tree in love

чонин ненавидит своих родителей. строят вечно какую-то идеальную семью, где они вроде как любят своего сына, но все это притворство. ян осознал всю бредятину правил его семьи, когда мама заперла его на балконе с молитвами и заставила читать пока все ноги и руки не станут синего оттенка, а потом била ремнем, рассказывая ему в сотый раз о важности религии. боль и обида живущая в сердце бедного парня стала частью его рисунков. несмотря на то, что любое увлечение юноши запрещалось строго настрого, рисование он не бросил никогда из-за этого. чонин показывал свою боль глубокими линиями на листке бумаги, подарившие ему случайное знакомство с любовью всей его жизни. хенджин казался яну странным и он даже знакомиться с ним не особо хотел, но с каждым разговором, находилось все больше вещей, связывающих их двоих. младший пропадал у хвана сутками и естественно родителям это не нравилось, но он не мог ничего сделать с этой невообразимой тягой. дом хенджина стал таким укромным и уютным местом, где всегда можно было спрятаться от злых тетек и дядек, казавшиеся ему семьей. понемногу чонин съехал к старшему полностью со всеми вещами, а родители, несмотря на все угрозы, просьбы так и не смогли вернуть своего сына в родной дом. очередное утро в кровати хвана, стало каким-то привычным, но даже сейчас вызвало улыбку. они вместе, а больше ничего не важно. чонину абсолютно плевать сколько раз они поссорятся, он знает, что старший на все это улыбнется и скажет, что все понял. наверное, вот сейчас момент полного счастья. — доброе утро. - хенджин как кот тянется к худой талии, призимая к себе как можно плотнее еще сонного яна. — утро-утро. - хрипло отвечает младший, не открывая своих глаз. — ты вчера...хотя я был рядом с тобой, значит нет. - голос хвана звучал немного обеспокоенно, что потревожило чонина и он сразу открыл глаза, смотря на старшего. — мы оставили чонвона вчера, но я видел как он танцевал с сонхуном и поэтому решил, что все в порядке, но если... — во-первых, чонвон не маленький и на таких мероприятиях много не пьет, ты это прекрасно знаешь, а во-вторых, твоя идея была их оставить и уехать, хенджин. может расскажешь когда ты начал доверять так сонхуну? а то я тебе верю, а может он просто кошку покормил и ты решил, что он ангел, а? - где-то глубоко в душе ян загрыз себя за то, что оставил своего друга, но что-то ему подсказывало, что его парень не такой уж и идиот. — нини. - начинает хенджин, а младший хмурится от такого прозвища. ну сколько раз можно говорить, что его это бесит. - я учился с ним в старшей школе. раньше он был более разговорчивым, мы были в одной компании. у него была девушка, она постоянно ревновала его, не знаю как сейчас, думаю они расстались. каждый раз, когда мы собирались и сонхун помогал кому-то, не важно парень или девушка, она начинала с ним ругаться. он кажется таким безразличным, но когда реально нужна помощь, то всегда выручает, поэтому я попросил его приглядеть за чонвоном. — чего? - чонин удивляется, думая, что сейчас ослышался. — ты попросил его? — да, а что такого? - хван внимательно смотрит на лицо своего парня. он на минутку сомневается нужно ли было вообще рассказывать об этом. — ты не говорил с чонвоном насчёт того, что на нем скоро живого место не останется, а главное делает это все преподаватель. — мы говорили, я обещал ему не раскрывать подробностей. - ян виновато прикусывает губу, понимая, что наверняка хенджину стало не очень приятно от этих слов. — знаешь, он после этого разговора, избегает любые темы связанные с их отношениями. — но мы же тоже друзья.. - скулит старший, укладывая чужую голову себе на грудь. — у меня так голова болит, может никуда не пойдем? — не пойдем. - хван всегда был таким и чонину это не могло не нравится. этот человек стал лучом надежды, спасавший его бедную измученную душонку. *** — я спрашиваю: что это такое? - джей разозлился не не шутку, увидев не свою отметку и это именно то, что нужно было чонвону. стул с грохотом падает от сильного пинка по нему, но младший останется непоколебимым, уже привык к чужой злости. мужчина не умеет контролировать свою ревность, из него она лезит, ломая по швам в секунду. — не трогай бедный стул. - спокойно говорит ян, всматриваясь в вид из окна, сидя на кровати и пытаясь проснуться, хотя пробуждение было настолько громким, что в считанные секунды избавило даже от мысли о сне. — ответь мне на вопрос, ян чонвон! - джей подходит совсем близко. сначала чонвон этого пугается и вздрагивает, но старший просто опускается на колени перед пареньком, обхватывая руками бледное лицо. — чонвона, зачем ты так со мной? мы же..я же...ты же правда меня любишь, тогда зачем делать такие вещи? ты мой, разве нет? мы живём вместе, я забочусь о тебе как могу, не потому, что мы спим, нет, милый, просто дорожу тобой, понимаешь? — "к кому тебе меня ревновать, к одноразовым связям?" - младший смотрит на мужчину свирепым взглядом, задумываясь о том, что он действительно хочет от джея. снова он любит, но не его и это начинает бесить. те мелочи, которые раньше перекрывались детской влюблённостью, начали выплывать наружу. — успокойся, я попросил друга поставить, чтобы урок вам преподать, преподаватель джей. — чего? - старший складывает руки на коленях чонвона, опуская свой взгляд вниз. он был действительно растерянным и не мог поверить своим ушам. секунду назад чонсон ходил в суматохе, думая о том, что на шее яна слабая петля его лапши, которая, к сожалению, была не только на ушах, но и на горле, а завязана была аж узлом. из этих оков пак никогда не отпустит свое счастье, радующие его каждый день. — меня бесит каждый раз слышать о том как я тебя люблю, но не слышать взаимности в ответ. сколько можно? - ян поднимает взгляд, который резал душу джея без ножа. так нужно всего лишь сказать "я люблю тебя" и все будут довольны, ну хорошо. — я... знаешь, ты прав, прости меня, милый чонвона. для меня очень тяжело говорить кому-то такие вещи, но тебе скажу. - пак садится рядом, поднимая лицо младшего за подбородок. — я люблю тебя. сердце чонвона пропустило серию ударов, возможно, он уже мертв, но такие живые губы чонсона целуют его и возвращают в реальность. ян так верит старшему, не сомневаясь в него словах совсем. у них тонкая связь, которую никто не разрушит и никогда, так думает младший. каждое слово брошенное его преподавателем по английскому чистая правда, иначе быть не может, ведь он же его любит. пару слезинок скапливается на глазах, выдавая насколько чонвон на самом деле растроган. ноги сразу становятся ватными, а тело таким послушным. холодные пальцы лезут под рубашку, оглаживая ребра и считая позвонки. чонсон легко улыбается легонько целуя в щеку, затем проходится по подбородку, мажет в низ к шее. ян притягивает к себе поближе, постанывая от приятных ощущений, переходящие в болезненные. в голове происходит сравнение, в заключении которого он приходит к выводу, что настоящие нежные поцелуи были у сонхуна. младший резко отталкивает от себя, ничего не понимающего пака. он видно вообще не ожидал такого поворота событий, да что тут говорить, сам чонвон не думал, что так себя поведет. — прости...о плохом подумал. - ян берет инициативу в свои руки, пока не понимающий чонсон пытается прийти в себя. юноша целует торопливо, пытаясь заглушить все свои мысли и в этот раз у него это вышло. когда-нибудь они сломают эту кровать, но паку плевать, он продолжит все равно грубо кидать своего младшего на нее, а потом заваливаться сверху, начиная издеваться над юношеским телом. джей был самым настоящим собственником, поэтому из постели невозможно было чонвону чистым. как бы его не просили прекратить так метить белую кожу, он все равно продолжал это делать. сегодняшнюю ситуацию чонсон, не забыл и не простил, поэтому ян может только надеятся, что с ним будут нежны. младший первый раз обжегся об чонсона не сейчас, а когда первый раз позволил этой змее себя поглотить у себя в постеле. чонвон всегда казался очень умным мальчиком, но против своей любви не мог пойти. дыхание пака преследовало его везде, заставляя бедный разум становится все более мутным. ян не первый раз кричал, не первый раз было больно, нет, он не мазохист, а лишь влюбленная овечка, связавшая свою жизнь с волком. тело вздрагивает от третьего раза, грубого и болезненного. голосок хрепеть начинает, а движения стали тяжелыми, будто на спине лежит гора кирпичей. — мне пора. - младший пытается ускользнуть от мертвой хватки на своих бедрах, но не получается. — ну удачи успеть к первой паре - джей покидает измученного юношу, еле стоявшего на ногах. он решил не помогать ему идти до ванной, сам справится. душ не снимает усталость, а прожигает какой-то странный эмоциональный огонек в нем. в голове бред из совершенно несвязанных слов про то, что джей любит, джей заботится, он должен джею и этот бестолковый бред, действительно помогает успокоится. что-то внутри откалывается и в голове появляется образ сонхуна, аккуратно обнимающий его за талию, только по разрешению. да, на засосе все не закончилось, они провели там практически целую ночь и им было хорошо. чонвон танцевал и веселился, познавая новую сторону пака. дыхание от бесконечных танцев так приятно перехватывало. "нет, нет, нет, джей, я верен джею и только его поцелуи мне нужны" - уговаривает себя ян, стукая кулаком по стене. остатки колкости в теле смывает вода. на чонвоне нет лица сейчас. юноша крадётся аккуратно в комнату, забирая вещи из шкафа, и даже не обернувшись, уходит обратно в ванную переодеваться. какие-то непонятные вопросы от чонсона, чонвон игнорирует и быстро уходит из дома, хлопая дверью. почему сейчас у него какое-то непонятное вязкое чувство внутри? больно, страшно, но все же хорошо, все же лучше обычного, да? все эти думы пожирали изнутри. ян вообще забыл сегодня о существовании маршрутки и подался в учебное заведение пешком. — ян чонвон! погоди! - сзади слышится какой-то слишком знакомый голос, но чонвон не может его вспомнить почему-то. тяжелая рука резко ложится на плечо, младший оборачивается, видя перед собой ли хисына. они никогда не общались, даже в компаниях вместе не были, и теперь напрашивался вопрос: что ему собственно нужно? — ээ... привет? - чонвон встречается с яркой улыбкой старшего, но почему-то милой она ему не казалась. о хисыне говорили много, вечно спрашивая о его том в какую компанию ему бы хотелось уйти, как обеспечить себе дебют и всякие другие глупости. от него девчонки фанатели, да и мальчики тоже, каждое действие его как сумасшедшие фотографировали. — не хочешь прогуляться со мной? нам все равно в одну сторону, а ты один идешь такой хмурый, кстати, почему? сонхун тебе не перезвонил? - ян позволяет идти с собой на ровне, пока хисын не начинает ляпать ерунду, не думая совершенно. младший врезается своим взглядом в ли так, что он аж отшатывается. — видел вас вместе и... — а чего это ты так сонхуном интересуешься? нет, даже не так. с каких пор мы с тобой общаемся? - чонвон останавливается, ожидая хоть каких-то объяснений. — никогда не поздно начать, так ведь, милашка? - старший снова расползается в улыбке и яну это определенно не нравится. — конечно. - юноша честно говоря сам не понимал на что соглашается. они были практически у входа и оба опоздали. младший смотрел ли с каким-то странным любопытством в глазах. — мне нужно идти. — удачи, милашка. - чонвон почувствовал как в его крови резко начинает разливаться что-то мерзкое, что-то такое противное, это чувство нельзя было описать словами и все это после встречи с хисыном. ян повис в бесконечном ожидании чего-то плохого. он ждал, что сейчас войдя в аудиторию найдет своих друзей, ведь сейчас они ему правда очень нужны, но там лишь сонхун, смотрящий на него внимательным взглядом. они сталкиваются и младший решает улыбнуться ему, садясь рядом. оказывается все это время в аудитории был джейк, которого он вообще не заметил, что скрывать, кроме сонхуна он никого не заметил. однокурсники сзади начинают как-то подозрительно шептаться, отвлекая от попыток сосредоточится на паре. сидящий рядом пак держит абсолютное холоднокровие, несмотря на то, что говорят вероятно о нем. чонвон начинает прислушиваться к чужим разговорам, не понимая о чем вообще идет речь. — ты слышала? мина встречалась с хисыном, а в больницу попала потому, что покончить с собой хотела. вот дура. - джису особо не скрывала то, что была самой настоящей сплетницей и продолжала без остановок повторять одни и те же слова про какую-то мину. — мина же сестра сонхуна, да? - несмотря на то, что юна никогда не лезла в подобные сплетни в этот раз она тоже подключилась и была удивлена. — мне ее очень жаль. — из-за парня пытаться покончить с собой? глупости какие. - рюджин как всегда была безразлична, говоря колкие слова прямо в спину. чонвон поворачивается к лицу сонхуна, который вероятно прятал все свои эмоции под маской безразличия, продолжал стучать карандашом по столу, ожидая когда пара начнется. младший не знал о чем он думал в этот момент, даже не мог предположить, но точно знал, что эти непонятные сплетни его доставали. — вас не смущает, что он сидит тут и все слышит? своей жизни нет и в чужую лезете? молодцы, а теперь заткнись. - наверное, все были удивлены тем, что такой как чонвон лезит защищать того с кем даже не общается, хотя наверное все уже заметили их вместе прошлой ночью. ян не знает зачем это сделал, просто синдром спасателя, наверное. — в защитника решил поиграть? - этот вопрос пака хоть и звучал как какая-то усмешка, но не был грубым. — не стоит, а то тебе тоже попадёт. — мне все равно. - ян пытается так же безразлично отвечать и выглядит это даже немного забавно. — тебе можно, а мне нельзя? сонхун аккуратно гладит чонвона по голове, поворачиваясь с какой-то легкой улыбкой. впервые в жизни младший видит как он улыбается и готов поклясться, что она самая красивая и чистая из всех. действие происходит всего пять секунд, но ян от него подвисает на долгие минуты, думая насколько же она прекрасная. возможно, рядом нет его друзей, но есть загадочный человек, который сможет его понять и с которым просто комфортно молчать. у них новый уровень отношений. чонвон всегда думал, что он не тот кто сможет поладить с сонхуном, ведь он обычный, а старший слишком сложный для его понимания. все пары проходят как всегда, ничего необычного, но как только он переступает порог территории джея, весь комфорт рушится в секунды. внимательный взгляд преподавателя ощущается как ошейник на шее, от чего становится не по себе. чонсон начинает непонятную игру, где жертва сам ян, а все из-за какого-то повышенного внимания сегодня. что вообще происходит? джей к каждой мелочи начинает придираться. уже в середине пары, яну хочется спросить какого хуя этот старый пень творит. естественно в конце чонсон говорит ему после остаться, что уже неудивительно. когда все уходят, сонхун собирает сумку дольше обычного. чонвон смотрит на это, думая про себя, что, возможно, он это делает специально и не ошибается. — жду около двери. - сонхун как-то странно улыбается, хлопая яна по плечу. младший замечает, что что-то тут не так, но как только дверь закрывается, то думает уже не о странном поведении пака, а о своем преподавателе с непонятными выкидонами. — и что за клоунада это была? знаешь, я тебя не понимаю. это месть? - джей садится на стул, задумчиво взглядывая на чонвона, который был готов дыру в нем просверлить. — мне вопрос повторить? что за клоунада была сейчас? - резкий удар по столу, но чонсон лишь хмыкает на это. — сам виноват, ты меня разозлил сегодня и вообще, где гарантии, что тот засос был оставлен другом и ты не с кем не спал? - младший в один момент перестал понимать все. — я вот подумал и решил, что не простил тебя, ах да, ты не просил извинений. я их жду. — псих. - ян выходит из аудитории, оставляя джея одного со своими мыслями.