Четыре Вечности. Часть первая.

      Ожидание «на чемоданах» продлилось недолго. Я не успела собраться с мыслями, как Дин постучал в дверь и сразу же вошел.       - Готова? – Спросил он.       - Да, поехали, – я указала на 2 сумки наших вещей.       - Что это? Это вы называете «самое необходимое»? Здесь же на год запас. – Дин заметно огорчился, но взял сумки и направился к выходу.       Бормоча себе что-то под нос, Дин забросил сумки на заднее сиденье и сел в машину. Я не знала, как мне реагировать на его настроение, но осмелилась начать разговор:       - А почему не в багажник? – Глупый вопрос, но это первое, что пришло в голову.       - Занят.       Да уж, исчерпывающе. Видно, конструктивного диалога не получится. Я села в машину, достала плеер и попыталась отключиться от всего этого. Но видно не судьба. Дин врубил магнитолу на всю громкость, и теперь всю дорогу придется слушать этот ужасный рок! Как вообще это можно слушать? И это они называют музыкой. Я всем своим видом старалась показать всю глубину моего возмущения, но, похоже, на меня никто не обращал внимания. Как можно быть таким? Почему обязательно портить окружающим настроение, если у тебя самого оно испорчено? Хотя он, в принципе, мне ничем не обязан. Я – очередная заноза, еще один испорченный день. Глупо было надеяться на дружественный прием с его стороны. По всему было видно, что день его не сложился с утра, а тут еще и я со своими «закидонами». Просто молчать. Мне нужно просто молчать и не привлекать внимания до конца пути.Дорога показалась мне нереально долгой. Я до сих пор не знала, куда же мы все-таки едем. Несколько раз мы останавливались перекусить и заправиться, перекидывались парой дежурных фраз и снова дорога. Бесконечная серая полоса асфальта в ночной мгле выглядела, мягко говоря, устрашающе. Как может нормальный человек выдержать это? Изредка темноту разрывали огни встречных машин, но этого было недостаточно. Сказал бы мне кто-нибудь, что я решусь на ночное путешествие в компании совершенно незнакомого мне человека в такую даль, по такой глуши, я бы ни за что не поверила.       Я перестала следить за временем уже после часа ночи. Молча, наблюдать за мельканием фонарей и встречными грузовиками оказалось очень утомительно. Музыка становилась все тише, пока не превратилась в уютное мурлыканье, встречный ветерок приятно ласкал кожу, рев мотора больше не раздражал. Все осталось далеко позади. Стало тепло и уютно. Казалось бы, ситуация обязывала быть настороже, но не хотелось. Здесь и сейчас я чувствовала себя дома. Эта мысль не давала мне покоя. Почему? Я даже не заметила, когда все поменялось. Тогда, на заправке? Его случайное прикосновение оказалось таким нежным и трепетным. Я не могла и подумать что такой человек как Дин вообще способен на нежность. В момент, когда я поймала его мимолетный смущенный взгляд, мне почему-то захотелось безоговорочно довериться этому человеку.       Яркий луч света разбудил меня. Утро? Сколько я спала? Все еще дорога. Мы, наверное, пересекли уже всю страну. Почему-то было очень жарко. Я попыталась сесть удобнее, но тело меня не слушалось, руки онемели и, что-то не давало нормально встать. Плед. Такую заботу нельзя было не оценить. Оказывается, он способен на большее, чем я думала. Окна были закрыты и магнитола молчала. Видимо он не хотел меня разбудить. Неожиданно и очень мило.       - Спасибо за плед, – обратилась я к Дину.       - Не за что. Ночи здесь холодные, – сухо ответил Дин. Только сейчас я обратила внимание на его усталый вид. Еще бы, столько часов в пути, без сна и нормального отдыха. Мне вдруг стало неловко, что я уснула, что ради того, чтоб меня не разбудить, он выключил музыку и закрыл все окна.       - Кофе на заднем сидении, – неожиданно объявил Дин.       Кофе? Он останавливался купить кофе? Как можно было это проспать?       - Спасибо. Может, остановимся отдохнуть? Ты устал. Хочешь, я поведу, а ты поспи, – предложила я.       - Нет уж, лучше снимем номер… Эм… Я хотел сказать остановимся в мотеле… То есть нужно нормально поспать. На нормальной кровати. В общем, ты поняла... – Дин запинался и путал слова, как волнующийся школьник. Сильно устал. Да уж, его предложение звучало двусмысленно, особенно «снимем номер». Я изо всех сил старалась подавить приступ хохота.       - Я поняла. Нужно остановиться и отдохнуть, – я попыталась ответить максимально серьезно.       Первый попавшийся придорожный мотель. Дыра еще та.       - А где мы вообще? – Поинтересовалась я.       - Лавленд, Колорадо, − ответил Дин, выгружая вещи из машины.       Наверное, нелегко сейчас там Энн без ее одежды. Я представила, как она там коротает бесконечные часы в обществе странного приятеля-ангела, к тому же вещи у нас в машине остались. Еще два дня назад я и представить не могла, что буду так спокойно говорить об ангелах с ангелами, ехать через всю страну, в старой «Импале», скрываясь от Люцифера. Звучит как выписка из истории болезни пациента психушки.       Мы вошли в мотель, и сразу стало ясно, что будет «весело». Компания малолетних уголовников (по крайней мере, выглядели они именно так) развлекались игрой в покер в углу, изрядно пьяный «администратор» пытался собрать все мысли в кулак и найти нам подходящие номера, а сидевшая у окна старушка, с нахальным видом прожигала меня взглядом. Смахивало на сцену из психологического триллера про город маньяков-убийц. Готова поспорить, бабуля у окна у них главная. Пока я изучала местную публику, Дин, вовсю, негодовал у стойки администратора по поводу отсутствия двух отдельных номеров. Может и к лучшему. Лишь бы кровати отдельные. Одна в пустом номере в окружении ТАКИХ экземпляров я бы не выдержала. Судя по выражению лица, Дина не обрадовала перспектива провести время со мной в одном номере. Ну, это уже его проблемы. Не так уж и долго придется ему мучится. Дин, молча, забрал ключ и направился к номеру, я поторопилась за ним, хотелось побыстрее скрыться от умалишенной бабули и всего этого сброда.       Номер оказался просторным и, на удивление, чистым. Две кровати и душ – это все, что сейчас было нужно. Пока Дин возился с ноутбуком и блокнотами, я достала чистые вещи и направилась в ванную, попутно поймав на себе все тот же смущенный взгляд. Эти его взгляды все время ставят меня в неловкое положение. Горячая вода − то, что нужно сейчас! Наслаждаться этим можно было бы бесконечно, но я была не одна, нужно иметь совесть все-таки. Я обмотала голову полотенцем и вышла из ванной. Дин сидел за столом и что-то хаотично записывая в блокнот. На секунду наши взгляды встретились, он быстро встал со стула, взял вещи, блокнот и скрылся за дверью ванной, изо всех сил стараясь не смотреть в мою сторону. Зачем таскать с собой блокнот везде? Как будто мне очень надо его читать! На столе остался открытый ноутбук, беспорядочно разбросанные бумаги и дорожные карты. Мне стало любопытно, над чем он работал. Я попыталась понять, о чем идет речь, но мне не удалось. «Демон перекрестка», «Оборотное заклятье», «…расторгнуть договор…» − все это не помещалось в моей голове. Я оставила все попытки разобраться, сбросила полотенце, расчесала волосы и легла на кровать. То ли теплый душ, то ли тяжелые сутки позади, разморили меня настолько, что я мгновенно уснула.       Проснулась я от ощущения, что на меня смотрят. Дин сидел на соседней кровати, с бутылкой пива в руках и внимательно на меня смотрел.       - Что? – Спросила я хриплым голосом.       - Ты разговариваешь во сне…       - Да? И что я рассказала? – Я мысленно молилась, только бы не выдала во сне чего лишнего.       - Ты все время была в пути, как будто от кого-то скрывалась. Кто такой Джейк?       - Это мой «бывший». От него я и сбежала в Идентон. В общем длинная и скучная история. – Я, все еще, надеялась, что мое воспаленное подсознание не выдало ничего кроме историй с Джейком.       - Расскажешь когда-нибудь?       - Может когда-нибудь…       Я встала и направилась на кухню, чтобы приготовить кофе. К моему удивлению всё было уже готово: на столе стояли кружки, горячий кофейник источал бодрящий аромат, а рядом расположилась корзинка свежих домашних булочек. Какая прелесть! Но где в этой дыре можно было все это достать?       - Пиво – не лучший вариант завтрака, – подмигнула я Дину, передавая кружку с кофе и булочку.       - Но далеко и не самый плохой, бывало и хуже, – улыбнулся он в ответ. Впервые за все время нашего «общения» я увидела его улыбку. Такая искренняя и по-детски смущенная. Глаза… Необыкновенный взгляд зеленых глаз завораживал. Только лучики морщин в уголках глаз выдавали усталость и неуемную грусть. Сейчас Дин был совершенно другим. Куда-то резко пропал «хам из бара» и появился наивный ребенок с россыпью веснушек на носу, взъерошенными волосами и печальным взглядом. Как бы мне сейчас хотелось знать, о чем он думает, какой он на самом деле и почему в его глазах столько горя. Я поймала себя на мысли, что чересчур стала интересоваться его персоной. Это насторожило. Никаких отношений между нами быть не должно и не будет. И с чего бы это у нас должны быть отношения? Судя по его отрешенности, я его вообще мало интересую. Почему я вообще об этом думаю? Он конечно довольно милый (как оказалось), но это ничего не значит. Хватит! Сейчас нужно завтракать и отправляться в путь.       - А откуда такой замечательный завтрак в такой дыре? – Я попыталась скрыть смущение в голосе.       - Места знать надо! – Дин снова подмигнул, и моя реакция не заставила себя ждать. Щеки залило краской, и я быстро перевела взгляд, дабы не выдать всей гаммы чувств.       Похоже, он сразу понял, что к чему и принялся, в открытую, издеваться. Он медленно встал, обошел меня и пристально посмотрел мне в глаза:       - Та бабулька у окна, которую ты вчера до смерти испугалась, оказалась не такой уж устрашающей, а очень милой и назвала мне пару адресов, где можно добыть отличный завтрак.       Выдаваемый им текст никак не вязался с интонацией. Его бархатный голос звучал так мягко и спокойно, но в глазах играли озорные чёртики. Зачем так со мной? Это такой изощренный вид флирта? Мягко говоря – черный юмор.       Я изо всех сил старалась побороть дрожь во всем теле и боялась проронить хоть слово. Наверняка, дрожащий голос выдал бы меня полностью. В горле пересохло. Я медленно взяла чашку и сделал небольшой глоток. Тем временем, Дин присел на корточки, и расстояние между нашими лицами резко сократилось. Дыхание перехватило. А Дин уже развлекался вовсю:       - Я думаю, нам стоит поскорее закончить с этим… Кофе стынет… Нам нужно ехать… - Он растягивал каждое слово, так монотонно и мягко, будто пел колыбельную.       Внутри меня все кипело. Я оказалась совершенно безоружной сейчас, перед ним, а ведь речь шла всего лишь о кофе. Перед глазами все плыло, в ушах шумело и, в конце концов, я вообще перестала слышать звуки. Только движение его губ в такой опасной близости от меня. Я была, мягко говоря, удивлена своей реакцией в этой ситуации. Никогда раньше со мной такого не случалось. Он все говорил и говорил, а я смотрела. Наверное, со стороны это выглядело весьма странно – абсолютно неадекватная особа, намертво, впечатанная в кресло, с чашкой в руках и почти без дыхания. Рядом склонился парень, и с хитрой ухмылкой несет полнейшую чушь, не давая вставить и слова. Хотя какие слова? Я дышать забывала, не то, что думать и говорить. В чувства меня привел спасительный телефонный звонок. Дин не спеша поднялся, подошел к столу и взял трубку. Выражение его лица мигом изменилось. Снова этот озадаченный взгляд и морщинка на переносице, свидетельствовали о не совсем приятных новостях. Пока Дин мерил комнату шагами, я встала и, на скорую руку, начала собирать вещи. В голове роились миллионы мыслей, сердце по-прежнему бешено колотило и в горле опять пересохло. Он носился по комнате и что-то громко доказывал кому-то на том конце провода. Несколько раз мы случайно сталкивались и, каждый раз, я вздрагивала, как от электрического разряда. Да что это со мной такое?! Как мне выдержать остаток пути с ним в одной машине. Надеюсь, когда все это закончится, мы больше никогда не увидимся! Мы слишком разные, он не тот человек, с которым меня может что-то связывать, поэтому, лучше даже не начинать.       - Нам нужно ехать, собирайся, - прервал мои размышления Дин. В голосе опять появились ледяные нотки, а это значило, что все гораздо серьезнее.       - Что случилось?       - Кас звонил. Его выследили и пытались добраться до Энн. Он во всем разобрался, но без жертв не обошлось – его хорошенько потрепали.       - Энни в порядке? – Я с ужасом представила все в ярких красках. Стало не по себе, я пошатнулась и приземлилась на кровать. Дин пулей метнулся на кухню и принес стакан воды со льдом.       - Не переживай, пожалуйста. Все обойдется. Если мы отправимся прямо сейчас, то к вечеру будем на месте, – в голос опять вернулась трепетная мягкость. Каким же разным он может быть! Удивительное качество.       Большими глотками я осушила стакан, Дин бережно взял меня за руку и помог подняться. Я опять пошатнулась, рискую оказаться уже на полу, но Дин вовремя подхватил меня и притянул к себе. Наши взгляды снова встретились, и я ощутила его горячее прерывистое дыхание на своей коже. Его сильные руки нежно легли на мою талию, комната снова закружилась. Напряжение между нами выросло до такой степени, что, казалось, его можно было даже увидеть. Я не знаю, сколько мы так простояли, глядя в глаза друг другу. Вид у меня был, наверное, настолько жалкий, что Дин улыбнулся и отступил на шаг назад.       - Стоять можешь? – Спросил он со своей «коронной» ухмылкой.       - Да, я и не собиралась падать…       - Ааа, ну да, конечно…       Я собрала волю в кулак, остатки вещей в сумку и вышла за дверь. Жар по всему телу никак не унимался. Как смотреть ему в глаза теперь? Как находиться теперь с ним в одной машине столько времени?       Я сидела в машине, ждала, пока Дин сдаст ключи от номера. Находиться с ним рядом становилось все сложнее. Дин сел в машину и включил музыку:       - Надеюсь, ты не против. – Это прозвучало скорее не как вопрос, а констатация факта.       - Как скажешь, - смирилась я.       Мне ничего не оставалось делать, как уставится вперед и помалкивать. Радует только одно – я перестала нервничать. Дрожь прошла, сердцебиение успокоилось и даже мысли пришли в порядок. Но радоваться пришлось недолго. Дину опять кто-то позвонил, он потянулся к бардачку, чтобы что-то достать и нечаянно коснулся моего колена. Мне стоило огромных усилий, чтобы не вскочить и не выйти на ходу из машины. Дин бросил на меня мимолетный взгляд, не отрываясь от разговора, достал из бардачка карту и спокойно продолжил движение. Тысячи ураганов бушевали внутри. Мы ехали по проселочной дороге в такой глуши, что ее даже не было на карте. Дин с кем-то консультировался по поводу нашего местонахождения и дальнейшего направления. Я тем временем пыталась успокоить нервы, барабаня пальцами по двери, как вдруг раздался громкий хлопок и машину занесло.       Когда люди рассказывают, как в такие моменты пролетает вся жизнь перед глазами, они не врут. Вся моя жизнь в картинках пролетела перед глазами. Дом, школа, мама, Энни. Все было размыто, но единственная картина четко прорисовалась в памяти – глаза Дина. Теперь есть все шансы, что это последнее, что я видела в своей жизни. Дин всеми силами пытался справиться с управлением, но машину бросало из стороны в сторону, пока, наконец, не остановило на обочине. Дин грязно выругался и, выходя из машины, бросил через плечо «Не бойся, это всего лишь колесо». Я сидела в ужасе, не в силах пошевелится.       Решив, что глоток свежего воздуха мне не помешает, я вышла из машины. И потом, Дину, скорее всего, понадобится моя помощь, так как на этой забытой Богом дороге с проезжающими мимо машинами проблема. Он возился с пробитым колесом и, все так же безудержно, матерился. Я подошла, по всей видимости, незаметно для него и предложила помощь. От неожиданности Дин выронил ключ. Наверное, он собирался отпустить в мой адрес пару крепких словечек, но сдержался.       - Больше так никогда не делай, я могу отреагировать не совсем адекватно… Мягко говоря… – единственное что смог сформулировать Дин в таком состоянии.       - Я всего лишь хотела помочь…       - Спасибо… Оценил… А теперь иди и подожди в машине, или погуляй, видишь, погодка располагает.       «Оценил». Что за человек?! Все! Больше никаких инициатив! Пусть сам разруливает! Погодка и правда оказалась замечательной, но день уже не задался, так что гулять не хотелось. Я просто села на сиденье, оставив дверь открытой, и ждала. Дин продолжал громко чертыхаться и звенеть ключами, а я решила скоротать ожидание с музыкой. Рок − явно не мое и я принялась искать какое-нибудь радио. Как только я нашла волну, звон ключей и брань резко прекратились. В ту же секунду Дин уже стоял около машины с моей стороны:       - Выключи! – Потребовал он.       - Чем тебя не устраивает радио?       - И так настроение «лучше некуда», а тут еще и вытье это слушать!       - А по-моему очень милая песенка, - встала я на защиту какой-то попсовой певички.       - Выключи…       - Иди, занимайся своим делом, нам надо ехать!       Дин попытался добраться через меня, чтобы выключить радио, но тут нервы сдали уже у меня. Как только он наклонился к приемнику и коснулся меня холодным металлом ключа, я вздрогнула и резко вдохнула. Опять опасный момент. Его губы так близко… Его разгоряченное тело, отсутствие рубашки на нем и теплое дыхание в моих волосах… Глаза застелил туман, а тишину разорвал звон упавшего ключа…       Дин склонился надо мной и пристально посмотрел мне в глаза. В первые секунды я хотела выскользнуть из машины, но Дин перегородил собой все пути к отступлению. Все вокруг стало таким мелким и незначительным. Время остановилось. Сердце норовило вырваться из моей груди. Животный инстинкт разом овладел моим телом, я перестала замечать все вокруг. Только его запах и звук сердца. Мы наблюдали друг за другом, кто знает сколько времени. Я, казалось, ни разу так и не моргнула. Мне хотелось запечатлеть в памяти каждую деталь. Глаза… Этот всепоглощающий взгляд. Как странно, раньше я ненавидела веснушки, а сейчас, готова была вечно на них смотреть. Идеальные губы… Больше всего на свете сейчас мне хотелось бы ощутить на себе прикосновение этих губ. Глубокая морщинка снова пересекла переносицу, придавая особую серьезность происходящему. Значит сейчас все без шуток. Еще бы! Для меня, по крайней мере, было все гораздо серьезнее, чем хотелось бы. Мне больше не хотелось сбежать, наоборот, хотелось продлить этот момент как можно дольше. Дин все смотрел в мои глаза, и, казалось, совсем не дышал. Не знаю, сколько бы еще так продлилось, но он глубоко вздохнул и провел кончиком пальца по моей шее. В одну секунду все мое тело задрожало, дыхание сбилось, и тысячи молоточков застучали в висках. Я пыталась сохранить остатки самообладания, но безуспешно. Тем временем Дин одним движением вытащил меня из машины. Сейчас я молила об одном – только бы скорее почувствовать вкус этих божественных губ. Но он не торопился.       Внезапно он убрал от меня руки, я пошатнулась, но уперлась в машину. Ноги не слушались, все тело ныло от непреодолимого желания, но Дин все медлил. Он подошел ко мне вплотную и слегка коснулся губами мочки уха. Я жадно глотала воздух, непереносимый жар разливался по всему телу, не давая дышать. «Поцелуй же меня скорее!!!» - хотелось кричать, но не было сил. Дин опять отстранился и принялся по одной, мучительно медленно расстегивать пуговицы на моей рубашке. Наверное, он понял, что я едва стою и прижал меня еще крепче к машине. Секунды превратились в часы. Всем сердцем я желала, чтобы эта сладкая пытка продолжалась вечно. Я ненавидела его за это сейчас. Ненавидела за то, что хотела его все сильнее.       Одну руку он опустил мне на талию, второй продолжал расстегивать рубашку. С хитрой улыбкой, склонившись надо мной он прошептал «Ты ж не против?». Я против? Нет, мать твою, я не против! Я уже на все готова, только бы ты прекратил пытки и перешел к реальным действиям. Но я ничего не ответила, просто закрыла глаза, глубоко вдохнула и подалась вперед. С закрытыми глазами все мои остальные чувства в разы обострились. Я четко слышала его бешеное сердцебиение, чувствовала дрожь по всему его телу, сбившееся дыхание и жар прикосновений. На несколько секунд он замер, видимо изучая мою реакцию, потом аккуратно убрал выбившуюся прядь волос и еле коснулся губами моих губ. Разряд в миллионы вольт мгновенно пронзил мое тело. С каждым следующим поцелуем, Дин становился все настойчивее, пока совершенно не потерял контроль над собой. Он подхватил меня на руки, обошел машину и усадил меня на капот. На секунду прервав поцелуй, он одним движением рванул рубашку, пуговицы разлетелись в стороны, обнажив мою грудь. Дин тяжело втянул носом воздух, стягивая с меня рубашку. Я проклинала все на свете, что надела сегодня именно эту рубашку. Малого того, что миллиард пуговиц, так еще и снять ее не возможно в спокойном состоянии, не то, что сейчас. Кое-как мы высвободили меня из рубашки, и Дин снова прильнул к моим губам. Сейчас я поняла, что больше не смогу прожить и минуты своей жизни без этих губ. Он жадно покрывал все мое тело поцелуями, а я боялась открыть глаза, только бы все не исчезло, как сон. Через секунду мы слились в едином порыве страсти, и это было ни с чем несравнимое ощущение. Это был танец. Безудержный танец дикой животной страсти, под аккомпанемент сигналов, изредка проезжающих мимо машин. Да уж, такого шоу эта дорога, наверное, давно не видела. Не знаю, сколько прошло времени, но мы все не останавливались. Я впивалась ногтями в его мокрую спину, а он двигался все быстрее и настойчивее, пока мы не дошли до точки кипения. Я прогнулась в спине, тихо протяжно застонала и напрочь отключила свое сознание. Фантастические ощущения, ранее неведомые, накрыли меня с головой. Дин устало опустил голову мне на грудь. Я чувствовала его дрожь и жар его тела на себе. Он изредка пробегал кончиками пальцев по моим бедрам, от чего пламя внутри меня разжигалось с новой силой. Я играла пальцами в его волосах и думала. Думала о том, как удивительно легко сейчас. Все ушло далеко на второй план. Сейчас только он и я. Все чувства смешались. Еще три дня назад он безумно меня раздражал, а сейчас я бы все отдала, только бы быть с ним где угодно, как угодно, лишь бы вечно.       Странно, но сейчас я, почему-то, подумала об Энни. Ведь это она меня подтолкнула к мыслям о нем вообще. «Ты видела, как она тебя смотрит?». Не видела. А если бы она не заметила тогда, ничего бы этого не случилось? Как бы мне хотелось сейчас знать, что Дин думает об этом. Вдруг я для него − очередная потаскушка из бара? Не хотелось думать об этом, но эта мысль уже начала поедать меня изнутри. Надо придумать, как узнать правду. А пока я не хотела думать вообще. Хотелось просто наслаждаться и не отпускать этот момент никогда. Вскоре, Дин прервал поток бреда в моей голове:       - Нам, наверное, уже пора. Уже почти темно и холодает, – нежно взяв на руки, он отнес меня в машину. Уже давно нужно было ехать, а мы все никак не могли оставить друг друга ни на секунду. Я сидела, кутаясь в плед, а Дин собирал разбросанные остатки нашей одежды вокруг всей машины. Колесо так и осталось спущенным, поэтому ему пришлось потратить еще какое-то время, чтоб устранить поломку. Я держала фонарь, пока Дин возился с колесом. Действительно похолодало, а он без рубашки.       Так забавно было за ним наблюдать в этот момент. Каждый раз когда что-то не получалось, он выливал поток брани в сторону машины, потом говорил «Извини, детка», поворачивался ко мне и с виноватым взглядом извинялся уже передо мной за грязные высказывания. Сейчас наступил идеальный для меня момент, чтоб как следует рассмотреть его, и в то же время, не привлечь к себе внимания. В тусклом свете фонаря его тело казалось еще прекраснее. Сейчас отчетливо можно было рассмотреть движение каждой мышцы, капельки пота на висках, но пульсирующая вена на шее особо привлекала мое внимание. Картинки последних событий сразу устроили слайд шоу у меня перед глазами. Я моментально вспомнила эту вену, вспомнила как бешено колотились наши сердца, как капельки пота струились по его вискам, как он шептал мне несвязные предложения, как я измеряла поцелуями его тело. Где-то внизу живота снова мучительно сладко заныло. Я не могла позволить выдать свои чувства. Не сейчас. Хотя сгорала от желания повторить все это прямо здесь и в эту минуту. Фонарь в руках затрясся, а я ничего не могла с этим поделать. Дин сразу это заметил и спросил:       - Тебе тяжело? Устала? Попробуй поставить на капот.       Такая трогательная забота. Опять. Когда же он перестанет меня удивлять? Каждый раз так кардинально меняться от хама до джентльмена.       - Нет, все нормально, спасибо, – я изо всех сил пыталась побороть дрожь в голосе. – У тебя все нормально? Какой прогноз?       - Уже почти всё. Спасибо, ты очень помогла. – Снова очаровательная улыбка озарила его лицо.       - Не за что. Ты не замерз? – Опять поток мыслей… от одного взгляда на его обнаженный торс.       - Да, пожалуй не мешало бы накинуть что-нибудь. Но если ты хочешь, я могу остаться так, – он подмигнул мне и мы оба разразились хохотом, представив, как выглядит наш диалог со стороны, в свете последних событий.       Дорога. Бесконечное полотно уходит далеко в горизонт. Он. Кажется таким близким и надежным. Сильные руки сжимают руль. Усталый взгляд бездонных глаз настороженно устремлен вперед. Я рядом и боюсь дышать, чтоб не нарушить все это. Тепло и уютно. Больше нет страха и неопределенности. По крайней мере, сейчас. Завтра? Пусть будет все, что угодно, но завтра. Сейчас только ночь. Даже если и последняя наша ночь. Но она наша. И пусть мы просто едем рядом, но это гораздо больше сейчас значит для меня, чем все остальное. Я сидела, поджав колен к груди, укутавшись в плед, и слушала. Слушала шум мотора, его милую болтовню ни о чем и музыку. Даже рок меня больше не напрягал. Сегодняшний день изменил мою жизнь окончательно и бесповоротно. Жаль, что этот день растворился далеко под колесами «Импалы», но он навсегда останется в моей памяти как один из лучших дней моей жизни.