Что мы просим

Поздно вечером во вторник Нил обнаруживает, что сидит между Эндрю и Кевином за столом перед комнатой, битком набитой камерами, репортерами и журналистами. Все Лисы, включая Ваймака, сидят за столом. Это не входило в первоначальный план, но после того, как Эндрю отказался покинуть Нила, вся команда решила выступить перед прессой единым фронтом. Под столом колено Эндрю прижимается к колену Нила, удерживая их обоих. Ровно в четыре часа Ваймак призывает комнату к порядку, и кто-то закрывает двери, хотя попытка не пустить больше людей бессмысленна — комната уже переполнена. Единственное открытое пространство — это десятифутовый промежуток между первым рядом репортеров и столом, за которым сидят Лисы. — Мы проводим эту конференцию, — начинает Ваймак, — чтобы поговорить о событиях, произошедших в ночь на пятницу, 15 октября. Нил Джостен и Кевин Дэй оба подготовили заявления, после чего будет отведено полчаса на вопросы. Любые вопросы, касающиеся чего-либо, даже слегка отклоняющегося от темы, не будут ни терпимы, ни на них не будут даны ответы. С этими словами Ваймак возвращается на свое место в конце стола. Накануне Нил и Кевин сели вместе писать свои заявления, чтобы убедиться, что нет ничего, что можно было бы использовать против них, и они согласились, что Кевин должен идти первым. — В пятницу, 15 октября, — говорит Кевин, — я попросил Нила Джостена остаться со мной на стадионе после того, как остальная команда вернется в общежития. Мы только что проиграли игру с наибольшим отрывом в этом году, и я хотел просмотреть запись, чтобы найти места, которые мы могли бы улучшить. Мы покинули стадион около двух часов ночи, чтобы вернуться в общежитие. Прежде чем мы успели добраться до общежитий, на нас набросилась группа мужчин в масках и потащила в переулок. Я попытался сопротивляться, и меня ударили рукоятью ножа по голове. После этого нож приставили к моему горлу, и я был вынужден смотреть. Когда все закончилось, меня ударили по затылку, и я потерял сознание. К тому времени, как я пришел в себя, нападавшие уже ушли. Нил завидует ровному голосу Кевина. Кевин всю свою жизнь имел дело с прессой, но Нил все еще зеленый и не знает, сможет ли он быть таким отстраненным. — Я потерял из виду Кевина Дэя, когда на нас напали. На несколько мгновений я подумал, что нас разделяют, но я снова увидел его, когда меня толкнули вниз — под столом колено Эндрю сильно прижимается к колену Нила — Я не помню многого из того, что произошло. Как только я понял, что целью мужчин было изнасиловать меня, я отвернулся от Кевина, потому что не мог вынести мысли о том, что его заставят смотреть. Когда все закончилось, я помню, как смотрел, как мужчины уходят, и помню, что не мог пошевелиться. Я не помню, сколько времени прошло, прежде чем Кевин подошел ко мне и вызвал скорую помощь, но оттуда нас обоих отвезли в больницу и оказали медицинскую помощь. Накануне вечером Нил сказал Эндрю, что будет лгать прессе о своей памяти. Эндрю понял. Нила трясет, и он прижимает свое колено к колену Эндрю, потому что это все, что он может сделать в данный момент. С конца стола Ваймак говорит: — Сейчас начинается полчаса для вопросов, — и все репортеры и журналисты поднимают руки и кричат, чтобы их услышали. Ваймак указывает на одного. — Кэти Кляйн из XWM News. Мистер Дэй, не могли бы вы уточнить, сколько мужчин напало на вас и мистера Джостена? Кевин кладет руки на стол по обе стороны от микрофона. — Трудно было сказать в темноте и во всей этой суматохе, но в нападении участвовало по меньшей мере восемь человек, возможно, до двенадцати. Ваймак выбрал другую. — Мистер Джостен, какая первая мысль пришла вам в голову после того, как вы получили медицинскую помощь? Что мне нужно позвонить Эндрю и извиниться. — Я не уверен, что понимаю, к чему вы клоните с этим вопросом, но в тот момент я все еще был в шоке от того, что произошло. Следующий человек встает. — Этот вопрос адресован как мистеру Дэю, так и мистеру Джостену. Как вы сейчас справляетесь с травматическим опытом, через который вы оба прошли? Нил смотрит на Кевина, а Кевин смотрит на Нила. Наконец Кевин отвечает: — По одному дню за раз. Исцелять ничуть не легче, когда двое людей получают травму, но есть чувство солидарности в осознании того, что мы можем пройти через это вместе. Еще одна ложь, поскольку они почти не говорили о том, что произошло, но это ложь, которую пресса поглощает. Кевин и Нил — потрясающая пара на корте, и всем нравится идея о том, что они тоже будут рядом вне корта. — Мистер Джостен, когда вы планируете снова начать играть? Нил знал, что этот вопрос последует, но надеялся, что этого не произойдет. Ичиро, несомненно, будет наблюдать за этим в какой-то момент, чтобы следить за своими инвестициями, и Нил не хочет ошибаться. — Вчера я снова начал тренироваться с командой, но все еще идет медленно. Физически я мог бы сейчас пройти половину игры, но психологически я знаю, что не смогу. Так что не ждите увидеть меня на корте в эту пятницу, но следите за мной на следующей неделе. Полчаса вопросов проходят медленно, затягиваясь и затягиваясь, и кожа Нила чешется, и он нервничает, и он просто хочет уйти, но в последние несколько минут маленькая женщина встает и протягивает диктофон к столу. — Мистер Джостен, в прессе и среди фанатов уже ходят разговоры о том, что вы… как бы мне это сказать? Плачущий мальчик ? Некоторые люди, похоже, думают, что все это подстроено для того, чтобы снова обратить на вас внимание. Что вы можете сказать на эти слухи? Нил чувствует, как пол уходит у него из-под ног. Люди восприняли его пытки Лолой почти без какой-либо реакции или сомнений в том, что это была правдивая история, но это? Нила изнасиловали, и люди думают, что он просто… Эндрю внезапно начинает двигаться, и только быстрые рефлексы Ваймака удерживают Эндрю от того, чтобы перепрыгнуть через стол и напасть на репортера. Эндрю действительно едва успел подняться со своего места, но Нил замечает сверкание ножа под столом. Он кладет руку на плечо Эндрю. — Мистер Джостен? — репортер подсказывает. По другую сторону от Кевина Нил видит, как его товарищи по команде шевелятся и хмурятся, но они не разговаривают. Это было соглашение, которое они заключили. Говорить могли только Кевин и Нил. Нил снова поворачивается к женщине. — Это неправда, — говорит он слабым голосом. Он прочищает горло и пробует что-нибудь покрепче — Изнасилование — это не шутка, и я не отношусь к этому легкомысленно. Кто-то в глубине комнаты кричит: — Тогда почему вы не выдвигаете обвинения? Эндрю трясется рядом с Нилом от едва сдерживаемой ярости. Кевин — это тот, кто бросается на защиту Нила. — Потому что мы не можем никого опознать. У них были закрыты лица. Вы не слушали или у вас просто избирательный слух? Другой репортер кричит: — А как насчет анализа ДНК? Раздается гул согласия. Они, очевидно, не понимают, что только потому, что ДНК может быть проверена, это не значит, что она будет совпадать с кем-либо в системе. Ваймак вскочил на ноги. — Достаточно, вопросы закончены. Нил первым выходит из комнаты, а Эндрю сразу за ним.