Драбблы по каким-то мужикам из аниме про пиратов

«Это нельзя назвать зависимостью. Нет, зависимость — неподходящее слово для описания того, что я к нему чувствую. Быть зависимым можно от сигарет или алкоголя, или от чужого мнения. Я же чувствую себя свободным каждое мгновение, что провожу рядом с ним. Я был бы готов отдать ему всего себя, но только если он в ответ подарит мне свою жизнь — а этого не произойдёт, и, должно быть, тем лучше для нас обоих. Что бы я делал с его жизнью, отдай он мне её всю без остатка? Разве смог бы я вынести его бесконечную любовь к миру, если бы он смотрел не на горизонт, а всегда мне в глаза? Когда только мы впервые встретились, я уже не знал, куда деваться от его назойливого давящего внимания, изнемогая от ежеминутного «Рейри!)))» в мою сторону. Не дай ты боже стать объектом воздыхания такого гиперактивного индивидуума, как он. Меня и так тошнит от его восхищения всем подряд. Я бы сдох смертью храбрых, если бы он столь же лучисто восхищался бы мной. В дрожь бросает от одной мысли о том, как он любит иногда зацепиться взглядом за какую-то черту моей внешности и на протяжении всего дня пялиться на неё, а то и руки тянуть. Если тогда к моей царапине на лице привязался — то куда ни шло, его заинтересовала предыстория (к слову, не его собачье дело). Но вот-вот недавно он словил фиксацию на моей чёлке, уж не давала она ему покоя. Ну свисает у меня на лицо волосня — да и чёрт бы с ней. Однако во время разговора он долго-долго следил за ней глазами, постоянно отвлекаясь и отвлекая таким образом и меня самого. Потом выдал что-то вроде: «Знаешь, когда мы только встретились, ты прилежней ухаживал за собой, и волосы приглаживал старательней. Я на тебя плохо влияю, да?» Я и обработать в голове его фразу не успел — настолько она была из ряда вон нашего диалога, — а он уже протянул руку и убрал мне эту идиотскую прядку за ухо. Конечно, как обычно, задел очки, но тотчас сам поправил, ещё лишние секунд пять нарушая наш уговор не прикасаться ко мне. Признаться честно, я не имею привычки закрывать глаза на его неуместные выходки, но тогда решил это просто проигнорировать. Мы в тот момент отсиживали сутки в участке, за то что этот придурок на пустом месте подрался с дозорным-новобранцем. Они буквально сцепились веселья ради — не как пират и слуга закона, потому и загребли обоих, как двоих обыкновенных нарушителей порядка. Меня за компанию, мимо проходил. Это вообще не важно, за что кто сидел. Важно следующее: какой ориентации Роджер зачем я пишу это уже третий раз по новой? Письменная работа действительно помогает мне разобраться в собственных мыслях, но что же мне тут ещё разбирать, если я уже понял, что мне пи — СМОТРИ, КАКОГО ГИГАНТСКОГО КАРАСЯ Я РАЗДОБЫЛ! Вздрогнув, Рейли черкнул пером наискось, тотчас же смял лист, для верности прихлопнул его книгой, потом ещё стопкой бумаг, и задвинул в сторону. Совершил всё это действо в пару мгновений и с невозмутимым видом медленно обернулся на вошедшего друга. — Ах, это вы, капитан? Желаете меня видеть столь срочно, что не можешь, мать твою, стучаться? — его слова засочились беззлобной иронией. — КАРАСЬ! ОГРОМНЫЙ — КАРАСЬ! — Ого, — искренне впечатлился Рейли, оглядев рыбу в руках Роджера. — Ты где пресноводное животное выкрал? — Почему сразу украл, — пожал плечами тот. — Подарили. — Такими знатными карасями обычно люди не разбрасываются, — подметил Рейли, уже спокойно доставая свой смятый недописанный листок из-под книжки и поднося его к свече. — Чего сжигаешь? — любопытно подобрался поближе Роджер, на миг забыв о рыбе. — Устраняешь улики о финансовых махинациях? — Конечно, таможня тут и там рыщет в поисках двух недо-пиратов, перевозящих любовные письма и огородные семена для посадок бабушкам по весне. Кстати, вот этим сегодня вечером и займёшься, у нас недоставленная коробка с семенами за город. Нам отчаливать через три дня, а ты по тюрьмам гуляешь. — Как раз-таки Гарп и подогнал нам карася! Видишь, я с ним отсидел всего сутки, а уже связи свои в Дозоре наладил! — Впечатляет, — равнодушно ответил Рейли. — Меньше над… Что ты опять делаешь? — он раздражённо отвернулся, когда Роджер потянул руку к его лицу. — Как твой нос? Кровь больше не шла? Ссадины всё ещё словно свежие… — У тебя руки в рыбе, уберись от меня. — Не стоило тебе тогда вставать перед дозорными, ну загребли бы нас с Гарпом двоих, ты бы хоть полезней был на воле. А я отсидел свои сутки, и три дня и три ночи без тебя потом в одиночестве коротал. Почти в одиночестве. — Я не мог стоять и смотреть, как моего капитана хватает Дозор. Пусть и за дело. Роджер улыбнулся, как довольный кот. — С голыми руками только больше не лезь в драку. Вспомни, зачем когда-то брал в руки меч, и подумай: как будет проще общаться с дозорными — с оружием или без?