Мародеры и Тайная Комната

— Лили, но… — НИЧЕГО НЕ ЖЕЛАЮ СЛЫШАТЬ, ПОТТЕР! — Но все… — А ЕСЛИ ВСЕ НАЧНУТ С АСТРОНОМИЧЕСКОЙ БАШНИ ПРЫГАТЬ? И ТЫ ВСЛЕД ЗА НИМИ?! — Но, пойми… — за друга вступился Ремус. — Я БЫЛА О ВАС ЛУЧШЕГО МНЕНИЯ!!! Резко развернув длинные рыжие волосы и ударив ими Джеймса, девушка скрылась в толпе студентов Хаффлпаффа. Джеймс ударил ладонью по стене. — Не переживай, — Ремус положил руку на плечо друга. — Она отходчивая. — Знаю… — Джеймс немного пришел в себя. — Надо будет на матче со Слизерином навалять им кучу голов по самые помидоры. Главное, чтобы эти фанатики чистой крови оклематься успели. — Стихи ей еще напиши. — посоветовал Ремус. — Ей приятно будет. Можешь к Питу обратиться за помощью. — Нет, уж, спасибо! Лучше уж я сам напишу. Сириус тем временем находился в пустом кабинете истории магии; профессор Биннс любезно освободил его для него и его дяди Альфарда, который недавно вернулся из США. — Как оказалось, вернулся я вовремя. — расхваживая по кабинету, дядя Сириуса начал разговор. — О, не стоило себя так утруждать, mon cher oncle. Вполне достаточно было Вашего визита два года назад. Благодарю покорно за набор волшебных шахмат. — Сириус, я впервые за два года согласен с твоими родителями. — покачал головой Альфард. — Тебе не стоит больше учиться в Хогвартсе. — И Вы туда же, дядюшка? — Сириус встал из-за парты. — В Дурмстранг я не поеду, а силой меня потащите – сбегу. Au revoir, mon cher oncle. — Сириус направился к двери. — Сириус! — Альфард перегородил племяннику дорогу. — Пожалуйста, сядь и выслушай меня. Сириус вернулся к парте и развалился за ней, откинувшись на стуле. — Хорошо, не хочешь в Дурмстранг – я увезу тебя в Штаты. В Ильверморни. Это прекрасная школа! Тебе бы вполне подошел факультет Птицы-Грома. — Почему я вообще должен куда-то переезжать? — Неужели ты сам не догадываешься? — произнес Альфард с нотками раздражения и принялся еще быстрее метаться по всему кабинету. — Паркинсон! Кэрроу! И даже Эйвери, с которым я, между прочим, за одной партой сидел, хотят вендетты. Для всего нашего рода. — Вендетты? — побледнел Сириус. — А ты что же думал? — невесело усмехнулся Альфард. — Нет, дорогой мой… Ты просто забыл, что такое чистокровные кланы вроде вышеназванных… Они такое никогда не прощали. Вспомни, как твои родители не давали тебе спать, пока не выучишь историю своего рода наизусть, тебе лет девять тогда было. Припоминаешь 1241 год? — Точно! — ахнул Сириус. — За сердце Авроры Блэк сражались Тиберий Эйвери и Ромулус Малфой, который открыл Убивающее Заклинание Авада Кедавра. И он убил Эйвери. — За что… — Одиннадцать братьев Тиберия убили Ромулуса и его родителей, семерых братьев и троих сестер. — Затем? — Уничтожил их родственников во Франции и Священной Римской империи. Выжить удалось только тем, кто скрылся в лесах Трансильвании. — Вспомнил, что такое вендетта? — Но тогда же… Время было другое… — Каким же ты все-таки наивным стал на своем Гриффиндоре? Ты правда думаешь, что это их остановит? Я уж не говорю о традиции, которую в семью Блэков принесли Шафики в 1676 году, когда они породнились. — Убийство чести… — Я постараюсь уговорить твою мать и Беллатрису, чтобы они этого не сделали. Еще постараюсь как-то успокоить Паркинсона, Кэрроу и Эйвери. Если что – пиши или пользуйся камином. Мой адрес в Лондоне ты знаешь. — Merci beaucoup. Дядя и племянник пожали руки. — Все, тебе пора идти на урок. Сириус растерянно кивнул и покинул кабинет истории магии. На уроке трансфигурации он едва мог держать волшебную палочку. — Что с Вами, мистер Блэк? — удивлялась профессор МакГонагалл. — Вы же были одним из лучших! После трансфигурации студенты отправились на обед, совы как раз уже вовсю бросили газеты на столы и в руки своим владельцам. Новости опечалили гриффиндорцев, ведь Алан Лонгботтом, отец их старосты, сильно пострадал в дуэли с Норманном Яксли. — Это я его сына отлупил. — сквозь зубы произнес Фрэнк, глядя на слизеринцев (они выглядели удовлетворенными, хоть многие еще не совсем поправились). — И запустил заклинание Редукто прямо ему в физиономию. — Ребята, простите, я правда не хотел, чтобы это произошло! — со слезами взмолился Питер. — Еще бы ты хотел! — проворчал Сириус. — Все из-за твоего тупого вранья, понял? — Но… Никто даже не обернулся в сторону Питера. Вскоре в Большой Зал вошла профессор МакГонагалл, явно чем-то рассерженная. За ней шла полная женщина невысокого роста, в нелепой розовой кофточке, на голове у нее красовался голубой бант, который на ней смотрелся так же неестественно, как и улыбка до ушей, натянутая на лицо как на задницу бегемота. Студенты, профессора и директор в знак уважения встали со своих мест. — Прошу любить и жаловать, — объявил директор. — Долорес Джейн Амбридж, инспектор Отдела магического правопорядка. Будет расследовать нападение на студентку второго курса Гриффиндора Виолетту Грей. — А также, — приторно захихикала инспектор. — выявлять и другие правонарушения. Как поручил господин Министр. — Жаба. — шепотом придумал ей прозвище Джеймс. Сириус и Доркас едва сдержались, чтобы не залиться смехом. — Извольте отобедать с нами. — предложил Дамблдор. — А затем я покажу Вам Ваш кабинет. — Благодарю, Дамблдор, Вы так любезны. Амбридж приветливо улыбалась, но ее глаз с прищуром уставился на Ремуса, тот прятал взгляд. Затем она заняла место профессора МакГонагалл рядом с золотым креслом директора, и возмущенный заместитель была вынуждена занять свободное место рядом с профессором Уизли, который на инспектора старался не смотреть. Амбридж что-то спросила у Дамблдора, кивнув в сторону Люпина. Тот, улыбнувшись, что-то ей ответил. От этого Ремусу стало еще более неуютно. Сириус тем временем поглядывал на стол слизеринцев. Его брат Регулус, допив чай, покинул Большой Зал вместе с шестикурсником Дорианом Гринграссом, капитаном факультетской команды по квиддичу. Регулус копировал его самоуверенную походку, даже временами поднимался на цыпочки, стараясь казаться таким же высоким, как он. — Погоди! — Сириус побежал вслед за братом. — Куда ты, этот урод тебя одного прибьет! — за Сириусом ломанулся Джеймс. — Ребята, только глупостей не наделайте! — со своего места поднялся и Ремус. Регулус узнавал у старшекурсников, можно ли будет попробоваться на место ловца. — Почему бы не попробовать? — Гринграсс положил руку на его плечо. — А ты что-то умеешь, верно? — Да! Я был на чемпионате мира три года назад! Меня учил летать на метле капитан сборной Италии! — Регулус! Постой! — отдышался Сириус. Брат обернулся. — Прости. Дураком был. Мы не должны были так поступить, тем более не проверив информацию от нашего бестолкового товарища. — Нет, парни. — недобро усмехнулся старшекурсник. — Так не пойдет. Встаньте-ка на колени все трое. Тогда подумаем. Сириус уже было согнул ноги, но Джеймс сжал палочку в кулаке и вышел вперед, заслонив Блэка: — Не дождешься, сука. Ленивым взмахом палочки Гринграсс заставил Джеймса упасть на колени, да еще и поклониться до земли. Подняться на ноги Поттер не мог. — Экспеллиармус! — в один голос крикнули Сириус и Ремус. Гринграсс, судя по всему потерял бдительность, решив, что имеет дело с пузатой мелочью. За это ему пришлось заплатить разбитым затылком, а палочка оказалась под блестящими туфлями Сириуса. — Ну, все, мелкие гаденыши… — злобно скалясь, произнес пятикурсник. — С Хогвартсом можете проститься… Действие заклинания, наложенного им на Поттера, закончилось, чем тот сразу же воспользовался. Он со всей силы ударил врага ногой в солнечное сплетение. — АААА! А ты, Поттер, пожалеешь, что родился на свет еще сильнее, чем твои поганые дружки! — Обливиейт. — раздался слабый голос. Лицо Гринграсса расплылось в дурацкой улыбке, он посмотрел на гриффиндорцев отсутствующим взглядом. Джеймс, Сириус и Ремус обернулись увидели… Питера! — Как тебя там, Блэк, да? — пробубнил Гринграсс, с трудом поднимаясь на ноги. — Палочку мне подай. Сириус пнул палочку слизеринца как футбольный мяч. — Б-благодарю. Что ж так больно-то… — Да… Пиввз на тебя шкаф опрокинул. — промямлил Регулус. — Пиввз… Это кто? Эльф что-ли? — Полтергейст. — Ну, доберусь я до него! Ай! А сейчас мне надо… К мадам Помфри, да. Шатающейся походкой Гринграсс направился в Больничное крыло, временами держась за стены. — С ним ничего страшного не случилось? — забеспокоился Ремус. — Да вроде нет, если мадам Помфри помнит… — произнес Джеймс. — Слушай, ты где такому заклинанию научился, Пит? И почему раньше ничего не говорил? — В библиотеке его вычитал. Вы же со мной давно не разговаривайте, мне и делать нечего. — Слушай, это заклинание же очень сложное. — сказал пораженный Сириус. — Рег, помнишь, нам Нарцисса говорила, что освоила это заклинание только на седьмом курсе? Регулус кивнул. — Ну… — растерянно произнес Питер. — Я же тренировался, ночами, бывало не спал. — Да уж, по тебе видно. — хлопнул его по плечу Джеймс. — Слушай, ты просто ходячая неожиданность! — Да уж, стоит признать, выручил ты нас. — Ладно, ребята идемте на травологию. — сказал Ремус. — Спасибо, что не сдал, братец. Братья пожали друг другу руки и пошли по своим делам. Не успели гриффиндорцы дойти до теплицы, как их увидела Долорес Амбридж. — Третий курс Гриффиндора? — ласково спросила она. — Да, мэм. — ответил Сириус. — Чудно. Среди вас есть мистер Петтигрю? Питер вздрогнул. — Д-да, мэм… — промямлил он. — Это я. — Славно. Прошу за мной, мой мальчик. Питер чуть не упал в обморок, Джеймс и Сириус подхватили его. — Мэм, — обратился к Амбридж Ремус, набрав в грудь воздуха. Нам нельзя опаздывать на урок. Прошу нас извинить. — Хорошо. — хихикнула Амбридж, хотя ответ Люпина ей явно не понравился. — Только после урока сразу зайдите ко мне, мистер Петтигрю. — Х-хорошо, мэм… — Спокойно. — сказал Ремус Питеру, как только Амбридж удалилась. — Мы подумаем над тем, что ты будешь говорить. Все будет хорошо, ведь твоей вины нет!