Ответы Фонга

Дети собрались вокруг Фонга, держа в руках расчёски и разные разноцветные резиночки и заколки. Каждый из них желал сделать причёску Аркобалено Урагана, пока тот находился в состоянии полного покоя и гармонии или, как он это сам назвал, в медитации. Ричи любезно слез с головы хозяина, пересаживаясь ему на руки, чтобы не мешать детям. — Тебе не трудно возиться с ними? — спросил Верде, на минуту отрываясь от своих записей, чтобы передохнуть. — Я люблю детей, — Фонг блаженно улыбнулся, когда девочка принялась аккуратно расчёсывать его волосы, боясь сделать больно. — Я про волосы, а не человеческих головастиков... Фонг жил в монастыре вместе со своим дедушкой, следуя и проповедуя учения Будды, потом, когда единственный ему близкий человек умер, то он побрился в монахи, проведя так больше восьми лет своей жизни. Всё изменилось, когда в монастыре началась эпидемия чумы из-за чего ему пришлось уйти оттуда с оставшимися в живых монахами, дабы спасти свою жизнь. Однако судьба разделила его с единомышленниками по вере, и чудом выживший Фонг, пришёл в Пекин, где и началась его история с выживанием. Всё это время будующий Аркобалено просто не задумывался о своих волосах, пуская всё на самотёк. Но когда ему было шестнадцать лет, он услышал историю про Самсона, чья сила была скрыта в волосах, а позже один из людей, на которых он работал, заявил ему, что длинные волосы у мужчин это признак аристократичности. С тех самых пор, Фонг стал тщательно следить и ухаживать за волосами, веря, что волосы придадут ему не только силы, но и высокой статус в обществе. — Хах, а я и не задумывался об этом, наверное, я очень сильно к ним привык. — Фонг потрогал свои волосы, на которые девочки успели нацепить заколки, пока мальчики делали маленькие хвостики. — А тебе не нравится? Верде отвёл взгляд в сторону, кажется, размышляя, что стоит ответить, а точнее, как правильно ответить. — Мне всё равно, — и хотел Ураган уже обидеться на слова Грозы, как тот продолжил, — ты нравишься мне весь со всеми недостатками и особенностями. А волосы тебя красят, но не более. Фонг улыбнулся, с любовью смотря на Верде; и всё-таки он может быть милым, когда захочет!