Угрюмый Иль

Макс Телефон зазвонил в лифте, когда моя личная помесь Кинг Конга и горного тролля почти выпустила меня из объятий под безликое «Первый этаж». Ух ты, а тут тетенька, оказывается этажи объявляет. Пожалуй, еще пару десятков раз тут покатаюсь, так и цвет стен рассмотреть успею. Я неохотно выпустил из своей алчно сжатой пятерни полоску ремня Иля (в крайнюю дырочку застегнутого, в петельки просунутого и накрепко к нему притянутого, прям как я ночью), вытащил из заднего кармана смартфон и лениво глянул на номер. Радужно-блаженное состояние растворилось, словно не было. Тут же на телефон приземлилась смс от того же адресата. Ну и зачем было звонить? Прочитав послание, скорее машинально, чем по велению сердца, я запихнул телефон обратно в карман. Семья. Ужин. Идти никакого желания, но могут отнять квартиру. Плохо, когда ты не собственник. Иль глянул на меня, как мне показалось, обеспокоенно. Или и впрямь, показалось? В любом случае, вопросы — не его конек, и это, скорее, плюс, чем минус. Так что Иль просто тащил меня к машине, а я покорно тащился. Но честно, тащиться от него в постели круче, чем за ним по улице, хотя тоже неплохо: не надо включать мозг — Иль справится лучше автопилота, сам в машину посадит, сам пристегнет, довезет, отстегнет, выдернет из авто, как репку, и придаст ускорения в сторону работы. Так что я отключился от внешнего и старательно пригрузился на внутреннее, в красках представляя сегодняшний вечер. Палитра, правда, подвела: излишне готическая, что ли. Вот бы Иля туда с его админским талантом, в момент развел бы всех, как тучи. Оказалось, мы уже приехали. Поглядывая на монитор парковочной системы, Иль на сантиметры сдавал назад. Когда я собрал мозги в кучу и сконцентрировал взгляд на его сосредоточенном лице, он спросил: — Помощь нужна? Ага, вот так, в стиле Иля. Если следить за направлением его покерфейса, парковка — все, Макс — ничто. Скажу «нет», он кивнет и больше эту тему не поднимет. В голове снова возник достоприсный Витя, и я мысленно с наслаждением его пнул. — Пойдешь вечером со мной к моей семье? Только, чур, никого не убивать. Иль Я изо всех сил старался сдерживать любопытство, но оно рвалось наружу, не спрашивая о приличиях. Только и успел подумать, что едва ли смогу быть Максу хоть в чем-то полезным, как самым бестактным образом уже влез в его дела. Я не понял, что произошло, но когда парень, которого ты начал считать своим, резко выпадает из образа развратной обаяшки и смотрит в телефон взглядом «жизнь тлен», поневоле начнешь волноваться. Обычно реакцией на мои вопросы было «а тебе не все равно?», и тут я ожидал похожего, раз уж так опростоволосился с принципом невмешательства, но Макс снова меня удивил: — Пойдешь вечером со мной к моей семье? Я замер, забыв выдохнуть и отжать газ, зацепил колесом бордюр и только когда машину качнуло, выдохнул. Макс же оценивающе глянул на меня и добавил: — Только, чур, никого не убивать. Это он о моем вождении или его семье? На работе Макс убедительно делал вид, что последний раз мы виделись во время сеанса Богунецкой. А я, хоть и обещал, все равно следил за ним, когда он попадал в поле моего зрения. Чтобы не ходить на его участок слишком часто, составил себе расписание посещений зон массажа. Также помогала отвлечься запланированная встреча с его семьей. Например, важный вопрос, как одеться? Это посиделки на кухне или ресторан? Исходя из его настроения после смс-ки, одеться лучше, как на похороны. Но те тоже бывают разного уровня, какой вариант ждет меня сегодня? Пафосный? Скучный? Склочный? Не выдержав, кинул вопрос ему в вайбер. В ответ получил «Забей». Потом «Не дрейфь». Следом «Это тот еще террариум, но они не… Не, они именно такие». Через минуту чат обновился: «Пауки в одной банке должны сожрать друг друга, а эти собираются несколько раз в год и все живы. Где справедливость?» Следующее сообщение пришло, когда я еще не дочитал предыдущее: «Можешь сделать синий ирокез? К нему бы еще клепаную куртку и биту с гвоздями». Пока я раздумывал над ответом, в чате появилось «А лучше костюм Микки-Мауса. Или Гуффи. Знаешь Гуффи? Аниматором не подрабатывал?» Похоже, кто-то на работе применяет руки не по назначению. Раздался ставший привычным кряк оповещения: «Или балетную пачку! Гениально! Ты в пачке, пуантах, косухе, с ирокезом, а на плече попугай! Вот тогда они точно сдохнут от такого количества красоты!» Кряк секундой позже: «Или хотя бы тетя Софа». Я даже не пытался отвечать, чтобы не мешать полету фантазии. Максу явно стало лучше. «Кларочку положим рядом. Эпилепсия со смертельным исходом, как тебе?» Я фыркнул. «Кровожадный я, да? Бойся меня, я страшен, почти как ты в оргазме, бугага». И надо ли что-то на это отвечать? Выходило, что нет. Но прежде чем Макс продолжит паясничать в ущерб работе, набрал: «Смартфон тебе за массаж не заплатит». Получив в ответ уйму противоречивых эмодзи, убрал телефон на место и почувствовал, что улыбаюсь. Мои улыбки редко замечают, наверное, плохо стараюсь. А с Максом хотелось улыбаться постоянно. И еще я заметил главное отличие Макса от всех парней в моей жизни — собеседнику рядом с ним достаточно просто быть, а разговор он вытянет за обоих. Может, это позволит ему не разочаровываться во мне чуть дольше? Макс Вечера я ждал с опаской. Иль абсолютно закономерно не фонтанировал радостью по поводу визита в пасть моим родным и любимым родичам в первый же день после траха. Более того, видел я его за весь день хорошо если раза три, и те случайно, а уж как он филигранно выполоскал мне мозг в мессенджере — вообще песня, в которой все сначала плохо, потом еще хуже, а потом все умерли и, наконец, стало хорошо. «Хорошо», это когда я испинал всех родичей, разошелся, как в цыганочке с выходом, насмерть заспамив Илю чат ядовитыми тарантулами своих эмоций, а получил не обвинение в моральном уродстве, а типичный выговор от главного админа салона. Да и вообще, единственное, что он у меня спросил это «Что лучше надеть?» У меня даже слова все растерялись. Он вообще из этого мира? Я бы на его месте по потолку бегал или пересекал китайскую границу, а он интересуется дресс-кодом! У его занудства есть явные плюсы. Глыбизм в массы! Ударим покермордой по навязчивости и притесненью! Как же меня колбасит. Если Иль рассчитывает встретить моих родителей на заявленном семейном ужине, то тут ему придется разочароваться — они погибли девять лет назад в глупейшей автокатастрофе. Хотя по Илю хрен поймешь, разочарован он или очарован. Хотя нет, вру, вчера он точно был очарован мною до крайности, с такой-то зверской рожей. Наверное, каждый айсберг именно так и выглядит, доедая свой Титаник. По-быстрому совратил молчанием, тут же сожрал в постели, на ночь зажал объятьем, а на утро добровольно согласился сунуться в пасть моей семейки. Навигатор горел красным на всю длину маршрута. Всегда знал, что расстояние — фикция, вся соль в кривизне пути и его загруженности. За то время, что мы ехали к месту экзекуции, шарясь по объездам и щемясь по пробкам, четверть Сибири проехали бы точно. В итоге я не знал, что хуже — доехать, или ехать вечно, мучаясь ожиданием. Иль не переоделся. Когда здравый смысл меня догнал, стало очевидно — его рабочий прикид для ужина с моими родичами это вполне себе стильно, строго, элегантно. Я всегда приходил в чем был, вот и Иль пусть так едет. А если кто из милых родственников решит, что он для них приоделся — ничего не имею против. Мне кажется, Иля можно даже в Букингемском дворце выставлять. Только не знаю, в доспехах или медвежьей шапке, он в любой интерьер впишется. Иль на этот раз меня в салон трамбовать не стал, подождал, пока сам сяду, и мягко прихлопнул дверку. Наверное, я слишком очевидно разваливался, и он побоялся, что вывернусь из суставов окончательно. Ладно, я не совсем принцесса, да и рука с прошлого раза побаливает. По пути объяснил Илю, куда я, собственно, так скоропостижно его тащу. Тетя Софа, тетя Кира, их мужья. И Кларочка, двоюродная сестричка. Мужей вычеркиваем, они декорации и смирились с этим. Все мужчины в моей семье — декорации. И я ненавижу, когда и меня задвигают, как задник. Пускай им сколько угодно не хватает меня как парного аксессуара, я не стану мужем Кларочки, пусть хоть потрескаются. Погрызите Иля, стервушки. Его хрен куда задвинешь, он не нарисованные горы, он они и есть, во всём объеме, со снегом и скалолазами. Тьфу ты, что я несу. Хотя я тот еще скалолаз, да. Ну вот, знакомый подъезд, неласковая дверь и противный звонок. Зачем заставлять звонить в дверь, если внизу домофон? Первой на Иля накинулась тётя Софа, сверкая искусственной улыбкой. Искусственной в смысле зубов, а не эмоций. Вот последнего у неё всегда в избытке, могла бы продавать за границу цистернами, научись кто извлекать из людей положительный настрой и конвертировать его в литры. Тётя Кира стояла за её спиной и компенсировала буйную радость сестры своим вечным кисляком. Этого добра у неё так же много, как улыбок у тети Софы. Её минорный настрой я бы тоже не отказался заготавливать в виде концентрата и добавлял бы в мармелад для особо кислых червяков — точно бы обогатился. Иль, естественно, стоически перенес как первое, так и второе, торжественно поздоровался и прошествовал в сторону накрытого стола, повинуясь гостеприимным жестам тети Софы, щебечущей хуже канарейки, и степенно опустился на диван рядом со мной. И напротив явно заинтересованной этим Кларочки. Обломись, милая, видишь, я держу его за руку. И не важно, что это потому, что он не потребовал её назад, когда я ухватился за него, едва успев вылезти из машины. Но факт остается фактом, вот Иль, вот моя рука в его охрененной огромной ласковой лапище. И он даже буркнул что-то на тему любви ко мне. Самоубийца. Прежде, чем атмосфера взорвалась, как макаронная фабрика, я сказал, что Иль — мой парень, и я влюблен в него по уши. Сказал, что пошли бы они все со своим мнением. Сказал, что переезжаю к Илю, и пусть подавятся своей квартирой. Я же не этот тощий эльф Витя, я не буду ждать у моря погоды, я сяду на шею и ножки свешу! А Иль подушечку мне под задницу подложит! Ну и что что каменный?! Зато с подушкой на закорках! Лицо Иля прекрасно в своей лютой неподвижности. Он может мысленно уже расчленить меня на спички, но его лицевые мускулы всегда спокойны. Или наоборот, трахает меня в своей голове, не слушая никого в этой комнате, кроме грохота пульса. Но это вряд ли. Хватит, Макс, не дури голову себе и другим. Ты трус и истеричка. Зачем ты Илю? Он сбросит меня в ближайший карьер, прикопает там аккуратненько, потом забудет, где именно, и будет прав. Я редкий персонаж супердурак, плащ с дырой на жопе и трусы на мне коричневые. Что же будет, а? В общем, вечер ожидаемо пошел по пизде. В салон седана Иля я влетел ласточкой. Сам. Прыгнул на сиденье, пришился ремнем безопасности, и фиг меня кто отсюда выскребет. Пробки рассосались, аварии прекратились, объезды не понадобились, Иль летел, словно по прямой, и запарковался под домом, наверное, даже раньше, чем мы тронулись. Как я и говорил — расстояние — фуфло. Иль Я был удивлен — родственники не очень ценят Макса, и его, конечно, это очень расстраивало. Зато мне показали его фотографии в стиле «ню», снятые в том возрасте, когда модель не может отказаться от съемок в силу младенческой недееспособности. Макс уже тогда был чрезвычайно милым. Я даже набрался наглости и заявил его родным, что хочу быть с ним всегда и готов забрать его с собой хоть немедленно. Но на самом деле сказал это Максу. А потом он взорвался, и мы поспешно ушли. Я бы, конечно, предпочел закончить разговор не на крещендо, но Макс торопился к машине, а потому прощание получилось скомканным. Нужно будет впоследствии сгладить сложившееся о нас впечатление. Еще вчера утром мы были чужими людьми, вечером переспали, а сегодня я уже знаком с его семьей, где он четко дал понять, что любит меня и мы съезжаемся. Сам он так решил или передразнил мои слова? Весь мой опыт говорит о том, что влюбляться с такой скоростью могу только я. И Макс совсем не похож на того, кто может составить мне в этом конкуренцию. Страшнее всего, если он несерьезен, и все будет как всегда: он бросит меня, как только я перестану его развлекать. А я совсем не комик. Я всегда разочаровываю всех, с кем встречаюсь дольше пары недель, у нас же и сутки-то едва натикали. Но его голос звучал настолько отчаянно и искренне, что на какой-то момент я отключился от реальности. Когда пришел в себя, уже заводил машину, а Макс сидел рядом и трясся так, что его дрожь передавалась всему салону. Я что-то сделал не так? Неправильно его понял, и он вовсе не хочет со мной жить? — Макс? — Езжай уже, крокодил, — буркнул он и завозился под ремнем безопасности. — Куда? — К черту на рога! В берлогу, чудовище! Обещал уволочь в свою драконью пещеру, так волоки, а то в этой башне у меня волосы до земли не достают, чтобы сбежать! Их послушать, я принцесска, которой только дай веретено, сразу палец продырявит! А ты и так меня вечно на горбе таскаешь, моего мнения не спрашивая, так тащи дальше! Я замер. Точнее, замер внутри, зависнув на мысли, не перебарщиваю ли я с доминированием, а снаружи руки все решили за меня, выведя машину на дорогу и разворачивая нас к дому. Что сказать я не знал, как успокоить бьющегося в истерике Макса тоже не представлял. Оставалось только выполнить его просьбу — увезти и спрятать. Подъехав к дому, я вышел, но Макс из салона не показывался. Тогда я открыл дверцу, с трудом выпутал его из ремня и вытащил наружу. Он тут же вклеился в меня, вцепившись в воротник обеими руками и спрятав лицо на моей груди. Я с усилием распрямился, и Макс тут же обхватил ногами мои бедра. Сигнализация пискнула, запирая салон, и я пошагал в подъезд. Подъезд мне открыла удачно попавшаяся соседка, придержала ее и даже не прокомментировала наш тесный дуэт, с трудом вписывающийся в проем. Благослови боже соседей. Дверь в квартиру тоже без особых проблем поддалась ключу, учитывая мои занятые руки. Стоило перешагнуть порог, Макс словно включился. На кровать я упал уже без пиджака и с расстегнутыми брюками. Макс демонстрировал чудеса пластики и скрытого проникновения под одежду с последующим ее исчезновением. Он целовал меня так, словно от этого зависела его жизнь, и вжимался, словно спасал мою. Не знаю, кто из нас был в эту ночь драконом, но пещера ходила ходуном. Он заснул посреди очередного поцелуя, запутавшись во мне всеми конечностями. Перед этим он успел погладить мой левый глаз и прошептать куда-то в правый: — Пусть это будет правдой, а? Не знаю, что он имел в виду, но для меня стала очевидна вся глубина разверзшейся под ногами пропасти: если он завтра решит уйти, я не оправлюсь. Ведь моя мечта сбылась: с ним или без него, Макс — моя любовь длиною в оставшуюся жизнь. Но с ним, несомненно, будет лучше. Макс Что странно, так это то, что, несмотря на срыв, я отчетливо помнил вчерашний вечер. Да, тетки ожидаемо щеголяли друг перед другом умением ткнуть меня побольнее, но Иль был само совершенство, впитывая каждое слово непередаваемо одухотворенно, словно получал откровения с небес, и, конечно, излучал галантность тоннами. Тетки игнорировали объявленную нами парность, а Иль царски им это прощал. Я бесился, он меня кормил. Я при всех засосал его губы, он великосветски попрощался с присутствующими и вынес меня на волю. Выслушал истерику, утешил, оттрахал, дал трахнуть себя, и еще раз наоборот, да так, что я от мозга до пяточек прочувствовал роль оголенного проводника под током. От Иля сносит крышу. Как в постели, так и вне ее. Скажи я родичам, сколько времени мы с ним на самом деле «встречаемся», мне бы засчитали автогол и выгнали с поля, не приняв серьез. Хотя, как можно воспринять несерьезно всю его скальность и эпичность? Знать бы только, он меня привез к себе, чтобы отмазать от родни, или, правда, готов со мной жить? Вряд ли, конечно, но я Макс Круглов. Я остался на первую ночь, я напросился на вторую. Третья от меня тоже не уйдет. И все последующие. А вот одежду бы новую не помешало. Два дня подряд на работе в одном и том же еще хоть как-то прокатит, но если приду в нестиранном и сегодня, будет эпик. Ух ты, у него в шкафу есть штаны моего размера. Интересно, чьи они, надеюсь, не Витины. Хотя в жопу, даже если и его. Теперь бы найти рубашку. Или футболку, на худой конец. А, худи, годится. Бежевые чинос и худи моего парня. Я снова красавчик. Усевшись в машину, дождался, когда Иль заведет мотор и принялся ковыряться в магнитоле. Тачпад, удобно, да и интерфейс приятный. Что бы такое найти, что он точно слушать не сможет? Иль сел рядом, степенно пристегнулся, завел мотор и начал выруливать с парковки. Не отвлекаясь, спросил: — Для твоих вещей хватит багажника или понадобится грузоперевозка? Сегодня после работы нормально? Я замер. Целых два вопроса — весь Угрюмый Иль как на ладони со своим камнем вместо лица и кремнем вместо характера. Пусть я ничем его не заслужил, но он мой. И если вдруг встречу Витю, надо будет сказать ему, что… а, впрочем, нахер Витю. Бросив затею с долбо-музыкой, я откинулся на спинку сиденья. — Сегодня — самое оно. Я давно понял, что нет ничего легче славы разбивателя сердец. Так вот, отношения, оказывается, тоже фигня вопрос. Главное — человек, с которым ты в них ввязываешься.

29.07.19 — 22.10.2021 г.

Последняя правка 20.08.2022 г.