Ты- живое чудо

Одинокая, холодная лачуга где-то в самом сердце Бездны, тихо доживает свой век в забвении. Какой сейчас президент по счету сменился, что за фильм выходит в свет, какой вирус зверствует в городах - это всё проходит мимо неё. Новости не доходят и третьей части пути, застревая в вязких болотах, утопая в шумных реках или путаясь в зарослях дикой малины. Жив ли кто ещё кто-то кроме этого дома? Неведенье... О, кто вам сказал, что обитатель старых досок не рад своей доле?! Ведь везде нужно искать позитивную ноту - пусть он огорожен от всего мира в этой дыре, пусть его считают за какого то монстра, зато здесь кроется его счастье, счастье в неведенье. Кто ещё будет так же радоваться простым мелочам, как не человек, загнанный в клетку? В этих четырёх стенах Эдгар знал каждый изъян и дыру, сквозь которую дул холодный ветер, изучил досконально масляные картины, их всего то тут было две : горшок с ромашками и холм с ромашками. К чёрту этот сорняк везде нарисовали... Из посуды кувшин глиняный, ложка и убогая тарелка. Пыльный матрас на полу, тряпка вместо одеяла и мешок вместо подушки. Здесь его, бедолагу, и схоронили от глаз подальше. Зато Гувер искренне радовался маленьким изменениям в своей лачуге : жучку зелёному, пауку маленькому или случайно залетевшему в окно мотыльку - последних было у мужчины уже десять мёртвых штук. Ему здесь не тесно, ему здесь холодно и мерзко. Тут порой одиноко, но быстро чувство пропадает это, когда с щелей предназначенного для ветра на тебя смотрят залитые кровью глаза. Ему нравиться неведенье, но незнание происходящего и есть его клетка - значит ли это, что он рад своему заточению? Возможно Эдгар точно знал, что он здесь не один. Эти взгляды с щелей уже о многом говорили... Пока тот спал, кто то бывал здесь, наполнял кувшин чистой водой и на тарелке оставляли сгусток чего то непонятного и сладкого. Если бы мужчину хотели отравить- сделали бы это с самого начала, смысл терзать его всё это время? Ждут чего то... Гувер пробовал не спать, посмотреть кто может отпереть эту дверь, но каждый раз его одолевал странный сон, после которого наступало утро. И всё по новой, и всё по тому же кругу. Вы когда нибудь смотрели в окно и не видели там ничего? Серьёзно, без каких либо шуток - сквозь прозрачное стекло было нечто сероватое, что пропускало сквозь себя лучи солнца или луны. Как и вся лачуга, его невозможно было разбить или банально поцарапать - какие то твари всерьёз постарались с магией, раз установили такую защиту на весь дом. А было за что, это точно. А ведь не дай святой отец, чтобы такое чудовище как Эдгар захотел повеситься на балке от своей участи, да? Им же наоборот на руку его скорая кончина, а не строить из себя мучеников правосудия, заточая ЕГО В ЭТОТ ТРЕКЛЯТЫЙ ДОМ! Сам того не замечая, он вырос, его воспитал этот страх и непонимание как отец и мать, дали кров над головой и еду с одеждой. Облечили сына "тварью сатаны" и жили с ним почти пять лет. Нормально жили, в согласии и понимании, срываясь редко на скандалы... А всё из-за чего? А всё из-за самого алоглазого, что чужался себя всю свою жизнь - ему дословно объяснили, что он такое. Эти слова он носил с собой под сердцем, принимая их как единственную истину в этом мире. Он урод и таким среди нормальных людей не место. Страшное проклятие лежало на мальчике, что одно его касание убивало существо.Ничего умнее эти дядьки не придумали, чем посадить брюнета в сырое помещение с жалкой едой и просто ждать, пока тот не умрёт от холода или голода. Ведь по святому писанию это ужасный грех убивать, почти что посмертный! Никто же не хотел так опорочить своё светлое имя, поэтому и кинули мужчину на произвол судьбы. К чему бы живому брюнет не притронулся или случайно задел, то непременно гибло в тот же момент. Страшно и жутко... Это же в сказках всё только злые колдуны убивали людей, а он разве злодей? Нарекли этот ужас "проклятьем смерти", дали мальчику одежду, посуду и поместили в эти четыре стены. ... Только, почему в этот именно день пошло всё не по плану? Как будто небо вспомнило о заточеном в своих мыслях парне и направило в странные окна свой свет. Эдгар, странное дело, не чувствовал лёгкого дуновения ветра и никаких посторонних наблюдателей не было в щелях. Что же так все сладко складывается? Алоглазый разлепил глаза и приподнял голову. Лежал он на полу, чуть задремал и кое как проснулся обратно. Да, он уже последнее время старается по большей части просто спать и не трогать свои душевные терзания и мысли. Какое то напряжение в воздухе витало, не давало сознанию расслабиться и спокойно спать дальше. Кто-то здесь ещё? Кто-то опять смотрит? Тихо так вокруг... Внезапно старые доски лачуги заскрипели, закачались, грозясь рухнуть на бедного заточенного, ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ? -КТО ЗДЕСЬ?! - хриплый голос растворился в страшном шуме дома, что только больше пугало Эдгара. Неужели это его конец, конец его заточения и клетки? Всё стихло так же резко, как и началось. Ошалевший от такого парень стоял посреди комнаты и сверлил взглядом дверь. Оттуда исходил какой то холод и настоящий Страх. Он чувствовал это сквозь гнилые доски, чувствовал каждой клеточной своего тела.. И вот сквозь дверной проём прошло это НЕЧТО. Во тогда впервые Эдгар познакомился с демонам... Огромное, Бесформенное чернильно чёрное НЕЧТО, один глаз посреди звериной морды, тот самый кровавый, что следил за ним через щели. Оно перетекал, что-то низко хрипел и не сводил взгляда с напуганного алоглазого. - ч... что вам от меня нуж... - СМИРИСЬ, ДИТЯ МРАКА! - внезапно с зада этого существа появился более подобное на человека существо. Не высокое, на козьих ногах, светло серого оттенка. Голос писклявый, было слышно, что чертёнок сам ужасно боится Гувера. - ТВОЙ ГОВОР РАЗГНЕВАЛ ВЕРХОВНОГО БОГА! ТЫ ОСКВЕРНИЛ СВЯЩЕННУЮ ИЗБУ, ВОИМ БОГОХУЛЬСТВОМ! ТАК БОЙСЯ ТЕПЕРЬ, ТЫ БУДЕШЬ ВЫХОДИТЬ ИЗ НАШЕГО СВЯТИЛИЩА! Он на одной ноте выл, рождая головную боль для Эдварда, будь он не ладен. Увидев, как сжимает кулаки заточенный, демоненок вздрогнул и быстро смерил тон. - Э... Тебя будет сопровождать демоны 5 ранга, 129 отряда. Их ты не сможешь убить своим проклятьем, они благословлены дьяволом. Вероятно, это вот мессиво и было демоном с 129 отряда. Ужас, какой ужас... - ИДЁМ! - вернул свой тон чертёнок и удалился вновь в наружу. ... Яркие лучи солнца пробрались в убогую лачугу, словно огромные змеи тянулись , от чего Эдгар сощурился. Он все это время мечтал лишь об одном - выйти из своего заточения, и тут его буквально выгоняют из лачуги. Неужели то, что он старался поддерживать голосовые связки, рассказывая стенам про свои тяготы, сочли богохульством? Что же они тогда собираются делать в его отсутствие здесь? ... Спустя столько времени он опять здесь. Неужели, ничего не поменялось? Высокие ели и сосны, шуршащие под ногами подушки из иголок и пушистые облака над головой. Ох, за эти пять лет он готов был продать душу всерьёз, чтобы вот так снова дышать полной грудью свободным воздухом. Хах, ему ведь всё равно возвращаться, чему радуется парень? Ему пришлось забрать с собой одеяло, завернувшись в него, он брёл вслед за молчаливым проводником. Оглядываясь на дикие кусты малины,в голову к парню закралась одна идея : " а если сбежать? " - кхррааа, - заутробно пророкотало существо, повернувшись к парню. Вероятно, он понял, почему оглядывается так воровато Эдгар. Ну и ладно, ну и пожалуйста. Всё одно точно не сейчас он будет бежать - не время. Может, стоит спросить, куда мы хотя они направляются? А может их там ждёт новая изба? .... Через некоторое время они вышли на огромную поляну, где в кустах, чуть дальше от центра стояло что-то. Солнечные лучи освещали каждый лист и веточку, словно эстраду для нового выступления. Но что там скрыто от посторонних глаз? Стоило Гуверу ступить на освещённое пространство, как рядом стоящие деревья вспыхнули ярко зелёный огонь. Мужчина вздрогнул от неожиданности и чуть было не рухнул на пол; в его напуганных глазах как в зеркале отражалось пламя. - Не получиться теперь сбежать Какой то потусторонний голос ударил больно в спину парня, Эдгар резко обернулся но обладателя не нашел. Брюнет нервно хохотнул и, подползя ближе к центру поляны, рухнул лицом к небу. Господи какое это счастье!.. Нос, щеки приятно обжигало, от чего выступила скромная улыбка. Пять чёртовых лет и он снова здесь! А деревья, интересно, не потухнут уже? Они выступали в роли ограждения, пока не потухнут не сможет мужчина выйти от сюда. Вдохнув полной грудью запах сырых еловых иголок, Эдгар перевернулся на живот и его алые глаза встретили то самое нечто, что стояло в кустах. Что-то мраморно-белое, на человека похоже. За круг, куда поместили парня, этот загадочный не заступал, поэтому интерес Гувера возрос троекратно. Что здесь делать, в такой то глуши, каким то скульптурам? Поднявшись с места, он быстренько раскидал ветки и его обозрению открылась дивная картина. Это действительно была скульптура, но какая! Из-за с твоей старости и проживания в лесу, белый мрамор стал почти серым, но человек изображённый там своей красоты не терял. То был мужчина с острыми чертами лица, хмурым грустным взором, устремленным куда то даль. Эдгар затаил дыхание и обошел парня вокруг, не смея к нему прикоснуться. Сзади, на помосте, была печать мастера, некий Дж. А. Ш. и рядом имя "ХЬЮБЕРТ". Это с него мастер черпал вдохновение?.. Но тем не менее, скульптор оказался профессионалом своего дела : сквозь тонкие ткани одежды просвечивалась не тронутое порочностью мира тело. Кто говорил, что мрамор не пластичный? Этот Хьюберт был застывшей человеческой эмоцией какой то тяжести и горя, что окаменевшее сердце Эдгара невольно дрогнуло. - Ты здесь тоже гнеешь в одиночестве, - пробормотал заключённый. А кто здесь оставил скульптуру, которой место пылиться в общем зале галлерей? Это максимально не привычное место, чтобы разбрасываться произведениями искусств. Гувер тяжко вздохнул и провёл рукой по руке скульптуры - холодный камень неприятно кололся... и внезапно тёплый поток устремился мужчине в руку словно тот приблизился он к костру. Не понимая юмора, Гувер отстранился, изумлённо глядя на статую, и сам окаменел. Белые глазницы Хьюберта легко задрожали и хрусталик приобрёл знакомый "живой" блеск. Темно серые зрачки сдвинулись с места и устремились к Эдгару. Дыхание перехватило и сердце забилось с двойной силой - это он такое сделал? Из-за него...из-за него статуя ожила? Хьюберт нахмурился и осторожно спустился со своего помоста. Походило это на какое то чудо, ... Это оно и было! - Как вы это сделали? - тяжёлый, соответствующий настроению мраморного красавца голос донёсся до брюнета, возвращая его с прострации на землю. Последний лишь что-то в невнятно пробулькал в ответ, делая несколько шагов назад. Не может этого просто быть, не может, хах, не может! Он всю свою жизнь провёл как собака на цепи, усвоил одно единственное правило :" Никого не трогай" , а теперь его прикосновение дало обратный эффект. Или этот чудик просто над ним смеётся? Может он всё время был в сознании?! Черт бы его побрал, если это так! - Я... Я не знаю! - выпалил Эдгар, зарываясь в свои тёмные локоны рукой. - я... Я не должен был, оно само как то, не понимаю... Серые глаза не таили в себе какого то подтекста, те были абсолютно ясны. Никакой злобы, никакого раздражения, только чистое любопытство. Нет, он не может так натурально притворяться. По глазам сразу видно, что человек в себе таит и что думает, читаешь его словно книгу. А от такого скромного и простодушного взгляда невольно ожидал подвоха Гувер, в тихом омуте черти водятся. - Что ты на меня уставился как на феечку, - фыркнул Эдгар, но увидев искренние удивление, сразу спохватился ю, - я проклят дьяволом...это... Несколько другое. Ох, верно, он просто бредит, ему мерещится от чистого воздуха и солнца такая бредятина. И демоны, и вазы разговаривают, осталось только сатану на чай при гласить. Хью от такого замечания притих, посчитав себя несколько не в своей тарелке и, без лишней мысли, уселся на траву, грея холодное тело под весенним солнцем. Его кожа не была похожа теперь на шерхаватую каменную поверхность, это была просто очень болезненно бело-серый оттенок человека. По прежнему крепкие мышцы выпирали из под тонкой накидки, которая кажется не прикрывала мужчины, а обнажала его только больше. От такого вида Гувер выдохнул, стянул с себя одеяло и кинул в сторону парня. - Спасибо. - Твоё спасибо в карман не положишь, - отозвался менее вежливо алоглазый, рухнув напротив статуи. - Ну, рассказывай, какого чёрта делает такой как ты в лесу? - А... Что со мной не так? - Хью обеспокоенно оглядел себя с разных сторон. Какой же он... простодушный. - Ты смеешься? Думаешь, лес это выставка произведений искусств? - Я...я не помню, - пролепетал в ответ Хью, пояса взгляд в сторону еловых лапок, - такой кавардак в голове и одновременно все пусто. - Твоя гранитная башка умеет воспроизводить мысли...невероятно, - хохотнул Эдгар, но его юмора парень не оценил. Хью вёл себя так, словно до какого то момента был живым. Определённо, если Эдгара вот так же открыли глаза на мир он был бы крайне удивлён, бегал по округе и рассматривал каждую ветку. Ведь с него сняли оковы вечного сна, он мог видеть, слышать и говорить! А этот чудик тяжко вздыхал, оглядывался постоянно и порой нехотя что-то отвечал проклятому. Нравственный парень, однако. А такое вообще возможно? Вероятно, раз Гувер способен был забирать у существ жизнь одним касанием, то почему бы не существовать другому заклятию? Что-то на уровне Горгоны, только с противоположной ролью. . . . Прошло минут пять с начала их немного абсурдного и неловкого разговора, как пламя на деревьях постепенно стихло и Эдгар почувствовал, как к поляне ползёт это опять НЕЧТО. А если они узнают, что Хьюберт тут на самом деле не каменная скульптура? Что это сам же брюнет так постарался? Неет, шутить с этими придурками - себе дороже, поэтому Эдгар вскочил как ужаленный и стянул с плеч нового товарища свою ткань. Он нашёл себе живого *собеседника* Его чёрные как один будни в заточении могут быть скрашены этим белобрысым. Только бы его ещё раз так выгнали, только сейчас его не заметили. - Быстрее, становись обратно, не двигайся! - раздражённо кинул тормозящему бледному парню Гувер. - Чего вы хотите? - НЕТ ВРЕМЕНИ, ПРОСТО ДЕЛАЙ! Скульптура встала на своё место, малость не уверенно раскинула руки в стороны и замерла. Мда, в каменном Хьюберта умер актёр, но мужчина очень старался. Ладно, хорошо, тихо, спокойно. Парень накидал листьев поверх и веточек, ровно за несколько секунд, прежде чем чёрная масса появилась вновь на поляне. Эдгар Павел руками, дескать: "Вот он я, цел, никого и ничего не трогал, у меня всё в порядке."; неужели демон поверит этому дешёвому лепету? А нет, действительно поверил... Следуя вновь за демоном, парня терзал один единственный вопрос: " Они ещё встретятся? " ... Грезя о новой встрече с причудливой статуей, Эдгар провёл в своей камере трое суток. Неожиданное знакомство будоражило воображение и новые мысли рождались с невероятной скоростью. Как может дышать, думать и разговаривать гранитное тело? Или это мрамор? Какие материалы используют вообще скульпторы для своих работ? Он видел произведения Микеланджело, поражался тонкостью его работ, а тут пристала перед ним в живую ( в прямом и переносном значении) скульптура. В нашем случае Мика отдыхал, этот ...Джонио? Джонатан? Обогнал его во много и во много раз. Хьюберт был бесподобен! Главное , что он что-то помнит, может, это какая то разновидность проклятий? Он тоже мог быть человеком, а тот скульптор на самом деле проклятый. На подобие женщины с змеиной головой - тогда понятно, почему тот избавился от "творения" своего. А может этот паренёк? А может этот паренёк не такой простой? Ну, это как то глупо было бы замуровать себя самостоятельно. Нужно обязательно спросить его будет при новой встрече. А она будет ещё же, да? Он будет настаивать на это у тех идиотов рогатых! А что он в прошлый раз говорил? Они что-то очищали в прошлый раз, от его слов. Ага, а в последний раз он молился, чтобы что-то здесь поменялось. Значит... Значит повторим опыт! Эдгар скоренько вскочил с нагретого места, стукнулся коленями об пол, склонил голову перед окном и сложил руки в мольбе перед собой. Он здесь сгниет без общения, ему *нужно* ещё раз выйти от сюда. Хьюберт оказался первым человеком, который не смотрел на алоглазого как на.... на чудовище. Здесь так тошно и скучно одному...Пожалуйста, молю только об одной вещи. Он точно не знал, к кому точно он обращается в своих просьбах, но этот кто-то был благодушен к проклятому, поэтому через день к нему вновь завалился демон, чуть ли не за шкирку выкинули на промерзглую землю и повёл... Повёл на ту же полянку. Погода в этот раз была просто отвратительная, дул прохладный ветер, ворочил старые жухлые листья и непроизвольно сжался от стужи Эдгар. Почему он не задумался взять в этот раз своё одеяло? Сейчас бы не так мерзко было... А там на полянке получится развести костёр? О, это было бы замечательно. Либо перебросить тот зелёный огонь на ветки - а он будет греть тогда? Наконец-то они добрались до заветной поляны - сколько бы не запоминал дороги Гувер, всё одно не запомнишь. Деревья помечать бы, да только никак. Снова этот странный огонь и снова заточён. Где же Хью? Алые глаза забегали по деревьям в поисках мраморного мужчины, но нигде не заметили его. Как же так? Неужели убрали?! Ох черт, хрена он вообще тогда шёл в такую мерзость, молился кому то чтобы его выпустили, а в итоге никого здесь нет! Расстроенный Эдгар облокотился спиной на ствол дерева, запрокинув голову вверх. С реденьких веточек на него падали холодные капли, неприятно жгли бледную кожу. Сидел бы в своей лачуге и не выеживался. Вдруг алые глаза мученика сползли вниз и тот среди лапок елей вдали заметил знакомый бледно белый профиль. Не может быть.