"Знаешь, я с тобой..."

Большинство людей начинает свой день с чашечки кофе или с чего-нибудь покрепче, вдыхая клубки пыли. Может, Марк покажется банальным, но он ничем не отличается от этого большинства, поэтому прямо сейчас он чувствует лёгкий армат жженого зерна, который обволакивает полностью все рецепторы и не даёт шанс спастись. Оглядываясь по сторонам, в комнате, что зовётся кухня, можно заметить несколько полок, которые предназначены вроде для посуды, но там почётно занимают место грамоты Марка за хорошую успеваемость и: « Бритишь бульдога-с», как сам он любил говорить, и фотографии когда-то счастливой и полной семьи. Этот парень не любил эти лица на фотографиях, они не знали ещё своего будущего. Возьмем хотя бы одну: мама, которая влюблёнными глазами смотрела на своего, ещё тогда, мужа, но имя упоминать не будем, потому что даже Марк не называл его в своей памяти. Ещё маленький мальчик, смотревший на своего отца как на героя, тогда чувствовал холод, который, кажется, ощущал лишь он, обнимал Александру, прячась за её спиной. И тот о ком нельзя говорить — отец, как всегда отличившись своим жестким нравом, смотрел куда угодно, но не на камеру. Долго говорить о ней не будем, ведь Марк, ещё раз повторимся, всё равно не очень любил их. «А ведь не так много времени прошло с той поры», — сделав глоток проговаривает про себя Марк. Кухня была светлой и просторной, но всё также давящей, потому что забита полностью каким-то хламом. Александра в последнее время стала коллекционировать его, гордо провозгласив: «Хлам не хлам, а потом пригодиться». Может, это Марк ещё маленький, или он просто слеп, поэтому не замечает, что он не уменьшается и становится только больше, а подходящего момента всё нет, когда будет полезен. Долго шли эти баталии с матерью, но так как она «старше и мудрее», решили его оставить. А потом просто привыкли видеть одну и ту же картину, что окружала их каждый день- это различные чеки за 2016 год, скреплённые прищепкой, у раковины, старый магнит «Чита» 2004 в специальной баночке «для магнитов», разбитая копила в центре стола, а там уже своё микро-поселение из пуговиц и т.д. Кто ожидает звонка в такой чудесный ранний день как суббота? Правильно, никто. Поэтому парень успел удивиться, когда ему на телефон позвонил незнакомый номер. Марк не горел желанием отвечать на неизвестные номера, но в этот раз звонок был настолько противный, что можно было сравнить его с тем самым чувством, когда чихнул, а сопля до подбородка свисает. Поэтому человеку на той стороне трубки не пришлось долго ждать, и Марк ответил почти сразу же. — Алло, — послышалось на той стороне, почти знакомый голос, что сравним со скрежетом ржавых ворот. -Алле, — саркастично произнёс юноша, скорее всего, настроение его было таким себе. -Молодой человек, почему не сдаём тетради по географии? Почему я должна за Вами гоняться каждый раз? Ничего не понимаю! Мы же обусловились, что утром я забираю тетради должников, в пятницу, кто мне должен был сдать, не напомнишь?! — это был учитель географии Мария Степановна, крикливый человек по натуре своей, но вполне понимающий, если не садиться ей на шею. В этот раз Марк забыл сдать тетрадь, и это была его самая неудобная привычка так для учителей, так и для него самого. -Так, а Вы ещё в школе? Могу ли сдать тетрадь? -Скорее всего, тебе повезло, что у меня незаконченные дела есть, к примеру, поставить двойки лодырям. — Я, Мария Степановна, понял, сейчас всё принесу, — раздражёно произнёс Марк, нервно стуча по кружке указательным пальцем. Проблемы матери не нужны, а их географичка, наверняка, создаст, позвонит хотя бы и точно скажет, что уже как месяц её сын забивает на географию. Но, а что она хотела, если пора экзаменов? Лучше сфокусироваться на других более важных предметах, чем на какую-то там географию. Дело только в том, что и «важных» предметов ещё пока нет, поэтому, можно сказать, Марк пинает балду, прикрываясь экзаменами. В этом его винить нельзя, ведь у всех была пора, когда сроки горели, долги накапливались, а ЕГЭ сдавать надо, потому что результаты решают, буквально, кем и чем ты будешь в этой жизни. И через эту призму проходит год, а то и два, обучение. Допив свою паршивую уже чашку кофе, которое стояло по поперёк горла, Марк решил накинуть на себя, что не стыдно, и отправиться в путь.