Хэллоуин

***

Вечеринка Последняя Джон не был уверен, как они попали в кэб, но он был уверен, что теснота автомобиля была одновременно приятной и отвлекающей. После его позорного поражения в дартс и поцелуя с соседом по квартире... Поцелуй с соседом по квартире... Джон был доволен тем, что его водили по пабу, пока Шерлок наслаждался своей победой. Он слегка помахал Молли, когда та уходила с рыжеволосым парнем, в которого она, казалось, действительно вонзила свои когти, и покачал головой в ответ на её пантомиму «позвони мне». По правде говоря, он провёл большую часть оставшейся ночи в некотором оцепенении. Поцелуй с соседом по квартире... Да, это была просто забава для дурацкого пари, но... Поцелуй, поцелуй, поцелуй... Это было совсем не так. Это было совсем не так, совсем не так. К счастью, Шерлок был счастлив просто продолжить, как ни в чём не бывало, болтая о своих наблюдениях за другими посетителями и подновляя напиток Джона. Это дало Джону время и мужество позволить себе подумать, по-настоящему подумать об их вечере. Он сказал Молли, что подумает, и она была милой. Он не мог нарушить обещание, данное такой милой девушке, как Молли. По крайней мере, не тогда, когда его кровь теперь состояла в основном из виски. − Я действительно верю, что фраза звучит так: «закрываем заведение», мы очень хорошо с этим справились. Я провозглашаю это начинание ошеломляющим успехом. Согласны, мистер Ватсон? − Согласен, капитан Холмс. Я не сомневаюсь, что истории о наших подвигах переживут нас и войдут в легенды. Джон решил не анализировать небольшой переворот, который сделал его желудок, когда он поймал взгляд Шерлока и увидел, как губы детектива изогнулись в плутоватой ухмылке. − Тем более, что вся эта сага будет должным образом задокументирована моим личным блогером. Я действительно с нетерпением жду возможности прочитать эту запись, несмотря на некачественную грамматику и высокопарный стиль повествования. − Ты действительно хочешь, чтобы я взял сегодняшние фотографии у Молли и прифотошопил эту шляпу охотника на оленей на твою голову, не так ли? − Мои искренние извинения. Я и понятия не имел, что твоя литературная сторона настолько чувствительна. − Никогда не связывайся с тем, кто знает твои слабые места. − Это очень верно. К счастью, число людей, которые знают мои слабые места, чрезвычайно мало. Эта улыбка не была плутоватой. Она была милой. О боже... Шерлок одарил его милой улыбкой, и Джон быстро начал понимать, что это значит, когда кто-то говорит, что улыбка заставляет их таять. Таять, как плитка шоколада, оставленная на солнце. Выбравшись из кэба, Шерлок бросил кэбмену множество купюр и объявил на всю улицу, что капитан Холмс вернулся и все должны охранять свою добычу. После пяти минут хихиканья на ступеньках была предпринята попытка. Потом ещё одна. Затем несколько попыток отпереть дверь. Затем серьёзный разговор о том, чтобы спать у входа, потому что лестница, ведущая к 221Б, выглядела заминированной. Затем игра в подбрасывание монеты, чтобы проверить, была ли заминирована каждая ступенька. Затем медленное продвижение вверх, тела плотно прижаты к стене на случай, если по другую сторону двери их ждут разъярённые туземцы с копьями и костяными ножами наготове. После быстрой, но шумной зачистки квартиры отважным капитаном Холмсом со своим пленником на буксире их дом был объявлен безопасным, хотя мебель выглядела подозрительно, поэтому они сели на пол перед диваном. Шерлок скривил лицо, будто он о чём-то очень напряжённо думал или нуждался в слабительном. Со словами «ах-ха!» он сунул руку под диван и вытащил бутылку чего-то похожего на довольно дорогой тёмный ром. Один долгий глоток из бутылки, и её передали Джону, чтобы он сделал свой ход. − Вау, это хорошая штука. Я думаю, что твой эксперимент закончен, не успев начаться. − Чепуха. Я купил эту бутылку без должного тестирования. Вероятно, существуют ГОРАЗДО лучшие марки производимого рома. Потребуется большая самоотдача, время и количество образцов, чтобы прийти к окончательному выводу. − Ты злишься. − Каждый судит по себе. Хихиканье и икота сочетаются на удивление хорошо. − Хотя, серьёзно. Серьёзно, серьёзно. Та последняя вечеринка. Это был ты, не так ли? Ты привёл это в движение, ты великолепен... о, это действительно хорошо. О чём я говорил? О да... в этом был весь ты. Не отрицай этого. Я это вычислил. Де... вывел это. Шерлок украдкой взглянул на Джона глазами, которые немного выбили ветер из парусов Джона. − Ты бы рассердился, если бы я сказал «Да»? О нет... Ничего этого не было бы. − Рассердился? Нет... я не сержусь. Я отлично провёл время. Супер, чудесное время для Хэллоуина. Я просто удивлён, вот и всё. Не совсем в твоём стиле, не так ли? Вот так стараться изо всех сил, когда это не дело или что-то настолько же важное. − Это было важно. Шерлок не отрывал взгляда от пола, и Джон был уверен, что это, должно быть, праздничное привидение, которое подняло свою скованную руку вверх, чтобы схватить Шерлока за подбородок и поднять его лицо так, чтобы их глаза могли встретиться. − Потому что мне бы этого хотелось? Джон наблюдал, как адамово яблоко Шерлока подпрыгнуло вверх-вниз, когда детектив с трудом сглотнул, прежде чем ответить. − Да. Я видел, как ты смотрел на те фотографии в коробке в твоей комнате. Те, что были сверху, были теми, на которые ты смотрел совсем недавно, и все они с тобой в детстве в той или иной форме костюма. Тогда ты выглядел счастливым, и ты выглядел счастливым, заново переживая свои воспоминания. В сочетании с другими твоим поведением было легко сделать вывод, что этот праздник значил для тебя что-то особенное. Это было наименьшее, что я мог сделать... за всё, что ты для меня делаешь. Джон не отпускал лицо Шерлока. Вместо этого он провёл большим пальцем по линии подбородка Капитана и почувствовал, как лёгкая дрожь пробежала по коже Шерлока от прикосновения. Это действительно была приятная борода, и Джон ещё несколько раз провел большим пальцем взад-вперёд, чтобы насладиться ощущением. − Ты устроил отличный вечер... захватывающую ночь... только для меня. Это... это потрясающе, Шерлок. Удивительный, гениальный... никто никогда не делал для меня ничего подобного. Спасибо тебе. Возможно, это было его воображение, которое позволило Джону подумать, что Шерлок наклонился к его прикосновению в этот момент, но он решил провести пальцем по щеке детектива, потому что, воображение или нет, это казалось правильным. − Итак, ты привёл меня на одну вечеринку со своим братом и его компанией, одну с ребятами из Ярда, с которыми мы работаем, и одну с моими приятелями и людьми, с которыми я провожу много времени наедине. Можно сказать, что ты настаивал на своём, дорогой капитан. Как бы помечая свою территорию. Особенно с этими... Джон потряс его за руку так, что звон цепей разнесся по комнате. − Мо... можно было сказать, что я проверял почву. − Чтобы посмотреть, соглашусь ли я с этим? − И собрать данные для последствий. − Ты беспокоился, что люди подумают о тебе? − Нет, я беспокоился, что люди подумают о тебе. Мне было бы наплевать на мнение людей обо мне, но ты не такой, Джон. Если... если бы ты пострадал от каких-либо последствий, потому что... − Потому что тебе нравится моя сексуальная сущность? Шерлок мог бы дать Молли побегать за её деньгами в отделе покраснения. − Ты приковал меня к себе на случай чего? Вдруг кто-то привлечёт моё внимание? − Упрощенно, но достаточно точно. Шерлок откинул голову назад, подальше от руки Джона. Ещё один большой глоток рома проник ему в горло, но это не облегчило выход дополнительной информации. А Джон просто смотрел. Уставился на своего соседа по квартире, который выглядел как-то иначе, чем раньше. Возможно, более человечным. Определённо более уязвимым. Развязности и бравады его пиратской персоны нигде не было видно. Развязности и бравады его обычной персоны нигде не было видно. И он был красивый. Не симпатичный. Красивый. Это было то, что Джон ждал увидеть, даже если он этого не знал. Шерлок Холмс, эта личность, не был тем человеком, с которым Джон мог бы стать чем-то большим, чем просто другом. Но Шерлок Холмс, этот человек... это было совсем другое дело. Определённо «мужчина», но это больше не казалось важным. Джон придвинулся ближе к неподвижному телу рядом с ним и взял бутылку из рук Шерлока, отставив её в сторону после последнего глотка. − Ты гениальный мерзавец. Ты мог бы поговорить со мной об этом. Спросить меня, каковы были мои чувства... О, подожди. Так веселее? Тень улыбки, но всё же улыбка. − Хорошо подмечено. Я... я иногда видел, как ты, Джон... смотришь в мою сторону. Я с готовностью признаю, что моя сила не в эмоциональных областях, но я довольно хорошо умею читать лица и выражения. − Ты хочешь сказать, что мой рот говорил одно, а глаза говорили другое? − Вполне. Я подсчитал, что вероятность того, что ты примешь мой интерес, была незначительно выше, чем если бы ты твёрдо стоял на своей сексуальной идентичности. Это был риск, но не безрассудный. − Я буду честен с тобой и с самим собой, я думаю. Я думал об этом. О нас. Может быть, даже о нашем первом поцелуе. Джон решил бросить кости и предоставить всё судьбе. − Жаль, что я не понял этого сегодня вечером. Шерлок дёрнулся, будто в него ударила молния. − Что ты имеешь в виду? Я поцеловал тебя. Мы поцеловались. Я почувствовал что-то, что должно было быть языком. И это был не мой язык. − Да, это был поцелуй, но он не считался. − Почему? Есть какие-то правила или что-то в этом роде насчёт поцелуев? − На самом деле, много. Но для первых поцелуев? Они не могут быть на спор. Или чтобы угодить толпе. Или быть напоказ в любом случае. Джон был рад, что у него выработалась сопротивляемость взгляду Холмса, потому что это был самый сердитый взгляд, который он когда-либо получал. − Тогда что же считается? − Должно быть, когда целуешь только для того, чтобы показать другому человеку, как сильно ты заботишься. Чтобы заставить другого человека почувствовать то, что чувствуешь ты. Сделать так, чтобы твой партнёр чувствовал себя хорошо. Всё это имеет значение. Хочешь демонстрацию? Шерлок не ответил. Он просто медленно кивнул и замер, когда Джон наклонился и позволил своим губам коснуться идеального рта Шерлока с луком купидона. Джон не торопился, поддразнивая и пробуя на вкус, позволяя Шерлоку медленно пробиваться к ответу. Таким и должен быть первый поцелуй. Осторожный, нежный и все остальные глупости, о которых пишут в любовных романах. На этот раз Шерлок был первым, кто предложил немного больше глубины, и Джон охотно согласился, просунув язык между губами Шерлока и почувствовав, как дно уходит из его мира.

***

Долгие минуты спустя голова Джона покоилась на плече Шерлока, у каждого из мужчин была одинаковая довольная улыбка, а волосы были взъерошены так, как это могут сделать только чужие пальцы. Каким-то образом они держались за руки, и ни у кого не было желания менять это в ближайшее время. − Что теперь, мистер Ватсон? − Всё, что мы захотим, капитан. Не то чтобы для такого рода вещей существовала карта. − Я попрошу своих картографов поработать над этим. − Это будет означать много путешествий. Мы будем добавлять понемногу каждый раз, когда будем отплывать. Звучит неплохо, на самом деле. − Смогу ли я надеть свою шляпу? − Смогу ли я надеть свои цепи? − Я думаю, мы пришли к согласию, мистер Ватсон. − Я согласен, капитан Холмс.