Прикоснуться к сердцу

В поход небольшой отряд из почти всех членов второй группы отправился около 11 часов утра, сразу после завтрака. Вел их не сказать, что дружную компанию из коллег и сотрудников сам директор базы, Евгений Борисович. Он оказался невероятно увлечённым, да и увлекательным рассказчиком, знающим местные окрестности как свои пять пальцев. — А в реках подле нашей территории рыбаки не раз находили золотые самородки! — провозгласил очередной удивительный факт мужчина, бодро идя впереди и размахивая руками. Ушли они совсем недалеко, метров на 500-700 от лагеря. Но лес оказался непредсказуемым и местами даже непроходимым. — Да, здорово тут у вас, — Степа старался идти в начале шествия, чтобы следить за вечно выбивающимся в лидеры Крапоткиным. А Рита в конце «пасла» замыкающих Марченко и Толстого. На всякий случай. Данилов быстро спустился с небольшого грунтового пригорка и помог преодолеть его сначала манерной секретарше в белоснежном костюмчике, а затем активному пожилому водителю агентства, который был на удивление неотъемлимой частью коллектива. Сотрудники «Солнца» оказались сплоченными и дисциплинированными на деле, хоть и обсуждали друг друга за спинами и флиртовали каждый день с новыми коллегами. Чтобы подобное взаимодействие и получение возможно полезных сплетен не обходило стороной и засланных казачков, Рита и Степа решили сменить тактику и постараться с кем-то пообщаться одельно. Не увлекаясь друг с другом. Раз, играя пару, которой больше никто не интересен, они несколько отгородили себя от коллектива, то теперь самое время сыграть незаинтересованность друг в друге и сблизиться с остальными. Тем не менее скучать обоим не приходилось, ведь тонкая флирт-игра у них ещё продолжалась, совершенно не мешая делу. Вот и сейчас Рита дала Степе некий сигнал, казалось бы, совсем незаметно спустившись с пригорка, лишь одной рукой оперевшись на его сильное плечо и проскочив мимо перед самым лицом. Специально не акцентируя внимания на таком все же многообещающем тактильном приеме. Зависимая. Невинность опущенного взгляда, строгость и серьезность на лице, взмах густых волос с рыжим на солнце отливом и ее узнаваемый запах заставили притянуть внимание Данилова и обернуться вслед. Следующим далее коллегам он уже не стал помогать на моменте спуска с рыхлой горки. По ходу этого небольшого путешествия стало понятно: насколько из этих людей хорошие офисные работники — настолько же плохие и выживающие в лесу. Никто из мужчин не вызвался помочь с организацией костра и разбором рюкзаков, когда Нерядов привел на просторную полянку для лагеря. Все разбрелись кто куда. В быту на глазах у всего коллектива и опера старались не мозолить глаза и не проявлять смекалку и таланты, а наоборот — максимально уйти в тень, контактируя с постояльцами и наблюдая за всеми в процессе осваивания со стороны. Если убийца среди их группы — актерский талант у него от бога. — Здесь же комары и клещи! — самая громкая блондиночка в дорогом костюме периодически оповещала всех о том, насколько прекрасно единение с природой вдали от асфальта и гаджетов. Благо, помочь Нерядову и ещё одному мужчине с кострищем вызвался Данилов. Директор сразу же отметил его рвение и, твердя о сплочении коллектива, оставил подопечных в одиноком бромансе. А сам устремился на помощь к девушкам, которым поручили организовать перекус. Закончив со своей работой Стёпа огляделся и решил впервые за день подойти к Власовой. — Рит, ну, у тебя вот это крепление должно быть у стенки палатки, а не в основании, ты же видишь — оно длиннее. — но говорить о рабочих вопросах в такой обстановке не получалось, наблюдая за тем, как забавно грозная оперативница и капитан полиции разбирается с устройством ночлега. Девушка, сидящая уже час на земле за делом, полученным ей впервые в жизни, опустила плечи и закатила глаза. Ещё раз кто-нибудь скажет ей, что она что-то делает не так — Рита сама сделается убийцей. Но обернувшись на напарника она сразу сменила гнев на усталость — не могла всегда на нем срываться. Тем более, что мужчина принялся делать ее работу за нее. — И как ты это понял? — сдалась Власова, передав все проволоки и саму конструкцию палатки Степе. — Здесь же окно, смотри, — он развернул ткань и указал ей на змейку. И отследил это измученное милое лицо с немного саркастичной улыбкой. — а ты думала — это ход в подземное бомбоубежище под землёй, — предположил трактовку ее мысли о том, почему окно должно быть в полу палатки, Данилов, слегка изогнув одну бровь. Но Власова быстро вернула маску оперативницы и, задумчиво прикусив губу и кого-то выискивая взглядом, отряхнула руки о штаны. — Ладно, ты разбирайся, а я попробую выяснить, что за подозрения у Крапоткина на наш счёт. Для начала, — глядя в сторону зама директора сощурилась Рита, встав на ноги. — а ты не спускай глаз с Марченко, — и нагнулась к его уху уже с распущенными волосами, дав наказ строгим сильным голосом. Как бы он хотел услышать другие — какие угодно — приятные слова таким соблазнительным образом. Касание шелковистых волос и вуаль горячего дыхания оставили на шее и плече Данилова атмосферный и будоражащий след. А на лице возникла хитрая улыбка.

***

Короткий и холодный разговор с Крапоткиным, приглашенным Ритой за хворостом в чащу, не дал результатов. Ему было будто бы даже и не до нее. Весь в своих мыслях. Правда, напоследок промелькнула в его словах одна деталь. Они уже возвращались обратно из кустов в лагерь. — Риточка, ты случайно не знаешь, куда делся тот паренёк? Илья, кажется, такой… Убирался на территории. — Может, его смены закончились, — сделала незаинтересованный вид Рита, пожав плечами. — а что? — Наш общий коллега с ним как-то связан, интересовался, — замялся мужчина. — Кто, если не секрет? — девушка высыпала ветки в общую кучу и незаметно переглянулась с сидящим по ту сторону костра Даниловым. — Если честно, Толстой, — выдал тайну Крапоткин, чувствуя себя неловко. — не пойму, что их могло связывать. Видишь ли, Артур Геннадьевич подозревает вас в близком «общении» с этим молодым человеком, — перешёл на тихий голос мужчина. У Риты в голове замелькало куча мыслей. — Возможно, это всего-навсего ревность, ты уж меня извини. Ещё раз, — Крапоткин и сам уже был хорош на подкатывания к Рите, ещё с прошлых пьянок. Но на трезвую голову по первому впечатлению вроде как культурный человек. — Ну, это уже его дело, ведь так? — через силу улыбнулась на прощание Рита, оставляя заместителя агентства наедине с дровами. Власова помнила по описанию и досье, что Толстой тот ещё жук. Он известен своими ушлыми махинациями и любовью к «палкам в колесах» коллег. Потому Крапоткин и пытается его переиграть, выуживая компромат, и потому и поинтересовался у Риты, какая между ними с тем парнем связь. Но вот Власовой этот вопрос был теперь гораздо важнее. — Позвони им, скажи, чтобы допросили Кирсанова и выяснили, что его связывает с Толстым? После разговора Власова пересказала все Данилову. — Не могу. Связи нет, — опер беспомощно глянул на экран телефона. — да и уже поздно, Нерядов все равно не отпустит в лагерь, где доступная сеть. — Пионерский отряд, — сами того не осознавая опера оказались в «плену» собственного прикрытия, ведь из похода по правилам возвращаться на базу нельзя, теми более без уважительной причины на ночь глядя. Без проводника. — Ладно, выясним это завтра, — Власова без настроения отправилась готовить к ночлегу их с Даниловым палатку.

***

Забыть тревожные мысли не помог даже старый добрый вечерний ритуал всех посиделок на природе — песни под гитару вокруг костра. Кто-то жарил зефир или хлеб, кто-то кутался в плед, рассказывая анекдоты, кто-то тихо напевал гимн агентства или советские романсы под ненавязчивое бренчание струн. Рита смотрела на огонь, сидя на бревне и обхватив колени руками. Задумчивая и даже поникшая. С наступлением темноты на нее всегда находили тоскливые тревожные и унылые мысли. Что, если они его не поймают, не найдут? Или не дай бог допустят новое убийство? Как они подставят ФЭС в таком изначально неоднозначном и личном задании. Что, если их больше не поставят в напарники на важные командировки, миссии, не доверят серьезные расследования? Рогозина положилась на них. А если прямо сейчас ее племянница, которая уже все давно разгадала, там, в лагере, уже поймала преступника и подписала себе повышение в должности? И что, если они со Степой действительно все это время упускали что-то важное, какие-то зацепки и детали, отвлекаясь на личные отношения, драмы и разбор полетов? И время уже потеряно, они не справились ни с одним из своих предназначений толком… Только больше все усложнили… Может, и не надо было начинать все это?.. Снова все мелочные догадки и проблемы навалились, как снежный ком. Рита ушла в себя. — Держи, — Данилов протянул ей жареную растявшую зефирку, сняв с палочки, которую терпеливо держал несколько минут над огнем, чтобы она не сгорела, а стала мягкой и нежной. — и может уже подвинешся ближе? я все-таки без куртки сижу. — пожал плечами с приглашающей улыбкой. — Да что-то не хочется, извини, — даже не глянула на угощение Власова, разворачиваясь спиной к костру. — я устала. Посплю немного, ты первый на часах, разбудишь, я сменю, — тихонько предупредила об их расписании наблюдения за ночной ситуацией в мини-лагере Рита. И ушла в палатку.

***

Ночью мысли растворились в сонном сознании и теперь, будучи на часах сама, Рита ответственно боролась со сном, исполняя свои обязанности сторожа. Прислонившись через брезент палатки к стволу дерева, наблюдала за другими ночлегами «коллег» через пленку окошка в одной из стенок их временного убежища. А Стёпа, поскольку не помещался во весь рост в небольшом пространстве именно этой палатки, получить на раздаче которую им так не повезло, свернулся у ног почти что головой на коленях напарницы. Видел десятый сон, откараулив Риту законные четыре часа. Но спокойно поспать ему, видимо, на его службе не суждено. Из одной из палаток высунулся человек. Костер горел уже слабо, все разошлись спать ещё часов в 11, и к трети ночи огонь уже тускнел, не позволяя разглядеть хозяина силуэта. Крупный, высокий, скорее всего, мужчина. Крался. Рита сразу выпрямилась и приблизилась к пленке-окну. Человек осторожно поплелся в чащу, стараясь не шуметь. — Стёпа? — девушка спешно начала будить напарника, неглядя и машинально погладив его рукой по голове. И мужчина, просыпаясь и ежась, ответно накрыл ее пальцы ладонью. — Да здесь я, здесь, — он сквозь сон словно успокаивал напуганного ребенка, который проснулся от кошмара, или кого-то, кто очень беспокойно спал, не чувствуя рядом опоры и защиты, кого-то близкого. — Из лагеря кто-то вышел, идёт в чащу, один, — строгим голосом доложила обстановку Власова, нависая над напарником и попутно обуваясь. — давай, надо за ним, — и, выходя наружу, придавила Степу его курткой и берцами, на что тот сердито замычал, но быстро принялся за короткие сборы. И нагнал девушку уже в лесу. Они крались за слегка растерянным осторожным силуэтом, который брёл в сторону базы почти что наощупь, светя фонариком перед собой. И периодически опускал его, проверяя, в какой стороне горят огни главного лагеря сквозь густую чащу. Рита, выспавшаяся за это время, гораздо бодрее и быстрее нагоняла таинственного блудника, кралась за ним бесшумной кошкой, скрываясь за деревьями. А Степа просто старался идти за ней, не хрустеть ветками и не упасть. — Из какой палатки вышел наш ночной скиталец? — Через одну справа от нашей, синяя с белой прошивкой. Пока мужчина с фонарем остановился, проверяя свою дорогу и думая, как обойти кусты, опера зашептались, спрятавшись за старой елью. — Это Толстой. Его лысина, — Стёпа кое-как рассмотрел объект впереди, который растерянно крутил головой. — Так, все. Слишком много совпадений, — девушка нашарила за поясом наручники. — Он не перешёл к активным действиям, — машинально заговорил о протоколе Данилов, тоже потянувшись к кобуре. Рита обернулась на напарника. Хоть вокруг и была полнейшая темень, он ясно увидел ее темные уверенные и предупреждающие об опасности глаза перед собой. — Пластинку смени. Забыл? — строго напомнила ему об их уговоре действовать от сердца и чутья, а не правил и устава. — Мы не можем его упустить, вокруг все равно никого. Не успел Стёпа выдвинуть ещё один аргумент, как Власова выиграла момент его же растерянности и первая ринулась к Толстому. — Стой!.. — едва шепотом выдавил Данилов, но, не ухватив ее рукой за толстовку, сам спрятался поукромнее. Хотя бы один из них сохранит прикрытие в случае ее ошибки. — А-а! — отрывисто выкрикнул мужчина, прижатый вдруг к дереву чьей-то мощной фигурой. И в полном удивлении и с поджатыми руками сначала выпучил глаза, а затем осмотрел Риту сверху вниз, узнав и возмутившись. — Вы?! — Куда идете? — с угрозой и подозрением задала вопрос врасплох Власова, не собираясь ослаблять хватку поперек плеч Толстого. — Я-я. я хотел забрать свое снотворное из домика, — от неожиданности и ее пугающего напора и давления этих хищных холодных глаз мужчина не смог сказать больше ничего кроме правды. — У меня хроническая бессонница. А то они куда-то пропали у меня из сумки, я помню, что брал. — пожаловался ей предприниматель. И поймал себя на мысли, что ему начинает нравиться положение сотрудницы так близко и интимно к нему в уединенной обстановке. Степа услышал его слова и убрал пистолет. Давай, Власова, придумай что-нибудь. Иначе ему придется зайти сзади и дать Толстому по башке, чтобы тот на утро все забыл. Рита тоже поняла, что ошиблась, и все их подозрения ложны. Но как теперь выкрутиться? Хватка значительно ослабла, а взгляд опустился. — Просто… Вы мне очень нравитесь. Как мужчина, — улыбка стала неловко кокетливой. Рука Власовой извиняясь погладила грудь Толстого. — Я давно за вами наблюдаю. Решила, что это отличный момент узнать друг друга получше… — и посмотрела в упор, улыбаясь как можно доброжелательнее и привлекательнее. Включила тигрицу. Ну а что она ещё могла? Притвориться лунатиком? Уже представляла, как Данилов издевательски смеётся там в кустах. Ну хорошо ещё, что он не выпрыгнул. Для такого случая оправдания точно ещё не придумали… — Не сопроводите меня до палатки? Раз уж мы с вами оказались на такой романтичной прогулке. Степа действительно едва сдерживал смех и тер рукой глаза, понимая, с каким трудом и нелепостью она все это несёт. Выглядит со стороны как гопница в парке на Якиманке, которая зажала хрупкого интеллигента в переходе. Но Толстой, видимо, одурманенный таким резким приливом адреналина охотно принял столь удачное приглашение. — Я только с радостью, но, — и хотел было показать рукой в сторону базы, где в домике у него остался запас снотворного, но Рита настойчиво взяла эту руку под локоть. — Отлично. Надеюсь, оно вам сегодня не понадобится… Вообще из нее бы вышел отличный маньяк-извращенец, Стёпа точно знал. Но абсурд этой ситуации заставил его быстро прогнать остатки сна и действовать на помощь напарницы. Данилов быстро вернулся короткой дорогой, не светясь перед Толстым. У него есть небольшая идея, как выйти из этого положения и вытащить Ритку. Дойдя обратно до лагеря нелепая парочка заметила, что Данилову тоже не спится: мужчина сидел напротив своей палатки и грелся у костра. Он с невинной приветливой улыбкой слегка сонно уважительно кивнул им, не мешая. — Что ж, если вы вполне готовы продолжить нашу беседу в моей укромной норке, так сказать, — мерзко замялся Толстой, указав в приглашающем жесте на свою палатку и потянув ее туда же. В этот момент у ничего не придумавшей Риты вот-вот до предела натянулись нервы. Но вдруг Данилов вскочил на ноги и смешно крикнул «Змея!», указывая пальцем прямо под ноги парочки. Это был запрещённый и крайний маневр для Власовой, в частности. Если Толстой только заметался, топча землю в темноте, храбро сражаясь со «змеёй», то Рита вскрикнула по-настоящему напуганно и, забыв все прикрытия и даже собственное имя, ринулась прямо в Данилова, лишь бы за кого-то схватиться и чуть ли не залезть сверху подальше от самого большого ее кошмара. Так она и Толстой уже под наблюдением нескольких удивлённых лиц высунувшихся на шум коллег оказались по разные стороны от костра. И Степа предусмотрительно быстро увел девушку в спасительных объятиях подальше, к их палатке. От вида испугавшейся не на шутку, беспомощной и растерянной напарницы на своей груди, Данилов сам не смог сдержать неловкую улыбку, даже героически добрую. Что, конечно же, заметил и Толстой, хмуро проводив их обиженным взглядом. Такое свидание им испортил этот парень, да и без того ясно видно, какая сейчас между ними на самом деле химия… — Ну все, все, тихо, — пытаясь сдержать ее порывистое паническое дыхание и метания со взглядом под ноги, Стёпа как можно мягче обнял Власову и положил руку на голову, уткнувшись носом в ее распущенные волосы, едва слышно напоминая. — Я же пошутил… Чтобы он от тебя отстал, — ему было даже немного страшно признаваться в том, что он так напугал ее понарошку, но спас, наверное, от гораздо более страшного. Теперь Толстой понял, что между ними, и что в сторону Риты лучше больше никогда не смотреть. И о сегодняшней ночи не упоминать. Но, честно говоря, Данилов не думал, что это так впечатлит ее, даже растерялся. Власова быстро пришла в себя, когда услышала о шутке во благо, и все же едва легко толкнула напарника в грудь, осуждая взглядом за то, что поставил ее в такое положение. Но понимала, что он помог ей и выручил, прикрыл. А ошиблась она. Данилов отпустил запыхавшуюся напарницу в палатку и ещё раз осмотрелся, заверив некоторых проснувшихся, что все в порядке и опасности никакой нет.