The Echo Garden | Эхо Сад

      Ультра Магнус провел для Саундвейва краткую экскурсию по нежилым верхним палубам корабля: медицинский отсек, кафетерий, бары, различные общие и развлекательные помещения. Когда они проходили мимо лифта, ведущего к резервуару с маслом, он махнул на него рукой и дал размытое пояснение о машинном отделении и "связанных с ним сооружениях".       Они вернулись к одному из баров, и Ультра Магнус вздохнул:       — Родимус специально попросил меня провести для тебя экскурсию внутри этого заведения. В частности, о расположении барных стульев и меню, — он прищурился. — У тебя ведь нет никакого оружия, спрятанного в твоем корпусе, не так ли?       Саундвейв ничего не ответил.       Ультра Магнус бросил на него испепеляющий взгляд и активировал дверь.       Мехи веселились, кричали и смеялись. На экранах, находящихся на стенах, показывались человеческие развлечения. Ультра Магнус провел Саундвейва сквозь шум к бару, за которым стояли огромные колонны энергона, мало чем отличающиеся от тех, в которых размещались десептиконы в секретной комнате медицинского отсека. Но, в отличие от тех колонн, эти были заполнены энергоном разного цвета и без тел. Бутылки энгекса разных форм и размеров выстроились в передней части бара. Декоративные бокалы были аккуратно сложены ярусами на барной стойке. Оба меха сидели на слишком коротких для них стульях.       Мех с шевроном – Саундвейв уже знал его, Блюстрик – подошел из-за барной стойки. При виде Ультра Магнуса его грудные пластины, которые были расколоты, клацнули друг о друга. Он выпрямился и одарил их улыбкой для обслуживания клиентов:       — Привет! Эм. Что я могу сделать для вас?       — Один стакан не опьяняющего, без запаха, одно–фильтрованного энгекса для меня, а ему – Чистый Сорт для Новичков, — сказал Ультра Магнус.       — Конечно, — сказал Блюстрик. Он пригнулся, чтобы собрать материалы для напитков.       Голос прошептал из-под стойки: «Это Магнус? Возьми с него двойную плату. Он сегодня сделал мне выговор».       Блюстрик тихо хихикнул.       Саундвейв взглянул на Ультра Магнуса. Тот, похоже, не слышал разговора. Он смотрел на группу мехов, жонглирующих стержнями энергона в другом конце комнаты.       — Эй, ВОУ, — раздался голос из-под барной стойки. В поле зрения появился Сверв, держа в руках поднос. Он указал на Саундвейва, — Ты странный вблизи.       — Манеры, — сухо сказал Ультра Магнус. Он взял бокал, который протянул ему Блюстрик, — Спасибо.       Сверв достал табуретку и взобрался на неё, чтобы получше рассмотреть Саундвейва. Он помахал рукой перед его экраном:       — Приве-е-ет–       — Сверв! — сказал Ультра Магнус, — Я привел его сюда для социализации, а не для объективизации!       Сверв проигнорировал его:       — Ты родственник Фройда?       Саундвейв отпрянул от него. Он просканировал свою базу данных в поисках Фройда. Было одно изображение. Он отобразил его.       — Вау, твоё лицо - это монитор. Да, это Фройд. Но это не ответ. Так ты?.. — Сверв посмотрел на Ультра Магнуса. — Он?..       — Вряд ли, — ответил Ультра Магнус.       — Для Саундвейва он слишком тихий, — настороженно сказал Блюстрик.       Блюстрик поставил стакан перед Саундвейвом. Высокий и простой, он был наполнен светящейся розовой жидкостью. Саундвейв выпустил кабель и обхватил им стакан. Один из коннекторов устремился к жидкости через край. Он приготовился к наверняка неприятному ощущению…       — ВОУ! — закричал Сверв. Он спрыгнул со стула и указал на стену. — Стой, стой, стой. Разве ты не видел знак?       Саундвейв посмотрел вверх. Там висела табличка с надписью «Никаких пушек, мечей, кейсов», а под ней торопливо написанное маркером «Никаких щупалец».       — Это что-то новенькое, — сказал Ультра Магнус, подняв бровь. — Если уж пошло, то вы должны были разместить это после того, как мы посетили 2957–       — …Измерение ужасов с щупальцами, да-да, нам не нужно заново это переживать, — сказал Сверв. — Но ни один из них ещё не попадал на борт в качестве постоянного члена экипажа!       Ультра Магнус опустил бровь. Он оценил Саундвейва: сгорбленный на слишком коротком для него барном стуле, колени торчат в воздух, пальцы волочатся по земле. Ультра Магнус оценил высоту барной стойки, стакан и расположение локтевых суставов Саундвейва по отношению к ним. После быстрой геометрии он сказал:       — Думаю, в данный момент он обходится тем, что у него есть.       — Аквафенд пришел вчера поздно вечером с повязкой на лице, — возразил Сверв. — Сел прямо тут и рассказал нам всё о тебе. Я не хочу, чтобы в этом баре были проблемы с щупальцами! — он посмотрел на Блюстрика. — Не думал, что мне придется произносить эту фразу дважды за свою жизнь.       Блюстрик пожал плечами: — Это Потаённый Свет.       — Руки или ничего! — сказал Сверв, размахивая полотенцем для посуды.       Экран Саундвейва вспыхнул красным, его поле пульсировало от раздражения. Он перезапустил свои протоколы подавления эмоций. Он откинулся назад и с видимым трудом согнул свои длинные руки. Его предплечья ударились о столешницу бара. Он полутрансформировал ноющие локти, пытаясь наклонить руки так, чтобы можно было взять стакан. Однако промахнулся и ударил по стакану Ультра Магнуса, отбросив его через весь бар. Он врезался в другого посетителя.       — Ой! — сверкнул оптикой Хаунд, вытирая энгекс со своих грудных пластин.       Саундвейв попробовал второй рукой. Она пронеслась по барной стойке, снова пропустив его стакан, и ударила минибота рядом с ним по голове.       — Ой! — Тейлгейт вскочил на свой барный стул. — Что за дела! Воу, — его синий визор потрескивал энергией, когда он уставился на Саундвейва.       Саундвейв не обращал внимания на растущее внимание окружающих его мехов и продолжал пытаться дотянуться до своего стакана. Он ударял посетителей, разбивал бутылки и чуть не опрокинул пирамиду из перевернутых стаканов с напитками. Блюстрик пригнулся в последнюю секунду, спасая её.       — О боже! — крикнул Сверв, хватая предплечья Саундвейва и прижимая их к барной стойке. — Стой! Просто остановись! — он взвизгнул и одёрнул руки. — Почему ты такой холодный??       Доказав свою точку зрения, Саундвейв убрал предплечья от барной стойки и снова свесил их по бокам. Он шумно отхлебнул напиток через коннекторы. Он обжигал. Его фильтры послали ему мучительную оценку: как и раньше, это не убьёт его, но будет неприятно. Ультра Магнус осмотрел хаос вокруг себя. Блюстрик убирал разбитое стекло, а Сверв вытирал пролитый энгекс. Тейлгейт дергал Циклонуса за руку, а Хаунд направлялся к двери.       — Мы пробыли здесь всего 3,74 минуты, — простонал он.       — Уйд– просто уйдите от бара, — сказал Сверв, обхватив руками пирамиду стаканов. — Идите в кабинку или ещё куда-нибудь. Держитесь подальше от декораций!       — Пришлите ещё выпить, — Ультра Магнус встал. Саундвейв тоже поднялся со своего места и последовал за ним в самый дальний и темный угол. Они сели в кабинку. Ультра Магнус сцепил руки перед собой, словно пытаясь насильно внести спокойствие в окружение. Саундвейв расположил свои коннекторы так, чтобы они с ещё большим шумом втягивали напиток.       — Я вижу, что ты собираешься, как бы сказал Дрифт, набраться опыта, — сказал Ультра Магнус. Он подтолкнул датапад, лежащий на столе. — Это информационный планшет, содержащий индексы, карты и различные факты, а также, что самое главное, полный Кодекс Поведения, который ты должен соблюдать.       Другим кабелем Саундвейв взял датапад. Он быстро пролистал его, запоминая содержимое.       — Ты действительно читаешь его? — спросил Ультра Магнус, его поле выражало легкое удивление.       Саундвейв отобразил на своём экране: «Подраздел 147.2: Общекорабельные Чрезвычайные Ситуации: в случае общекорабельной чрезвычайной ситуации будут звучать сигналы тревоги и мигать красные огни. Если нет других указаний, Вам будет назначен боевой пост, и Вы должны будете немедленно явиться на него. Если Вы не являетесь бойцом, Вы отправляетесь в свою каюту или в ближайшую безопасную комнату»       — Ну, это… неожиданно, — сказал Ультра Магнус. Он перезагрузил свой вокалайзер. — Каждый на Потаённом Свете занимает определенное место. Новичкам даётся до двух недель, чтобы ознакомиться с кораблем и командой, а затем они могут подать заявку на назначение. — он посмотрел на корпус Саундвейва. — Я полагаю, ты специализируешься на связи?       Саундвейв не удостоил этот вопрос ответом. Он дополнил личную карту Потаённого Света информацией из датапада. Он отметил, что на карте никак не обозначена секретная комната медицинского отсека.       — Верно… Честно говоря, некоторые выразили свою озабоченность по поводу предоставления тебе доступа к информации о корабле так рано, — сказал Ультра Магнус, — но другие хотят, чтобы ты был интегрирован как можно быстрее. Учитывая твою вспышку насилия прошлой ночью…       Саундвейв воспроизвел ролик голоса Родимуса: «Самооборона»       — ...Эм, да, — сказал Ультра Магнус. — Это дело ещё расследуется. Тем не менее я настоятельно прошу тебя придерживаться нашего Кодекса Поведения. Он сослужит тебе хорошую службу в период адаптации, — Блюстрик поднес ему новый напиток. Он сделал большой глоток. — Спасибо. Так вот, открытость – ключевая составляющая лидерства Родимуса и Мегатрона. Мы все слишком многое пережили, чтобы её не было. На данный момент я не могу сказать, относишься ли ты к тем, кто соблюдают ограничения, потому что достаточно умны, чтобы понять почему они существуют, или же ты относишься к тем, кто лезет куда не надо только потому, что им запретили это делать. Я могу сказать тебе только следующее: во-первых, если ты будешь ранен, то тебя не смогут починить, а если ты будешь тяжело ранен, то ты умрёшь. Во-вторых, на корабле есть несколько помещений, куда тебе запрещено входить, потому что они очень опасны. Машинное отделение, вероятно, самое важное. Чтобы подавить любое желание исследовать его, я расскажу тебе без утаек почему вход туда запрещён. На Потаённом Свете используется специальный двигатель, который позволяет ему перепрыгивать через измерения. Контакт с его энергией опасен для мехов 0001, а иногда смертелен. Очевидно, мы не знаем, что его энергия может сделать с тобой, но ты можешь ознакомиться с разделом 531г, чтобы узнать, что это воздействие делало с мехами в прошлом.       На экране Саундвейва мелькали изображения мертвых мехов, скрюченных в агонии или частично вмурованных в стены.       — Когда всевозможные загадки о том, почему вход в машинное отделение запрещен, развеяны, чувствуешь ли ты какое-нибудь неудержимое желание проникнуть туда?       — Я ничего не чувствую, — сказал Саундвейв.       Ультра Магнус вздрогнул.       — Я… да, хорошо. Это твой настоящий голос?       Саундвейв кивнул.       Ультра Магнус осушил свой стакан. Он отодвинулся от кабелей Саундвейва, которые сплетались и скользили по полу. Саундвейв был погружен в датапад. На его экране мелькали изображения и цифры. Через несколько минут Ультра Магнус сказал:       — Полагаю, ты ознакомился с перечнем доступных должностей. Есть ли среди них те, которые соответствуют твоим интересам?       Саундвейв отчистил свой экран. Голосом Амбулона он сказал: «Персептор.»       Ультра Магнус беспокойно посмотрел на него.       — Я не думаю, что он принимает, э-э, интернов в данный момент.       «Персептор.»       — Очень хорошо, — сказал Ультра Магнус. — Допивай свой напиток, и мы с ним встретимся. Извини, я на минутку, — Ультра Магнус выскользнул из кабинки. Семью шагами он пересёк комнату и вырвал стержень энергона из рук Риптайда. Тот пытался засунуть его в электрическую розетку.       Саундвейв закончил просматривать информацию с датапада. Он открыл канистру, которую ему дал Амбулон. Он воткнул туда коннекторы.       !!!       Его словно поразила самая отвратительная на вкус молния, которую только можно себе представить. Саундвейв едва не швырнул канистру через весь бар. Он собрался с силами и перелил мизерное количество в свой напиток.       !       Саундвейв оттолкнул стакан. Он был испорчен. Ничего хорошего из этого не выйдет.       — Ты собираешься это пить?       На Саундвейва упала тень. Он поднял голову. Рядом с его столом стоял синий мех с полем, похожим на отбойный молоток. Он держал изящный пустой стакан для напитков между двумя странными клешнями.       — Меня зовут Вирл. В твоем измерении, несомненно, был Вирл, и он был ничуть не круче меня.       Саундвейв уставился в пустоту.       — Да, я это сказал. В любом случае. Ты выглядишь как мех, который хочет ударить кого-то по лицу. У меня как раз есть для этого место. Клуб «Ударные Вещи Вирла». Внизу корабля. Завтра вечером будет открытая драка. Приходи и выиграй Джекпоту немного денег, чтобы он перестал просить у меня мелочь.       драка?       Саундвейв не знал, что на это ответить. Каждый мех, с которым он до сих пор сталкивался, ясно давал понять, что насилие имеет последствие. Автоботы, готовые рисковать постоянными травмами ради легкомысленных целей, несомненно, первыми восстанут против Мегатрона.       должен идентифицировать       — Не слишком разговорчивый, да? Хорошо. Мне это нравится. О, и пароль – «Лицо Тейлгейта, которое можно бить». Это старая шутка. Только не бей Тейлгейта. Ты этого не переживёшь, — Вирл дважды щелкнул своими пустыми клешнями, схватил стакан Саундвейва и рысцой унесся прочь.       Саундвейв взглянул на Тейлгейта, сидящего у барной стойки. У него действительно было лицо, выглядящее так, будто его можно ударить. Очень удобное лицо для битья, не выдающее никаких возможностей самообороны. Саундвейв сосредоточился на разговоре, который Тейлгейт вел с окружающими его мехами. Все звуки стихли, когда он сосредоточился.       — Помните тот случай, когда Ультра Магнус чуть не притащил на борт Проула из альт-измерения? И нам пришлось собрать весь корабль, чтобы наложить вето? — выражение лица Сверва колебалось между ужасом и отвращением.       — Оуу, он был милым, — сказал Тейлгейт. — Немного строгий мех.       — Нет, — сказал Блюстрик. — Он был подлым мехом. Проулы это всегда плохие новости.       — Но напрашивается вопрос, — продолжил Сверв. — Не смотри на него когда я спрошу, не смотри на него. Но кто хуже, Проул или Саундвейв?       — Это спорный вопрос, не так ли? — спросил Тейлгейт. — У нас уже есть Саундвейв. Неважно, насколько он плох. Он уже здесь.       — Хм, — Блюстрик постучал себя по подбородку. — Я бы сказал, что Проул хуже. Саундвейва, вероятно, не настолько волнует копание в твоей личной жизни с целью поиска материалов для шантажа, которые он обнародует, если ты не выполнишь условия какого-то замысловатого ужасного плана, включающего предательство пяти твоих самых близких друзей.       — Какое любопытное описание, — сказал Тейлгейт.       — Блюстрик прав, — сказал Сверв. — Проул пугающе-утонченный. Саундвейв больше похож на прямолинейного "проткну щупальцем живот и высосу твои внутренности".       — Он слышит тебя, — сказал Циклонус.       Сверв нырнул под барную стойку. Блюстрик и Тейлгейт вздрогнули. Они посмотрели на Саундвейва. Саундвейв посмотрел в ответ.       — Циклонус! — закричал Тейлгейт. — Почему ты ничего не сказал раньше?!       Усмешка Циклонуса смягчилась, когда громадная фигура Ультра Магнуса закрыла Саундвейва. Он держал в кулаке конфискованные энергонные стержни.       — Готов?       Саундвейв бесшумно поднялся и вышел из кабины вслед за ним. ~~       Лаборатория Персептора, или, как оказалось, лаборатория Брейнсторма и Персептора, представляла собой большую круглую комнату, заставленную мониторами, научным оборудованием и голографическими проекторами. Эксперименты и изобретения в различных стадиях завершения были разбросаны на столах. Один был полностью посвящен энергону: стеклянные сосуды пузырились жидкостью, нагревательные элементы жужжали. Другой был посвящен оружию. На столе лежал меч, похожий на серую имитацию одного из мечей Дрифта. У него был пистолет на рукоятке. Саундвейв присмотрелся. На самом деле клинок представлял собой серию очень тонких перекрещивающихся пушек. К мечу была прикреплена записка, написанная двумя разными почерками:       МЕКА!       нет, это ужасно       ПУМЕЧ!       это ещё хуже       МЕЧЕ-ПУШКА-ПУШКА!       прийди сейчас же       БЛАСЛЕЗВИЕР!       вот это       Брейнсторм был мехом, одинаково выразительным как в поле, так и в корпусе. Он бурно жестикулировал, крылья дрожали и опускались. Персептор был более собранным, спокойно оценивая Саундвейва, словно он был далекой целью. Саундвейв отметил его асимметричные глаза.       — Вау, ты странный, — сказал Брейнсторм. Он схватил руку Саундвейва и осмотрел её. — Я ждал встречи с тобой, — он указал на покрытие Саундвейва. — Ты видишь это? Ты видишь это, Перси?       Саундвейв выдернул свою руку из хватки Брейнсторма. Мехам 0001 было слишком комфортно прикасаться к нему.       — Он холодный, — сказал Брейнсторм. — Потрясающе. Я предсказывал это, основываясь на показаниях его энергона, не так ли?       — Так и есть, — сказал Персептор. Он держал одну руку у подбородка, изучая биолайты на корпусе Саундвейва. К рукам Персептора были прикреплены большие круглые части альт-режима. Это были не колеса. Саундвейв не знал, что это. Они медленно вращались, пока Персептор думал – по часовой стрелке, против часовой стрелки.       Крылья Брейнсторма расправились.       — Мы никогда не находили никого похожего на тебя, Саундвейв. Ни в одном из тысяч измерений, — он взял несколько стеклянных трубок с энергоном и поднял их вверх. В одной из них была густая фиолетовая жидкость – кровь самого Саундвейва. — Мы работали над синтезом топливной добавки для тебя. Он должен смягчить действие нашей собственной смеси.       — Позволить тебе поглотить его энергию, — уточнил Персептор. — Эффективно и безболезненно.       — Ты, вероятно, не захочешь утруждать себя деталями, — сказал Брейнсторм. — Но они у нас есть. Они все у нас есть, — он нажал на кнопку, и голографический экран засветился потоками данных и диаграмм. — Как ты знаешь, энергон, будучи твердой формой энергии, но не в том смысле, в каком материя является твердой формой энергии, состоит из…       Саундвейв записал взволнованное объяснение Брейнсторма, но сосредоточился на данных, проецируемых перед ним. Они описывали состав энергона. В базе данных Саундвейва была информация, которая давала ему контекст для этих данных: синт.энергон Рэтчета и темный энергон Мегатрона. Саундвейв работал на их периферии и, естественно, впитывал эти данные без раздумий. Он сохранил их на случай, если формулы понадобятся Мегатрону позже, а Немезида будет недоступна. Но Саундвейв никогда не задумывался ни о чем из этого.       Саундвейв мысленно наложил основные компоненты синт.энергона и темного энергона на рецепт Персептора. Сходство было налицо. Смесь Персептора, несомненно, была искусственным энергоном, что Саундвейв смог определить, сравнив её с синт.энергоном. И он не был опасен, как темный энергон. Это было нечто иное. Компоненты энергонов были похожи. Различия заключались в соотношении основных элементов и микроэлементов.       Когда Брейнсторм наконец замолчал и побежал через лабораторию, чтобы взять изобретение, Саундвейв сказал Персептору: — Скажи мне, почему Потаённый Свет не может вернуться в ранее посещенное измерение.       Персептор прищурился. Он постучал пальцем по своему запястью. Голографические данные погасли. Появился купол, покрытый тысячами точек света, соединенных вместе.       — Это карта нашего путешествия. Каждый узел представляет собой отдельное измерение. Единственная линия, соединяющая их, прослеживает наш путь.       Присмотревшись, Саундвейв увидел порядок, лежащий в основе кажущейся хаосом из точек карте. Они были сложены слоями в трехмерном пространстве. Однако в том, как их соединяла линия путешествия, не было никакой закономерности. Она могла оставаться на одном уровне в течении трех узлов, затем перемещаться на шесть уровней вверх, на два вниз, на один вверх, на четыре вниз… Персептор дернул кончиками пальцев.       — Самый простой ответ на твой вопрос заключается в том, что сам Потаённый Свет связан со своей собственной материей. Ты поймёшь, что это основная проблема, с которой мы сталкиваемся при переходе через измерения. Наша навигационная система сделана из материи нашего измерения, и поэтому она подходит для этого измерения. Мы изменили её как могли, но часто она не выдерживает показаний.       Саундвейв вспомнил, что он наблюдал накануне вечером.       — Потаённый Свет не использует автопилот.       — Верно. Мы не можем загрузить координаты в нашу навигационную систему, потому что мы просто не можем их обнаружить. Не имея возможности загрузить координаты цели, мы не можем управлять нашими прыжками, — взгляд Персептора метнулся к антеннам Саундвейва. — Представь, если бы я удалил твои антенны, а затем задал тебе вопрос с другого конца корабля. Было бы нелепо ожидать, что ты ответишь.       Нелепо было то, что Персептор думал, будто у Саундвейва нет возможности услышать его с другого конца корабля. Саундвейв наклонил голову. Он попытался придумать наиболее общий способ заявить об этом, не раскрывая слишком многого.       — Сам корабль можно использовать как средство для прослушивания.       — А, это возможно, — одобрительно сказал Персептор. — И действительно, мы предполагали, что, если бы мы могли понять базовую архитектуру, соединяющую измерения, мы могли бы предсказать куда нас приведет следующий прыжок, или, возможно, даже направить корабль в измерение по нашему выбору. Увы, мы ещё не продвинулись в этом направлении.       Саундвейв направил свое внимание на голограммный купол.       — Почему узлы расположены слоями?       — Мы обнаружили определённые… хм. Трудно объяснить это без использования сложного лексикона.       — Саундвейв: превосходный. Я пойму любой лексикон, если дать достаточно определений.       Уголок рта Персептора приподнялся.       — Очень хорошо. Уравнения, управляющие переходом материи в энергию и наоборот, остаются неизменными во всей, скажем так, мультивселенной. Вот что представляет собой этот купол: все измерения в одном месте. Учитывая, что между ними существуют физические контакты, мы не знаем, почему материя одного измерения ведёт себя иначе, чем из другого. Мы оценили тысячи образцов на атомном уровне и не можем найти причины их несовместимости. Мы пытались присмотреться, но наши возможности наблюдать на субатомном уровне ограничены. Мы не можем определить специфику. Но мы смогли определить энергию, лежащую в основе этой материи. Существуют одиннадцать различных энергий. Мы обнаружили, что каждое посещаемое нами измерение попадает под одну из них. Одиннадцатой является та, что обнаружена в твоем измерении, которое до этих пор было неизвестно, — Персептор наклонил голову. — Это наталкивает на мысль, что там есть ещё больше энергий. В течение многих лет все измерения попадали под один из десяти типов энергии, поэтому мы думали, что их всего десять. Но твое измерение опровергает это.       — В течение многих лет я находился в кармане внутри своей вселенной.       — Я совершенно уверен, что это не должно иметь значения, — сказал Персептор. — Ты можешь рассказать подробнее?       — Зона тени, — Саундвейв вывел данные с описанием на свой экран.       — Ага… — Персептор пристально вглядывался. Когда каскад данных закончился, он яростно начал набирать что-то на клавиатуре. — Я не думаю, что это должно иметь большое значение… — он указал на два одинаковых графика. — Базовая энергия твоего измерения и зоны тени твоего измерения одинаковы. Именно применение этой энергии в пространстве-времени твоего измерения определило зону тени. Если хочешь, можно сказать, что если из железа сделать клинок или ручку, и использовать каждый предмет по назначению, то железо останется тем же самым.       — Понял.       — Итак, в куполе одиннадцать узлов, — сказал Персептор. Он указал на самую верхнюю точку, на одно звено назад по следу Потаённого Света. — Это твоя.       Саундвейв уставился на маленькую точку.       дом. цель. должен вернуться.       Персептор провел рукой по голограмме, деформируя ее яркие звезды.       — 0001 была обозначена как энергия «1». Она находится в самом низу, здесь. Каждое измерение организуется таким образом по мере того, как мы раскрываем его тонкости.       Саундвейв проследил за следом Потаённого Света через тысячи точек. Он почувствовал, как в задней части его процессора что-то затрепетало. Он не мог определить это. Было ощущение, что он что-то упускает в этой схеме.       — Есть ли другие обнаруженные вами характеристики, которые различают измерения?       Персептор покачал головой.       — Это самое глубокое и, по общему признанию, самое простое для наблюдения различие между ними, — он нажал кнопку и коснулся одного из узлов. Появилось окно с потоками данных. — Ты можешь коснуться любого узла на карте, и появятся данные, которые у нас есть по нему. Я допускаю, что мы могли что-то упустить. Таким образом, у нас есть обширная библиотека образцов из каждого измерения, из которых мы могли бы безопасно собирать материю. Если у тебя есть предположение относительно параметра поиска, мы могли бы просканировать образцы.       — Разве он не красив, когда говорит, — сказал Брейнсторм, стоя позади них. Он с восторженным вниманием смотрел на Персептора.       — Неважно, — сказал Саундвейв.       — Абсолютно важно, — сказал Брейнсторм. Он протянул запутанное устройство. — Эта маленькая штучка – ключ к получению топливной добавки. Мы не знаем, как она работает, мы просто знаем, что она работает. Но, поскольку вы из измерения с новым типом энергии, нам потребуется время, чтобы заставить его работать правильно.       — Мы ограничены доступной нам материей, — сказал Персептор. Он указал на колбу с энергоном. — Это наша текущая топливная смесь, которая содержит энергон из измерений с энергией 1. Однако она все ещё может вызвать дискомфорт, что говорит мне о существовании подраздела характеристик, которые мы не можем определить, — Персептор приступил к подробному описанию созданных им математических моделей, описывающих энергии каждого измерения.       Саундвейв не был глупым мехом. Его задачи часто ставили его в непосредственной близости от работы Старскрима и Шоквейва, поэтому он был смутно знаком с терминами, которые использовал Персептор. Но ему не хватало глубоких знаний, чтобы правильно и полностью понять все, что говорил Персептор. Это напоминало ему общение с Дрифтом. Но у Саундвейва не было желания убить Персептора за это.       — …и, конечно, всегда остаётся теория, что Потаённый Свет может прыгать только в те измерения, где он, и, соответственно, все на нем, ещё не существуют. И как только мы прыгнули в измерение, мы уже существуем в нем, поэтому мы никогда не сможем вернуться в него.       — Я не думаю, что это так, — сказал Брейнсторм. — Должен быть способ вернуться в–       Персептор вздохнул.       — Да, я знаю. Мираж приходит сюда каждые несколько недель, тычет пальцем и спрашивает одно и то же. "Как я могу вернуться домой?". Я твердо сказал ему, что, если мы что-нибудь узнаем, он узнает об этом первым. Но мы не можем изменить правила реальности. Нужно уважать математику!       — Математика не заслужила моего уважения, — сказал Брейнсторм. — Нам просто нужен источник энергии, достаточно сильный, чтобы заставить реальность подчиниться нашей воле! — он ударил кулаком воздух.       — Мы не будет пытаться задействовать другой квазар, — сказал Персептор, сложив руки.       — Оу-у–       — Или пульсар, или сверхновую, или пять сверхновых, — сказал Персептор.       Пока они разговаривали, Саундвейв коснулся световых точек. Каждая из них открыла окно с описаниями. Он нажал на узел измерения 0001. Он сравнил его данные с данными своего измерения. Их различия были разительными.       нужно получить все данные       Саундвейв взглянул на входы для консолей. Они были идентичны тем, которые он видел в других частях корабля. У Потаённого Света были универсальные входы. Это было полезно. Когда Саундвейв сможет сделать адаптеры, он сможет подключаться куда угодно. Он добавил эту деталь в свой план. Саундвейв оглядел лабораторию, обратил внимание на вентиляционные отверстия в потолке и подумал о том, как охраняется лаборатория в нерабочее время. Тогда он сможет пробраться внутрь и забрать данные.       В его голове промелькнуло изображение датапада Ультра Магнуса.       Саундвейву пришла в голову альтернатива, которая никогда бы не сработала на Немезиде. Но автоботы были шокирующе откровенны в своих ресурсах.       Возможно, Саундвейву не нужно было красть данные. Может быть, он мог просто попросить их.       — Доступные ли эти данные удаленно? — перебил Саундвейв.       — …вместе с… о! Конечно! — Брейнсторм возбужденно нажимал кнопки на консоли. Он извлек тонкую карточку и протянул её Саундвейву. — Здесь информация о доступе к нашей базе данных. Ты можешь получить доступ к ней, подключившись к внутренней сети корабля.       — Разумеется, доступ только для чтения, — сухо сказал Персептор. Его взгляд скользнул по десептиконским значкам Саундвейва. — Хотя, если у тебя есть что добавить, дай нам знать. Мы будем рады обсудить это.       Саундвейв отложил карту для последующего изучения. Персептор и Брейнсторм ещё некоторое время беседовали о математических последствиях своих экспериментов. Саундвейв записал их разговор, но не предал этому значения. Он составил контрольный список задач и начал организационный протокол для анализа всех полученных данных.       Через некоторое время он понял, что Персептор и Брейнсторм смотрят на него. Казалось, их разговор подошел к естественному завершению. Саундвейв направился к двери.       — Эм. И тебе пока! — крикнул Брейнсторм.       — Хм-м, — произнес Персептор. ~~       Ультра Магнус привел Саундвейва в его комнату.       — Твой испытательный срок требует, чтобы у тебя был сопровождающий для передвижения по кораблю. У меня есть другие обязанности, которые я должен выполнить. Ты должен оставаться здесь до завтрашнего утра, — он указал на недавно установленную камеру напротив двери Саундвейва. — Обычно мы не делаем таких вещей, но твоя вспышка буйства потребовала дополнительных мер предосторожности.       Саундвейв вошел в свою комнату без единого слова.       Быть предоставленным самому себе было именно тем, чего он сейчас хотел.       Он подождал, пока шаги Ультра Магнуса не стихнут в коридоре и встал лицом к очищенным стенам своего отсека.       — Лазербик.       Дрон отсоединился от его корпуса и выстрелил в стену точными лазерными лучами. Саундвейв запустил свои кабели внутрь, перебирая разноцветные провода, изолированные тросы и толстые инженерные линии, пульсирующие энергией.       Было столько всего интересного.