Вода помнит всё

      На следующий день её разбудили всё те же три девушки. Видимо, их назначили её личными служанками. Ещё четыре других стояли в стороне. Одна держала новую одежду, вторая — подушку с украшениями, третья тазик с водой и полотенцами, а четвёртая — косметику и кисти.       Ещë вчерашним вечером Вэй Ин побродила по коридору и, найдя ближайшую ванну, смыла с себя всю косметику. На лице сразу так легко стало. И также вчера она сняла корону, вытащила все шпильки и кое-как разобрала причёску. Ей казалось, что этого натяжения болели даже волосы, не то что ли голова. Она не позабыла снять и свадебное ханьфу. Оно висело на стульях. Вэй Ин спала в одном нижнем белье.       Служанки подняли её и стали приводить в порядок. Сперва обули в новые сапожки. Они были белыми, с вышивкой огня на верхней части.       Потом её лицо и шею стали обтирать влажными полотенцами, смывая остатки косметики. А после стали красить. Сегодня на её лицо и шею нанесли тонкий слой пудры. И вновь пошли в ход влажные платки. Ими стёрли пудру с бровей и волос. Таким же тонким слоем нанесли румяна на щеки. Немного подвели глаза чёрной краской и нанесли на губы немного красной помады, которую впоследствии растушевали по ним. Такой макияж лишь подчеркнул красоту молодой жены, а не полностью её перекрывал и создавал новую, как вчера.       Пока одна делала макияж, две других стали расчёсывали её волосы, распутывая колтуны, коих было не мало. Потом на макушке сделали пучок, который закололи шпилькой, украшенной цветами на толстом конце. Пучок также украсили заколкой, от которой тянулось золотое висячее украшение, которое оканчивалось ромбом с рубином. Точно такое же, как носит Вэнь Жохань. В уши вставили золотые висячие серьги.       Потом настала очередь одежды. На девушку надели белоснежную рубашку ханьшань с красной каёмочкой по горловине. Следом пошло белоснежное ханьфу с узкими рукавами. Подол и верхняя часть также были расшиты языками пламени. На талию надели широкий бордовый пояс с солнцем, символом ордена Цишань Вэнь, в самом центре. Следом надели вторую часть верхнего ханьфу. У неё уже были вышиты языками пламени широкие рукава и горловина. А на спине, в районе лопаток, вышито красное солнце. Она выглядела, как накидка. Такой большой слой одежд весьма сильно стискивал движения. Ещё и с тем учётом, что все это было в пол. А значит ещё и легко запнуться. Не смотря на все неудобства, Вэй Усянь с гордостью принимала облачение своего нового ордена. Этой ночью она ещё успела поплакать и дать себе клятву, что больше ни одна слеза не упадёт из её глаз. Она будет сильной и волевой, как мадам Юй. Коль ей удалось избежать своей судьбы, Вэй Ин непременно постарается сделать это чужое и едва знакомое место своим новым домой.       Кстати говоря, если так посмотреть глазами современного европейского человека, то получается весьма иронично. Белый цвет одежд — как чистый холст для творения новой жизни, а языки пламени и солнце на поясе и спине — как знак того, что её новая жизнь будет озарена светом и счастьем, а вся боль сожжена дотла.       После сборов, Вэй Ин в сопровождении двух служанок отправилась на завтрак со своей новой семьёй. Её лицо выражало лишь железную уверенность.       В трапезный зал она зашла одной из первых. Там были только Вэнь Сюй и её супруг. Она прошла к столу и села на своё место, по правую руку от Вэнь Жоханя. Помнит, что мадам Юй всегда сидела именно на этом месте. Всё это время мужчины следили за ней глазами.       — Доброе утро. Как тебе спалось, Вэй Усянь? — Вэнь Жохань держался холодно и отстранённо.       — И тебе доброе утро. Могло быть и лучше. А твоя ночь как прошла, мой дорогой супруг? — Она скосила на него взгляд, отвечая также с лёгким холодом. По голосу было слышно, что её слабо волнует, как спал её муж.       — Благодарю. Не плохо.       И вновь повисла тишина. Скоро подошли жены сыновей Вэнь Жоханя. Они поклонились и заняли свои места. А Вэнь Чао так и не пришёл. Даже уже еду принесли.       — Ну, и где он? — Кажется, глава клана Вэнь начинает терять терпение       Вэнь Сюй нелестно отозвался без промедления:       — Рожу поди стыдит. Нажрался вчера, как свинья. — В его голосе слышалось призрение к младшему брату.       Вэнь Жохань грозно глянул на сына и тот сразу поумерил свой пыл.       — Простите, отец.       Глава семьи посмотрел на одну из двух женщин.       — Где твой муж?       — Простите, отец. Я не знаю… — Тихо отозвалась она. В конце предложения её голосок надломился.       — Значит завтрак пройдёт без него.       За всей этой картиной Вэй Усянь наблюдала молча. Она следит за всеми членами своей новой семьи, собирает информацию об отношениях между ними, чтобы понять, с кем можно и нужно общаться, а кого лучше обходить стороной. Вэй Усянь уже успела понять, что никто не жалует Вэнь Чао. Что ж, в этом у него теперь стало на одного ненавистника больше.       Все взяли палочки для еды и стали есть. Трапеза проходила в полной тишине, что могло значить совершенно не тёплые отношения между друг другом.       По окончании, все стали расходиться по своим делам. Вэй Ин подошла к жене Вэнь Чао:       — Барышня, подождите.       Молодая женщина остановилась и слегла поклонилась.       — Что-то случилась, госпожа Вэнь?       — Нет, всё хорошо. Я хотела узнать ваше имя и откуда вы.       — Меня зовут Ма Бию, имя а быту Ма Ликиу, из ордена Ганьсу Ма.       Вэй Ин удивлённо похлопала глазами:       — Никогда не слышала об этом ордене.       Женщина тихо похихикала:       — Я не удивлена. Мой орден находится на северо-западе Китая. И сейчас является частью ордена Цишань Вэнь. И теперь исповедует даосизм, вместо ислама.       — Вот оно что. Получается, ты не народности Ханьци?       — Отнюдь. Моя народность называется Хуэйхуэй.       — То-то у вас такая необычная одежда.       — Сочту это за комплимент. Хоть мой клан и перешёл в другую религию, но продолжает чтить традиции.       Дамы шли по коридору, пока тихо беседовали.       — Разрешите спросить, вы не заняты? — Ма Бию наклонила голову на бок, вопросительно смотря своими изумрудными глазами на Вэй Усянь.       — Нет. А что?       — Давайте прогуляемся по саду? Хочу пообщаться с вами подольше, госпожа Вэнь.       Вэй Ин неверяще изогнула бровь.       — Здесь есть сад?       — Да. Даже в этом мрачном месте, есть что-то прекрасное и живое. — Она прикрыла рот рукавом своего ханьфу.       Единственное, что определяет её, как члена ордена Цишань Вэнь — это белоснежное верхнее ханьфу с языками пламени на рукавах и подоле и солнцем на спине. В остальном её одежда очень сильно отличалась. На ней была белая рубаха с вышитыми на груди цветами, надеты свободные белые штаны. Поверх надето приталенное платье красного цвета без рукавов с золотой вышивкой. На её голову надета белая шапочка с чёрной вуалью чуть ниже плеч. На ногах она носила красные туфли с ремешком.       — Знаете, я не против. — Широко улыбнулась Вэй Ин, смотря на женщину сверху вниз.– Хочу побольше узнать о вашем народе.       Да, Вэй Ин в свои 16 лет почти 170 сантиметров в росте. В то время как Лян Бию была около 160 сантиметров.       — Прекрасно. Тогда я с радостью с вами поделюсь.       — Благодарю вас. — Вэй Усянь склонила голову. — Покажите дорогу?       — Разумеется.       Она последовала за Ма Бию. Женщина очень понравилась Вэй Усянь, чем-то напомнила ей шидзе.       Они гуляли по зелёному саду. Из-за того что в Цишане теплее, чем в других регионах, он уже зазеленел, а некоторые цветы благоухали.       — В каком возрасте вы получаете взрослое имя?       — Ох, у нас отсутствует второе имя. Мы его получили после того, как вошли в даосизм. Я вообще была удивлена, когда узнала сколько имён может быть у одного человека. И их все ведь надо помнить.       Женщина немного поникла, но после вновь улыбнулась.       — Интересно. Позвольте задать вам вопрос. Почему у вас с Вэнь Чао нет детей? — Её это правда интересовало.       — Госпожа Вэнь, это неприлично спрашивать. — Ликиу немного помрачнела, смотря на девушку.       Вэй Ин постаралась выкрутиться. Ей теперь стало ещё интереснее.       — Мы ведь с вами теперь семья. И я джиму Вэнь Чао. Думаю, я имею право знать. — Второе предложение она буквально выдавила из себя.       Молодая женщина поджала губы. Вэй Усянь была права. Она действительно может это знать. Ма Бию помотала головой в разные стороны, проверяя, чтобы никого не было рядом, а после попросила девушку немного наклониться. Вэй Усянь немного согнула колени. Рукавом ханьфу она прикрыла расслоение между своим ртом и ухом Вэй Усянь. Женщина прошептала:       — У него недостаток энергии Инь. Ему ни один лекарь помочь не смог.       И отшагнула от девушки на приписываемое нормами этикета расстояние, ужасно спущенная.       Вэй Ин стоило катастрофических усилий сдержать смех. Теперь ей понятно, почему он такой бешеный. Обделила природа мужика возможностью выполнить свою обязанность перед кланом. Даже здесь отцовских надежд не оправдал, бедняга.       — Я вам искренне сочувствую. — Всё ещё пытается подавить смех.       Но на самом деле, ни грамма она не сочувствует. Одного Вэнь Чао слишком много для этого мира. А тут бегал бы ещё один такой шизик.       Вэй Ин продолжила расспросы, когда полностью успокоилась. Вопросы были стандартными, по типу: «Сколько лет вы уже в браке?», «Счастливы ли вы с ним?» и так далее. Ма Бию отвечала честно далеко не на все. Уже когда-то была научена горьким опытом, что слишком сильно сближаться здесь ни с кем нельзя. У Вэй Усянь же настоение не много поднялось. Ей показалось, что её новая знакомая неплохой человек.       Гуляя по саду, они проговорили до самого обеда. И вместе пошли в трапезную. В этот раз Вэнь Чао соизволил вылезти из своей цзинши и явить свой безобразный лик семье. Ван Линцзяо с благоговением кружила вокруг него.       Дамы заняли свои места. Вэй Усянь обратила внимание, что Ма Бию всячески старается игнорировать раздражающую любовницу своего мужа. Просто делает вид, будто её не существует. Также она обменялась любезностями со всеми, кроме жены Вэнь Сюя.       Обед, как завтрак, прошёл в молчании. После него Вэй Ин попросила Ма Бию устроить ей экскурсию по всему ордену. На что Ликиу согласилась.

***

      Дни ускользали один за другим. Потом шли недели, затем месяцы. И вот, настала первая годовщина свадьбы Вэнь Жоханя и Вэй Усянь. Она уже год живёт в ордене Цишань Вэнь который разросся ещё больше, но в войну с другими велики орденами пока не лез. Вэй Ин вела спокойный и размеренный образ жизни. Обжилась и даже начала входить во вкус своей роли госпожи Вэнь: живёшь себе спокойно и не знаешь, ни забот, ни хлопот, продолжаешь совершенствоваться и даже ходить на ночные охоты, ей никто этого не запрещал. От того на рожон не лезла. По большей мере она просто наблюдала за всеми, прощуповала почву для кое-каких своих планов. С Ма Бию они подружись. Хоть и были из двух разных культур. На удивление, и с Вэнь Сюем начали налаживаться отношения. Он оказался весьма адекватным человеком. Ну, или казался таковым на фоне своего младшего брата. Вэнь Жохань, как и обещал, до сих пор и пальцем не тронул Вэй Ин. Они даже почти не разговаривали весь год. Разве что девушка получала от него небольшие подарки по праздникам: шпилька, браслет, нефритовая подвеска, а нами день рождение так вообще ханьфу подарил! С Су Фанг, женой Вэнь Сюя, Вэй Ин так ни разу не заговорила. Было у девушки и достижение: с недавних пор Ван Линцзяо начала её бояться. А произошло всё на кануне годовщины свадьбы.

***

      Вэй Ин как обычно шла на завтрак в компании двух своих служанок. И в общем коридоре она пересеклась с Ван Линцзяо.       — Поздравляю тебя, Вэй Усянь, почти целый год смогла продержаться здесь. — Надменно выпалила девушка.       Вэй Усянь на это заявление и бровью не повела.       — А ты смогла ещё почти год продержаться на статусе бесплатной проститутки. Так что, какое вообще право ты имеешь обращаться ко мне на «ты»? — Голос звучал спокойно, но всё же были слышны угрожающие нотки. — Совсем совесть и страх потеряла?       Взгляд Вэй Ин становился только тяжелее. Она смотрела на Ван Линцзяо сверху вниз с таким отвращением, с каким смотрела только на Лань Ванцзы. И сохраняя такой взгляд, её губы расплылись в улыбке. Выглядело это как-то слишком жутко. У Ван Линцзяо аж холодок по спине прошёл, а на лбу выступили капельки пота.       — Тебя надобно наказать. — Мило прощебетала девушка.       Мимо шли два адепта. Они остановились, что поклониться госпоже Вэнь, и Вэй Ин глянула на них.       — Вы, двое. — Окликнула она мужчин. — Вы не заняты?       — Нет. — Хором ответили те.       — Увидите эту невежу.       Махнула она рукой в сторону Ван Линцзяо.       — Сорок ударов палками за неуважение к госпоже Вэнь.       Молодая женщина аж охренела. По другому это просто не назвать. Да не только она. Эти два адепта тоже. Но делать нечего. Раз госпожа приказала, надо исполнять. Как только они взяли Ван Линцзяо пол руки, она сразу начала брыкаться и кричать:       — Только посмейте! Вам руки отрубят! Нет, головы отрубят!       — Не визжи, порось. — Грубо заткнула её Вэй Ин, обходя. — Не резать же собираются.       Но обернулась и насмешливо добавила:       — Всего-то отбивную сделают. Увести.       И она пошла дальше вперёд под крики Ван Линцзяо. Завтрак и «любимая» семья не ждут.

***

      Сегодня 12 апреля. Ровно год, как Вэнь Жохань и Вэй Усянь сочетали себя узами брака. Они встретились утром перед завтраком, дабы подарить друг другу подарок — ситцевый платок. Он символизирует их ещё весьма непрочные, как тончайший ситец, отношения. Также говорят друг другу приятные слова благодарности за прожитый год и выражают надежду, что их брак не закончится скоро.       На завтраке их поздравляла вся семья, и сыновья, и их жёны. А также и чета Цзян. На Ситцевую годовщину свадьбы всегда приглашаются родители жены. Весь Цишань Вэнь празднует их годовщину. Да так громко, чтобы Небожители услыхали и дальше хранили их брак.       — А-Сянь, я поверить не могу, что ты год здесь живёшь. Тебе здесь нравится?       — Нравится, не нравится, терпи моя красавица. — Откровенно говоря пробухтела Юй Цзиюань, отпивая вино из чаши.       Вот ещё одна традиция. Всей семьёй пить вино, заготовленное в день свадьбы.       — В какой-то мере я даже с вами согласна, госпожа Юй. — Усмехнулась Вэй Ин, вспоминая позавчерашний инцидент с наложницей Вэнь Чао, вопли которой слышал весь Безночный город.       — Ну, зачем же вы так. — Немного улыбнулся Вэнь Жохань. — Мы с моей супругой хорошо уживаемся. Даже ни разу не поругались. — Последнее он как-то даже ехидно промурлыкал.       — С тем учётом, что мы с тобой почти не общаемся. — Колко подметила девушка, а после перевела взгляд на свою служанку. — А-Я, нальёшь мне ещё вина?       Это заставило главу ордена Вэнь расплыться в улыбке. А мадам Юй и Цзян Фенмяня подавиться вином.       — И как я на такой гадюке женился. Ворчишь день и ночь.       — Сам выбирал. — И Вэй Ин отпила из чаши вино.       Создавалось ощущение, что эти двое живут вместе не год, а десять лет, настолько просто они друг с другом общаются и не стесняются в выражениях. Да и постепенно изменявшееся поведение Вэй Усянь замечали все. Сейчас она вела себя, не как зашуганный и побитый котёнок, а как гордая кошка императорского происхождения; прямая спина, гордо поднятая голова, отсутствие страха перед Вэнь Жоханем. Даже взгляд у Вэй Ин изменился. Он стал лукавым и колючим. Девушка как будто сильно повзрослела. Лёгкая сдержанность прослеживалась почти во всём. Самым ярким примером для семьи Цзян стали её спокойные объятия за плечи и лаконичное приветствие. Чета Вэнь к такому уже привыкла, но не семья Цзян. А когда узнали, что Вэй Ин кого-то наказала, просто лишились дара речи. Вэй Ин расцветала на глазах, как чахла, как было в Пристани лотоса.       После завтрака, две семьи отправились в город. Сегодня ни у кого дел нет. Каждый торговец, который видел супругов, преподносил им подарок и поздравления. Вэнь Жохань и Вэй Усянь принимали всё и благодарили. Они были вежливы, но и не перегибали палку. Все члены семьи общались друг с другом, пусть и несколько суховато.       Только Вэнь Чао плёлся где-то в хвосте. Он всё никак не может смириться с новой супругой своего отца. Да и жизнь сейчас не сахар. Всего спустя пару месяцев, после свадьбы, всё пошло наперекосяк. На него никто не обращал внимания, как бы сильно он не лез из кожи вон. Его отец всё больше разочаровывается в нём, ведь не получается ничего, за что бы не брался. Как будто специально кто-то устраивает ему различные западни. И он ещё и верит в это, виня во всём Вэй Усянь. Ещё и Вэнь Сюй сыплет соль на рану, регулярно насмехаясь над ним и стуча отцу об очередной неудаче. Как бы сильно он не был напыщен и высокомерен, но чувство собственной никчёмности постепенно начинает его одолевать и пробирать до косточек.       Вечером все вернулись в главное здание, отужинали дружной компанией и отправились спать. Утром следующего проводили чету Цзян на корабль и те покинули орден Цишань Вэнь. Кстати о кораблях, Вэнь Жохань действительно отозвал корабли своего ордена сразу же после свадьбы. Так что и Юньмен весь год спал более менее спокойно.       И начался второй год супружеской жизни Вэй Ин и Вэнь Жоханя.