"Знаешь, я с тобой..."

Найдя в себе хоть капельку моральных сил и понятие о надобности выхода, Марк сделал первый шаг, и вот он уже стоит на маленьком крыльце, который походил больше на птичью клетку. Но это не мешало глубоко в детстве играть с местными детьми, а потом голопузыми бежать на крыльцо и пить мамин морс из малины и клюквы. Воспоминания вновь нахлынули, и она будто до сих пор кислила на кончике языка, но Марк и остальные не особо жаловали эту ягоду, поэтому Александра нагло врала им, а дети доверяли и снова разочаровывались. Улица была не так приветлива и приятна, как тот набор комнат, что звался домом: не согревала, создавала много шума и была враждебна, но не без своих прикрас. Второй шаг, и ноги соприкасаются уже с тротуаром, а на нём, будто мозаикой, расположена трещина. «Кажется, она с той осени стала ещё больше»,- пронеслось в голове, и теперь есть возможность запнуться. Вид был не особо живописным. Сопровождалось всё слякотью из-за вчерашнего дождя, лёгким ветерком, который разносил уже, омертвевшие красно-жёлтые, листья, что не так давно пестрили в глазах, и холодом. Сделав третий шаг Марк услышал рёв собак и вой машин: все спешат на работу, а собак просто не перебили, возможно, их жалко, или руки не дошли, хотя все жалуются на это уже в течение двух лет, когда органам администрации стало всё равно на благополучие своего городишка. «Как же дети мои пойду в школу, если кругом бешеная скотина?!»- по воспоминаниям Марка, вопила какая-то женщина, что была одной из сумасшедших этого района, у которой и в помине нет детей. Дальше шаги считать не будем, как в первом классе, но зато осознаем, какая неприятная спутница, как поздняя осень, его сопровождала. Нет, Марк любит осень, но тот факт, что это утро субботы, вообще всё портит. Иногда, оглядываясь по сторонам, перебирая спокойно ногами, Марк подмечал различные здания, которые выбивались из общей массы своей бомбезностью и излишней формальностью, даже представим, что воображаемый фрак душил их. В одном из этих зданий вдалеке работала и его мама. «Надеюсь, сегодня она задержится.» - гулко отозвалось в голове. Такие мысли часто посещали его. Минут двадцать пути и перед нами Школа №57- ужаснейшее место. Говорят, что в их школьной столовой, картофельное пюре всё ещё висит на потолке, а котлетой разбили окно. Может, это были байки школьников, но в это вполне верится, если пообедать один раз в данном месте. До сих пор мурашки, но больше всего Марка пугал рыбный день, когда варили суп из рыбных консерв и гордо подавали на стол. Он не любит рыбу, а тем более ту, что успела уже выйти замуж, родить детей, состариться, и вот эту мумию приносят в виде супа с довольной улыбкой. Но были и приятные воспоминания, к примеру, когда-то им подавали кисель без комков, а в это время все его друзья смеялись над какой-то забавной шуткой и устраивали хлебные баталии, а крошки - они же пули, попадали в стаканы. Стоя по середине фае, мальчик искал глазами нужную коробку с корявой надписью «География», стоявшую на лавке. Подойдя к ней, юноша вложил туда свою тетрадь и решил оглядеться, а поскольку остальные тетради уже забрали, то собственность Марка наслаждалась полным одиночеством. «Я так давно не читал, может, взять одну из книжек, пока разгребается библиотекарь с новым привозом?»- мысленно кивнув себе головой, отправился прямиком в место, о котором шла речь. О библиотеке. Марк больше всего ценил данное место в школе. Тишина, спокойствие, мелодия пыли и старых страниц громко гудела в ушах именно в тот момент, когда его нога переходила порог. Незабываемое чувство, которое не каждый может испытать: мало кто прислушивается к этой прелюдии. Но Марк был особенным, он ощущал, жил этой симфонией и печатными буквами, что смазались от жирных пальцев учеников, не ценящие литературу и её дары. И вот он стоит у этой огромной двери, возможно, именно этот кусок дерева покрытый лаком, зашарканный старостью и равнодушием, связывает его с потоком теплых и бесконечных воспоминаний: улыбка Саши, она была настолько солнечной и заразительной, что невольно передавалась всем, словно зевота, нервный смех Ани, когда та поняла, как трудно ей будет сдавать физику, смешную рожицу Артёма, который был «отцом» компашки и стоял за «своих» горой, дурацкую прическу Максима, вечно её поправлял, приговаривая: «В следующий раз точно не с мокрой головой лягу!»- и Анастейша или Настя, местная злюка, но если узнать по-лучше, откроется словно ребёнок. Но это всего лишь воспоминания, мешающие дальнейшей жизни, хоть и приятно осознавать существование таких приятных моментов. Отпуская череду мыслей, и сделав вдох-выдох, Марк пустился в этот чудный сказ и давно знакомый мир- мир книг. Книги не смогут обидеть, задеть, предать или же понять, книги – это книги, досуг, с которым приятно проводить своё время. Вот и в этот раз Марк подумывал каким же чтивом себя занять. -Здравствуйте, Дарья Алексеевна!- произнёс юноша своим звонким, но не писклявым, голосом, осматриваясь по сторонам. Как и обычно кабинет существовал в теплых тонах, как обычно книги были на своих местах и ждали, когда о них вспомнят, и как обычно портреты великих классиков висели на стене, вглядываясь в каждого вошедшего. -Марик, это ты? Привет, мой хороший, как у тебя дела? Зачем пришёл?- звуки престарелой женщины доносились из глубины помещения, как говорилось ранее, она разбирается с новой поставкой книг; школа подбросила, в этом году катастрофически не хватало учебников по информатике, а случился данный конфуз, потому что наплошали с документами и количеством учеников, вот и приходится сверху заказывать ещё книги. Марк уже не удивляется халатности учителей и директора. Дарья Алексеевна- это старушка 64 лет, знающая хорошо Марка ещё с третьего класса, уже тогда он просил записать на него книги, один из первых экземпляров был сборник рассказов Салтыкова-Щедрина. Соответственно, Марк хорошо знал эту даму, даже покупал ей конфетки на восьмое марта и интересовался здоровьем её внука, тот учился в третьем классе и довольно слабый, потому болел часто, а дети злые, из-за этого Марк, по доброте душевной, взял на себя обязанность приглядывать за ним. Дарья не раз умилялась этому, но Марку ничего не говорила, кроме: «Спасибо»,- может, считая, слова излишними. Медленно пройдя мимо книжных полок, Марк решил ответить женщине. -Да вот, решил почитать взять, не подскажите? -Тебя что-то долго не было, ничего не случилось?- четко, можно расслышать беспокойство в этом предложении, не нужно быть гением психологии. По сути, Марк не появлялся здесь где-то недели две, а, может, три, он сам сбился со счёта, а старушка уже успела переволноваться. Услышав её вопрос и не распознав ответа на свой Марк невольно поморщился, а темные и густые брови опустились к переносице. - Всё хорошо, понимаете, пора экзаменов же,- ответил он со всем добродушием, что у него было, и тут же направился разглядывать полки с мукулатурой, остановившись у той, которая во всю казалась ненадёжной, уж больно старая и кричащая: «Нас не меняли и не ремонтировали ещё с того момента, когда были мамонты!!»- почему-то Марк этому усмехнулся, он сразу представил писклявый и скрипучий голос, злое лицо, которое выпило, что есть сил, но всё это обычная книжная полка. Кажется, он не зря положил глаз на неё, потому что именно в этот момент с такой же силой, что и полка, кричала книга, и Марк не смог пройти мимо. Мальчишка, рассмотрев поближе, понял, что ещё не читал данный экземпляр. Страницы были пожелтевшие, корешок разорван, темно-зелёная, тканевая обложка была вся исписана, и нарисованные непристойности, скорее всего, не были задумкой автора, чему Марк удивился: «Разве её так трудно заметить и привести в порядок?»- процедил он внутри себя с явным раздражением, но направленный не на Дарью Алексеевну, которая должна следить за состоянием сочинений. Глядя на данное безобразие, Марк решил действовать, забрав её с собой, даже не зная её названия и автора, просто не успел подглядеть, но, точно осознавая, что он обязан это сделать, внутренний герой играл в нём в этот момент. Может, Марк когда-то хотел, чтобы его также забрали, потрёпанного и одинокого?