Ответы Фонга

— Какие шумные, — Фонг улыбнулся, наблюдая как Десятый Вонгола пытался успокоить своих подчинённых. — И тупые... — продолжил Реборн, отпивая из чашки свой любимый эспрессо. Аркобалено Солнца, кажется, совсем не был заинтересован в происходящем в отличии от своего коллеги из Китая. — Ты слишком к ним критичен, они скоро будут находиться выше, чем мы. — Никто не может быть выше нас. — Реборн грубо ответил, будучи уверенным в собственной силе и превосходстве. — Тогда в чём смысл твоих постоянных гонений их по тренировочному полю, если они, а именно, твои ученики не превзойдут тебя? Реборн ничего не ответил, лишь молча и флегматично продолжил следить за буйством учеников Намимори.

□ □ □

Ещё с первых дней знакомства с Десятым поколением Фонг был уверен, что эти дети точно покажут свой характер, заставив других уважать и бояться их. Каждый из них отличался характером и мировоззрением, но всех их объединяло одно будущее. Фонг не видел Хибари и Мукуро как Хранителей Вонголы. Несомненно они оба сильные бойцы и перечить им не стоит, но свободолюбие юношей, казалось, могло уничтожить абсолютно всё вокруг, а если эти двое находились рядом друг с другом, то окружающие их люди могли писать завещание (и то если успеют). Но и делать поспешных выводов о них Аркобалено Урагана тоже не хотел, кто знает, как сложится будущее. Гокудера и Рехёр напоминали ему себя в молодости. Сейчас ему мало кто поверил бы скажи он, что так же бросался на всех за любое слово и специально нарывался на драки. И если бы только все знали, как часто Фонгу доставалось от монахов за подобное поведение. Урагану Вонголы и Солнцу Вонголы было необходимо выдресировать в самих себе дисциплину: Фонг знал точно, что Хаято и Рехёр должны сделать это сами, ибо никто больше не сможет помочь. Тсуна, Хроме и Такеши были славными малыми. Добрые, ласковые и наивные как дети, вот им двоим не хватало дерзости и резкости, которая была у Гокудеры, Рехёра, Хибари и Мукуро. Может быть со временем, когда они, как бы это не звучала жестоко, начнут терять то, что им дорого, то смогут стать жёстче. Ламбо — инфантильный Гроза, которому часто доставалось от И-Пин тоже стал объектом пристального изучения Фонга. Ему просто было забавно, что "данный экземпляр" — как бы выразился Верде — находится в Вонголе. Ведь даже через десять и двадцать лет он продолжается оставаться очень эмоциональным итальянцем.

□ □ □

Но всё же было в них что-то тёплое... — Милые дети, — Фонг перевёл взгляд на Реборна, который задремал, — и я знаю, что ты думаешь также, коллега.