Частный инквизитор

Через парк идут к часовне епископ Стэмфорд и дьякон Ватсон. Стэмфорд: Но предупреждаю вас, брат Иоанн, сослужить ему трудно, очень. Я бы сказал даже, невыносимо. Ватсон: То есть? Стэмфорд: Он суеверен. Постоянно сбегает со всенощной. Не соблюдает пост. Ватсон: Отлично. Я тоже не очень благочестив. Подходят ко дверям часовни. Стэмфорд: Ну что, не передумали? Ватсон: На всё воля Господня. Двери открывает миссис Хадсон - бабушка, продающая свечки. Стэмфорд: Иерей Шерлок в храме? Хадсон: Проходите, он в трапезной. Входят. Холмс вылезает с дымящейся колбой из-за перегонного куба невесть зачем установленной в часовне алхимической лаборатории. Холмс: Нашёл. Стэмфорд: Что именно? Холмс: Формулу. Я нашёл реактив, который осаждается философским камнем и ничем другим. Стэмфорд: Но, позвольте представить – дьякон Иоанн, священник Шерлок. Холмс: Давно с Востока? Ватсон: Недавно, но как вы узнали? Холмс: Пустяки. Скажите, брат Иоанн, вы понимаете всю важность моего открытия? Ватсон: Да, как фокус это интересно, но какое практическое применение? Холмс: Господи! Именно практическое. Вы просто не понимаете, какие возможности это открывает для инквизитория. Дайте монету! Стэмфорд: О, нет! Холмс достаёт медную монету из своей мошны и касается ей фиолетового камушка, превращая в золотую. Холмс: Всего одно лёгкое прикосновение... Видите, монета кажется как есть золотой. Разница в стоимости ничтожная - всего один к миллиону. Теперь... Холмс капает на монету составом, и она вновь становится медной. Холмс: Ну, что вы скажете? А теперь - представьте. Молодой человек, учащийся в Оксфорде, начинает ни с того ни с сего сорить деньгами. Что это: богатое наследство? Алхимия? Найденный клад? Выигрыш? Ни один эксперт не берётся ответить. А с помощью моего реактива это можно сделать всего за одну минуту. Ватсон: Да, действительно. Беру свои слова назад. Стэмфорд: Всё это очень интересно, Шерлок, но я привёл к вам брата Иоанна по другому делу. Вы говорили, что вы распустили свой церковный хор. Холмс: Да, дороговато. Стэмфорд: Ну вот, а брат, как вы догадались, только что с востока, и ищет приход, но не строгого чина. Холмс: Я думаю, вдвоём мы справимся. Стэмфорд: Да, и если вам по-прежнему нужен компаньон, то... Холмс: Если это подойдёт брату Иоанну... Холмс забирается на хоры. Холмс: Здесь две отдельные кельи, но трапезная общая. Ватсон показывает на алхимическую аппаратуру. Ватсон: Но эту ересь вы, конечно, уберёте. Холмс: Ы?.. Ватсон: Ну, что же, здесь очень славно, меня всё устраивает, так что я могу приступить к службам завтра. Стэмфорд: Ну, вот и прекрасно, м? Холмс: Я понимаю вас, брат Иоанн. Вы познакомились с миссис Хадсон – симпатичная старушка, и не суёт нос в чужие дела, но я совсем другое дело. Во-первых, я пью вино. Ватсон: И вино веселит сердце человека, как пел псалмопевец Давид. Холмс: Во-вторых, я играю на органе. Ватсон: Я, к сожалению, не играю на органе, но люблю послушать хорошую музыку. Холмс: В-третьих, я занимаюсь Великим Деланием. Ватсон: Это ваше право, тем более, что ваша алхимическая работа преследует благочестивые цели. Холмс: И, в-четвёртых, ко мне ходит очень много народа. Ватсон: Ваша обязанность, как священника, наставлять мирян своего прихода. И потом, отец Холмс, у меня есть та же добродетель, что и у вашей свечницы – я не сую нос в чужие дела. Холмс: А я люблю совать нос в чужие дела.

🔔🔔🔔🔔

Шерлок и Ватсон в келье. Ватсон вешает на персидский ковёр сарацинские сабли. Холмс: Это вы сами добыли? Ватсон: Да, это мне повезло. Хотя я неплохой воин. Кстати, отец Холмс... Холмс: Да? Ватсон: А как вы догадались, что я был в восточных королевствах? Холмс: Это простейшая цепь рассуждений. Стэмфорд представил вас как дьякона. А выправка у вас армейская – значит, орден храмовников. Левая рука плохо действует – значит, были ранены. Ну, и остаётся вспомнить, где недавно святое воинство осаждало Иерусалим – на Востоке! Ватсон: Да… И в самом деле очень просто. Берёт в руки книгу. Холмс: Брат Иоанн! Ватсон: Да-да? Холмс: Это Библия? Ватсон: Да. Холмс: Вы что, читаете Библию? Ватсон: А вы хотите сказать, что не читаете? Это же Слово Господне. Холмс: Не читал, не читаю и не собираюсь читать, я её помню наизусть по одним только церковным службам. Ватсон: Ну, а история, философия? Холмс: История, философия – я такие книги сжигаю. Ватсон: Ну, а как же Аристотель, Жанна Д'Арк, Коперник? Холмс: Коперник – знакомая фамилия. Что он сделал? Ватсон: Боже мой! Так ведь это же он открыл, что Земля вращается вокруг Солнца. Или этот факт вам тоже неизвестен? Холмс: Но Святое Писание говорит, что скорее Солнце вращается вокруг Земли. Впрочем, может быть я с ним беседовал... Как его? С Коперником. Ватсон: Простите меня, Холмс. Вы человек острого ума, это сразу видно. Вы превосходно знаете алхимию. Как же вы не знаете вещей, которые известны каждому семинаристу? Холмс: Ну, когда я был семинаристом, я это знал, а потом основательно забыл. Ватсон: Вы что, хвастаетесь своим невежеством? Холмс: А вы, Ватсон, вы можете отличить гуля от альгуля? Или пепел чёрной бухгалтерии от пепла магического папируса? Или можете мне сказать, что написано в третьей главе Молота Ведьм? Можете? Ватсон: Но ведь я говорю об элементарных вещах, которые знает каждый. Холмс: Но я-то не каждый, Ватсон, поймите! Человеческая душа – это пустой чердак, куда можно набить всё, что угодно, дурак так и делает: тащит туда нужное и ненужное. И, наконец, наступает момент, когда самую необходимую вещь туда уже не запихнёшь, или она запрятана так далеко, что её не достанешь. Я делаю по-другому. В моем чердаке только необходимые мне инструменты. Их много, но они в идеальном порядке и всегда под рукой. А лишнего хлама мне не нужно. Ватсон: Приговор Копернику, по-вашему, хлам? Холмс: Хорошо. Допустим, Земля вращается вокруг Солнца. Ватсон: То есть... То есть, как – "допустим"? Холмс: Солнце вращается вокруг Земли. Но мне в моём деле это не пригодится. Ватсон: Как ужасно было бы жить в мире, где не с кем было бы поговорить о поэзии, о живописи, о политике. Где каждый знает только то, что ему нужно для дела. Холмс: Ватсон! Ватсон: Извините. Пытается уйти, Холмс его останавливает. Холмс: Брат Иоанн! Ватсон, я могу вас утешить. Дело в том, что таких людей, как я, в мире очень немного. Может быть даже, я такой один?