tree in love

чонвона прожигала та самая обида знакомая ему с детства. странно было сравнивать джея с мамой, но он был таким же тусклым, таким же злопамятным и такой же истеричкой с кучей непонятных мыслей в голове. он не знал сколько будет качаться на качелях, созданные его нервной системой. самое больное было, когда раскачиваешься, ноги задевают черный песок, и вдруг падаешь глубоко-глубоко в свои страшные мысли. у чонсона руки в крови, в крови чонвона. ян не помнит как так вышло, что они с сонхуном вышли на новый уровень, и наверное ему чуть-чуть совестно за то, что он творит. он держит руки сонхуна в своих, поглаживая ладони и смотря тем взглядом, выражающим безысходность. как часто он спрашивал себя о своих чувствах, разбирая себя по кусочкам, но не мог найти ответа. пак был воздухом, таскался всегда где-то радом как и всегда, но теперь есть близость. пак обнимает его по понедельникам в темных углах подсобки университета, слушает во вторник, показывая глазами свое понимание и сочувствие, в среду держит чужую руку под столом, поглаживая костяшки, а уже в четверг поцелуй в плечо, возможно, он даже не хотел чтобы чонвон знал об этом жесте и вообще обращал внимание, но младший помнит это мгновение ярче всего. сегодня, кстати, воскресенье и они не встретятся по многим причинам. джей ходит хмурый, они не разговаривали все эти дни, хотя живут в одной квартире и продолжают спать вместе. ян чувствовал как его любимый старший, несмотря на свой характер, старался глушить свои детские обиды и не показывать их. чонвон не знает, что ему делать, и кажется перестал видеть причины бегать за чонсоном, пытаясь по-нормальному извинится. он занят своим новым другом, его мысли бегут лишь в сторону сонхуна. пак бесится и это видно, это видит младший, но он не сдвигается с этой мертвой точки, а продолжает впервые закрывать глаза на джея. пора подумать о себе самом. — ты так и будешь молчать? - чонсон не выдерживает первым, ожидая, что младший бросится на колени извиняться, но ничего не происходит. вот непонятно то ли чонвон просек, то ли его мысли слишком заняты. — а что я должен сделать? - ян лежащий на постели, выгибает бровь, откладывая книгу про какую-то там любовь 19 века, куда подальше, внимательно слушая. — ну.. - джей всерьез задумывается, что действительно хочет сейчас услышать, наверное, ему плевать, даже извинения, он просто скучает по теплым губам и голосу, вечно хватающий его за душу. чонвон имел способность, которой не было ни у кого - он мог заставить пака делать что угодно, но сам этого не знал. старшее поколение назвало бы джея просто ленивым идиотом, возможно таковым он и являлся, ему было плевать на все, даже то, что касалось его собственной жизни, но этот лучик света больно обжигал его кожу, заставляя вновь проживать эту серую жизнь. несмотря на то, что чувства были, это ему не мешало крутить чонвоном так как ему удобно, абсолютно не испытывая угрызения совести, а может их и не было, может обычная привязанность. что есть правда, а что нет? — бзну. все что могу тебе сказать. - ян усмехается, хотя может это и не улыбка вовсе, больше похоже на злобный оскал. чонсон частенько сравнивал младшего с бедной овечкой, такой наивной и милой, но теперь в его мыслях проскользнул волк, которой может его разорвать. что-то подсказывало паку, что это конец истории глупой овцы и начало серьезного произведения про волчонка с самыми острыми зубами. — если серьезно? мы не говорим целую неделю и ты.. - но договорить ему не дает, ведь чонвон своим голосом делает выстрел и попадает точно по цели. — послушай сюда, ты делаешь со мной что хочешь и когда хочешь, играешь на моих чувствах, добиваясь своего, а я что должен тебе? что опять я тебе должен? извинения? извини, что после всех твоих действий мне стало плевать сколько ты будешь показывать в нашем доме свою дурь. - больше всего на свете ян хотел вылить то, что было скрыто вешалками с дорогой одеждой в черном шкафу, где его чувства врастали в чертову древесину. — в моем доме, во-первых. - чонсон не сдаётся, но все бесполезно, в этот раз его победили. — а во-вторых, мне насрать. - и ответить нечего. пак сбит с толку сейчас и даже не знает как действовать, за то чонвону все понятно. ян собирает сумку, не слушая больше ничего. телефон уже бился в бесконечных звонках от друзей, но чонвон лишь сунув его в карман, вышел из квартиры, оставляя пака наедине со своими собственными мыслями. хенджин сказал, что бабушка попросила присмотреть за дачей, а то там совсем не людно, никто не прибирает, не ухаживает, все заросло небось. вот они всей своей компашкой поедут отдыхать. чонвон сначала сомневался, но в конечном итоге решил, что проветриться ему стоит, хоть освободится от этих надоедливых мыслей, поедающие его голову. — ты чего так долго? - чонин сегодня на удивление спокойный, даже дуется по всякой ерунде и не читает лекции о том, что ненавидит, когда люди опаздывают. — с нами еще кое-кто поедет, ты не против? - хенджин как всегда излучал хорошее настроение. казалось, что в этом темном мире, он настоящее солнце. они с чонином были хуманизация луны и солнца. — да нормально. - плевать ему хотелось кто поедет, лишь бы сбежать от джея подальше. чонвон задумался вдруг о сонхуне. этот парень за сраную неделю успел захватить все его мысли. он думал о каждом его движении, ища какой-то свой тайный смысл - выгоду. ну не может такой как пак просто взять и подружится с таким как он, такого не бывает. дверь открывается, в душу яна проскакивает сквозняк. он открывает глаза и видит того о ком только что думал. — привет. - чонвон кажется застыл на этом моменте. его сердце начало оттаивать так аккуратно понемногу, только одно "но" мешало взять и заговорить. *** 1 день назад. — привет, дружок, давно не виделись, выпьем кофе или что-то покрепче? - хисын улыбается, своей сверкающей улыбкой, которая была очередной маской этого двуличного лжеца. — нет, спасибо, свой змеиный яд глотай сам. - сонхун, не меняясь в лице идет мимо, задевая специально ли плечом, от чего тот лишь гаденько смеётся, хотя знаете, его бы фанатки сказали, что это самый милый смех в их жизни. — да ладно тебе губы дуть, ну из-за какой-то там девчу... - к сожалению или к счастью, кулак, летящий прямо в челюсть перебивает чужой бред. пак поджимает губы, а на руках оставляет белые полоски от ногтей. — это не просто девчушка, это моя сестра с которой ты поигрался и выкинул как не нужную куклу, а она дурочка таблеток из-за тебя наглоталась, ты мне чуть сестру не убил, а теперь про друзей говоришь? - пак повышает голос и мир будто останавливается, все вокруг затихают. студенты скапливаются около входа, наблюдая за непонятной потасовкой. для всех было шоком, что такой как ли хисын смог разозлить сонхуна, буквально самого уравновешенного человека в мире. — вот ты и сам признал, что у тебя сестра дура и моей вины в этом нет, сонхун, как бы ты не пытался ее найти. - ли задрал со своей ухмылкой и бредом. пак правда не понимает как можно так умело в уши ссать. — видимо вмазал я тебе слабо. - тихо говорить сонхун, уже собираясь идти. этот день должен был самым обычным. вообще пак обещал чонвону сходить в кофе и отвлечь от тусклой жизни, но похоже все отменяется. он отдалялся и можно было почувствовать как его дыхание там далеко бьётся об тяжёлый воздух после дождя. ян решает догнать и поговорить, ведь он слушал его всю неделю. он знал обо всех подробностях, говорил тоскливую правду в лицо и заверял в том, что все будет хорошо не с этим человеком и не сейчас, чему чонвон верить не хотел. чонвон аккуратно берет пака за руку, останавливая и заставляя обратить на себя внимание. — что случилось? - эти слова были сказаны будто в стену, ведь он просто отказался говорить, он просто молча вырвал руку и ушел. *** чонвон почувствовал в тот день, что они вернулись на тот первый этап, когда были никем. сейчас он видит эту скромную улыбку, которая больше не вселяет больше никакой надежды. сонхун снова близко, садится в машину и кусает бедные губы до крови, видимо очень нервничает. чонин буквально с ходу это замечает, но не говорит, он спросит обо всем потом. они приезжают в уютный маленький домик, хенджин им хвастается так будто он его построил и за всем ухаживал столько лет. младший ян ходит туда сюда, осматривая цветочки, а пак за ним хвостиком, опять же молча. чонину какое-то время казалось, что он просто разговаривать не умеет, но нет, про жару тут он говорил вполне четко. чонвон его будто не замечал, специально или нет не знал сам. — тут недалеко пруд есть. - хенджин родился и вырос в деревне, ему такие места были по вкусу, а вот чонин был городским и не понимал зачем хван пытается уговорить его сходить искупаться в болоте. — болото какое-нибудь, а ты в нем главная лягушка, да? - чонвон разделял это недоумение, но все равно был не против. — да ладно вам, я там все детство свое провел! пошлите. - весело было только хенджину потому, что со стороны местечко выглядело не очень. весь берег зарос, песка практически нет. хван прям в одежде и пошел в воду. — тут для полной красоты картины крокодилов нету? - чонин с аккуратностью снял обувь, проверяя ногой берег. — не неси ерунды! вода теплая! - снова кричал хван, заходя поглубже. чонвон ждал объяснений, извинений, но вместо всего этого получил крепкие теплые объятья в воде. младший не знал как реагировать, поэтому просто гладил нежные руки. в этот момент он готов был простить этому чудаку любую провинность, возможно так работает его эмоциональная привязанность к людям, он зависим от людей. пак был умным и осознал это с первых рассказов юноши про джея, но все равно позволил себе влюбиться. — прости. - такое ценное короткое слово, которое мог сказать сонхун и от этого можно было растаять, а когда извиняется джей это похоже на очередную лапшу на уши. чонвон пытается бороться со своими внутренними кошмарами. "тебе бы голову лечить, а не отношения заводить" - чонин был прав. *** — чего делать будем? - сонхун видит потерянность чонвона, но все равно начинает задавать тупые вопросы, но это звучит так невинно и он не бесится от них, в душе новое чувство смешанное со старым - искреннее умиление. — когда мы первый раз нормально поговорили, ты показался мне более уверенным, а теперь я не знаю что о тебе и думать. - ян подплывает ближе, соприкасаясь ладонями с чужим животом. старший никак не реагирует лишь загадочно улыбается. — да? может ты просто плохо знаешь меня. я могу быть разным, я же человек и испытываю весь спектр эмоций, чонвон. - и хохочет, а чонвон его не понимает, не понимает кто он и откуда вообще взялся вновь. — но ты же ничего не делаешь чтобы я узнал. я хотел помочь тебе тогда, а ты вырвал руку и ускакал от меня. - прямо. вот чему всю жизнь хотел научится ян и теперь он бьёт по корням всех. — возможно ты и прав, но на все же нужно время, разве нет? - от сонхуна веет теплом, от каждого слова, хотя лицо его словно лед. люди не знают его внутреннюю сторону и смотрят лишь на красивое личико. ян считает, что у этого человека красота во всем и везде, только он не раскрывает ее всем и это правильно. — тогда давай понемногу раскрываться. хисын встречался с твоей сестрой? - младший чувствует сзади чужие руки и расслабляет, когда его немного обнимают, ненавязчиво, не крепко. — расслабься и я расскажу. - сонхун начинает свой рассказ, свое первое раскрытие. — мы были лучшими друзьями и моя сестра полюбила его, они встречались долго, больше, чем пару месяцев, но хисын вдруг как с цепи сорвался и начал обвинять мину в каких-то изменах, она пыталась покончить с собой из-за того, что перестал выходить на связь, а потом начал вести себя так будто ничего вовсе и не было. — а тебе это странным не казалось? - ян кладет своих руки поверх чужих, прижимаясь к чужой груди и слушает дальше. — казалось, но за все время он даже не согласился просто поговорить, просто трус. - пак вздыхает куда-то в макушку, катая чонвона по воде.