Рассвет

Он появился в виде маленькой, незаметной гусеницы среди братьев и сестёр. Никто из них не увидел родителей, встречающих их появление на свет, и пришлось им учиться всему самостоятельно. Из-за большого количества родственников нашей гусенице пришлось покинуть их и отправиться на поиски еды. Это оказалось непростой задачей. Многие листья были невкусными, и пришлось ползти дальше, надеясь на что-то. Но очень скоро ему пришлось понять, что голод - это ещё не самое страшное. В какой-то момент он решил, что передвигаться на открытой местности куда проще, и вскоре уже полз по тропинке, тянущейся куда-то вдаль. Вдруг послышался взмах, и что-то приземлилось позади него. Он испугался и свернулся в клубок, успев заметить справа от него ползущего жука, мало обратившего внимание на происходящее. Нечто приближалось к ним, и с каждым его шагом земля немного содрогалась. И вот оно уже поравнялось с гусеницей, и резко настала тишина, будто всё замерло, затаившись в ожидании. Затем - странный крик и звук взмахов, идущий куда-то ввысь. Несколько минут было тихо, и с трудом гусеница решилась открыть глаза. Он был всё там же, на земле, но вот жука, сколько ни искал его глазами, так и не нашёл. Этого события было достаточно, чтобы гусеница уползла с дороги и решила больше никогда там не оказываться. Прошло две недели. За это время он пережил несколько линек, нашёл себе убежище с едой и другими насекомыми, отличавшимися от него. С того дня небо вызывало в нём лишь ужас, и даже лишний раз оказаться под открытым небом было страшно. Гусеница за это время стала уже куда крупнее и толще, но всё ещё была меньше своих сверстников. Время пришло. Он, полагаясь на свои инстинкты, руководившие им всю жизнь, начал делать нечто, похожее на нити паутины, которую ему несколько раз доводилось видеть. Вскоре после долгих обматываний гусеница оказалась полностью внутри чего-то, немного напоминающего улей пчёл, только намного меньше. К нему пришёл сон. Он не знал, как долго был в этом состоянии и что с ним происходило, но проснувшись, он уже был...не таким. Куда-то исчезло его привычное тело, пережившее столько линек, а вместо него было что-то другое, неизвестное. Да и за спиной чувствовалось нечто непонятное. Он испугался всего этого и решил выбираться из этого места, ставшего тюрьмой, чтобы затем спокойно разобраться с произошедшем. И после некоторых мучений это таки вышло, но он не мог ползти. Уже не было того тела, а были странные длинные лапки, с которыми было не особо понятно что делать. Но он решил не сдаваться, и через несколько минут уже мог твёрдо стоять и даже ходить, не запутываясь в собственных лапах. Но всё же, что там такое за спиной? И, не выдержав, он подошёл к капле воды. На него смотрело что-то странное, не та привычная гусеница. А за спиной были два белых крыла с чёрными пятнами. Это его испугало. Он видел иногда подобных ему, летавших в небе, но никогда не думал, что и ему это предстоит. Предстоит оказаться там, в небе, где живут те страшные существа, желавшие его съесть. Но, может, теперь, раз он изменился, они не тронут его? Но раздумывать об этом особо долго возможности не было, поскольку крылья уже высохли. Движимая инстинктами бабочка взлетела и ощутила потоки воздуха, пролетавшие мимо неё, увидела множество таких же, только вступавших в эту новую жизнь, а также своё прошлое: дом, где столько времени она пряталась от всего мира и от себя самой. Опьянённый свободой он летел и летел, не думая о будущем, о прошлом, лишь о небе. Но вскоре пришёл голод. Он уже не мог есть листья и, доверившись инстинктам, направился к поляне, где росло множество цветов. Здесь бабочка смогла попробовать нектар и решила, что это куда лучше листьев. Он видел, что многие собратья общаются друг с другом, но его интересовал только полёт, и вскоре он уже снова летел. Через некоторое время голод снова захватил его, и пришлось искать другую поляну. Он летел довольно низко, и вдруг его глаза заметили что-то, летящее с неба. Оно было белым и, присмотревшись, он понял, что это крыло. Крыло его собрата. Оно кружилось в воздухе, белое, подобно саванну, и от него несло смертью и страхом. Немного покружившись в потоках воздуха, оно медленно опустилось на землю. После перекуса он решил прекратить летать и начал ходить по земле как раньше. Лишь теперь его глаза стали замечать эти белые пятна. Иногда попадалось одно, два, а иногда - целые кладбища, окрашивающие землю в ярко белый цвет. Но и здесь, на земле, оказалось не особо безопасно. Уже не все насекомые были дружелюбны, и те же муравьи не особо хотели церемониться и могли терпеливо ждать момента, чтобы опрокинуть, а затем унести к себе в логово. Да и инстинкты, влекущие его в небо, всё также говорили в нём, и он уже снова парил, но чувствуя ужас и не так плавно, в результате чего остальные бабочки облетали его стороной. Это и сыграло злую шутку. Одна из птиц, приняв его за раненого, решила подкрепиться. Вдруг он услышал взмах крыльев, неожиданно для себя ощутил всё нарастающую боль, а затем потерял сознание, чтобы уже никогда не проснуться. Птица яростно раздирала его маленькое, нежное тело и не пожалела даже тонких лап. Вскоре в воздухе медленно кружились белые, как снег, и с чёрными пятнами два крыла, лишь немного запачканные кровью.