100 дней пейрингов

Дом Кэрью был, как всегда, наполнен гостями. Люди делились последними новостями, обсуждали общих знакомых. На приёме царила атмосфера непринуждённого общения.       — Эмма до сих пор не появляется в свете? — поинтересовался Страйд.       — К сожалению, да, Саймон, — покачал головой сэр Денверс. — Большую часть времени она предпочитает проводить в своей комнате.       — Похвальна, что она так верна доктору Джекиллу — Царство ему небесное, — но и держать траур дольше положенного времени не стоит. Они же так и не поженились, верно?       — Верно. — Сэр Денверс помрачнел, вспомнив, чем закончилась неудавшаяся свадьба его дочери.       — Вот о чём я и говорю… — продолжал Страйд.       — Я знаю, на что Вы намекаете, Саймон. Я дам Вам ответ позже.       Секретарь совета попечителей невольно отшатнулся, услышав сталь в голосе мистера Кэрью, но вмиг вернул себе самообладание.       — Я буду ждать, сколько потребуется, сэр Денверс, — поклонился он и отошёл.       Сэр Денверс облегчённо выдохнул. С Саймоном Страйдом надо быть настороже. Один неверный шаг — и весь Лондон, не дай Бог весь свет, узнает, что произошло на свадьбе Эммы и Генри.       Тихо, чтобы никто из гостей не заметил его отсутствия, сэр Денверс выскользнул из залы и поднялся на второй этаж, где остановился возле одной из комнат.       — Эмма, можешь ненадолго выйти? — позвал он после стука. Дверь открылась, и на пороге показалась Эмма. Девушка была одета в простое, с минимум отделки, платье глубокого чёрного цвета.       — Ты хотел о чём-то поговорить, отец? — спросила Эмма.       — Хотел узнать, не скучно ли тебе сидеть здесь, совсем одной. Может, спустишься к нам? — предложил сэр Денверс.       Эмма покачала головой.       — Спасибо, но нет.       — Эмма, послушай. — Мистер Кэрью взял руки дочери в свои. — Я знаю, ты любила Генри, но его смерть не повод себя хоронить. Ты должна жить хотя бы ради его памяти. Я уверен, Генри не хотел бы, чтобы после его кончины ты стала затворницей.       Эмма опустила голову и высвободила руки.       — Отец, я… я понимаю, что ты хочешь сказать, но я… пока не готова. Я не могу его забыть.       — Тебя об этом никто и не просит. Тебе надо лишь отпустить его, не забывать. Это нелегко, я знаю, но это нужно.       — Не могу, — тихо повторила Эмма. — Прости, отец, но мне… я… я пойду к себе.       — Хорошо, не буду настаивать, — вздохнул сэр Денверс и напоследок ласково поцеловал дочь в лоб. — Отдыхай, милая.       Эмма скрылась в своей комнате. Отпустить. Это только кажется так легко. Уж отец должен это понимать.       Девушка подошла к своему письменному столу и взяла в руки фотографию, стоявшую на нём. Генри тогда хорошо получился.       Эмма прижала фотографию к сердцу, и не прошенные слёзы навернулись на глаза. С той злосчастной свадьбы прошло уже два месяца, а она до сих пор видит его во сне. Живого, счастливого, произносящего слова клятвы. Это могло быть реальностью, но осталось лишь несбыточной мечтой. Ах, как бы она хотела вернуть всё назад! Она бы постаралась отговорить Генри от опасного эксперимента, погубившего его жизнь. Больше ей ничего не надо…