня не с чем. Я ушла. Ушла, и всё тут. Прошу тебя, не ищи меня, по крайней мере первое время. Спасибо. Уважай мои решения, как я всегда уважала твои. Елена.“ Нет, Александро кладёт записку обратно на стол, никаких воров не было. Это она. Это она украла мою жизнь, моё сердце. Это она-то говорит, что всегда уважала мои решения. Да какие там решения? Он проходит из комнаты, в комнату. Шкафы пусты. Какие решения? Даже в квартире я по-настоящему никогда не был хозяином. Александро замечает мигающий автоответчик. Может, передумала? Решила вернуться? Полный надежды нажимает на кнопку. ” Привет, как ты? Давно тебя не слышно... Так не годится. Почему бы вам с Еленой как-нибудь вечерком не зайти, не поужинать с нами? Мы были бы очень рады! Позвони мне, как сможешь, пока!„ Александро стирает сообщение. Я бы тоже был рад, очень рад, мама. Но, боюсь, теперь придётся ходить к тебе на ужин одному. А ты будешь выспрашивать у меня: ну когда же вы с Еленой поженитесь. Чего вы ждёте? Смотри, как здорово,- у твоих сестёр уже детки. А ты, когда подаришь нам внуков? А я даже не знаю, что ответить. Наверное, не решусь сознаться, что Елена ушла. И что-нибудь совру. Врать маме. Это, понятно, очень плохо. К тому же когда тебе 36, в июне будет 37... Действительно, очень плохо, что тут скажешь... *** Часом раньше. Степано Маскани аккуратен почти во всём. Но только не со своей машиной. Audi 4 Station Wagon, набирая скорость, входит в поворот в конце улицы гольф и въезжает на Джуоки Истмичи. На заднем стекле красуется сделанная кем-то надпись:„ Помой меня,у слона задница и то чище„. А на боковом стекле:” нет, лучше не мой меня. Я обрасту мхом, и ты положишь его в рождественские ясли„. Остальной кузов настолько запылён, что лишь кое-где проблёсткивает серебристый металл. С задней полки сползла папка, набитая бумагами, пластиковая бутылка упала и закатилась под переднее сиденье и теперь находится в опасной близостью к сцеплению. Обёртки от карамелек высовываются из пепельницы и сияют всеми цветами радуги. Не очень-то романтично. Вдруг в багажнике раздаётся глухой звук. Чёрт, упал, Так я и знал. Вот блин. Не могу же я ехать к ней в такой машине. Карлотта сразу вызовет дезинфекторов и больше не захочет иметь со мной дело. Некоторые люди утверждают, что машина-зеркало её владельца. Как собака. Стефано подъезжает к мусорным бакам и включает мотор. Быстро выходит из машины. Открывает багажник. Его ноутбук почему-то перевёрнут: наверное, на повороте выскочил из открывшейся сумки. Он вынимает его, осматривае со всех сторон: кажется, цел. Только болтик на мониторе немного ослаблен. Ладно, всё не так страшно. Он кладёт его в сумку. И снова садиться за руль. Оглядывает салон. Кривит рот: из заднего кармана соседнего сиденья торчит огромный полупустой мешок из супермаркета с остатками провизии, купленной в субботу. Стефано вытаскивает его и быстро бросает туда всё, что попадётся ему под руки. Набивает мешок доверху. Потом выходит, снова открывает багажник, вынимает ноутбук и ставит его у мусорного бака. Убедившись, что он не качается, принимается доставать из багажника ненужные, давно забытые там вещи. Старый мешок, чехол для дисков, три банки из-под пива, сломанный зонт, пустая обувная коробка, свалившийся шарф. Набив мешок, идёт к бакам. Разумеется, надо выбрать подходящий... Стекло, пластик, бумага, утильсырье. Ну и ну. Какие они правильные тут. И куда всё это бросить? У меня здесь всё перемешано. Так. Вот тот серый, похоже, то, что надо. Стефано подходит и нажимает ногой на педаль. Крышка резко открывается. Ящик набит под завязку. Стефано пожимает плечами, закрывает его и ставит мешок на землю. Садится в машину. Снова оглядывается по сторонам. Вот так-то лучше. Хотя нет, надо бы ещё на мойку заехать. Он смотрит на часы: нет-нет, слишком поздно, Карлотта уже ждёт. А на первое свидание опаздывать нельзя. Стефано закрывает багажник, снова садиться за руль и заводит мотор. Вставляет диск. Рахманинов, третий концерт для фортепиано с оркестром. Отлично. Теперь всё прекрасно. Когда Карлотта увидит, что я слушаю третий концерт Рахманинова, она выпадет в осадок.Сцепление. первая скорость. Газ. Он трогается с места. Классная ночь. И машину он водит тоже классно. Двухцветный кот с любопытством выглядывает из кустов. Дождавшись, когда машина скроется из виду, одним точным прыжком он оказывается у мусорных бачков и, мягко ступая, неторопливо начинает их исследовать. Что-то привлекает его внимание. Он подходит ближе. И, потераясь боком о край контейнера, принюхивается. Он уже несколько раз обошёл ноутбук и один раз даже разцарапал ухо о его край. Вот уж действительно какой-то странный мусор. *** Из колонок маленькой Aixam несётся музыка. - а теперь Наоми! -Сейчас я вам покажу!...-Ники улыбается, Дилетта отпивает глаток пива. -слушай, тебе и в прям надо было бы пойти в модели. -ещё годик, и она раз толстеет... -Олли, ну что ты всё под начиваешь... Тебе не в кайф, что у меня так классно получается? Да ладно тебе, мы же знаем, что всё равно лучше всех это, как её?... - Алекс Джонсон. - ух ты, да у нас сегодня просто классное дефиле получилось! Смотрите, я тоже иду...- И Олли вышагивает по тротуару, поставя руку на правый бок, останавливается, чуть согнув ногу и уставившись прямо перед собой. Потом разворачивается, быстрым движением отбрасывает назад волосы и идёт обратно. -ой, ты прям профи!-девчонки хлопают в ладоши. -модель номер четыре, Олимпия Крочетти! И они начинают петь песню Алекс Джонсон, кто лучше, кто хуже, кто-то действительно знает слова, кто-то просто подпевает. Они допивают пиво. -Валентина, Армани, дольче-и-габана, всё, пока закончен. Если хотите дать мне заказы, вы знаете, где меня найти!- Олли раскланивается перед всеми Ондэ.- слушайте, мне тут надоело, давайте куда-нибудь в двинем! -поехали в Эур ну или там, не знаю, в «Аляску». Да, да, давайте что-нибудь замутим! -да мы уже и так замутили! Нет, девчонки, мне надо домой. Завтра у меня опрос: не подготовлюсь - мне крышка. Мне нужно на пятёрку с половиной вытянуть. -ну что ты за зануда! Мы же не допоздна! И потом, ты же можешь завтра пораньше встать и всё быстро повторить, ведь так? -нет, мне нужно поспать, я уже три вечера и за вас поздно прихожу, а я ведь не железная! -вот именно, тебя ткнёшь-и ты развалишься! Ну ладно, иди куда хочешь, а мы поедем. Завтра увидимся! И вот они расходятся: кто куда. Три подруги отправляются навстречу приключениям, четвёртая-домой. На тротуаре так и остались стоять четыре бутылки, пустые, как ракушки, выброшенные на пляж превалом. Смотрите-ка, какой после себя бардак оставили... Ну ладно, я тоже что-то разворчалась... И она собирает бутылки. Оглядывается. Невдалеке, освещённые фонарями выстроились в ряд мусорные бочки. Хотя бы есть зелёный для стекла. Да уж, народ пошёл... Никакого порядка. Посмотрите как, сколько полиэтиленовых мешков разбросано... Неужели так трудно разделять мусор? Неужели непонятно: будущее планеты в наших руках? Она бросает бутылки в круглое отверстие бочка. А пробки? Куда, интересно, их надо бросать? Они то не стеклянные... Может, туда же, куда и жестянки? Вообще-то могли бы повесить табличку сверху. С красивыми рисунками. Так, пробки сюда. Она закрывает крышку ядовита от смеха. Какая там у американского комика шутка была? Ах да... «пап, там мусорщик пришёл!»- «Скажи ему, что нам ничего не нужно!» Точным броском она кидает ещё и конверт, выпавший из контейнера. И тут видит его. Медленно подходит ближе. Не может быть. Именно то, что мне нужно. Вот что значит любить порядок. Немного позже. Ночь. Резко тормозит машина. Из неё выскакивает водитель и смотрит по сторонам. Он похож на героя вестерна. Разве что только стрелять ему не придётся. Он внимательно осматривает землю рядом с баком. Заглядывает сзади, сверху, снизу, осматривает сантиметр за сантиметром. Нет. Его больше нет.«не может быть. не может быть. Здесь никто никогда не убирает, никому нет дела до мусора, он валяется здесь веками. И надо же, именно сегодня сюда занесло какого-то грёбаного чистюлю. Да ещё и Карлотта дала от ворот поворот: она, видите ли, уже влюблена. в другого...» Но Стефано Москани ещё не знает, что благодаря своей потере однажды он станет самым счастливым на свете