Пламя Инадзумы

На этот раз пробуждение оказалось более приятным для Итэра. Все же объятия Томы все еще помогают лучше спать. Но видимо только ему. Итэр садится, наблюдая за спящим Томой. Парень что-то шепчет во сне, мечется по постели, а потом Итэр замечает уже высохшие дорожки от слез. «Надо разбудить и успокоить» — думает Итэр, но Тома сам садится, распахивая глаза и пытаясь отдышаться. Итэр осторожно берет парня за руку. — Кошмар приснился? Тома только кивает. — Нужно попросить Альбедо сделать еще успокаивающий отвар. — Итэр мягко гладит по руке, наблюдая за реакцией Томы. Парень наконец восстанавливает дыхание, вытирает слезы. — Нам обоим нужен будет отдых после этой экспедиции. Ты говорил что животных любишь? — Тома кивает. — В Мондштате есть таверна, там множество котят живут. Тебе там понравится. — Только если ты сходишь со мной. — Тома улыбается, похоже, придя наконец в себя. — И я хочу посмотреть что произошло с пещерой, мы можем сходить после завтрака? — Итэр надеется на положительный ответ, потому что так можно будет провести время с Томой подальше ото всех. — Только если ты достаточно хорошо себя чувствуешь. — Тома улыбается, аккуратно прикладывая руку к шее Итэра поверх повязки. — И ты тогда спрашивал из-за чего я плакал. — Да… — Итэр вспоминает их разговор, радуясь что Тома сам решил к этому вернуться и похоже, готов наконец рассказать об этом. — Я надеюсь ты не пошлешь меня куда подальше после этого. — Тома улыбается, но Итэр все равно чувствует как парень дрожит. — Я приму все, что ты скажешь. — Итэр не знает как словами выразить свои мысли. — Вам обоим нужно позавтракать. — В палатку совершенно бесцеремонно заходит Альбедо, нарушая всю атмосферу. Ну, хотя бы поесть принес. Тома не решается продолжать разговор в лагере. Не решается и когда они уже подходят к статуе, лишь поддерживает тепловой щит, аккуратно сжимая тонкие пальцы Итэра в своей руке. Уже подходя к пещере Тома слышит судорожный вздох парня рядом с ним. Итэр ускоряет шаг и замирает на входе в пещеру. Тома наконец и сам осматривает место: лед на стенах исчез, не осталось и следа от снега на земле, нет и травы, все покрыто копотью, а в воздухе слышится лишь запах гари. — Тома… — Итэр дышит шумно, а слова даются с явным трудом. — ты… — Я не видел этого. — Тома с трудом сдерживается от истерического смеха, чтобы со следующей фразой все же сорваться, посмотрев на Итэра. И Тома говорит, захлебываясь слезами в ужасе от того, что сделал и продолжает делать сейчас. — Я просто хотел защитить тебя. Защитить самое дорогое, что у меня есть. Я провел больше года в мучениях из-за того, что отпустил тебя одного на поиски сестры, каждый день просыпался с мыслями что тебе уже может не быть, а я не узнаю про это ничего. Боялся, что ты найдешь сестру и не вспомнишь про меня. Что больше никогда не смогу быть рядом с тобой. И когда ты вернулся в Инадзуму я был счастлив. Я счастлив каждую минуту, когда рядом. Я тогда плакал потому что Люмин и Аяка своими словами дали мне надежду что ты полюбишь меня в ответ, просили дать тебе время. Я готов был тогда ждать, я просто был счастлив. И сейчас я готов ждать, я готов всю жизнь быть твоим другом, лишь бы ты позволил тебя любить, я не стану просить того же самого в ответ. И тогда, эта чертова стрела. Я подумал что это конец. Я не мог себя контролировать, я лишь не хотел чтобы кто-то кроме меня притронулся к тебе. Единственный, кого я могу защитить от своего пламени это ты, я сам могу сгореть в нем, но оно не тронет тебя. Просто потому что я тебя люблю. Итэр неотрывно смотрит Томе в глаза, слушая эту исповедь, чувствуя, как Тома все сильнее сжимает его руку, видя, как Тома смеется и задыхается слезами, пока говорит. Сейчас слова будут не уместны. Когда-то, но не сейчас. Итэр делает шаг вперед, крепко обхватывая Тому за плечи, чувствуя, как Тома утыкается ему в изгиб шеи со здоровой стороны, как трясущимися руками обнимает за талию и наконец отпускает себя, срываясь на громкий плач. Сколько Тома не плакал? Насколько Итэр знает, последний раз это было около пятнадцати лет назад. В прошлый раз, тогда, в «Ваншу», Тома вряд ли смог в своих слезах выпустить все эмоции, копившиеся годами. Сейчас у него есть время. Итэр даст ему столько времени, сколько потребуется. Тома даже не пытался понять, сколько времени прошло. Он поднял голову с плеча Итэра. Глаза щипало от недавних слез, губы пересохли, а воздух при каждом вдохе обжигал горло и легкие. — Тебе лучше? — Итэр улыбается, заглядывает в глаза, но в улыбке нет смеха, только нежность и забота. — Лучше. — Не выдерживая взгляда в глаза, Тома вновь роняет голову Итэру на плечо. — Все, что я говорил, было сказано на полном серьезе, хоть и под воздействием эмоций. — Я понимаю, — спокойно отвечает Итэр, запуская руку в светлые пряди Томы. — И после всего, что ты сказал… я не хочу больше чтобы ты был моим другом. — Сердце Томы болезненно сжимается, но Итэр продолжает: — Ты просил, чтобы я позволил тебя любить меня. Тогда позволь и мне тоже самое в ответ. Тома шумно выдыхает, поднимает голову с плеча Итэра, заглядывая парню в глаза. — Ты… — Тома думает какое-то время, подбирая слова. — Ты согласен быть со мной…? От тихих, сказанные на грани шепота, слов Итэра словно бьет током. Он лишь выдыхает тихое «Да», прежде чем Тома подается вперед, накрывает его губы поцелуем, нежным, как и весь Тома, как и вся любовь. Прикосновение губ длится лишь несколько секунд, но Итэр в ответ старается вложить все: свою благодарность за заботу, за любовь, за то, что Тома ждал так долго, свои извинения за то, что ему понадобилось так много времени. Тома думает, что ради этого тихого «да» стоило ждать. Что стоило ждать ради губ Итэра, искусанная кожа которых все равно кажется самой нежной из того, что существует в этом мире. Тома отстраняется, зачарованно смотря в песочные глаза перед ним. Итэр возвращается в лагерь Альбедо вместе с Томой, абсолютно счастливый, несмотря на боль в шее. Тома держит его за руку, переплетя их пальцы в замок. Наконец-то все встало на свои места. Итэр больше не боится что его оттолкнут, если он попросится спать рядом из-за кошмаров, не боится обнимать брать за руку. — Вас не было пол дня. — Ворчит Альбедо, выдавая Томе свежие повязки и мазь для Итэра. — Нам просто нужно было обсудить произошедшее в пещере. — Улыбается Итэр, утаскивая Тому в выделенную им палатку. На этот раз при смене повязки Тома уже не ограничивает себя извинениями за причиняемую боль, но и целует Итэра всякий раз, когда тот жалуется на неприятные ощущения. Итэр млеет от этих поцелуев, понимая что именно такого отношения от Томы ему не хватало и хотелось. Но все еще есть вещь, которая не дает покоя. Жжение в ране. Обычно, раны горят, а эта, вопреки всему, обжигает холодом. — Тома, а стрела не была с элементальным зарядом? — Это для Итэра единственное предположение, что может быть не так. — Была, — Тома вздрагивает. — Но частицы должны были уже рассеяться… Все еще больно? — Тома выглядел виноватым, будто он лично наносил Итэру увечья. — Да, — Признается Итэр, поднимая поникшую голову своего парня за подбородок. — Какой там элемент? — Вроде это было крио. — Тома не уверен. — Если это крио, то ты сможешь его убрать. — Итэр улыбается, поддерживая. — С помощью пиро лучше всего, но самому себе у меня не получится. — Ит, я все же не целитель чтобы такой делать… — Тома выглядит расстроенным и Итэр решает что для начала парня нужно обнять, а уже потом дальше просить помочь, потому что это жжение в ране доставляло неудобств. — Ну Томи, пожалуйста, у тебя наверняка получится. — Итэр прижимается к парню всем телом, просит тихо. Тому чуть не подкидывает на месте. Итэр называл его так один раз, когда покидал Инадзуму в поисках сестры и еще тогда Тома долго не мог успокоиться, а сейчас, слова, сказанные шепотом в самое ухо и прижимающийся к нему парень вызывают в организме только тепло внизу живота и… так нет, этот поток мыслей надо прерывать и все же отказать Итэру он не может. — Я попробую. — выдыхает Тома и Итэр отпускает его из объятий, не понимая причину раскрасневшихся щек своего парня. — Только давай сейчас. — Итэр берет руку Томы, аккуратно кладет поверх повязки на ране. — Тогда к утру уже станет легче и мы сможем вернуться в Мондштат. Я так соскучился по мягкой постели и горячей ванне. — Итэр прикрывает глаза, представляя как будет хорошо, когда наконец закончится вся эта экспедиция. Тома тоже думает о том, что вполне не против вернуться побыстрее в Мондштат и что можно будет сделать с Итэром на этой самой мягкой постели. «Знал бы этот зараза что он со мной делает» — Думает Тома, но же заставляет себя сосредоточиться на свой пиро энергии. — Скажи если будет больно, я постараюсь убрать остатки крио частиц. — Просит Тома, посылая первую порцию энергии. — Терпимо. — Итэр морщится. — Но немного неприятно. Тома убирает руку, не без радости замечая что подобное занятие помогло немного отвлечься и снять лишнее возбуждение, которое сейчас не подходило к ситуации от слова совсем. — Я не уверен что убрал все частицы, ориентируйся тут на свои ощущения. — Просит Тома, с волнением наблюдая как Итэр ощупывает шею в месте раны. — То холодное жжение пропало. — отчитывается парень. — А я говорил что у тебя получится. — Итэр улыбается, вновь обнимая парня. — Ужинать пора. — в палатку, как всегда без особого предупреждения заходит Альбедо с тарелками. — Сладкая парочка, еще наобнимаетесь, поешьте вначале. — С чего вдруг парочка? — Итэр возмущается, выпуская парня из объятий. — Потому что по вашему поведению после возвращения из пещеры… — Альбедо на секунду задумывается, подбирая слова. — Между вами что-то произошло. Ну, я ждал этого рано или поздно, учитывая с какой заботой к тебе относится Тома. Альбедо говорит все совершенно спокойно, только Итэр все равно краснеет от смущения и пытается спрятать лицо в ладонях, а Тома все еще умиляется покрасневшим кончикам ушей своего парня. Казалось бы, пора ложиться спать, уже завтра они покинут Драконих хребет к обеду будут на винокурне, где Дилюк так любезно выделил им комнату. Но все же, есть вещь которая Тому все еще беспокоит. — Ит, — Тома вновь утягивая парня в свои объятия. — Как мы будем вести себя при всех? Если тебе будет некомфортно показывать при людях что мы вместе… — Мы в Мондштате, тут всем по большей части плевать на то, кто с кем встречается и спит. — Спокойно отвечает Итэр, устраиваясь поудобней на коленях Томы. — Взять тех же Кэйю и Дилюка: когда они объявили себя парой, то расстроились только их фанатские клубы, а большая часть жителей только рады за них были. Думаю, нам нет смысла скрывать. — Хорошо. Я бы тоже не хотел это скрывать. — Тома улыбается, целует Итэра в лоб, ложится, укладывая парня на себя. — Пора спать, нам завтра предстоит долгая дорога. — Спокойной ночи. — Итэр тянется вверх, уже без стеснения и страха оставляет поцелуй на губах Томы.