Ночная гроза

Спускаясь в таинственное подземелье, каждый помнит о цели, ради которой он готов многим рискнуть. Все хотели что-то найти. Были ли это сокровища, приключения, друзья, бывшие товарищи, или родные, неизменным было лишь то, что с самого начала каждый помнил о том, что преследовал, помнил, для чего спускался в глубины неизвестности. Несмотря на разные цели, взгляды и поход к решению проблем, несмотря на смертельные опасности, которые таило подземелье, на непредвиденные обстоятельства, разрывы связи и на прочие помехи, за несколько дней небольшая, но слаженная команда преодолела большую часть таинственного места и медленно, но верно подходила к завершению своего путешествия. После очередной битвы уставшая группа с тяжестью вырвалась из комнаты в крохотный, по сравнению с залом, коридор. Предвестник всем весом навалился на здоровенный дверной засов. Тот заскрипел, но вскоре поддался. Дверь была крепко заперта и команда решила устроить привал. Забравшись на высокий ящик, парень откинулся к стене и задремал. Сам не понимая, как, предвестник оказался в огромной тёмном помещении. В нём не было ни единого источника света. Лишь кромешная, непроглядная тьма, заполняющая собой всё доступное пространство. Руки были чем-то облиты. Парень было хотел использовать глаз Бога, чтобы хоть что-то разглядеть. Но тут он понял, что не может даже почувствовать привычный элементальный поток. Вдали послышался какой-то приглушённый треск. Тарталья молниеносно развернулся в сторону того места. Навстречу ему неспешно двигалась знакомая маленькая фигура, испускавшая свет, который постепенно становился всё ярче и ярче. Чайльд настороженно смотрел на это. Обычно фея непринуждённо летала над землёй, но в тот момент она, казалось, шла по невидимой дороге, сжимая что-то потрескивающее в руке. Под её ногами виднелись кучи изуродованных тварей, разорванных в клочья, покрытых пеплом и вымокшими листками бумаги. Зрелище поражало воображение. Ранения, которые парень успел на них разглядеть были в разы крупнее, чем мог бы нанести любой человек, по размерам они больше походили на следы от когтей огромного чудовища. Тарталья стал нервно оглядываться в поисках мнимого соперника, но позади него была лишь тоскливая мгла. Тут внезапно раздался тихий голосок Паймон. — Не себя ли ищешь? Предвестник быстро развернулся к ней. Голос феи прозвучал неожиданно спокойно. — Раньше мне казалось, что все вы, фатуи, одинаковы. Жестокие, гнусные, жалкие людишки… Но, должна признать, ты превзошёл все мои ожидания… — Прекрати…никто не давал тебе право так говорить о людях, которых ты никогда и не знала. — Глупый маленький мальчик. Паймон с тоской улыбнулась, показав ряд белоснежных зубов. — Я уже не припомню, сколько людей вы послали за мной. Болваны…все, как один перегрызли друг друга…а ты… В погоне за силой и вовсе человеком быть перестал. — Ч…что ты сказала?! Хватит! Где все остальные?! Что ты с ними сделала?!!! Разум вскипал, мысли затмевала слепая ярость. В ответ Фея ехидно рассмеялась. — Ты руки то свои видел? Трясущиеся пальцы предвестника медленно сжимались в кулаки. Только теперь он видел их. Кровь. — Должна сказать, ты просто сиял… — Что ты с ними сделала?! — Знаешь, я могла бы многое сделать, но ты меня опередил. — ЭТО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПРАВДОЙ! Тогда Паймон развернула перед собой ладонь. — А побрякушка то оказалась даже интереснее, чем я думала. Тарталья замер. Взгляд наполнился ужасом и отчаянием. Сердце заколотилось с бешеной скоростью. Не смея шевельнуться, он смотрел на свою собеседницу. То, что лежало в её руке заставило его мысли содрогнуться. Маленький предмет издавал яркий пурпурный свет, вокруг него с треском мелькали еле различимые разряды, он свирепо звенел и потрескивал, будто принуждая своего владельца использовать его. Столь сильный поток энергии прожёг бы обычному человеку руку насквозь, но фея спокойно держала его. Искры разлетались во все стороны. Глаз порчи. — Вы ведь считаете правдой, лишь то, что видели сами, не так ли? Вы верите всем своим воспоминаниям. Так наивно, особенно, когда даёшь кому-то управлять твоим разумом. Можешь забирать свою игрушку, мне то она точно не пригодится. Ты знаешь, рано, или поздно, она тебя всё равно сожрёт. С этими словами Паймон швырнула в сторону парня маленький светящийся предмет. Предвестник даже не посмотрел в его сторону. — Ты же видел, что лежит вокруг тебя. Всё ещё думаешь, что это сделал кто-то другой? В воображении мелькнула ужасающая картина поля битвы. — Такой жалкий…живёшь ради минутной эйфории кровопролития. Скажи, тебе ведь на самом деле не нужна эта дурацкая безделушка? Она ведь просто служит тебе, как оправдание перед собственной совестью, успокоением для сознания? Это так удобно…отдавать чему-то контроль над своими действиями, позволяя себе насладится этим чувством. Ты искал свирепую тварь, орудовавшую здесь…так вот…он стоит прямо передо мной. Всё ещё думаешь, что это моих рук дело? Скажу тебе сразу, чудом является уже то, что порча оставила в живых тебя самого. Не переживай, в этот раз ты никогда не сможешь забыть то, что сделал сам. В голове всё пошатнулось. В глазах начало медленно темнеть. Среди бесчисленных завалов он увидел валявшийся на покрасневших досках сломанный меч. Рядом с ним из-под груды истерзанных тварей торчала еле заметная человеческая рука. Парень хотел сейчас же кинуться туда, но что-то лежало у него в ногах. — Ах да…это причина, по которой ты ещё жив. Аякс беззвучно опустился на колени. — Бедняжка всего-то навсего хотела отыскать братца. Знаешь, с ней ты, пожалуй, обошёлся особенно жестоко. По побледневшим от ужаса щекам потекли горькие слёзы. — Проснись уже… Предвестник распахнул веки. Он сидел на большом ящике в коридоре подземелья. С тревогой стал оглядываться по сторонам. На другом конце небольшого коридора СиньЯнь весело болтала с Паймон и их новым бумажным спутником. Путешественница же сидела рядом, наблюдая за ними. Парень облегчённо вздохнул. Девушка взглянула на него и скзала всем: «Мы можем идти дальше.» За следующей дверью было несколько комнат. Часть была опустевшей, в других изредка попадались немногочисленные монстры. Впереди был лишь длинный пустой коридор. Компания медленно неспешно продвигалась всё дальше. Трое из них что-то увлечённо обсуждали. Позади них, в небольшом отдалении с усталостью шагали Аякс и Люмин. — Что для тебя значит доверие? — Убеждённось в том, что тебя не предадут….вера в искренность поступков. Полезно, правда? Позволь узнать, к чему был этот вопрос. — Доверие…скажи, о каком доверии могла идти речь? Ты же не доверяешь никому из нас, верно? Да как вообще можно кому-то до…если единственный человек, которому ты действительно верил….лишь ему одному…и тот………и даже тот….а ведь иногда сомневаешься, себе-то ты….и… Тут она внезапно запнулась на полуслове. С тревогой девушка взглянула на своего собеседника. Тот напряжённо смотрел на неё. Два синих тусклых глаза сосредоточенно наблюдали за её движениями. Этот взгляд не был похож на насмешку, или отвращение, он был наполнен какой-то отчаянной, сдавленной тоской. Путешественница нервно выдохнула. — Прости….я не…. Предвестник осторожно положил руку ей на плечо. — Знаешь, есть кое-что, о чём я должен был рано, или поздно тебя попросить….если я когда нибудь……потеряю контроль над собой…не дай мне кому-то навредить……понимаешь, если это случится. — Ты же не собираешься сказать, что… Слова предвестника разнеслись приглушённым эхом в её голове. Будто холодное лезвие они врезались ей в спину. К глазам начали подступать слёзы. Кулаки с силой сжались. Мысли сгрызали её изнутри. Девушка сходила с ума от своей беспомощности. Казалось, что со всех сторон её сдавливали почерневшие стены. Застоявшийся воздух удушающе впился ей в горло. Путешественница утопала в кромешной, непроглядной тьме безумия, творившегося вокруг неё. Собрав всю свою волю, она кивнула в ответ. Они оказались у громадных ворот, испещренных множеством символов.