Вместе взаперти

Арсений первым отлипает от Антона. — Я даже знать не хочу, что за порыв страсти сейчас был, но мне понравилось, — с улыбкой на лице говорит мужчина. — Мне, честно говоря, тоже, — после этих слов Антон облизывает губы и принимается изучать красивое лицо Арсения. — Чего уставился на меня? Ответа на этот вопрос от Шастуна не следует. Он действительно считает своего сокамерника красивым мужчиной. — Ты красивый, — решает озвучить свои мысли Шаст. — Ты тоже, — да-да-да, Попов тоже относит своего «оппонента» к довольно красивым людям. Ещё какое-то время они улыбаются, глядя друг другу в глаза. Их искрящиеся любовью переглядки прерывает открывающейся двери. — Чёрт, я совсем забыл про камеры, — говорит Арсений. — Бляяяяя, — Антон закрывает лицо рукой. Действительно, о такой мелочи и не вспомнишь в порыве страсти. Но да хер с ней. Сейчас важно было одно: зачем к ним снова пришли. Антон слезает с колен Арсения, когда Лика уже заходит в комнату. — Здравствуйте, — дружелюбно здоровается Лика. — И да, я вас видела, — она улыбается. — Привет, — хором отвечают парни. — И что, даже не осудишь? — спрашивает Антон. — А зачем? Я сама была в отношениях с девушкой. Опа, вот как жизнь повернулась. Парни такого расклада не ожидали. Они переглядываются, и Шастун говорит: — Серьёзно?! А по тебе и не скажешь. — Ну, а что говорить? Было и было. Я предложила, она согласилась, вот мы и поиграли в такую игру пару лет. Сейчас эта девушка работает на меня, только в другом городе, — таким образом Лика подводит эту тему к завершению. — Я к вам по делу. Арсений, — мужчина поднимает голову и смотрит на девушку, — тебя разыскивают. — Кто? — Мои конкуренты. Я соврала, тебя никто не заказывал, но за тобой следили, и причём не первый год. Сначала я думала, что им нужна была Алёна, — глаза Арсения округляются. — Что ты на меня так смотришь? Да, я знаю про Алёну и твою неродившуюся дочь тоже. Прости, если напомнила, но ты должен знать. Они пришли вместе с ней. Как только у вас закрутился роман, за тобой тоже началась слежка. Но я не понимаю, зачем они наблюдают за тобой столько времени. Может, у тебя были враги, которые вправду тебя заказали? — Я не знаю. Я же просто фигурист, кому я нужен? Антон сидит и слушает всё с широко раскрытыми глазами. — Вот и я не знаю. Попробуй вспомнить, были ли у тебя ненавистники? — Да были, конечно. Особенно после золота на Олимпиаде. — Ну, уже хоть что-то. А если точнее: были конфликтные ситуации? Попов хорошенько задумывается. Конечно, как у любого спортсмена-призера, у него есть конкуренты, которые хотят убрать звезду с пьедестала. Арсений думает, а потом говорит: — Был такой фигурист, Антон Захарьин. Он всегда завидовал мне и считал, что если убрать меня, то на первом месте окажется он. Он и за Алёной ухаживал, но она дала ему от ворот поворот. — Он мог таким способом сдвинуть тебя? — Я не знаю. Мы никогда не общались, только перекидывались парой фраз. Но он всегда хотел меня сдвинуть. — Хорошо, я разберусь, — говорит Виноградова. Девушка присаживается на диван и думает, что же ей делать. — Как у вас вообще дела? Еды хватает? Может, что-то ещё нужно? — Да всего хватает, — отвечает Антон. — Только скучновато… Арсений толкает парня в бок. Вдруг ещё отхватят за такие выражения. — Ну, извините, развлечения не предусмотрены, — спокойно отвечает Лика. Она встаёт и подходит к двери. — Если что — стучите. Мне позвонят, и я приду. Пока, мальчики, — она стучит пару раз по двери, и она открывается. Парни решают молча проводить девушку.

***

— Слушай Илья, — Лика приходит к своему другу, который собирается идти домой спать. Он отдежурил на камерах ночь и почти целый день, теперь его сменил Сабуров, и Макар засобирался домой к жене. — Да, моя красавица, слушаю, — поворачивается к ней лицом Макаров. — Тебе не кажется, что Эд стал в последнее время очень странным? — В каком смысле? — Ну, он дома редко ночует, говорит, что на работе или на заказах. Но последнее сразу отпадает, ведь они первым делом приходят мне, и я уже их перенаправляю по городам и своим людям. Эду я уже неделю ничего не присылала. Илья присаживается на край стола. Он тоже заметил странноватое поведение друга, но решил умолчать. — Знаешь, я тоже это заметил, но говорить не стал. Вдруг показалось, но, видимо, нет. Он сам не свой. Ходит какой-то… мрачный. Я думал — у вас что-то случилось, ну, личное, а выходит, нет. — Я просто не знаю, к кому обратиться. Как будто что-то происходит, что-то плохое, а я не могу понять что. Макар подходит к Виноградовой сзади и приобнимает за плечи. — Давай я за ним послежу, а ты не расстраивайся. Может, действительно на работе проблемы, хорошо? — Хорошо, — Лика улыбается и чмокает друга в щёчку на прощание. Илья выходит из помещения, садится в свой автомобиль и направляется домой. Катюша с детьми, наверное, уже заждалась своего любимого дома. А Лика в это время идёт себе. Ей нужна личная база данных, куда вносят всех, кого «заказали» или уже убили. Там должна находиться вся информация и о тех, кто решил воспользоваться услугами таких компаний.

***

— Ну и куда ты собрался? — спрашивает девушка, собирая свои длинные тёмные локоны в пучок. — Домой поеду, куда мне ещё, — отвечает Эдуард и продолжает одеваться. — Что, даже на завтрак после такой ночи не останешься? — Прости, я бы с радостью, но надо ехать. Иначе попадёт потом, — говорит Выграновский и целует девушку. — Ну хорошо. Когда ещё приедешь? — Скорее всего, в среду, ладно? — Я буду ждать тебя, — говорит девушка и идёт за парнем к двери. Эд быстро одевается, обувается и выходит из квартиры. Девушка закрывает за ним дверь и прижимается к ней спиной. — И что ты в ней нашёл? — задаёт она этот вопрос самой себе и направляется в спальню.

***

Эту ночь Лика тоже провела без сна. Всё это время она пробивала Арсения по базе данных, но так ничего и не нашла. Зато нашла Захарьина. Как раз в отделе с заказчиками, но он там просто числится, никого не заказывая. Возможно, этим он хочет оставить свою личность нераскрытой, но зачем это всё? Чуть позже домой приезжает Выграновский. Он заходит в комнату слегка помятый, целует свою девушку и направляется к кровати. — Снова завалили работой? — спрашивает Лика. — О да, не представляешь, столько бумажек разных накидали. Ещё век не разгребу их, — устало произносит парень. Лика присаживается на край кровати и легонько задевает плечо парня, от чего тот дёргается. — Что, всё ещё болит? — осторожно спрашивает Лика, чувствуя, как в груди что-то щемит от этой ситуации. — Почти нет. Рана затянулась снаружи, но внутри как будто ещё не всё цело, — спокойно отвечает Выграновский. — Ты прости меня, я не хотела тебя ранить. — Тебе не за что извиняться. Здесь никто не виноват, я просто неудачно зашел, — с легким смешком говорит Эд. Он медленно поднимается на локтях и нежно целует Лику. — Ну ладно, отдыхай. А я ещё поработаю. Тут задачка со звёздочкой нарисовалась, — говорит Виноградова, обнимает парня и идёт к компьютеру. Она пытается найти что-то ещё, хоть одну зацепку, но пока тщетно. Девушка собрала множество информации, но она все никак не хочет собираться в единое целое — это и сбивает с толку.

***

В это время в комнате: Ребята сидят за столом и пьют чай. — И что теперь между нами? — вдруг спрашивает Антон. — Смотря, что ты хочешь, — отвечает Арсений. Шастун немного задумывается, а после говорит: — Я хочу быть рядом с тобой. Я к тебе очень привязался. — Я тоже к тебе привязался, Тош. Ты мне очень нравишься, но ты уверен, что хочешь этого? — Конечно, хочу, Арс. Если бы я не хотел, я бы не поцеловал тебя первым. — Ну хорошо, давай попробуем. Всё равно здесь мы одни. Посмотрим, что получится. — А когда выйдем туда, на свет, что будет? — Когда? — удивляется Попов. — Я бы поставил «если». Ну, хорошо, значит когда выйдем — посмотрим. Хотя я бы тебя уже не отпустил. — Я бы тоже. Мне ведь и идти-то некуда. Я остался совсем один, только ты теперь рядом. Арсений подходит и обнимает Шастуна за плечи. — Я не оставлю тебя. Обещаю, если выберемся, то я увезу тебя за собой, хорошо? — Хорошо, — отвечает Антон и снова целует Арсения. Только сейчас поцелуй не страстный, а нежный и любящий. Позже они направляются спать. Сегодняшнюю ночь они проводят в обнимку на разложенном диване Арсения. Тренер всю ночь обнимает парнишку, как бы защищая от всего, что может его обидеть.