Школа с углубленным изучением братьев Самойловых

- Ребята, к следующему уроку напишите сочинение на тему «Штаны Вадима Самойлова как этапы развития личности». Класс обреченно вздохнул. - Давайте еще раз с вами повторим, с каких аспектов мы можем рассматривать выбор штанов? Первое? Марья Олеговна загнула палец и вопросительно посмотрела на класс. - Да, Аня? – кивнула она девочке со второй парты. - Первое, поверхностное и даже примитивное – это аспект моды. Мы можем писать с точки зрения истории и развития моды на примере Вадима Рудольфовича. - Хорошо. Еще что. Скажи, Руслан. Учительница кивнула мальчику. - Второй и главный аспект – это развитие личности, - сказал Руслан, флегматичного вида мальчик. - Продолжай, Руся. - Смена штанов характеризует очередной виток или этап в развитии личности Вадима Рудольфовича. О том, как развивалась его личность, по штанам мы можем судить лишь с начала Агаты Кристи. Штаны доагатовского периода или неинформативны, или мало изучены. - Первый этап? - Желание быть не таким как все. - Период? - Конец 80-х. - Верно, Руслан. Самовыражение через внешность, не доступное советскому юноше из приличной семьи, разрешено и пристало рокеру. Это был запоздалый подростковый бунт, который пришелся на конец 80-х - начало 90-х. Следующий этап. Ксюша? Девочка, к которой обратились, неуверенно оглядела класс. - Ну, следующим этапов была обычная одежда. Штаны тоже были обычные, непримечательные. Марья Олеговна ободряюще кивнула: - Так. Школьница молчала. - И почему, Ксюша, как думаешь? - Нечего было носить? Тяжелые годы для страны. - И это верно. Но отчасти. Кто может дополнить Ксюшин ответ? Да, пожалуйста, Сеня. Сеня, отличник и заводила класса, бойко начал: - Преобладание истинного над наносным. Отроческое очарование внешней атрибутикой спало, свой стиль еще найден не был, жизнь показала, что самое важное – это то, что ты творишь, а как выглядишь - вторично, - сказал Сеня, одергивая мешковатую рубашку. - Очень хорошо, Сеня. Следующий этап… - А несложившийся вкус и отсутствие модных ориентиров не влияли? – перебила Марью Олеговну девочка с третьего ряда. Марья Олеговна оглядела тщательно – слишком тщательно для школьницы – одетую Наиду. - Отсутствие модных ориентиров в стране, как и отсутствие культуры хорошо одеваться, относим к аспекту моды. В тот период Вадим Самойлов не стремился развивать свой вкус не столько потому, что не у кого было учиться, сколько потому, что не видел в этом ценности. Ему важно было доказать, что творчество, харизма, голос, манера петь важнее рубашки или туфель. Волосы были безжалостно сострижены, а кудри – выпрямлены. «Любить не за внешность - любить за дело» – таким мог быть его девиз. Марья Олеговна сдала паузу, подчеркивая важность своих слов. - Этот период длится, по разным оценкам, до …? - До 1996 года, - донесся от класса чей-то ответ. Марья Олеговна кивнула. - В 1996 году, когда группа уже доказала свою самоценность и значимость, Вадим Самойлов задумался и о локонах, и об одежде (о последней - меньше, чем о волосах.) Штаны продолжают быть обычными, ничем не выделяющимися, но даже самый поверхностный взгляд на его внешность нам говорит о …? - Том, что он влюбился? – спросила Вика. - О том, что его повзрослевшая личность стала проявляться во внешнем облике. Богатый внутренний мир начал подсвечивать внешность. Длинные кудрявые волосы явились первым звоночком, оповестившим свет, что музыкант осознал, кто он, и как его я должно проявляться внешне. Следующим этапом… - Разве любовь не есть развитие личность? Почему любовь не может стать причиной внешних изменений? - не сдавалась Вика. - Может. Любовь может. Но это не наш случай. Был влюблен Вадим Самойлов или нет, внешние метаморфозы неизбежны. Как следствие развития личности. Вика пожала губы, но на этот раз промолчала. - Мы переходим к следующему этапу, так называемому «демоническому» или, по-другому, «темный демон». Марья Олеговна посмотрела на часы и решила продолжать сама. - Этап характеризуется проявлением яркой сексуальности и красоты. Роскошные кудри, кожаные штаны, мягкие свитера на похудевшем торсе, стильная обувь – вот главные внешние признаки. Датируется период... Прозвенел звонок. Марья Олеговна разочарованно пожала плечами: - Мы не успели повторить все периоды. Придется самим дома перечитать лекции. *** Через две недели класс получил проверенные сочинения. Вика, открыла тетрадь: четыре с минусом/четыре. Вторая оценка, за грамотность, была привычной: где-то запятую пропустила, где-то тире лишнее поставила. Но как она могла за рассуждения получить четыре с минусом? Девушка знала, что пишет она хорошо, требования соблюдает. Она была уверена, что пять заслуживает. Вика пробежалась глазами по сочинению. Вдоль абзацев, раскрывающих тему широких штанов Вадика периода 2000-х годов, красной пастой была нарисована волнистая линия и учительским почерком написано: «Тема раскрыта неудачно»; абзац, в котором Вика писала про штаны с мотнёй периода послевсехсудов, был перечеркнут, и надпись гласила: «Вывод неверный». «Что значит, неверный? Это мой вывод! Я так понимаю Вадика!» – зло подумала Вика. Девушка заглянула через плечо Наташки, соседки по парте и лучшей подруги. У нее в тетрадке красовалась оценка пять/четыре. Наталье поставили за сочинение пять, но Вика была уверена, что написала не хуже подруги. Наташка увидела расстроенное лицо Вики и открыла её тетрадь. Вика, тем временем, развернулась назад, чтобы посмотреть, как справились мальчишки. Даже у Полежаева была четверка, а у Вики – четыре с минусом! Наталья, полистав тетрадь, вернула ее на место: - Ты опять написала, что хотела ты. А надо писать, что хочет Марья. Вика насупилась. Наталья продолжила: - Тебе нужна пять или нет? - Ты сама всегда пишешь, что ждет учитель? - С приходом Марьи - да. И тебе бы советовала. Хочешь быть отличницей, пиши то, что от тебя ждут. - А как же выражение своих мыслей? Индивидуальность? Тебе не хочется говорить правду - как ты на самом деле считаешь? - Вик, мне хочется закончить школу с медалью и поступить в хороший универ. У меня еще будет возможность высказаться. - Что ты сама думаешь о штанах Вадика? Вика глянула в тетрадь подруги, выхватила взглядом последний абзац и быстро пробежалась глазами по строчкам: - Ты в самом деле хотела бы его видеть в этих уродских штанах? - Она бы хотела видеть его без штанов, - заржал Полежаев с задней парты. - Дурак! - Вика замахнулась на него ладошкой. Марья Олеговна постучала ручкой по столу, призывая класс к тишине: - Ребята, оценки вы свои посмотрели, давайте продолжим урок. К следующему уроку вам нужно сдать сочинение на тему «Макияж Глеба периода ранней Матрицы», давайте повторим основные идеи. Вика подняла руку. - Да, Вика? - Марья Олеговна, у меня есть вопросы по предыдущему сочинению. - Подойди после урока. На перемене Вика подошла к учителю. Оказалось, что у Аньки тоже были вопросы по сочинению. - Марья Олеговна, - обратилась Вика к учителю первой, - почему мое сочинение не раскрывает тему и почему мои выводы неправильные? - Вика – твои рассуждения о широких штанах Вадима Самойлова обывательские. Ты смотришь как женщина, а надо… - Я и есть женщина! - Вика, ты еще даже не женщина. А в творческих работах следует абстрагироваться от гендера и рассуждать как Человек. - Я рассуждаю, как человек, и смотрю, как женщина. Как стилист, как маркетолог, как продюсер, если хотите. И я настаиваю, что широкие, трубообразные штаны Вадик… Вадима Рудольфовича делали его фигуру грузной и лишали сексапильности. При том весе, что у него был, брюки по фигуре спасли бы ситуацию. Вадим Рудольфович по-прежнему не выглядел бы стройным, но сузились бы бедра, фигура обрела бы выраженные мужские очертания, повысилась бы привлекательность, - Вика немного горячилась, но тоном говорила твердым. - Слишком много сослагательного наклонения, - устало произнесла Марья Олеговна. – Я не поставила тебе тройку за то, что ты написала в последних абзацах, только благодаря твоим предыдущим заслугам. Вику затрясло, она поджала губы и уставилась в пол: троек за сочинение у нее еще не было. - Аня, какой у тебя вопрос, - начала Марья Олеговна. - За что мне поставили три? – Аня положила открытую тетрадь на учительский стол. У другого учителя Аня, как и Вика, писала сочинения на отлично, но, видно, запас «за предыдущие заслуги» у Ани исчерпался раньше. - Я раскрыла тему. Я выбрала период штанов с мотнёй и подробно описала, с выводами. - Ань, не скрою, твой вывод меня удивил. Я могла бы его принять, если бы он выдерживал хоть какую-то критику. Но ты ушла от истины и написала свои фантазии. Откуда вообще в твоей голове взялись такие странные идеи? Марья Олеговна взяла тетрадку девочки и зачитала вслух место в работе, особо ее возмутившее: - «Вадим Самойлов ушел от агрессивной сексуальности: в противовес брюкам-скинни, обтягивающим ягодицы и подчеркивающим промежность, выбрал штаны свободные. Новый фасон не только олицетворял отказ от бросающейся в глаза чрезмерной чувственности, но и одновременную свободу и защиту мужского естества. Штаны с мотнёй – это посыл женщинам: «Я свободен от ваших чар, вы свободны от моих. Я прикрываюсь и освобождаюсь одновременно». Как ты к этому пришла, Ань? - Моя сестра учиться на психфаке. Мы с ней вместе обсуждали и решили, что такое может быть. - А может не быть. Предлагаю опираться не на домыслы и рассуждения, пусть даже студентки психфака, а на доказанные факты и мнения. Аня опустила глаза, губы ее задрожали. - Не расстраивайся. Эта тройка дальше журнала не пойдет. Я бы на твоем месте написала, как Вадим Рудольфович презрел моду, поднялся выше суеты и начал носить удобные вещи, так, как если бы он ходил у себя по квартире. Самое верное - писать с позиции официальной, точно не ошибешься. - И это касается и тебя, - обратилась к Вике Марья Олеговна, - Писать, что Вадим Самойлов наплевал на свою внешность, потому носил штаны с широкой мотнёй и выглядел неряшливо – недопустимо! Марья Олеговна продолжила смягчившимся тоном: - Теперь вы знаете, как писать, если схожая тема попадется на экзамене. - Дело в не экзамене, Марья Олеговна! – произнесла дрожащим голосочком Аня, схватила свою тетрадку и выбежал из класса.