Сердцу не прикажешь, кого любить

Глава седьмая

В белой, расстёгнутой рубашке она лежала посреди неизвестной ему спальни. Голая грудь часто приподнималась, заставляя мужчину, задержав дыхание замереть. Медленно опустившись на колени, Северус начал снимать всю свою верхнюю одежду, пока Гермиона перед ним облизывала губы, снова и снова маня указательным пальцем к себе. Кинув рубашку куда-то в сторону, Северус подрагивая в пальцах, развёл тонкие ножки в разные стороны, и совсем не спеша, приблизился губами к животу. На его лице показалась неуверенность. Гермиона запустив свою ладонь в длинные волосы мужчины, опустила его лицо ниже. Аккуратно дотронувшись до голого лобка губами, Северус услышал громкий вздох Гермионы. Поцеловав её ниже, бурная реакция повторилась, из-за чего ему стало неловко. Решив, что всё же стоит продолжить ради этой реакции, Снейп высунул язык и провёл кончиком по половым губам, совсем немного задевая клитор в процессе. — Сделай это, Северус, — шепчет, прикрывая глаза от желания. Послушно следуя указаниям, он повторил действие уже более уверенно. Осторожно раздвинув пальцами половые губы, Снейп начал играться с её клитором. С хитринкой в глазах он поглядывал на Гермиону, которая от его действий задышала чаще, почти постанывая. Реакция тела на ласки не заставила себя долго ждать. Слизывая каждую лишнюю каплю, Северус начал обсасывать клитор, восхищаясь, как Гермиона эмоционально реагирует, то хватаясь за него, то закатывая глаза и широко улыбаясь, и это притом, что ранее у него подобного опыта не было. Приподнявшись на локтях, смущённая и покрасневшая, Гермиона остановила Северуса. Взяв Снейпа осторожно за руку, она согнула несколько пальцев, оставив указательный и средний. Северус в недоумении посмотрел на Гермиону, которая, в свою очередь, улыбнулась ему ещё шире, и поднесла пальцы к половым губам. Его рука сразу же напряглась, заставив Гермиону обиженно надуть губки и попросить расслабиться, чтобы она продолжила. Сдавшись, Северус медленно вошёл пальцами во влагалище. Гермиона от новых ощущений приглушённо простонала, чем только завела Снейпа. Почувствовав, что член начал требовать большего, Северус попытался выйти, из-за чего Гермиона чуть сжав ладонь сама начала водить пальцами Снейпа в себе, чем его удивила ещё больше. Где-то смутно он видел подобную сцену раньше, но сделать всё вживую было чем-то удивительным. Мгновение погодя Гермиона отпустила свою руку, и Северус продолжил сам. Найдя в её реакции что-то особенное, он начал двигать рукой быстрее, возбуждая сразу обоих сильнее. — Ты прекрасна, — хрипло произносит, вынимает пальцы, начиная судорожно расстёгивать ремень брюк. Спустив одежду к коленям, Северус притянул тело за бёдра к себе и вошёл во влагалище наполовину, чем вызвал громкий стон у Гермионы. — Продолжай, — тон больше походит на мольбу. Положив одну ладонь на женскую грудь, а другую на клитор, Северус начал двигать бёдрами и рукой, с каждым толчком ускоряясь. Эмоции, отражающиеся на лице женщины, нельзя было охарактеризовать как либо... Хотя... Гермиона просто была прекрасна. Чувствуя, что долго ему не продержаться, Северус замедлился, и сделал толчки грубее, а движение пальцев с клитором интенсивнее, тем самым стараясь довести Гермиону до оргазма быстрее, чем это случится с ним. Контрольный толчок, и Снейп выходит из Гермионы, излившись на её бедро, но продолжив ласкать клитор. Оргазм накрыл её мгновениями позже. Подрагивая всем телом, особенно в ногах, Гермиона осторожно села и обняла Северуса за шею. Нежно поцеловала в губы. Раздаётся хлопок и Снейпу приходится вернуться в реальность из мира грёз, где злой разум играет на струнах его чувств.

* * *

Долго обдумывая, Гермиона всё же отправила Рону письмо, в котором написала, что в данный момент им нужно о многом подумать и пожить некоторое время отдельно (он, судя по короткому ответу — воспринял это предложение спокойно, что хоть немного, но успокоило её). После ссоры супружеская пара не разговаривала. Рон не появлялся дома, а Гермиона на всякий случай, избегала его в лаборатории. Работа занимала большинство её мыслей, поэтому переживаниям осталась малая часть. Мастерству сбегать от проблем мог позавидовать даже Северус, который после ужина в Норе, решил сохранять дистанцию с Гермионой и сократил общение до минимума. Она хотела знать причину внезапной стены между ними, но было легче думать, что виноват здесь один Рон, чем вызвать его на разговор. Откинув эту ситуацию подальше, Гермиона оглядела столик, на котором пару минут писала письмо супругу. Переведя взгляд на свой сад, Гермиона начала думать о второй вещи, которую стоило бы вообще стереть из своей памяти: Зайдя сегодня утром в подземелья, чтобы проверить окрас зелья, Гермиона застала приоткрытую дверь. Осторожно подойдя к ней и заглянув в комнату, она увидела спящего Северуса. Он был раздет до нижнего белья, и т.к., одеяло упало на пол, Гермиона увидела то, что не следовало бы видеть. Возможно, она бы сразу ушла, если бы не увидела, что Северус был возбуждён, и очертания полового органа она смогла прекрасно разглядеть. «Из-за отсутствия секса» – как решила сама Гермиона, она поймала себя на мысли, что хочет дотронуться до него, пока Северус спит. Более того, она едва ли не сделала это, но смогла остановить себя, пусть и на середине его комнаты. «Я ведь не могу предать Рона, не могу» — именно с этими мыслями она понеслась к выходу, и неосторожно хлопнула дверью после себя. Вспомнив об этой ситуации сейчас, Гермиона покраснела и прикрыла лицо ладонями. Ей было не по себе из-за случившегося, но и избегать Снейпа она не могла, ведь не хотела этого, да и проницательный Северус заподозрил бы неладное сразу же. И узнал бы в чём дело если не через разговор, то с помощью Легеменции. С огромными усилиями вернувшись мыслями к более «серьёзным вещам», Гермиона начала быстро записывать новые пометки в свой блокнот, даже не подозревая, что через окно на первом этаже, за ней внимательно наблюдает Северус Снейп, думая о чём - то своём.

* * *

Чувствуя на себе взгляды Северуса во время работы в лаборатории, Гермиона каждый раз начинала часто дышать и прятать взгляд на своих руках. Неосознанно, она пыталась, разглядеть краем глаза что-то у Северуса на уровне паха. Это было чертовски неправильно и жутко, поэтому поймав себя за этим уже в пятый раз, после очередного: «так нельзя, и я так не буду», Гермиона бросив всю работу сбежала из лаборатории, а чуть позже и из собственного дома. Она не выдержала этого сексуального напряжения, поэтому направилась в Хогсмид, назначив там же встречу Рону под предлогом «разговора». Эгоистично, неправильно, но лучше так, чем пойти на измену. Возможно, так они и смогут помириться. Джинни часто упоминала, что у них с Гарри это самый рабочий способ. Знать о сексуальных отношениях своих друзей Гермиона, конечно, не особо хотела, но на заметку информацию всё же взяла. Ей поскорее хотелось утолить эту странную жажду секса, чтобы снова стать собой: рассудительной и спокойной Гермионой. Она не могла принять мысль, что её возбуждает бывший преподаватель, который был к тому же старше неё на двадцать три года. Гермиона была в браке, любила Рона Уизли и была верна ему. Неужели что-то здесь может быть ложью?

* * *

Поднявшись на второй этаж бара - гостиницы «Дырявый котёл» и зайдя в номер двести двенадцать, Гермиона увидела на кровати сидящего Рона с задумчивым выражением лица. Он был одет слишком легко для дождливой погоды - в длинную, тонкую футболку и джинсы. — Э..Привет, — осторожно закрывает дверь и поворачивает ключ. Рон посмотрев на неё, натянуто улыбнулся, и встал, с чувством неловкости обнимая. — Привет. Знаешь, я… Я должен кое-что сказать тебе, — продолжая обнимать, произнёс Рон. Гермиона отрицательно покачав головой, полезла под его футболку. — Давай поговорим после, Рон. Я хочу кое-что, — шепчет и перекладывает ладонь на шею, притягивает к себе, чтобы поцеловать. Недолго думая, она смело целует в губы, пропуская язык в полуоткрытый рот. Сдаваясь, Рон берёт её за ягодицы, и неуверенно поднимает на руки. Несёт к рядом стоящей мебели. Посадив Гермиону на большой деревянный стол, Рон попытался отстраниться, но Гермиона вновь притянула его к себе. От таких действия он начал хмуриться в бровях, прекращая что-либо делать.Проявляя инициативу, Гермиона сняла с себя блузку, и начала расстёгивать джинсы, пока Рон выжидающе наблюдал за ней, нервно покусывая нижнюю губу. Тёмно-синие джинсы упали вниз, звякнув железной бляхой ремня. Заметив, что Рон всё ещё не возбуждён, Гермиона попыталась дотронуться до края боксеров, как вдруг он остановил её, схватив за запястье. — Гермиона, не надо.., — смотрит прямо в глаза супруги, которые выражают искреннее недоумение, — я не хочу, — говорит уже грубее, когда она снова пытается взяться за край его белья. — Я не понимаю, — отстраняется и, спрыгивая со стола, начинает быстро искать свою одежду по комнате. Без лишних слов она одевается вместе с Роном. Стыд накрывает с головой обоих. — Ты была права, когда сказала, что нам нужно взять паузу и о многом подумать. Я не готов продолжать наши отношения. Это сложно объяснить, но… Сейчас не самый лучший период в моей жизни... — То есть…? Это настолько серьёзно, что мы не можем даже… Я что, тебя уже даже не привлекаю, Рон? Какие у тебя могут быть проблемы? Всё ведь хорошо, — спрашивает, чувствуя, как к горлу подходит ком обиды. Она понимает, что её слова могут быть сейчас резкими, но остановиться не может. Слишком больно и обидно. — Да, Гермиона! То есть.… Подожди, это не то, что я должен сказать… Причём тут это, — торопливо произносит. Супруга останавливается у окна, нервно поправляя блузку. — Просто скажи, в чём проблема… Я решу её, ты же знаешь, — поворачивается, показывая свои дрожащие губы. Рон застёгивая джинсы, замирает, сглатывая слюну. Никто не знал, но боггарт Рона после войны изменился: теперь самым главным страхом являлась Гермиона, которая плачет или кричит от боли. Увидев слёзы, Рона пропустил удар. Колени подкосились. Оставалось только упасть на колени и расплакаться от безысходности. Он, правда, сожалеет, что всё так происходит. — Проблема во мне. Я не хочу причинять тебе боль, поэтому… Мерлин, прошу, не плачь из-за меня… Хочешь ударь. Да, ударь меня, — делает два шага к ней и, хватая за руку, ударяет себя по лицу, заставляя Гермиону разрыдаться и начать просить супруга не бить себя. Отпустив руку сразу же Рон, схватив футболку с пола, поспешил к выходу. Перед самой дверью он остановился, чтобы обернуться, но не найдя в себе силы смотреть на плачущую Гермиону — открыл дверь и вышел, проклиная минуту, когда решил зайти в бар и пропустить пару крепких стаканчиков, тем самым дав обратный отсчёт до развода.