Just Another Psycho

Когда машина остановилась у Бетлема, Дафф сразу вышел и уверенным шагом направился к двери, но замедлился, когда увидел, что полицейские не спешат за ним. - Вы идете? - блондин раздраженно развернулся и увидел, как полицейские удивленно смотрят на устрашающее здание. - Выглядит впечатляюще, - пробормотал Диззи, когда Кларк очнулся и, схватив напарника под руку, повел в саму больницу. Мужчины вошли в помещение, открыв скрипящие двери и привлекая к себе внимание дежурящего санитара и нескольких медсестер. Кларк сначала смутился, после чего прокашлялся и, достав ордер, подошел к к дежурному. - Сержант Кларк. У меня ордер на арест доктора Никки Сикса, подозреваемого в двух убийствах с особой жестокостью. Где мы его можем найти? - Он сейчас в операционной. Занят. - Ничего, думаю, нам он уделит немного времени. *** Ночью ранее *** Сильная рука втолкнула его в кабинет, и дверь тут же с громким хлопком закрылась. Из-за страха он не мог поднять взгляд. Пальцы на руках нервно сжимались, ладони вспотели, волосы спадали на лицо. Только вчера он был в этом кабинете, а теперь он снова тут. Войдя, он успел заметить неподвижно сидящую на диване фигуру. Винс ждал, что доктор что-то скажет. Позовет его. Даст какое-то указание. Но доктор лишь молчал. Прошла минута. Другая. Пять минут. Он все стоял на пороге, по-прежнему боясь поднять взгляд, а Сикс по-прежнему молчал. - Сегодня ты увидишь свой последний рассвет. Холодный голос выстрелом прозвучал в гробовой тишине, чтобы мелкими частицами звуков рассыпаться по всему помещению кабинета и замереть. Винс, наконец, поднял голову, осмеливаясь заглянуть в глаза, постараться угадать. Гордая прямая осанка. И все та же идеальная внешность. Слепяще-белая одежда. Ни одной неправильной складки на ней. Ни одной выбившейся пряди из хвоста. Ни одной эмоции на лице. Но глаза. Глаза, всё такие же холодные на первый взгляд, скрывали бьющееся о лёд отчаяние. - Уже? - шепнул Винс, кусая губы. Его сердце стучало как бешеное, но как только блондин вспомнил невинные и печальные глаза своей малышки, как только в его голове раздался ее детский голосочек, мужчина ощутил чувство, схожее с умиротворением. - Прямо сейчас? Здесь? Блондин облизал губы и невольно вздрогнул, когда фигура доктора чуть дернулась. Винс сделал шаг назад, внимательно следя за тем, как Никки приближается к нему, словно Сикс сейчас мог обратиться в дикого зверя и наброситься на своего пациента, растерзав на части. - Не торопи события, Винс, - Никки, наконец, приблизился к мужчине, касаясь его щеки холодной ладонью. Нейл шумно сглотнул, едва сдерживаясь, чтобы не отвести взгляд. - Тогда зачем я здесь? - Только лишь одна ночь. Одна последняя ночь. А потом все прекратится. Сейчас мы одни. Я ни о чем тебя не прошу, только проведи эту ночь со мной, - прошептал Никки, заглядывая в ореховые глаза пациента. Винс медлил с ответом. - Что будет, если я не соглашусь? - пациент поднял голову, заглядывая в глаза своего доктора. Зрачки были расширены, а зеленые радужки подрагивали. Блики играли в лихорадочно блестящих глазах. Никки несколько раз хотел что-то сказать, но с его губ срывался лишь вздох. - Ничего не будет, - внезапно жестко бросил Сикс, отходя и садясь на диван. - Я все равно не могу причинять тебе боль. Это твоя последняя ночь. И если ты хочешь, я позволю тебе провести ее в одиночестве. Сикс отвернулся, не глядя на Винса, смотря в сторону. Пациент видел, как рвано и тяжело дышит главврач, как его щеки горят нездоровым румянцем. Он не обернулся и тогда, когда почувствовал, что Винс опустился на диван рядом с ним и взял его за руку. - Не сожалейте, - Нейл искренне улыбнулся, но врач все равно не видел этой улыбки. - Не сожалейте и не отчаивайтесь. Не надо. Вы делаете благое дело, доктор Сикс... - Никки, - только теперь он резко обернулся, все так же отчаянно глядя в глаза своего пациента, а затем снова повторил, - Никки... Сегодня я не хочу быть тебе доктором. Винс сначала чуть нахмурился, но после ласково улыбнулся, и всегда вздернутые вверх уголки пухлых губ приподнялись. - Если ты так хочешь, Никки, - блондин чуть запнулся, произнося имя доктора, и его щеки впервые за долгое время порозовели, делая мужчину еще красивее. - Если хочешь, я останусь и проведу эту ночь с тобой. Это будет неплохим эпилогом моей истории. Доктор чуть пододвинулся к Винсу, не смея отводить взгляда от теплых глаз, в которых плескалась нежность, приходя на смену казавшемуся уже постоянным страху. Ладонь Никки легла на талию блондина, чуть прижимая к себе. Впервые он почувствовал холод, и мужчина с ужасом понял, что этот холод идет от него самого. И ему захотелось ощутить живительное тепло, исходящее от Винса, чтобы оно обволакивало и убаюкивало. Источник был так желанен и так близок, что Сикс наклонился и поцеловал блондина. Винс с охотой ответил, неуверенно положив ладони на плечи Никки. Мягкие жадные губы покраснели, привычная агрессия стала рваться наружу, и потому Сикс отстранился, отводя взгляд в сторону. Все это время Винс продолжал держать его кисть в своей ладони. И когда доктор отвернулся, приподнял ее, поднося к губам. Касаясь белой тонкой кожи запястья, оставляя едва ощутимый влажный след. - У тебя всегда холодные руки, - прошептал он, с ногами забираясь на диван и привставая на коленях, чтобы сказать эти слова в лицо Никки. - Ты позволишь мне согреть себя? Никки непонимающе смотрел, не в состоянии понять, осознать, что кто-то хочет подарить ему – ему! – тепло. Тем более человек, которому сам он причинил столько боли. - Почему? - только и смог выговорить он, не в силах отвести взгляд от Винса, мягкими аккуратными поцелуями покрывающего его кисть, ладонь, красивые длинные пальцы. - Потому что я умру. Потому что у меня было все на свете, а теперь нет ничего. Ничего, кроме моего тепла. И я хочу отдать его тебе. - Я бы мог забрать его у тебя, - задумчиво пробормотал Никки, проводя изящными пальцами по покрасневшим губам. От прикосновения у Винса мелькнула легкая улыбка, и блондин прикрыл глаза. - Если забрать тепло насильно, оно остынет. Или наоборот, обожжет. Самое искреннее только то тепло, которое отдано добровольно. И я хочу отдать его тебе. Хочу согреть тебя. Чтобы ты почувствовал себя живым, - тихо сказал Винс, целуя пальцы Никки. Сухие, искусанные, но не потерявшие своей мягкости губы осторожно, но пылко касались пальцев, ладони, пока, наконец, Винс не дотронулся до едва заметной пульсирующей венки на запястье. - Вот видишь. Это сердце гонит по венам кровь. У тебя есть сердце, которое нуждается в тепле. Стоит лишь бросить одну единственную искорку, и ты вспыхнешь, как пламя, - шептал Винс, иногда целуя запястье мужчины. Никки приподнял блондина за подбородок и снова поцеловал, зарываясь пальцами в платиновые пряди и ласково, едва ощутимо сжимая их. Он не напирал, сдерживая свою жажду. Морщился, сознавая, что даже в такие моменты ему приходится контролировать свою звериную натуру. Винс, казалось, понял это и отстранился. А доктор снова отвернулся. - Я не могу по-другому, - с сожалением сказал Никки. - Но не хочу тебя ни к чему принуждать. Если тебе... Винс не дал договорить, осторожно разворачиваясь лицо доктора к себе и целуя. Но не в губы. В уголок рта. Затем в другой. Мягкая плоть осторожно касалась маленькой образовавшейся ямочки, когда Никки улыбался. Не усмехался. Это была та самая искренняя и открытая улыбка. Винс провел кончиком языка по нижней губе, но тут же отстранился, когда Сикс чуть подался вперед. - Не торопись. Помнишь, в первый раз, когда я оказался в этом кабинете, ты просил поцеловать тебя? Доктор едва заметно кивнул. - Я тогда был слишком напуган, - продолжил Винс, - но теперь все совсем по-другому. Придерживая Никки за скулу, а вторую руку положив ему на шею, Нейл вновь сократил небольшую дистанцию, еще раз проводя языком по сомкнутым губам. Никки приоткрыл рот, но не сдвинулся с места, позволяя Винсу скользнуть внутрь, в горячую полость, лаская языком внутреннюю сторону губ, и дразняще касаясь его собственного. Никки затаил дыхание, прикрыв глаза и ощущая на своей щеке теплое прерывистое дыхание Винса. Тот прервал поцелуй, напоследок захватив зубами нижнюю губу доктора. Осторожные пальцы медленно погладили скулу и прочертили дорожку по шее к ключицам, нежно массируя кожу. Никки, который все это время сидел с закрытыми глазами и приоткрытым ртом, чуть нахмурился и протестующе застонал, но Винс, предугадав его желание, сменил пальцы на теплые губы, целуя и шею, и ключицы следом. Тогда Сикс довольно улыбнулся, чуть откинув голову назад. - Винс, - выдохнул имя своего пациента доктор, когда, не отрываясь от его кожи, блондин медленно начал расстегивать халат. Ткань с тихим шелестом упала на диван, после - на пол. - Прикасайся ко мне... Прошу. Прошу тебя, - Никки запнулся, изумляясь отчаянной просьбе, отчетливо прозвучавшей в его голосе. Потянув за края обтягивающей футболки, Винс бережно снял ее через голову доктора, после чего обвил руки вокруг его торса и прижал к себе. И снова пухлые алые губы касались щеки, скулы, мочки уха, пока он тихо не зашептал: - Почему ты словно боишься? - Что? - вздрогнул Никки. Винс продолжал целовать его, осторожно водя пальцами по позвоночнику, очерчивая линии выступающих лопаток. - Так, словно страшишься чьего-то осуждения. Ты сам не свой, Никки. Ты был другим. Доктор низко опустил голову. - Хочешь, чтобы я был таким, как раньше? Хочешь, чтобы я причинял тебе боль? - с горечью спросил он. - А я не хочу. Не хочу, слышишь? - Я хочу, чтобы скованность ушла из твоего взгляда. Чтобы ты не дрожал. Не оглядывался. Хочу только этого. Что же с тобой, мой доктор? Если в первую их ночь шепотом говорил Сикс, боясь напугать своего покорного пациента, то сейчас Винс сам не заметил, как стал говорить успокаивающе, а его сильный голос снизился до тихого шелеста над аккуратным ухом. Досказав последнее слово, он потерся носом о колючий выбритый висок, и тихо хмыкнул. - Он обещал... Обещал, что не придет, пока ты здесь. Обещал. Обещал, - в исступлении шептал Сикс в изгиб плеча Нейла. - Кто, Никки? Кто обещал? - шепотом спрашивал Винс, чувствуя, как доктор крепче прижимается к нему, вцепившись в его футболку пальцами, грозя порвать легкую ткань. Блондин нежно коснулся губами виска, скользнул по скуле к щеке и, найдя дрожащие губы, быстро, почти невесомо поцеловал их, оставляя тепло. - Тот, что живет во мне... Второй, другой... Зверь, рвущий и грызущий меня изнутри. Это он хотел, чтобы так все было, он... - лихорадочно бормотал Никки, закрыв глаза и чуть успокаиваясь. - Но сейчас же его тут нет? - ласково поинтересовался Винс, снимая резинку с волос доктора, позволяя им черным каскадом упасть на плечи. - Мы же только одни? - Одни... Он обещал уйти... На время, - Никки уткнулся носом в изгиб между плечом и шеей Винса, втягивая пряный запах его кожи. - Мы его не подпустим, даже если он и посмеет вернуться. Мы его выгоним, - блондин гладил Никки по голове, перебирая иссиня-черные пряди, ласковым шепотом успокаивая, словно ребенка. Сикс выдохнул, устало кладя голову Винсу на плечо. - Я так устал он него. Он измотал меня... - Тшшш, - Нейл пропускал прямые черные волосы сквозь пальцы, успокаивая Никки непрерывными прикосновениями. - Не думай о нем. Забудь о нем, - теплая ладонь легла на основание шеи, мягко сжимая, затем переходя на плечи, заставляя переносящую тепло кровь бежать быстрее. Никки приподнял голову, лбом соприкасаясь со лбом Винса, и глядя ему в глаза. Тот поднес ладонь, чтобы погладить доктора по щеке, но Сикс перехватил его руку, целуя. Винс улыбнулся, быстро снимая с себя футболку. Никки затаил дыхание. - Ты красивый, - на автомате выдохнул он, едва касаясь, проводя бледными ладонями по карамельной коже боков. - Никто не был таким красивым, как ты. В зеленых глазах застыло чистое восхищение. - Ты словно видишь меня в первый раз, - мягко улыбнулся Винс, в свою очередь прикасаясь к Никки, проводя по его матовой коже, с некой опаской притрагиваясь к груди, не задевая сосков и следя за реакцией. Они просто гладили, прикасались, как впервые, смотрели в глаза, а после прикрывали их, когда жадные губы находили друг друга, вызывая сдавленные стоны, заставляя чуть приподниматься изящные уголки губ. Мягкие подушечки скользили по всем изгибам, по выступающим ребрам, ладони сжимали красивые плечи, а глаза не могли насмотреться. Так, словно это их первая и последняя встреча, так, словно они с разных планет, и лишь прикосновения помогут им рассказать друг о друге. Винс чуть откинулся назад, опираясь на диван локтями и увлекая доктора за собой. Холодная ладонь Никки легла на его спину, удерживая и прижимая мужчину к себе. Они не могли перестать целовать друг друга, пытаясь утолить жажду, которая с каждым прикосновением губ разгоралась еще сильнее. Лишь иногда они прерывали поцелуи, чтобы сделать необходимый вдох, а после снова прижимались друг к другу с новой страстью. Винс довольно промычал прямо в рот Никки, когда ладонь доктора уверенно и немного требовательно легла на ширинку джинсов. Не смея прервать поцелуя, Сикс вслепую расстегивал брюки Винса, но остановился, чтобы несильно толкнуть того в плечо, и Нейл упал на диван, позволяя платиновым волосам, искрящимся в свете луны, рассыпаться по кожаной поверхности. Он сам стянул свои белые джинсы вместе с бельем, но в какой-то момент щеки залила яркая краска, заметная даже в темноте. Винс отвернулся, а рука рефлекторно дернулась, чтобы прикрыться. Никки быстро поймал его запястье, сжимая несколько сильнее, чем требуется, и причиняя легкую боль, но тут же ослабил хватку и бережно переместил ладони Винса себе на бедра, облизнув губы. Пациент несколько секунд смотрел пустым взглядом словно сквозь своего врача, но после подушечки пальцев осторожно, почти боязливо провели по ткани брюк, по самому краю, там, где она граничила с кожей. Ладони встретились на небольшой пуговице, холодная кисть накрыла его правую руку, будто приглашая. Переведя взгляд вверх и глядя доктору в глаза, Винс одним движением растегнул пуговицу, а второй рукой медленно, вслушиваясь в режущий шорох, потянул вниз язычок молнии. И всё это время Никки мягко улыбался. Винс уже подцепил пальцами резинку брюк и нижнего белья, но чуть смутился и поднял вопросительный взгляд на Никки. Доктор согласно и безмолвно прикрыл глаза, с улыбкой глядя на то, как Винс облизал губы и потянул вниз одежду. Доктор чуть приподнялся, откидывая на пол вещи и прижимаясь к блондину, совсем быстро и невесомо касаясь губами основания шеи, однако после быстро поднялся, заставляя Винса недовольно поморщиться. Никки направился к столу, но остановился посреди кабинета, глядя в окно. Нейл чуть приподнялся на локтях, взволнованно глядя на доктора. - Что-то случилось? Он не ответил, лишь медленно, как загипнотизированный, подошел к окну и резко дернул за веревку, закрывая жалюзи и больше не позволяя луне подсматривать за ними. - Я не хочу увидеть первых лучей рассвета, - шепнул Сикс, не глядя на Винса. Тот на секунду удивленно распахнул глаза – такие слова удивили его. Но он лишь облокотился на спинку дивана, отворачиваясь и не следя за действиями доктора, и без того зная, что он делает, слыша это в тихом скрипе выдвигающегося и задвигающегося ящика. Когда Никки снова присел на диван, Винс обеими руками взял его ладонь, сжатую в кулак, медленно раскрывая ее и забирая то, что доктор держал в руке, откладывая в сторону и снова целуя тонкие губы. Сикс настороженно наблюдал, сам боясь того, что напугал Винса, но последний только стал спускаться ниже разветвленными узорами поцелуев, иногда оставляющих на белой коже следы. Иногда мягкие губы едва ощутимо прикасались, и их давление почти не чувствовалось, а иногда мокрый кончик языка скользил вдоль рисунка нескольких татуировок на плече и груди. Когда горячие губы сомкнулись на темной затвердевшей точке, а следом за этим последовал несильный укус, Никки неконтролируемо вскрикнул, запуская пальцы в светлые волосы. Но боль тут же стала растворяться в наслаждении, когда горячий язык несколько раз играючи обвел вокруг соска. Он уже сладко улыбнулся, но Винс не остановился, спускаясь все ниже к торсу доктора. Сикс нервно облизал губы и посмотрел вниз, наблюдая за тем, как пухлые губы Винса чувственно и медленно касаются его живота, оставляя влажные следы, а длинные ресницы щекочут бледную кожу, покрытую мурашками. Теплые ладони легли на бедра мужчины и чуть сжали. Блондин совсем на мгновение поднял взгляд, чтобы заглянуть в зеленые глаза, которые даже в темноте блестели светом тысячи созвездий, и Винс про себя с замершим сердцем отметил, что никогда не видел более красивого человека, чем доктор Сикс. - Не останавливайся... Винс улыбнулся в ответ на просьбу Никки и не стал его мучить, лишь коснулся губами едва заметной дорожки волос, чувствуя, насколько горячий на самом деле Сикс. Холодные пальцы осторожно заправили за ухо небольшую светлую прядь, и Нейл едва заметно улыбнулся, положив ладонь на член Никки, чуть сжимая его. Довольный и тихий стон удовольствия выразил одобрение его действиям. Доктор полулежал на диване, опираясь рукой о подлокотник, а другую держал на плече Винса, иногда проводя пальцами по щеке, заставляя его вздрагивать от холодных прикосновений. Когда несколько касаний губ запечатались на выступающих бедренных косточках, Нейл опять поднял голову, отмечая, что доктор прикрыл глаза. - У тебя холодные руки, - тихо сказал он, - но только руки, - и тут же улыбнулся. Никки согнул одну ногу в колене, едва заметно выгибаясь навстречу прикосновениям рук и губ, но Винс осторожно прижал доктора за бедра обратно к дивану, чуть разводя его колени и соскальзывая на пол, чтобы дать себе больше пространства. Винс прикрыл глаза и коснулся губами гладкой головки. Никки закусил нижнюю губу, закрывая глаза, но после мужчина все же передумал и стал внимательно смотреть на блондина перед ним, любуясь нежными чертами его лица. Закрытые глаза с длинными черными ресницами, сосредоточенно нахмуренные брови, округлившийся ротик с алыми губами выглядели так соблазнительно, что Никки сжал ладонь в кулак, сдерживая желание с силой толкнуть Винса на пол, чтобы... Сикс громко застонал, но тут же сжал губы в тонкую полосочку, позволяя вырваться лишь томному мычанию, когда его пациент, наконец решившийся на следующий шаг, обхватил губами головку, обводя ее языком. Никки все же позволил себе вольность, и холодные пальцы сжали светлые волосы. Он испугался своего порыва и убрал руку, но Винс открыл глаза, подернутые пеленой желания, и Никки понял, что тот не против. Ему было тепло. Впервые за долгое время ни чужеродный холод, ни клеймящий жар не пронзали нервные окончания. Только тепло заставляло кровь ускоряться, двигаться все быстрее и быстрее, поднимая температуру. Он вспомнил злорадные слова о том, как Винс, даже Винс не сможет доставить ему такого желанного удовольствия, как мог греховный фантом. И сейчас, глядя вниз, наблюдая, с какой робостью, и даже некой неуверенностью Винс покрывал поцелуями возбужденную плоть, Сикс знал: он соврал. Потому что такого наслаждения, как сейчас, он не испытывал никогда прежде. Бледные пальцы нежно вплетались в блондинистые волосы, такие мягкие, снова такие ухоженные. Доктор наблюдал, смотрел вниз, не смея отвести взгляд. Боясь пропустить хоть момент. Винс ненадолго отстранился, облизнув губы и едва слышно вздохнув. Теплые ладони провели по чувствительной коже внутренней стороны бедер, и остановились на коленях, снова раздвигая их чуть шире. А после, с последним вздохом и последним взглядом вверх, в изумрудные глаза, он наклонился, медленно заглатывая, стараясь взять как можно больше. Одна рука придерживала Никки за бедро, на всякий случай, чтобы предотвратить неконтролируемый толчок, а вторая незаметно заскользила выше, по животу доктора, по виднеющимся выступающим мышцам пресса. Винс остановился и чуть приподнял голову, но только чтобы сделать вдох и улыбнуться Никки. Сикс никак не отреагировал, продолжая, не отрываясь, смотреть на красиво очерченные губы с приподнятыми вверх уголками, которые теперь, когда мужчина улыбался, были видны еще отчетливее. Но блондин не позволил долго наслаждаться его красотой, он снова опустил голову к члену Сикса, проводя языком по всей его длине. Доктор громко застонал в ответ на эту медленную и неторопливую ласку, и Винс снова взял его плоть в рот, скользя и очерчивая языком выступающие венки. Его ладонь охватывала член у самого основания, совершая круговые движения. Блондин чувствовал, как напряглась плоть доктора, а сам Никки чуть дернулся, еще крепче сжимая почти белые волосы, едва сдерживаясь, чтобы не намотать их на кулак, делая Винсу по-настоящему больно. Перед глазами мелькали цветные вспышки, затуманивающие зрение, слепящие, скрывающие прекрасную картину. Никки больше не видел. А потому позволил себе закрыть глаза и откинуться на спинку дивана, стараясь отпустить напряжение в мышцах, расслабиться. Теплые ладони, скользящие по груди и животу способствовали этому, а неторопливый ритм, который выбрал Винс, помогал отгородиться от агрессии желания мягким обволакивающим одеялом одури. Никки плавился. Не сгорал, даже не обжигался, а таял. Словно спал в огне. Нейл не отказывал себе в удовольствии помучить доктора, видя, что тот лишь рад такой пытке. И потому временами сменял глубокий покрывающий вакуум на простые поцелуи, на подразнивания языком. Доктор прогибался, сжимал руки в кулаки, но все его движения были плавными. Грациозными, изящными. Сикс не позволял свойственной ему резкости вырываться наружу. Нейлу нравилось слышать тихие низкие стоны, вздохи, когда доктор до предела наполнял легкие воздухом и порывисто выпускал его, плавясь под прикосновениями губ своего пациента. Винс и сам не заметил, как начал стонать. Никки ощутил, почувствовал, как мужчина внизу слегка улыбается, словно что-то задумал. А через несколько секунд Винс показал свою задумку на деле. И доктор не смог сдержать глухого крика, когда, взяв член особенно глубоко, Нейл громко застонал, посылая волну вибрации вдоль возбужденной плоти. Сикс прижал тыльную сторону ладони ко рту и закусил кожу зубами. Теперь из часто вздымающейся груди мужчины вырывались глубокие вымученные стоны. Несколько прядей прилипло к взмокшему лбу, остальные резко контрастировали с белой кожей дивана. Никки вскинул бедра, и Винсу пришлось положить ладонь на ногу доктора, чтобы удержать того на месте. Когда горячее семя ударило в горло блондина, Винс вздрогнул и уже хотел отстраниться, но все же мужчина пересилил себя и сглотнул белесую жидкость, закрыв глаза. Тело доктора обмякло, его грудь медленно вздымалась. Винс, вытерев губы тыльной стороной ладони, забрался на диван к Никки, ложась рядом и чувствуя, как его тело пронизывает мелкая приятная дрожь. Глаза Сикса были закрыты, а на тонких губах, которые сейчас были ярко-красными, блуждала улыбка наслаждения. Блондин не выдержал и коснулся их, совсем мягко и нежно, почти неощутимо. Доктор улыбнулся в поцелуй, и положил ладонь на затылок Винса, придерживая его и чуть массируя кожу головы длинными пальцами. Снова они целовались долго. Лениво. Не соревнуясь за власть, не пытаясь подчинить. Винс ерзал, пытаясь удобнее устроиться на узком, неразложенном диване, и в какой-то момент обнаружил себя лежащим на Никки, колени которого сжимали его бока. Теплые ладони гладили бока, щекоча проводя по очереди вдоль каждого ребра. Мужчины смотрели друг другу в глаза, не стесняясь, разглядывали каждую черточку, впитывая, делая в памяти оттиск, который не стерла бы смерть, который не замели бы песчинки времени. - Ты ведь правда убьешь меня, Никки? Я же могу тебе верить? - неожиданно спросил Винс, и Сикс замер, прекратив все движения. Блондин почувствовал, как бешенно заколотилось у его груди сердце доктора. Холодная ладонь легла на нежную щеку, и Никки погладил большим пальцем его скулу. Сикс тяжело вздохнул, пока тот внимательно смотрел на него лучистыми глазами. Глазами ребенка. Несмотря на то, сколько ему пришлось пережить, через что ему пришлось пройти, сейчас глаза Винса были ясны и чисты, полностью и без страха раскрывая душу перед доктором. - Я не хочу врать тебе, - медленно начал Никки, облизывая свои губы и ощущая на них вкус Винса. Чуть горьковатый, мягкий. - Я не хочу убивать тебя. Я не хочу терять тебя, но я дал обещание. И обманывать я тоже не хочу. - Спасибо тебе, Никки, - Винс мягко, но грустно улыбнулся, снова целуя своего доктора в уголок губ. Он закрыл глаза и не видел, как взгляд Сикса потускнел и поблек. Никки чувствовал, как затуманивается зрение от выступающих слез, а потому зажмурил глаза, радуясь, что целующий его Винс не видел этого. Но череда поцелуев, поднявшаяся по щеке, по скуле и достигшая виска, неожиданно прекратилась, когда Винс ощутил на губах соленый привкус одной единственной слезы, бесчестно, против воли доктора сорвавшейся из уголка глаза, и побежавшей по бледной коже. Винс тяжело вздохнул и коснулся губами лба Никки, затем поочереди его закрытых век. От несильного нажатия из глаз заструились новые слезы, которые доктор не мог сдерживать. Он не плакал. Но слезы просто одна за другой скатывались, теряясь в черных прямых волосах. Просунув руки Сиксу под спину, Винс заставил его подняться и сесть, а сам удобно расположился у доктора на коленях, продолжая целовать его лицо, забирая всю горечь. Всю боль. А Никки не открывал глаза. Жмурился или отворачивался, подставляя щеку, шею, лишь бы Винс не смог заглянуть в его глаза. Только бы не увидел там лжи, которая своим ядом парализовала его самого, раскаленным железом выжигала своё клеймо на дне его зрачков А Винс молчал, не пытаясь что-то сказать или попросить открыть глаза, считая, что так будет благоразумнее. Никки кусал губы, желая высвободить все, что его гложет, но он понимал, что тогда он потеряет Винса действительно навсегда. - Я убью тебя... Убью, - шепнул Никки, но Винс не дал ему продолжить, снова ловя такие страшные слова с губ доктора поцелуем. Сикс не выдержал, и теплый и нежный поцелуй превратился в укус. Винс вскрикнул от неожиданности, но ничего не сказал, лишь выдохнул, про себя отмечая, что так будет правильнее, что Никки сейчас надо выпустить боль. Поцелуй стал жестче и настойчивее, требовальный Никки проникал языком в рот Винса, слишком торопливо обводя кромку зубов и не позволяя блондину вырваться, но тот и не пытался. Винс сам еще крепче и плотнее прижался к доктору, позволяя настойчивым дрожащим рукам ласкать его спину, касаясь выступающих позвонков у самой шеи и сбегая к ямочкам на пояснице. Блондин чувствовал, как их горький и отчаянный поцелуй был разбавлен солью слез доктора. Одна рука больно вцепилась в волосы, короткие ногти на пальцах второй больно полоснули по спине, оставляя красноватые следы, заставляя Винса в очередной раз вздрогнуть, в очередной раз перебарывая в себе желание отодвинуться. Но когда он уже стал ощущать, что поцелуй отнимает у него столь необходимый сейчас воздух, Никки отпустил его, безвольно откинувшись на спинку дивана. Доктор не сказал ничего вслух, но по его губам Нейл смог прочитать короткое "Прости". С колен Сикса он пересел на диван, а после, чуть помедлив, словно в нерешительности, потянул Никки за плечи, заставляя лечь себе на колени. Несколько секунд доктор сопротивлялся, но затем уступил, и Винс успел быстро убрать синевато-черные волосы на одну сторону, до того, как щека доктора коснулась его ноги. Никки лежал, спиной к нему, позволяя своему пациенту успокаивающе пропускать его длинные волосы сквозь пальцы, а теплым ладоням – скользить по коже, позволяя дарить себе тепло и ласку. Постепенно напряжение, сковавшее все мышцы спало, доктор вновь расслабился, дыхание выравнялось, а от неторопливых медленных прикосновений вниз вновь пошли волны возбуждения. Рука Винса не остановилась только на волосах. Теплая ладонь осторожно, с легким трепетом поправила пряди, медленно и лениво погладила плечо, где даже в темноте были видны татуировки. Винс поглаживал руку Никки, стараясь не упустить какой-нибудь реакции, пока Сикс не перевернулся на спину, все так же лежа головой на коленях блондина. Ладонь Винса легла на его грудь, чуть поглаживая, иногда задевая соски, а доктор улыбался, теперь уже глядя на своего пациента. Пальцы нежно провели по шее, чуть надавливая на пульсирующую венку. Никки тихо засмеялся, и Винс снисходительно улыбнулся. - Когда ты смеешься, то ты такой красивый... Еще красивее, - тихо, но с чувством пробормотал Винс, наклоняясь, чтобы поцеловать Сикса. Доктор обхватил его шею, притягивая еще ближе, и сам чуть приподнялся. Мужчины целовались лениво, медленно, страстно, наслаждаясь каждым прикосновением губ. - Ляг на спину, Винс, - нехотя разорвав поцелуй, прошептал Никки. Нейл лишь кивнул и исполнил просьбу. Влажная кожа прилипала к гладкой коже дивана, иногда издавая странный, неестественный, прорезающий тишину скрип. Упираясь одной рукой в подлокотник, Сикс стал оглядываться по сторонам, в темноте не видя нескольких необходимых ему вещей. Винс на ощупь провел рукой по щели в диване, пока пальцы не наткнулись на то, что искали. Но он передал Никки только коробочку с презервативами, оставив флакон в сжатой ладони. Доктор ничего не сказал, извлекая из упаковки одно изделие и быстро раскатывая его по возбужденному члену. Винс тем временем быстро скрутил маленькую крышечку, выдавливая себе на ладонь прозрачную субстанцию. Он чуть приподнялся, опираясь о подлокотник спиной, и, одной рукой придерживая Никки за поясницу, осторожно провел вдоль всей длины. А когда после этого на его ладони осталось еще немного, доктор собрал пальцами остатки и просунул руку вниз, между их телами. - Боишься? - вслух ласково спросил Сикс. А Винс лишь отрицательно покачал головой. - В прошлый раз ты боялся, - заметил доктор. Винс отвернулся в сторону, глядя куда-то вглубь комнаты, которая растворилась в темноте, и что-то вспоминая. Его брови были слегка нахмурены, мужчина закусил нижнюю губу. - В прошлый раз все было совершенно по-другому, - прошептал Винс, вспоминая темную похоть в зеленых глазах. Никки молча смотрел на блондина и после нежно коснулся губами виска. Винс прикрыл глаза, наслаждаясь лаской. - Прости... Я искуплю свою вину, - Сикс тихо втянул пряный запах светлых волос. - Я верю тебе, - тихо сказал Винс и раздвинул ноги, сгибая их в коленях. Никки поглаживал плечо Винса, быстро пробежался по немногочисленным татуировкам холодными пальцами, спустился к груди, задевая затвердевшие соски, погладил живот Винса, слушая, как перехватило дыхание у блондина. - Остановись, мгновенье, ты прекрасно, - прошептал Никки, целуя висок, скулу, щеку и, наконец, соблазнительно раскрытые, уже припухшие от многочисленных за вечер поцелуев, губы. Винс сам подставлял лицо под прикосновения, не смея открыть глаза. Его ладони блуждали по спине доктора, иногда поднимаясь к плечам или же спускаясь к ягодицам. - Давай же... Я хочу этого, Никки. Прошу, - Винс прижался щекой к губам доктора, чуть выгибаясь навстречу. Нейл обхватил Никки ногами за талию, укладываясь так низко, что даже его голова не лежала на возвышении. Доктор просунул руки ему под поясницу, чуть приподнимая, не прерывая контакта взглядов. Все движения Никки совершал медленно. Но не потому, что боялся напугать. Потому, что так ему казалось правильным. Впервые его ярость покинула его сознание, а эгоизм замолчал, подавленный желанием подарить наслаждение. Когда же он, чуть помедлив, сделал первый осторожный толчок, Винс коротко вдохнул, сильнее сжимая торс доктора коленями, но его улыбка так и не сошла, а с губ, как и в их первую ночь, сорвалось имя Сикса. - Ты знаешь, что твой взгляд изумителен? - соверешенно неожиданно спросил Винс, растягивая слова, прозвучавшие особенно чувственно, умножаясь на слой за слоем нарастающее удовольствие, не лишенное терпкой специи боли. - Знаешь, что за такой твой взгляд тебе можно простить все, что угодно? - Даже то, что я у... Теплая ладонь быстро зажала рот доктора, а вторая рука ухватилась за крепкое плечо, и Винс подтянулся, приподнимаясь. Никки не удержал равновесие, и, скользя боком по коже дивана, оказался на спине. Теперь Винс нависал над ним, смотря сверху вниз. Поудобнее уперевшись коленями в мягкую поверхность, пациент положил руки своего доктора себе на бедра, и стал медленно, осторожно приподниматься, не отводя взгляда от застывшего взгляда Никки, взгляда, полного восхищения и удивления. Лишь на мгновение лицо Винса исказила гримаса боли, но одна рука Никки провела по бедру, ложась на стоящий член блондина. Нейл благодарно улыбнулся доктору, который осторожно водил ладонью по стволу, поглаживая большим пальцем гладкую головку, блестевшую от выступившей смазки. Никки любовался лицом и телом Винса, нежно улыбаясь. Блондин стал осторожно опускаться на член, уперевшись ладонями в грудь Никки, и не выдержал, издав тихий полувсхлип-полустон и закрыв глаза. Доктор еще шире улыбнулся, подняв вторую руку, чтобы убрать с лица блондина светлые пряди, но Винс сам потянулся за лаской, резко и неожиданно прижав ладонь Никки к своей щеке. - Какой ты красивый Винс. Какой же ты красивый, - шептал Никки и удивленно вздохнул, когда блондин сначала поцеловал указательный палец доктора, а после взял его в рот, нежно посасывая и лаская языком подушечку. Мужчина не прекращал двигаться, опускаясь и снова поднимаясь, но эти движения были медленные и растянутые, доктор и пациент получали удовольствие от каждого прикосновения. Горячие прикосновения языка жгли пальцы, целовали их огнем, а глаза Винса горели пламенем, полыхали, словно огоньки свечи, в которых Никки видел огонь жизни. Огонь, лишенный всяческой лжи и боли. Наступало опьянение. Легкая боль стала одним со страстью, которая томила на медленном огне. И они оба горели. Больше не было слов. Никки опустил руку, придерживая Винса за бедро, постоянно очерчивая большим пальцем выступающую косточку. Их взгляды сцепились, сковались цепью, соединились в один, и никто из них не смел даже на секунду посмотреть в сторону. Ладони Нейла крепче сжали плечи доктора, когда он склонился ниже, а движения, совершаемые им, стали более уверенными, когда их больше не сдерживал порог боли. Не быстрее, но томительнее. Горячее. Он плавился сам, и Сикс горел в охватившей его страсти с ним вместе. Все обратилось в язык жестов. В язык тела. Каждый раз, медленно опускаясь, Нейл словно в чем-то убеждал, словно что-то доказывал. Но доказывал тактично, чтобы не оскорбить. Каждый раз, приподнимаясь, он доверялся, позволяя теплой ладони на бедре поддерживать его, позволяя Никки заставлять его ненадолго замереть, чтобы затем снова с низким протяжным стоном опуститься, чуть сжимая коленями бедра доктора. Воздух в комнате плавился от подскочившей температуры, которую источали два тела, два горящих сердца. Ночная тишина комнаты была бесстыдно разорвана стонами и вздохами, звуки которых разбивались о стены на тысячи осколков наслаждения, пульсирующего в каждом движении, прикосновении, жесте и взгляде. Никки не мог заставить себя отвести глаз от губ Винса, которые влажно ласкали его пальцы, иногда выпуская, чтобы тепло улыбнуться доктору, и Никки в такие моменты чувствовал, как что-то горячее и мягкое обволакивает его, даря удовольствие. - Чуть быстрее... Винс... Чуть быстрее, - простонал Никки и тут же закусил нижнюю губу, когда блондин немного поерзал, но исполнил просьбу, едва заметно кривя четко очерченные губы в беззвучном крике. Мужчины были так увлечены собой, что не обратили ни малейшего внимания, на то, как одна из жалюзи, издав тихий пластмассовый шорох, покосилась, грозя слететь, но все же осталась на своем месте, совсем немного сдвинувшись, открывая кусок иссиня-черного неба. Винс наклонился еще ниже, запуская одну руку Никки в волосы, сжимая их в кулаке, привнося островатую боль в коктейль раскаленных ощущений. Другая ладонь упиралась в небольшое углубление у основания плеча, а давление, ощущаемое от этого было еще одним штрихом, еще одной деталью в пьянящем коктейле ощущений. Жадные губы стали покрывать поцелуями лицо. Винс снова замедлил темп, продлевая сладкую агонию, заставляя Сикса выгибать спину, безмолвно прося, прося виглядом, прикосновениями. Мягкое сжатие ладони у самого основания возбужденной плоти – и платиновые пряди, взметнувшись, рассыпались по напряженным плечам, под аккомпанимент низкого гортанного стона. Никки улыбнулся, чуть сощурившись, когда Винс закрыл глаза, вновь выпрямляя спину. Прикосновений и ласк стало не хватать. Потому доктор аккуратно взял Нейла за запястье, поднося его кисть к своим губам. Томные и медленные поцелуи обжигали тонкую кожу, начиная раздувать пожар в крови с новой силой. Прикосновения губ приятно холодили кожу, и Винс снова застонал, прикрывая глаза, тем самым полностью отдаваясь во власть ощущениям и чувствам. Никки покрывал его кисть поцелуями, но его зеленые глаза, горящие огнем наслаждения, не отрываясь, следили за всеми переменами в движниях и на лице блондина. - Никки... - выдохнул имя Винс, скорее всего, сам того не замечая, но этого хватило, чтобы Сикс зашипел от сладкой тянущей боли, которая была еще одной режущей кромкой лезвия наслаждения. Винс откинул голову назад, и водопад платиновых волос рассыпался белыми нитями по загорелой спине и плечам. Теперь Никки мог видеть, как прыгает адамово яблоко блондина, когда Винс опускался до конца. Доктор медленно потянул пациента за руку, осторожно укладывая себе на грудь и обнимая Винса за талию. Блондин сладко вскрикнул, когда была задета простата, но вскрик тут же потонул в томном поцелуе. Воздух порывисто выходил из легких через сжатые зубы, когда доктор раз за разом попадал в одну точку, точно бил в центр мишени. Два влажных тела скользили друг о друга, крики тонули в слияниях губ, дрожь поглощалась трепетными прикосновениями. Тусклыми бледными вспышками сквозь окружающее их марево через разные интервалы времени звучали их имена, которые они шептали друг другу в сладкой агонии. На ухо, в губы, глядя в глаза. Ладони Никки симметрично провели по спине Винса, задержались на пояснице, лаская бархатную кожу и спустились ниже, сжимая ягодицы, заставляя блондина протяжно застонать, утыкаясь носом в изгиб плеча. Требовательные руки продолжили скользить ниже, по бедрам, прощупывая рельефные мышцы, а достигнув коленных сгибов, настойчиво потянули в сторону, заставляя Винса еще шире развести ноги, что дало новый угол, а вместе с ним новые, более глубокие ощущения. Дыхание над ухом у доктора стало сбиваться, стало стрелять в беспокойном ритме, короткими штрихами стаккатто. Казалось, что сейчас два тела просто вспыхнут и сгорят, тем не менее не останавливая своих неторопливых движений. Никки слышал, как Винс стонет, и теперь, когда блондин был так непозволительно близко, доктор мог расслышать нотки страсти, наслаждения и желания, таившиеся в голосе пациента. - Обними меня, - Никки прижался губами к виску Винса, и блондин повторил чуть громче, понимая, что доктор его не расслышал. - Прошу, только обними меня. Бледные руки тут же обвили загорелое тугое тело блондина, сжимая так сильно, что у Винса перехватило дыхание, стало тяжело дышать, но Нейл все же благодарно улыбнулся, вслепую находя губы Никки. Удержать ерзающее и влажное тело в объятьях было сложно, но Никки все же крепко сжимал в своих объятьях не особо мужественную фигуру блондина, прижимая к себе так близко, что чувствовал кожей торса бешеное биение сердца Винса. - Ты прощаешь меня? - едва различимым шепотом спросил доктор, не в силах смотреть Винсу в глаза, а потому отворачиваясь. Упираясь ладонями в тяжело вздымающуюся грудь, Винс приподнялся и за подбородок повернул голову Никки, заставляя его смотреть вверх, себе в глаза. Два порывистых дыхания сливались в один ритм, без препятствияй нараставший, бурлящий, словно общая кровь циркулировала по их венам, когда они становились одним. Взгляды снова накрепко спаялись вместе. Никки чувствовал, как горячее кольцо мышц вокруг его члена все сильнее сжимается, как темп неконтролируемо нарастает, как он горит, горит, сгорая заживо. И одно короткое "прощаю", подтвержденное красноречивым взглядом, вырвало из горла последний крик, толкнуло его через край. Перед глазами плясали разноцветные пятна, а в ушах пульсировала кровь. Никки откинул голову назад, тяжело дыша и опуская веки, прислушиваясь к своим ощущениям. Тело все еще мелко и приятно покалывало, но было легко и свободно. Мужчина впервые почувствовал себя счастливым. Его губы были чуть раскрыты, и Винс не удержался, наклоняясь, чтобы снова осторожно поцеловать доктора. Но Никки не ответил, осторожно переворачивая блондина на бок. Его ладонь легла на член мужчины. От прикосновения холодных пальцев к чувствительной плоти Винс тихо и протяжно застонал, обвивая шею доктора руками и утыкаясь ему носом во впадину над ключицей. Доктор чувствовал, как длинные ресницы блондина щекочут его бледную кожу, и Никки поцеловал Винса в макушку, чуть сжимая ладонь и едва двигая ею. - Скажи... Скажи, что будешь рядом со мной... Пообещай, что ты будешь со мной до самого конца, - шепнул Винс, прерываясь на всхлипы и стоны, сдавливающие его горло. Блондин даже не поднял головы, чтобы посмотреть Никки в глаза, но доктор все услышал. - Я обещаю тебе, - честно и без тени замешательства ответил Никки твердым голосом, и в следующую минуту Винс протяжно вскрикнул и обмяк в руках доктора. Никки крепко обнял его, прижимаясь губами к виску. Когда стихло и успокоившееся дыхание, и звуки последних ленивых влажных поцелуев, тишина густым туманом заволокла кабинет. Двое мужчин лежали на узком диване, глядя вверх, лишь изредка моргая, каждый думал о своем. - Никки... - М? - доктор даже не повернул головы. Казалось, ему было лень даже что-то ответить. Тело разомлело, а грудь иногда вздрагивала, когда в воображении проигрывались совсем недавние события. Винс испугался. Испугался, что теперь, когда все кончилось, Никки поступит, как в прошлый раз, а потому несколько резко приподнялся на локте, заглядывая доктору в глаза. Сикс все понял по растерянному взгляду. - Я здесь, я никуда не пропаду, Винс, - шепнул он, заправляя ему за ухо светлую прядь. Нейл тепло улыбнулся. - Поиграй мне, - просто попросил он. - Что? - Никки немного нахмурил брови. Винс коснулся губами одного его соска, а затем, цепочкой поцелуев перешел к другому. Подняв голову, он снова попросил: - Пожалуйста, поиграй мне. Никки удивленно вскинул брови, глядя в умоляющие глаза Винса. Брюнет улыбнулся, но тут же закрыл глаза, чуть ерзая, чтобы найти более удобное положение. - Не думаю, что сейчас до этого... И тебе, и мне, - спокойно заметил доктор, но тут же тихо вздохнул и снова широко распахнул глаза, когда теплые и нежные поцелуи поднялись с груди к шее, а острые зубки чуть захватили кожу, прикусывая ее. - А если я как следует попрошу? - шепотом поинтересовался блондин, обжигая нежную кожу доктора горячим дыханием. - Ну, попробуй, - Никки не сдержал лукавой улыбки, когда почувствовал поцелуи, спускающиеся снова по груди,торсу, животу... Но доктор все-таки положил ладони на плечи мужчины и чуть приподнял, заставляя смотреть в глаза. - Хорошо, я сыграю, - Никки притянул к себе Винса, оставляя на его губах мягкий и быстрый поцелуй, после чего доктор нехотя поднялся, направляясь к углу, где одиноко стояла гитара. Быстро кинув использованный презерватив в мусорное ведро, Сикс подошел к инструменту, несколько секунд просто глядя на него. - Я не играл с того самого раза, - тихо сказал он, поднимая гитару за гриф, но Винс услышал. Когда он вернулся, Винс уже сидел на одной стороне дивана, подобрав под себя ноги и винмательно глядя на доктора. Никки сел рядом, подкрутил пару колков, и бережно, пугливо провел пальцами по струнам, казалось, боясь, что инструмент отзовется режущим, пронзительным звуком. Но мелодичные аккорды гармонично влились в общую тишину, не разрушая, не разрезая ее, а, казалось, даже дополняя. Винс слушал мелодию, затаив дыхание. Он не знал этой музыки. Не знал, чья она и кем написана. Для кого создана. Спустя минуту он закрыл глаза, переставая внимательно вглядываться в доктора, и откинулся назад, полностью погружаясь в мелодию. Никки тоже не смотрел на него. Он сосредоточенно глядел то на лады, но на свои пальцы, перебирающие струны. Через какое-то время пошли интерпритации, но основная мелодия оставалась прежней. - Это я написал, - шепотом сказал Никки и Винс открыл глаза. - Я не знал... - Этого никто не знает, - усмехнулся Никки, ставя гитару на пол рядом с диваном. Доктор внимательно посмотрел на Винса, окидывая его фигуру внимательным взглядом. Комната стала остывать, забывая прошедшее, и блондин заметно замерзал. Никки молча встал, подходя к шкафу и доставая оттуда плед. Когда теплое покрывало легло на плечи Винса, тот благодарно улыбнулся. Доктор сел рядом и, притянув блондина к себе спиной, обнял, сцепляя руки в замок на его груди. - Никки, скажи... Это... Это будет... Больно? - после недолгого молчания поинтересовался Винс, и Никки слышал, как дрожит его голос. Это было естественно - бояться, и доктор его не винил. Сикс еще крепче прижал к себе блондина, касаясь его макушки губами. - Давай не будем об этом, - попросил Никки. Винс вздрогнул и хотел подняться, вырываясь из теплых объятий, но доктор его удержал. - Я хочу знать! Я имею право знать! - повысил голос Винс, переходя на капризные нотки. Никки удержал его, покрывая быстрыми поцелуями волосы и шею блондина. - Я обещаю тебе, что все пройдет безболезненно. Я сделаю все, чтобы боли не было, - все же ответил доктор, сделав заметное усилие. Винс чуть передернул плечами и Никки отпустил его, боясь напугать. Нейл поднялся, кутаясь в плед и стал просто медленно ходить по кабинету, прогоняя из тела расслабляющую усталость. Никки наблюдал за тем, как Винс заинтересованно разглядывает предметы интерьера в ночном полумраке. - Что будет дальше? - поинтересовался пациент, останавливаясь у стола доктора. - У нас осталось много вариантов и половина ночи впереди... - Нет, Никки... - несколько резко оборвал Винс, но его голос тут же стал бархатисто-спокойным. - Я имею ввиду другое. Даже с расстояния он видел, как горят зеленые глаза. Теперь не огнем страсти. Теперь пламенем нетерпеливого ожидания. Ожидания боли. Никки хотел ответить, что "ничего". Сказать, что за взмахом скальпеля его будет ждать только вечное небытие, но Сикс не позволил этим словам сорваться с губ. - Ты увидишь ее... - тихо, на выдохе, ответил доктор. - И вы будете вместе. Теперь навсегда, - Никки заставил себя улыбнуться, и эта же самая вымученная улыбка зеркально отразилась на лице Винса. - Что будет с тобой, доктор Сикс? - словно загипнотизированный, спросил Нейл. Никки молчал. В его сознании пронеслось воспоминание о ежедневнике, в котором после дня, на который была назначена операция, листы были пустыми. Винс внимательно смотрел на доктора, пытаясь угадать, о чем тот думает, но в темноте было тяжело разглядеть черты его лица. - Я брошу медицину, - наконец сказал Никки. Он закрыл глаза, боясь, что Винс сможет прочесть там ложь - доктор не имел ни малейшего понятия, что будет потом. - И чем займешься после? - тихо поинтересовался блондин, продолжая стоять по центру кабинета. Никки положил голову на спинку дивана и усмехнулся. - Я неплохо играю на гитаре. Создам свою группу. - Я серьезно, Никки, - с укором в голосе вздохнул Винс. Сикс неопределенно пожал плечами. - Не имею ни малейшего понятия. Но скальпель и прочие инструменты в руки не возьму. Сбегу, уеду, улечу, но тут я точно больше не останусь. Да и... Я не только не захочу, я и не смогу. Я все-таки психиатр. И прекрасно понимаю, что после того, что будет... - Никки замолчал, глядя, как взгляд Винса застыл на одной точке. И смотрел он на поверхность его стола, после чего подошел ближе, поднимая несколько скрепленных вместе листов. Доктор чувствовал, как его сердце бешенно забилось. Винс держал в руках выписку из своей карты. - Никки... это... - Это всего лишь записи, - резко оборвал доктор, тут же поднимаясь и подходя к Винсу, бережно беря его за запястье. - "Трансорбитальная лоботомия"... - вслух прочитал пациент. Доктор забрал из его рук лист, небрежно кинув его на стол, и развернул Винса за плечи к себе. - Это только запись, слышишь? Она ничего не значит, - но, видя оставшиеся нотки испуга и разочарования в глазах Нейла, Никки добавил уже шепотом: - Я же пообещал тебе. Винс несколько раз моргнул, но после закрыл глаза и обнял доктора, кладя голову ему на грудь. - Это просто запись. Только запись и ничего больше, Винс. Бумажную волокиту никто не отменял. Это отчет и больше ничего, слышишь? - шептал Никки, как обезумевший, пока Винс не поднял голову и не поймал лицо доктора в свои теплые ладони, заглядывая в его затуманенные зеленые глаза. - Никки... Никки, послушай. Я верю тебе. Я верю, - твердо, но ласково сказал блондин, чуть улыбаясь. Доктор еще крепче обнял его. - Я так хочу, чтобы эта ночь длилась вечность... - тихо пробормотал доктор. Винс уже хотел снова обнять Никки и, закрыв глаза, насладиться прохладой его кожи, но Сикс резко схватил его за плечи, с силой сжимая их и тем самым делая блондину больно, от чего тот поморщился. - Давай сбежим? Винс широко распахнул глаза и из-за неожиданности забыл про боль, которую причиняли крепкие пальцы Сикса. Блондин смотрел в глаза доктора, видя, что на их дне плещется безумие. - Давай прямо сейчас уедем. Вместе. Далеко от этого места. Забудем все, что случилось. Давай сбежим, - пылко и быстро говорил доктор, чуть встряхивая Винса, но не замечая этого. Едва Винс хотел что-то ответить, как почувствовал, что цепкие руки разжали хватку на его плечах, а спустя секунду доктор с громким воплем боли упал на колени. Винс видел, что это не отчаянный крик, направленный на то, чтобы выпустить эмоции, а болезненная судорога, прошившая тело доктора. Словно кто-то бичевал его. Крик Никки перешел в тихий, протяжный вой, и он закрыл лицо ладонями. Винс мгновенно опустился рядом с ним на одно колено, заключая доктора в объятия, спрашивая, что произошло. Никки смотрел на него, пытаясь что-то сказать, но не мог. С его губ срывались вдохи, но не слетало ни единого слова. Наконец, Сикс все же смог выговорить: - Прости... прости, это просто судорога. У меня... такое иногда бывает... Приложив усилие, Нейл заставил доктора подняться и повел его на диван. - Что вызывает их? - тихо поинтересовался он. - Таблетки, которые я принимаю. Один из побочных эффектов, - хрипло ответил Сикс. - От чего эти таблетки? Никки поднял на Винса глаза, кусая губы и не решаясь ответить. Блондин взял его ладонь, согревая в своих руках. - Мне ты можешь сказать, - тепло заметил Винс, мягко улыбаясь и поднося руку доктора к губам, чтобы оставить на ладони мягкий поцелуй. Никки нервно облизал губы, отворачиваясь. - Подавление галлюцинаций. Если бы не таблетки, то... - мужчина замолк, нервно сглатывая и оглядывая комнату загнанным взглядом, будто кто-то мог подслушать их разговор. - То что? Никки, ответь. Я хочу помочь... - Он приходит, - прошептал Сикс, закрывая глаза. Винс чуть вздрогнул, радуясь, что этого не заметил доктор, и обнял Никки, укладывая его голову себе на грудь. - Никто не придет сегодня. Никто нам не помешает. - Он палач. Он пытает, - шептал Никки Винсу в шею. - Он убийца и беззаконник. - Кто же он? - не в силах сдержать вопрос, спросил Нейл. Никки поднял голову, снова заглядывая в ореховые глаза и собираясь ответить, но уже во второй раз его сковала какая-то немота. Доктор осознавал все, что происходит, но против своей воли не мог вымолвить ни слова. Винс вздохнул, и, не дожидаясь ответа, поцеловал дрожащие приоткрытые губы. Никки весь дрожал: тряслись его руки, волны судорог через короткие интервалы проходили через все тело, на лбу блестели капельки пота. Винс пытался обнять его, пытался согреть, пытался шептать ласковые слова, но доктор не слышал. Он все твердил что-то, неустанно повторял одно и то же, как мантру: - У меня нет никого, кроме него... Он не оставит меня... Нет никого, кроме него... Не оставит... - Теперь у тебя есть я, Никки, - прошептал Винс и крепко обнял его, чувствуя, как дрожь доктора передается ему, но не смея разомкнуть объятий. Никки вжался в тело Винса, пытаясь согреться и скрыться от невидимых глаз своего фантома. - Но ты покинешь меня... Совсем скоро... - тихо вздохнув, пробормотал Никки, зажмуриваясь, чтобы отогнать страх. - Но сейчас же я тут. У нас есть еще время. Есть достаточно времени, чтобы ты не боялся. Я рядом. И пока что не оставлю тебя одного. С ним, - быстро добавил Винс, проводя по черным волосам доктора. Блондин с радостью почувствовал, как тело в его руках все меньше и меньше вздрагивает, а объятья становились не такими отчаянными. - Не уходи... - попросил Никки, прижавшись щекой к плечу Винса. - Не уйду, - пообещал блондин, утыкаясь носом в смоляные волосы и вдыхая их терпкий запах. Винс медленно и нежно потерся носом о шею доктора, и, поднявшись, обошел его, садясь на диван с другой стороны, за спиной у Никки. Тот сразу же повернул голову, но, получив лишь короткий поцелуй, услышал тихий шепот: - Не оборачивайся. Никки мягко улыбнулся, вспоминая, как сам говорил эту фразу, и стал снова смотреть перед собой. Ловкие пальцы несколько раз провели вдоль длины волос, словно расчесывая их, а затем отвели все длинные черные пряди на одну сторону. Теплые ладони легли на прохладные плечи, чуть сжимая их, и Никки тут же выгнулся, когда после приступа судороги кровь вновь, набирая скорость, побежала по венам. Мышцы плечей потянула сладкая боль, и, не сдержавшись, Сикс тихо, едва уловимо застонал. - Винс, откуда ты... - простонал Никки, чувствуя, как приятная усталость тяжеляет его мысли. Страх улетучился так же быстро, как и появился. Винс скромно улыбнулся, но доктор этого не видел. - Моя жена... Бывшая жена... Рестлер, я рассказывал. И болевшие после тренировок мышцы были не в новинку, - прошептал Винс, вспоминая свою прошлую жизнь. Доктор почувствовал тоску блондина, поэтому резко поднялся, неожиданно стаскивая за руку Винса так, что тот вскрикнул и упал бы, но Никки поймал его. - Давай расправим диван? Будет гораздо удобнее и уютнее, - неестественно громко и жизнерадостно сказал Никки, стараясь отогнать грусть. Винс только лишь кивнул и нехотя выбрался из объятий Сикса, чтобы отойти к столу и не мешать Никки. Доктор тут же, приложив усилие, толкнул спинку дивана, как и в прошлый раз, в два раза увеличивая спальную площадь, а после достал из короба две подушки. И ничего кроме них. - Думаю, большее нам не пригодится, - уверенно сказал он, забираясь на диван, и расправляя плед. - Иди сюда. Винс послушался, ложась рядом с Никки, чувствуя, как тот обнимает его и накрывает их обоих мягкой тканью. Устроившись поудобнее в теплых объятиях, он прикрыл глаза, откидывая голову Никки на плечо. - Ты устал? - спросил доктор. - Нет. Мне просто хорошо. Просто тепло. И я хочу наслаждаться этим. Пациент почувствовал, как доктор улыбнулся, а затем тонкие губы коснулись виска и сильные руки плотнее обвились вокруг торса, но так, чтобы не причинить боль. - Ты знаешь, что ты мой маленький принц? - тихо прошептал Сикс. Винс чуть приподнялся, чтобы удивленно посмотреть на доктора, и Никки осторожно поцеловал его в приподнятый уголок губ. - Это еще почему? - с любопытством поинтересовался блондин, но доктор слышал, как в его голосе проскользнули довольные нотки. - Я бы мог назвать тебя принцессой, но не думаю, что тебе бы это понравилось. Поэтому - принц. Как в детских сказках, - улыбнулся Никки, убирая с лица блондина упавшую прядь. Винс какое-то время внимательно смотрел на доктора, после чего хмыкнул и лег обратно, прижимаясь еще плотнее. - Хорошо. Я буду твоим принцем. Твоим маленьким принцем, - сказал Нейл, прикрывая глаза и вздыхая. Никки уткнулся носом в макушку Винса, бездумно глядя в потолок и наслаждаясь теплом лежащего рядом мужчины. - Винс? - спустя какое-то время позвал пациента доктор, но ответом ему было лишь тихое сопение. Никки сам чуть поерзал, находя более удобное положение, и, сжав теснее кольцо объятий вокруг торса своего уснувшего любовника, стал молча разглядывать его умиротворенные черты. Впитывать в память эти приподнятые уголки губ, плотно сомкнутые веки, набухшие под наброшенным одеялом сонливости. Доктор прикрыл глаза, стараясь теперь с закрытыми глазами воспроизвести эту же картинку. Именно такого Винса он хотел запомнить. Не с застывшим, смотрящим вверх взглядом, испачканным в крови, а вот таким, умиротворенным, красивым, и... счастливым. Убаюканный тихим сопением, доктор и сам не заметил, как его начала охватывать дрема. Только какой-то неприятный сквозняк тянул по шее, но Сикс предпочел не обращать внимания, погружаясь в тепло, которое давал ему Винс. Однако тонкая струйка воздуха, словно чье-то злое дыхание, становилась все холоднее, все неприятнее, пока доктор в ужасе не распахнул глаза, ощутив на плечах холодные ладони. Бросив беглый взгляд на Винса, который продолжал спокойно спать, Никки медленно повернул голову, видя стоящую в конражуре фигуру с четко-очерченным контуром, видимую лишь силуэтом, но вместе с тем, на темном его пятне читались безумные блестящие глаза и дьявольская улыбка. За спиной фигуры, через тонкую полоску, образованную покосившейся жалюзи, прямо в глаза бил первый луч рассвета, просочившийся через затянутые черными тучами небеса. - Нет... - прошептал доктор, крепче обхватывая Винса руками. - Нет... Нет! - Время вышло, Никки, - фантом зло улыбнулся, склоняясь над Сиксом. - Время? - в панике шептал Сикс. - Не может. Не может так быть. Как можешь ты говорить, что у меня нет времени? Блэки поднял руку, и на его бледной, изящной кисти солнечный луч заиграл перламутровыми оттенками. Словно фантом хотел поймать совсем тоненькую эфемерную золотую нить. - Разве ты не видишь? Или же небеса ослепили тебя? - Нет, - в ужасе прошептал Никки, еще крепче обнимая блондина в своих отчаянных объятьях и прижимаясь губами к его макушке. Мужчина продолжал безмятежно спать, слегка улыбаясь во сне. На его платиновые волосы упали две обжигающие слезы, которые тут же исчезли. - Нет. Нет, нет. Нет... - Никки осторожно укачивал Винса, когда Блэки снисходительно и мягко улыбнулся, присаживаясь рядом с мужчинами. Его ледяная рука тонкими паучьими пальцами медленно потянулась к ничего не подозревающему блондину. От чувства легкой прохлады Винс во сне чуть нахмурил бровки, еще более походя на капризную девочку, но стоило ему еще крепче прижаться к Никки, как морщинка на переносице разгладилась, и мужчина снова улыбнулся во сне, продолжая безмятежно спать. - Ты прав. Он очень красив, - с легким придыханием проговорил Блэки, проводя по платиновым волосам, перебирая прядь за прядью. - Не трогай его! Не смей его трогать! - зашипел Никки, чуть поворачиваясь, чтобы прикрыть Винса. Блэки тихо засмеялся, не отрывая холодных глаз от блондина. - Удивительно, насколько совершенна может быть природа. Удивительно, сколько красоты может быть в одном человеке. Удивительно, насколько же сладким и притягательным может быть мужчина. Но пора. - Еще немного, - шептал Никки в иступлении, покрывая поцелуями голову блондина. - Дай мне еще совсем чуть-чуть побыть с ним... Умоляю, прошу, Господи Боже!.. - шепотом вскричал доктор, когда ледяные ладони до боли сжали его плечи. - Ты маленький лжец, - заговорил Блэки ему в лицо, ухмыляясь. - Я свою часть уговора выполнил. Теперь дело за тобой. Фантом вспышкой исчез, через мгновение оказавшись у стола доктора и так же молниеносно появился перед Сиксом вновь, на этот раз держа в руке карту Винса, где под диагнозом стояла подпись, словно подпись в контракте с Сатаной. - Поднимайся, Никки Сикс. Вставай. Его время истекло. Буди его. - Отойди в сторону. Отойди от меня! Так, чтобы я не видел твоего лица. Скройся с глаз, Блэки. Фантом медленно сделал несколькл шагов в сторону, прячась в темном углу кабинета, но если приглядеться, все равно можно было различить его фигуру, контрастно выделяющуюся на фоне густой темноты. Никки отвернулся, утыкаясь носом в макушку Винса, проливая последние слезы. Но через несколько секунд его голова резко поднялась. Собрав последние силы, доктор придал своему взгляду привычную твердость и жесткость. Из темного угла донесся тихий смешок. - Винни... - Никки тряс блондина за плечо. - Вставай, маленький принц. Вставай. Пора вставать. Разомкнувшиеся ореховые глаза осветил теплый луч солнца, упавший прямо на них, зажигая их, словно два огонька. Никки изумился тому, что в глазах Нейла не было страха. Он сел, обвив руки вокруг шеи доктора и ласково, глубоко и медленно поцеловал тонкие губы. - Не бойся, Никки, - мягко и спокойно проговорил он. - Я знаю, на что иду. И я хочу этого. Не бойся за меня, мой милый доктор. Сикс внимательно посмотрел на Винса, радуясь, что сейчас стоит спиной к проклятым первым лучам, и блондин не видит его глаз. - Одевайся, - коротко и тихо сказал Никки, сам ища свою одежду и натягивая ее. Винс коротко, но нежно улыбнулся, выполняя просьбу. Доктор тянул время. Он, не торопясь, надел футболку, предварительно ее медленно вывернув, нашел белье и брюки, накинул халат, застегивая пуговицу за пуговицей. До последней. Блондин уже был готов и сидел на кровати, терпеливо ожидая, когда доктор подойдет к зеркалу, чтобы собрать свои волосы в хвост. - Ты мне сказал, что я красив... - начал Винс. Никки чуть вздрогнул и посмотрел в отражении, как блондин поднимается и подходит к нему сзади, обнимая за торс и прижимаясь щекой к плечу. - Сказал... - эхом отозвался доктор, неуверенно кладя руки поверх теплых ладоней Винса, лежащих у него на солнечном сплетении. - Ты тоже красив. Очень красив, - прошептал Винс, закрывая глаза. Мужчины простояли так до тех пор, пока Никки не вздрогнул, услышав короткий смешок. - Винс... Нам... Нам пора, - выдохнул доктор, мягко, но настойчиво размыкая объятья блондина. Винс кивнул и направился к двери, как всегда останавливаясь и не смея самостоятельно выйти, пока первым не выйдет доктор. Сикс бросил последний взгляд в зеркало, наблюдая, как фантом медленно отделился от стены и пошел к дверному проему, беззастенчиво разглядывая Винса, который, разумеется, даже не подозревал об этом. Никки вытащил из ящика стола инструменты, и вышел из кабинета, выпуская Нейла следом за собой. Последним вышел Блэки, становясь за спиной доктора, по-прежнему следуя просьбе не попадаться ему на глаза. - Нам наверх, - тихо сказал доктор, направляясь к лестнице. Винс шел, как и обычно, сзади, но через несколько метров ускорил шаг, идя с Сиксом в ногу. Никки почувствовал, как теплые пальцы сжали запястье, а потом переплелись с его собственными. Несмотря на свое состояние, доктор не удержался от мягкой улыбки. Заскрипела тяжелая кованная решетка. А после, когда Сикс провернул ключ в тяжелой двери, они остановились. - Не бойся, Винс. На этом этаже страшно, но ты не бойся. Все будет хорошо. - Я знаю, - уверенно сказал блондин. - И не по наслышке знаю, как страшно здесь. Ведь я бывал тут... Никки удивленно вскинул брови, но промолчал. Винс внимательно посмотрел на него. - Ты не спросишь, как я сюда попал? - изумленно поинтересовался блондин. Никки стоял какое-то время неподвижно, а после обхватил ладонями лицо Винса, чуть наклоняясь, чтобы заглянуть в ореховые глаза с золотыми искорками, и полностью игнорируя шипение Блэки "Не прикасайся к нему!" - Сейчас это уже неважно, - Винс неуверенно улыбнулся и довольно выдохнул, когда тонкие губы коснулись его. Но Никки быстро отстранился, открывая дверь. - Не бойся. - Я не боюсь. Ведь рядом со мной ты, - но тем не менее блондин замешкался, не решаясь переступить порог этажа. Никки внимательно посмотрел на мужчину, после чего протянул ему руку. Винс вложил свою ладонь и сделал шаг. Из палат доносились жуткие стоны, иногда крики, но как только на этаже появился доктор, обитатели, почувствовав его, замолчали. Винс неуверенно прижался к Никки, крепко сжимая его руку. - Никки.. А Иззи... Он... Он тоже тут? - шепотом спросил Винс, и доктор так резко на него посмотрел, что блондин тут же опустил глаза, прошептав тихое "Прости". - Да. Он тут. Нейл хотел что-то попросить, но не решался. Тогда Никки, остановившись, спросил сам: - Хочешь увидеть его? Винс смотрел в пол, размышляя. - Да, - наконец, выговорил он и прежде, чем Никки успел что-либо сказать, добавил: - Я знаю, что увижу, не беспокойся. Доктор сощурился глаза и вытащил связку ключей, которая всегда лежала в кармане халата, а после подошел к двери без номера, медленно проворачивая ключ и открывая перед Винсом дверь. - Ты не зайдешь? - спросил блондин, подходя к порогу. Никки отрицательно покачал головой, а Винс лишь пожал плечами. В углу зашевелилась фигура. В рассветных лучах плавали пылинки, на этаже стояла гробовая тишина. Осторожно войдя внутрь, Винс сразу же подошел к сидящей на некоем подобие лежанки фигуре, присаживаясь рядом. Из дверного проема доктор наблюдал, как его пациент просто и тепло обнимает Иззи за шею, а после сцепляет руки у него за спиной. Пустой взгляд Стрэдлина скользнул по стенам, по косякам двери, задержался на враче, и снова стал таким же рассеянным. Но Никки замер в шоке, когда трясущиеся исхудалые бледные руки в свою очередь очень и очень медленно сомкулись у Винса за спиной, возвращая объятие. Даже Блэки, все время нашептывающий свои отравляющие речи, замолчал, потрясенный подобной картиной. - Я не думал, что... - начал Никки, но тут же замолчал, понимая, что никакие слова тут не будут уместны. Доктор просто смотрел, как его пациенты молча сидели в объятьях друг друга. - Прости, Иззи, но мне пора, - коротко шепнул Винс, поправляя грязные пряди брюнета. В ответ худые руки тут же упали со спины Винса, размыкая объятья. Блондин нехотя поднялся, сверху вниз глядя на Иззи. - Никки, пообещай, что позаботишься о нем, - попросил Винс, даже не глядя на доктора. Никки хотел заметить, что уже говорил о своих планах на будущее, которые вычеркивали Бетлем раз и навсегда, но все же ответил простое "Обещаю". - Ты даешь ему слишком много обещаний, - Никки почувствовал, как его волосы, забраные в хвост, немного зашевелились от холодного дыхания Блэки, который оказался у него за спиной. Но он проигнорировал реплику фантома. - Винс, я понимаю, но... - блондин кивнул и быстро вышел из палаты, отворачиваясь и не видя, как Никки закрывает дверь. В конце коридора белым пятном пестрела двустворчатая дверь с крохотными окошками наверху. - Нам туда, - указал на нее Никки и Винс сам медленно направился в указанном направлении. Дождавшись доктора, отперевшего несколько замков, Нейл без страха вошел внутрь и стал оглядываться. Никки зашел следом и хотел уже резко захлопнуть дверь, как сильная рука фантома ему помешала. Блэки обаятельно улыбнулся, проходя мимо доктора и только тогда позволяя ему закрыть створки двери. Затем он вновь скрылся в одном из темных углов, прячась от глаз Сикса, но сам, в свою очередь, следя за ним. Винс подошел к креслу, проводя подушечками пальцев по подлокотникам, по висящим ремням, по спинке. - Садись, - голос доктора упал до шепота. Винс послушно опустился в кресло, ерзая в нем, ставя ноги на подставку. Никки взял в руку шприц, наполненный жидкостью, но потом отложил его. - Это анестезия. И никакой боли, Винс. Больше никакой боли. Доктор подошел к пациенту, склоняясь над креслом и неотрывно глядя в ореховые глаза. Винс улыбнулся и уже поднял руку, чтобы коснуться щеки доктора, как Никки поймал ее, укладывая на подлокотник и закрепляя первый ремень. - Не надо, Винс. Иначе я просто не смогу, - отчаянно прошептал Никки, и Винс понимающе кивнул. Доктор медленно обошел кресло и закрепил вторую руку, после чего отвернулся. - Никки, что-то не так? - поинтересовался пациент. Доктор закрыл глаза, сосчитал до десяти и снова открыл их, поворачиваясь к пациенту. Мужчина чуть наклонился и провел по светлым волосам. А потом снова. И еще. - Я так не хочу тебя отпускать... - Никки горько улыбнулся. - Придется. Ты обещал, - нежно сказал Винс, наслаждаясь последними ласками. - Обещал, - эхом отозвался Никки. - Но все же я соврал. Доктор с болью видел, как распахнулись золотые глаза Винса, а губы затряслись. Лоб перечертила морщинка недоумения, бровки нахмурились. Доктор взял со стола шприц, возвращаясь к креслу. - Мне жаль, Винс. Его голос не дрожал. Глаза не слезились. Словно цепь замкнулась, словно железные тиски сжались невероятной хваткой. Вся боль, все сожаление, вся привязанность и даже любовь спаялись вместе, а затем были запрятаны в самый дальний уголок сознания, под холодную броню врачебного безразличия. Он ощущал затылком ледяное дыхание и знал, что теперь уже не сможет отступить. - Я обещал, что ты увидишься с ней. И ты увидишься. Но за взмахом скальпеля будет лишь пустота. Нет никакого рая, Винс, - чеканил Никки, глядя, как губы Нейла кривятся в так и не срывающихся с них проклятиях. - Нет и ада. Только небытие. А я подарю тебе жизнь с ней. Я хочу подарить тебе счастье. Мужчины замерли, глядя друг на друга. На кромке припухших век застыли слезы. - Я ненавижу тебя, Никки Сикс. Да будешь ты проклят навеки. Больше он не сказал ничего. Только откинул голову и закрыл глаза. А спустя несколько секунд почувствовал, как в тонкую венку на шее входит холодная игла. - Я знаю, что это невозможно, но... если ты сможешь, прости меня. Это были последние слова, которые расслышал Винс Нейл, прежде, чем провалиться в беспамятство от введенного наркоза. Никки молча стоял рядом с заснувшим мужчиной. Грудь Винса тихо опускалась и поднималась, а его глаза были плотно закрыты. Доктор поднял руку и провел по светлым волосам, вспоминая, как совсем недавно блондин сладко улыбался в ответ на эту ласку и целовал Никки. Сикс пропускал платиновые пряди через пальцы, наслаждаясь их мягкостью, но холодная рука резко ударила его по запястью. Никки поднял недоуменный взгляд на фантома, стоящего рядом. - Не смей прикасаться к нему. Я достаточно терпел твою непозволительную слабость. Веди сейчас себя как подобает доктору, - тихо, резко и холодно сказал Блэки, прямо глядя в увлажнившиеся, потускневшие зеленые глаза. Никки медленно отвернулся от своего фантома, чтобы коснуться тыльной стороной ладони теплой щеки лежащего блондина. Блэки зашипел, но доктор проигнорировал его. - Он был музыкантом... Певцом... Я никогда не слышал его песен, но я уверен, они прекрасны. Он бы мог писать их дальше, но... - Никки вздохнул, его рука безжизненно повисла. Доктор чувствовал, как тепло, согревающее его, уходит, когда на его плечи опустились ладони Блэки. - Пациенты должны жертвовать частью своей движущей силы, творческого духа и души, - мягко прошептал на самое ухо доктору Блэки. - А теперь... Пора. Обещаю, я буду рядом. Последнюю фразу фантом произнес со смехом, подталкивая Никки к креслу еще ближе. Никки дрожащими руками раскрыл футляр. На дне зрачков заплескался страх, перемешанный с человеческими эмоциями. Руки дрожали настолько, что Блэки, обративший на это внимание, осторожно и мягко обвил пальцы пальцами бледные запястья. Длинные руки опутали торс доктора, прошибая его холодом, грудь фантома прижалась к его спине, а мягкие холодные губы коснулись уха в тихом, успокаивающем шепоте: - Ты будешь скучать по нему, Никки. Будешь тосковать. Но сделав лоботомию, ты заберешь себе его душу. Сохранишь ее только для себя. Выпьешь до последней капли. Не бойся, мне она не нужна. Мне интересны лишь сильные, - длинные руки теснее сжали его в объятиях, - а подобные израненные сердца - сохрани их себе, доктор. Мягкий шепот сошел на нет, когда ледяные, словно у мертвеца, губы прижались к виску. Холод электрическим разрядом прошиб тело вдоль позвоночника. - Лишь одна операция, - едва слышно шептал фантом, разжимая хватку вокруг запястий доктора, - лишь одна операция. И я уйду... Никки ощутил, как холод обволакивавший его просто растаял. Вместе с ним ушла и дрожь из рук. Когда он оглядел операционную, ни одна тень не таилась в углу. Но он знал, что Блэки в любом случае за ним наблюдает. Держа в руках орбитокласт, он рассматривал инструмент, как будто видел его впрервые. Но после, сжав металл во вспотевшей ладони и вытащив следом небольшой молоточек, пристроил инструмент иглой к верху глазницы Винса. Тихий и высокий звук удара молоточка по орбитокласту заставил Никки чуть вздрогнуть, и доктор обернулся, чтобы найти Блэки. Фантома не было видно, но Никки услышал довольный смешок, напоминавшее мурлыканье большого хищного кота. - Прости, мой маленький принц... Прости, - прошептал Никки как можно тише и снова ударил молоточком по орбитокласту. Доктор чувствовал, как инструмент медленно и плавно стал входить в мозг пациента, и Сикс мог поклясться, что слышал тихий и скрипящий звук, едва уловимый, но сейчас все чувства восприятия были настолько обострены, что слух улавливал даже такую мелочь. Доктор едва сдержался, чтобы не передернуть плечами. Зафиксировав первый нож, Никки взял второй, чувствуя, как инструмент отяжеляет его руку, неприятно холодя ладонь. В каком-то совсем неожиданном порыве Никки вдруг швырнул орбитокласт на стол и снова схватился за первый инструмент, чтобы вырвать его из глазницы Винса, но на его ладонь вновь легла холодная рука. - Не вздумай. Ты же прекрасно знаешь, к чему приведет такое прерывание операции, - тихий шепот у самого уха заставил Никки остановиться. Доктор с минуту смотрел на лежащего мужчину, после чего медленно убрал руку. - Молодец. Умный мальчик. Блэки поднял упавший на пол второй нож, и, протерев его проспиртованым бинтом, вложил в насильно раскрытую им ладонь доктора. - Продолжай, - шепотом сказал фантом, его пронизывающий взгляд был столь убедителен, что Никки не посмел ослушаться. Он ввел в глазницу и второй нож, бегло посмотрев направо: Блэки вновь исчез. Доктор поднес руку,затянутую в белую резиновую перчатку, к глазам, стараясь разглядеть дрожь, которая его оправдает. Но ее не было. В глубине чувств и ощущений Сикс с ужасом отметил, что у него наступила полная апатия. Дальнейшие движения он совершал на автомате. А иногда ему казалось, что он слышит над ухом тихое, спокойное дыхание. Уверенное движение руки, нажавшей на рукоятку хирургического ножа. Второе, третье. Нервные ткани и волокна, связующие лобную долю с остальным мозгом, были перерезаны. Огибая сам глаз, из-под инструментов сочились яркие алые капли крови. Фантом вспышкой появился по другую сторону кресла и протянул руку к лицу лежащего в кресле мужчиы. Никки внимательно наблюдал, не смея ничего предпринять. Бледные пальцы поймали сбегающую алую капельку. Блэки поднес кисть к своим губам, а длинный язык коснулся подушечек, слизывая кровь. - Она пьянит, - ядовитым развратным тоном промурлыкал фантом, - не хочешь попробовать? Никки отрицательно помотал головой, не в силах выдавить из себя хотя бы слово. Его тонкие и бледные губы исказились в гримасе отвращения. Блэки лишь хмыкнул. - А зря, - пробормотал фантом,уже склоняясь над блондином и, высунув длинный язык, слизал целый небольшой ручеек крови с виска Винса, прикрывая в наслаждении глаза. - Отойди от него... Не мешай мне... - громко зашептал Никки, сжимая молоточек. Блэки тут же открыл глаза и улыбнулся, облизав губы, которые тут же стали алыми от крови блондина. - Иначе что? - насмешливо спросил фантом, но тем не менее поднялся, с долей сожаления глядя на Винса. - Он даже слаще тебя. Никки пропустил последнюю реплику фантома мимо ушей, медленно вытаскивая окровавленные инструменты из глазницы Винса, после чего отшвырнул их от себя, словно они жгли ему ладони. Блэки усмехнулся, но ничего не сказал, обходя кресло. Никки взял проспиртованную ватку, осторожно и с нежностью касаясь виска Винса, смывая кровь. - Можешь успокоиться и прекратить эти бессмысленные порывы. Он все равно уже не в состоянии ничего делать самостоятельно, - сказал Блэки, поправляя инструменты, которые были небрежно отброшены доктором. Если бы не прочность металла, орбитокласт бы с легкостью преломился пополам в сжавшей его с невероятной силой ладони. А Блэки, оставив инструменты в покое, вновь вернулся к Винсу, прикасаясь к его волосам, скользя кончиками пальцев по умиротворенному лицу, по пухлым губам. Никки несколько раз вдохнул и выдохнул. - Я. Запрещаю. Тебе. К нему. Прикасаться, - строго отчеканил доктор. - Ты - часть меня. Уродливая, омерзительная часть меня самого. И я имею право повелевать тобой, имею право запрещать. Я условие выполнил. Я сделал то, что ты хотел. А теперь убирайся. Взгляд льдистых голубых глаз лениво, словно даже томно, скользнул из под полуопущенных век с лица Винса на лицо доктора. Блэки стал выглядеть как мифическое сущетво, пугающее своей красотой и одновременно своим ужасающим уродством. Фантом протянул руку к инструменту, который доктор держал в руке. Но Никки среагировал раньше. Вложив всю ярость, он отбросил орбитокласт в сторону, на пол, в дальний угол операционной, так, что раздавшийся тонкий пронзительный звук привлек внимание, заставив Блэки обернуться. В тот самый момент, воспользовавшись замешательством своего фантома, Никки схватил лежащий на столе хирургический нож, готовый одним отчаянным рывком вонзить его в открытое горло лежащего в кресле Винса. Оставалось всего несколько миллиметров до того, как лезвие вошло бы в горло Винса, но крепкая рука поймала запястье доктора, а в следующее мгновение сильный удар по кисти выбил скальпель, который с тихим звоном упал на бетонный пол в дальний угол. - Ах ты маленький грязный обманщик, - зашипел Блэки, но когда Никки попытался вырвать запястье из цепкой хватки, прижал доктора к стене, сильно ударив головой. Сикс тихо вскрикнул, но его крик тут же оборвался, стоило холодной руке лечь на его шею, сжимая горло и чуть приподнимая доктора над полом. - Я думал, что ты не совсем еще обезумел с этим маленьким и ничтожным ублюдком. Неужели я ошибся? - шипел Блэки, не обращая никакого внимания на попытки Никки вырваться. Доктор начинал задыхаться, и фантом разжал хватку, от чего Сикс рухнул ему в ноги, захлебываясь кашлем. Блэки смотрел на него сверху вниз, и его красивое лицо исказилось гримасой отвращения и презрения. - А я уйду. Знаешь почему? Потому что я не такой лжец, как ты. Я оставлю тебя. Оставлю, чтобы ты хорошенько подумал над своим отвратительным поведением, мистер Сикс, - Блэки постоял еще с минуту, глядя на Никки, сжавшегося у его ног, после чего развернулся и направился к столу с инструментами. Сложив их все в футляр, Блэки захлопнул крышку и пошел к выходу, замедлив шаг у по-прежнему лежащего на полу Сикса. - Захочешь - убей его. Голыми руками. Придуши. Но знай: тогда я навсегда для тебя потерян. А без меня, Никки Сикс, ты погибнешь. Фантом ждал, что доктор поднимется или хотя бы возвратит взгляд. Но Сикс продолжал безвольно лежать у его ног, прикрыв глаза и не шевелясь. Тихо фыркнув, Блэки медленно выскользнул из помещения операционной, аккуратно и беззвучно прикрыв за собой дверь. Никки слышал, как затихают гулкие шаги черных лакированных сапог. Фантом исчез. Поднявшись с пола и отряхнувшись, он на шатающихся ногах подошел к креслу, дрожащими пальцами расцепляя ремни. Кровь больше не струилась, а уже пролитая запеклась. Смочив ватку в воде, Никки бережно стер бурый подтек. - Все хорошо, мой маленький принц... Твой доктор рядом... Все хорошо, - бормотал Никки. Доктор пытался поднять пациента, но ноги, которые едва держали самого Сикса, дрожали и стали ватными, поэтому Никки испугался уронить блондина. Доктор медленно стащил тело мужчины и сел на пол, крепко сжимая Винса в своих объятьях. - Не бойся... Все позади... Все прошло. Я рядом, слышишь? Я рядом... - холодные губы, дрожа, покрывали скулы, щеки, губы и опущенные веки Винса. Никки крепко обнимал его, укачивая в своих объятиях. Он не мог остановиться. Не мог перестать смотреть на это красивое и умиротворенное лицо. Не мог забыть слова блондина, сказанные им перед тем, как он закрыл глаза. Горячие слезы сбегали по щекам и падали на спутанные светлые волосы, исчезая там. Никки прижался губами к платиновым прядям, поглаживая дрожащими пальцами побледневшую кожу пациента. Доктор потерял счет времени, он не знал, сколько так просидел, но его время больше не волновало. Никки впал в забвение, лишь иногда касаясь пальцами нежной кожи лица или перебирая мягкие пряди. И снова тикали секунды. Тоненьким стуком на наручных часах, которые он никогда не снимал. Тик... Тик... Тик... Солнечных лучей больше не было. Они скрылись за черными небесами. Едва прикасаясь заледеневшими пальцами, он чуть приподнял закрытые веки. Пустой взгляд ореховых глаз вверх был совсем тусклым. Без единой живой искорки. Словно из него вытянули всю жизнь. Всю жизнь вместе с его душой. Тем не менее, он был жив. Под размеренным дыханием грудь едва заметно вздымалась и опускалась, а с приоткрытых алых губ, по которым, непрекращая, бездумно водили дрожащие пальцы, срывались легкие потоки воздуха. Иногда он медленно моргал, что больше напоминало движение сломанной заводной куклы. Несколько капель слез упали на чужие невидящие глаза. Смеркалось. Глубокий бархатный голос заполнил операционную. - Those last few nights It turned and sliced you apart This love that I tell Now feels lonely as hell From this padded prison cell... За своим пением он не услышал едва уловимого скрипа двери. Не расслышал щелчка проворачиваемого замка. Не расслышал и шороха поднимаемого с бетонного пола скальпеля. Но он знал. Гордая осанка выпрямилась. Он поднял голову. Только лишь не отводил взгляда от ореховых глаз. Комната замерла. А он знал. И чувствовал. Дрожащие тонкие губы чуть приоткрылись. Последние слова песни замерли на устах: When you took my lips I took your breath Sometimes love's better off dead... Хирургический нож одним движением полоснул по горлу. Алая кровь заструилась вниз. Он не упал. Только замер, отыскав, наконец, свое долгожданное умиротворение и покой. И снова звонкий звук падения окровавленного лезвия. Крупные капли алой крови капали на лоб Винса, который безжизненным и равнодушным взглядом смотрел на красивое и бледное лицо доктора, на чьих губах застыла легкая счастливая улыбка. Он никак не отреагировал, когда сухие, но сильные руки осторожно стащили с его колен тело блондина. Никак не отреагировал, когда тонкие, изъеденные морщинами пальцы поправили выбившуюся иссиня черную прядь, единственную, нарушавшую весь идеальный хвост. Он никак не отреагировал, когда хриплый голос заговорил с ним: - Вы же понимаете, доктор Сикс, что это был единственный способ. Вы же знаете, что только так можно было остановить Его. Он сел к стене, облокачиваясь на нее сутулой спиной. Голова блондина лежала на узких коленях, а пальцы перебирали платиновые волосы Винса. - Маленький принц... Он же так звал тебя? И вместо ответа раздалось тихое пение, наполнявшее операционную. Звук монотонного и бесчувственного голоса отражался от стен, чтобы снова вернуться. - Sky... you will always be mine... Он лишь коротко улыбнулся, не переставая гладить волосы Винса, когда услышал торопливые шаги за стеной. - Именем закона, откройте дверь или мы выломаем ее! - I feel the angels by your side... За дверью послышалось копошение, а после - несколько коротких тяжелых ударов. - I thought there would always be time... На мгновение все затихло, чтобы после воздух разорвался от сильного удара, треска выбиваемой двери, громких и гулких шагов и возбужденных голосов. - This love of mine for our love in a future time...