Deku the Dad

Звук прерывистого дыхания раздавался из ванны в однокомнатной квартире. Там, сидя на холодном кафеле пола, была молодая женщина. У нее были шоколадно-каштановые волосы, которые были серьезно потрепаны и выглядели так, как будто их несколько раз сжимали ее руки на грани того, чтобы выдернуть их. Ее зеленые глаза были налиты кровью, когда она пыталась сдержать слезы. Ее грудь вздымалась с каждым вдохом, обжигавшим ее горло. Эта молодая женщина - Шизуку Мидория, дочь Мандалай из спасательной команды Диких Кошечек и Изуку Мидория, уполномоченный Комиссии общественной безопасности Героев. Источником беспокойства Шизуку были вещи, лежащие на полу перед ней; три теста на беременность показали положительную отметку. — Как это случилось? — спросила она себя, прежде чем ее мозг ответил, он отказывался позволить ей убежать от реальности, несмотря на того как она отчаянно этого хотела. Она точно знала, как это произошло, она была беспечной, пьяной и возбужденной. Несколько недель назад Шизуку исполнилось двадцать лет, и, как каждый нормальный взрослый, она хотела выпить, чтобы отпраздновать это, поэтому она и несколько друзей плюс их друзья устроили вечеринку. Шизуку, как новичок в выпивке, должна была следить за собой и обращать внимание на то, насколько она пьяна, но она этого не сделала, и в этом пьяном оцепенении она флиртовала с парнем и привела его к себе домой. Она могла представить себе выражение лиц своих родителей при этом признании, особенно ее отца. Разочарованный взгляд в их глазах ранил бы ее хуже, чем любые злодеи, с которыми она сражалась. Конечно, когда она проснулась на следующий день, его уже не было, в то время она даже подумала, что это хорошо. Но сейчас она не хотела смотреть на последствия своего пьянства с похмелья, которое у нее было. Всю эту ночь она пыталась забыть об этом и продолжить свою геройскую карьеру, но недели после этой встречи оставили ее физически больной. Сначала она подумала, что, может быть, простудилась или, возможно, это были затяжные последствия ее похмелья, но после двух недель рвоты и проблем с желудком в ее животе начала формироваться яма о том, что это может быть на самом деле. Конечно, она пыталась игнорировать и отрицать это, но после того, как ее рвало большую часть прошлой ночи, она бросилась покупать несколько тестов на беременность, и теперь она была здесь. — Я не могу быть беременной! Я только что переехала из дома моих родителей! Я только начинаю свою карьеру! — кричала она стенам. Шизуку окончила UA два года назад и получила работу в агентстве Уравити. Ее родители были так горды, хотя ее мать немного ревновала, что Шизуку решила не присоединяться к Кошечкам. Мандалай понимала, что Шизуку хочет проложить свой собственный путь без помощи от нее или ее отца. — Да, неплохо, Шизуку, даже не прошло два года за пределами дома, а ты уже залетела. Мне придется взять отпуск на работе, и кто знает насколько. Придется вернуться к маме и папе, потому что я ни черта не знаю о воспитании ребенка! — прокричала она, положив голову на колени. Мне не нужно его растить. Я могла бы просто сделать аборт. Подумала она про себя, прежде чем почувствовала, как молния вины пронзила ее. Мысль об убийстве ее будущего ребенка просто разрывала ее совесть в клочья. Слезы навернулись на ее глаза. — Я НЕ ЗНАЮ, ЧТО ДЕЛАТЬ! — крикнула она во всю глотку и заплакала еще сильнее.

***

Мандалай сидела на диване, прижав колени к своей большой груди. Пальцы её ног выглядывали из халата с рисунками лап, который она носила, когда смотрела какое-то дрянное реалити-шоу. Она знала, что это бред, но, черт возьми, это Рюко подсадила её на это. — О, девочка, переступи уже через себя, — сказала она телевизору, прежде чем послышался быстрый стук в ее входную дверь. Мандалай вздохнула, поставила чашку кофе на подставку и пошла к двери, шипя, как кошка, когда она босыми ногами наступила на холодный деревянный пол. — Почему я не надела свои тапочки? — задала она вопрос самой себе, пока быстрый стук продолжался. — Я иду, иду! — кричала Мандалай, открывая дверь, и увидела перед собой убитое горем лицо дочери, которая, плача, упала в объятия Мандалай. — Шизуку, что случилось?! — крикнула Мандалай, пытаясь утешить свою дочь и выяснить, что с ней не так.

***

Немного успокоившись, Шизуку сидела в кресле с чашкой чая и смотрела на горячую жидкость. — Вот что случилось, — произнесла Шизуку, прежде чем медленно отхлебнуть чай. Она не могла смотреть матери в глаза, зная, какое разочарование ее ждет. Ее родители были самыми законопослушными людьми из всех, кого она знала. Конечно, это само собой разумеется, учитывая род занятий ее матери. — Шизуку, как ты могла позволить этому произойти? — сказала Мандалай спокойным и ровным тоном. Если бы Шизуку не знала её лучше, она бы поклялась, что ее мать была искренне любопытна. — Мы воспитали тебя лучше, чем это. Ты всегда, всегда, всегда предохраняешься, особенно в такой ситуации. Где были твои таблетки? — потребовала Мандалай, Шизуку вздрогнула и почувствовала слезы на глазах. — Я ничего не покупала! Я не планировала идти на вечеринку, чтобы трахаться. Я просто хотела выпить с некоторыми из моих друзей, и когда я проснулась, у меня была такое похмелье и смущение, что даже не хотела больше думать об этом. Прости, мама. Я знаю, что облажалась, но я не понимаю, что делать. Мне всего двадцать лет, я не знаю, как быть мамой. Да я все еще пытаюсь понять, как быть взрослым и героем! — прокричала Шизуку, поставив чашку, чтобы прикрыть глаза и свернуться калачиком. Она больше не знала, что думать. Шизуку не чувствовала себя такой потерянной и напуганной со времен её стажировки. Пока она лежала на месте, обнимая себя, она почувствовала, как ее мать подошла к ней и заключила её в объятья. — Прости меня, Шизуку. Я знаю, что это страшно, — промолвила она, гладя волосы дочери, когда та плакала. В этот момент все, что было внутри Шизуку выплеснулось наружу, и она громко заплакала в объятиях своей матери, как ребенок, пока у нее ничего не осталось. Мандалай посмотрела на свою дочь и покачала головой, увидев, что Шизуку спит, она подняла дочь и отнесла ее в комнату, которую делила с мужем, и накрыла одеялом. Мандалай вышла из комнаты, вернулась в гостиную и набрала номер на своем мобильном телефоне. — Изуку, у нас небольшая проблема, — проговорила Мандалай, начиная объяснять сложную ситуацию, в которую попала их дочь.

***

Шизуку медленно проснулась. Ее глаза были слипшимися и раздраженными, без сомнения, из-за того, что она плакала сегодня. Она медленно села и услышала пару голосов. — Я не могу поверить, что она дала этому случиться. Это самая безответственная вещь, которую она когда-либо делала, Шино! Это не то, что можно было легко решить или забыть, потому что это больше не касается только ее, на волоске висит невинная жизнь, и будет ли она жить или умрет, зависит от нашей явно слишком безответственной дочери! Шизуку вздрогнула от повышенного голоса отца, но также и потому, что все, что он сказал, было правдой. Она была безответственной. Она совершила ошибку и теперь была слишком напугана, чтобы что-то с этим поделать. — Говори тише, Изуку. Шизуку там спит, у нее был достаточно тяжелый день и без твоих криков о том, как сильно она все испортила. Поверь мне, она знает, и она не только сожалеет о том, что произошло, но и напугана до смерти. Мы с тобой были полностью готовы завести ребенка, и все же были ночи, когда мы не могли спать. Ты хотя бы представляешь, через что она проходит? — спросила Шино. Шизуку открыла дверь спальни и прошла по коридору в гостиную. Там стоял ее отец. Он был высокого роста с зелеными волосами, зачесанными назад. На его лице была пара прямоугольных очков, которые он поправил, чтобы взглянуть на нее. Он был одет в черный костюм с буквами H.P.S.C на левой груди костюма. Изуку стоял прямо, как шомпол, пока его зеленые глаза сверлили Шизуку. Она слишком хорошо знала этот взгляд с детства. Ее отец был разочарован, что в ее глазах было хуже, чем его злость. — Привет, папа, — слабо поздоровалась она, Изуку все продолжал смотреть на нее. — Это все, что ты можешь сказать в свое оправдание, Шизуку?  — холодно произнес Изуку, на что Шизуку прикусила губу. — Мне жаль, папа. Я знаю, что облажал... — Изуку оборвал ее извинения. — Не извиняйся передо мной, Шизуку. Ты должна извиняться перед собой за то, что поставили себя в эту ситуацию, а затем извиниться перед ребенком, растущим внутри тебя. Ты натворила больше, чем просто облажалась, Шизуку, это серьезно, и поэтому мы не можем терять времени. Что ты собираешься делать с ребенком? — задал он вопрос, скрестив руки. Шизуку посмотрела на своего отца, не совсем понимая его вопрос. — Ч-Что ты имеешь в виду? — спросила она, Изуку лишь издал звук разочарования. — Не пытайся уклониться от вопроса. Что ты собираешься делать, Шизуку? Прямо сейчас внутри тебя растет жизнь, и независимо от обстоятельств ее появления она является частью тебя. Тебе нужно решить, собираешься ли ты принять или отвергнуть эту жизнь, — сказал прямо Изуку, из-за его слов Шино ахнула. — Изуку, ты не можешь требовать от неё аборт! — заявила она, после чего Изуку перевел на нее взгляд. — Я ничего от неё не требую. Это чисто выбор Шизуку. Если она захочет прервать его, я сам отвезу ее в клинику, если она решит оставить его, ей придется иметь дело с этим. Это ее выбор, Шино, ни ты, ни я не можем сделать это за нее, — закончил он, глядя на Шино, а затем снова на Шизуку. — Так что же ты выберешь, Шизуку? — снова спросил он свою дочь, она упала на диван и схватилась за голову. — Я не знаю, я не знаю. Я не хочу избавляться от него, но я не знаю, смогу ли позаботиться о нем. Я не хочу быть плохой мамой. Пожалуйста, мне нужна ваша помощь, пожалуйста, помогите мне быть хорошей матерью! — прокричала она. Так много вещей может пойти не так, когда у вас есть ребенок. Что, если он будет нездоров? Сможет ли она тогда взглянуть на него, кроме того, какая причуда будет у ее ребенка? Она была телепатом, способной читать мысли людей, а также общаться с ними. Шизуку вспомнила свое детство, она пыталась контролировать свою причуду и не читать мысли людей или держать свои мысли при себе. Это было тяжело. Сможет ли она обучить своего ребенка так же хорошо, как учили её? Когда эти мысли угрожали поглотить Шизуку целиком, она почувствовала, как пара сильных рук обняла ее. Шизуку открыла глаза, услышав рядом сопение. — Я-Я так рад, что ты решила оставить его. Я бы не смог смотреть на тебя так же, если бы ты не сделала это, Шизуку, это и пугало меня, — Изуку отстранился, показывая ей, что его глаза так же полны слез. — Слушай, Шизуку, я не злюсь, из-за того что ты забеременела. Я был разочарован, что ты позволила этому случиться без какой-либо подготовки или внимания, но ошибка не делает тебя плохим человеком. Но побег от своих ошибок да. Это урок, который я хотел преподать тебе, — поведал он, поглаживая ее волосы. — Прости, что напугал тебя, но я должен был узнать, а ты должна была принять решение, если бы я или твоя мать приняли это решение за тебя, ты бы обвиняла нас в этом, — произнес Изуку, целуя Шизуку в лоб. — Шизуку, никогда не беспокойся о том, что мы тебе не поможем. Мы любим тебя и будем любить твою маленькую девочку, — сказала Шино, после чего Изуку пару раз кашлянул. — Я думаю, ты имеешь в виду мальчика, — проговорил Изуку, вытирая слезы с лица, когда он встал, чтобы встретиться с глазами жены. Они уставились друг на друга на мгновение, прежде чем услышали смех Шизуку. — Спасибо, мама, папа, большое спасибо! — говорила она, вытирая слезы с лица.

***

Шизуку лежала на больничной койке абсолютно без сил, когда услышала плач в комнате. Она посмотрела на своего отца, чью руку сжимала последние десять часов. Изуку болезненно улыбнулся, вытирая лоб Шизуку, а затем поцеловал его. — Хорошая работа Шизуку, — сказал он, когда медсестра подошла с узлом, завернутым в белые одеяла. — Ну, вот теперь ты мамочка, — медсестра положила сверток в руки Шизуку. Все, что можно было увидеть это только лицо младенца. Розовые щеки, которые казались такими же хрупкими, как мыльные пузыри, и крошечный рот, который издавал нежные вдохи. Беспорядок изумрудно-зеленых волос венчал ребенка. — Привет-привет, малыш, — проворковала Шизуку, используя свою причуду, чтобы соединить ее и разум ее ребенка. — Так это мальчик или девочка? — спросил Изуку, когда Шизуку подняла глаза. — Это ...

***

С/А: В этом мире Изуку не имеет причуд, поэтому он никогда не стремился быть героем, вместо этого он получил работу в H.P.S.C и сам добрался до вершины. Он и Мандалай встретились через их работу и влюбились.