Пасмурным днём я буду твоим солнцем.

Солнце мягко коснулось своими лучами моего лица, вытягивая из сладкого сна. Открыв глаза, я не сразу поняла, где я, и что я тут делаю. Озарение пришло мгновенно, словно удар по голове. Я уснула вчера на диване. Теперь понятно. Сев и потянувшись, потёрла лицо и зевнула. Медного цвета пряди волос упали на руки, щекоча кожу. Я откинула их назад, отняла ладони от щёк и уставилась перед собой. Взгляд метнулся на настенные часы, маленькая стрелка которых ещё даже не дошла до семи. Отключила заведённый на семь утра будильник и, встав на ноги, медленно двинулась к кухне. Последняя неделя учёбы, во время которой на нас забивают, усиленно готовя старшеклассников к экзаменам. Экзамены сдавать только в следующем году, поэтому я особо не нервничаю. Привычные движения, и чайник стоит на плите, чтобы я могла сделать себе горячий чай и смешать его с молоком. По утрам это мой стабильный завтрак. Забрав из комнаты очки, нацепила их на себя. Мир стал яснее. Коридор, дверь в ванную, зеркало. Из него на меня смотрела длинноволосая, слегка растрёпанная, девушка пятнадцати лет. Глаза цветом могли составить конкуренцию свежей весенней траве. Круглая чёрная оправа, казалось, выделяла их. Редкая россыпь веснушек на лице, пухлые губы и тонкие пальцы худых рук, массирующие виски. Вода пробежалась по бледной коже, обдавая её холодом. Я поморщилась. Опять отключили горячую воду. Ироды. Наспех умылась, завязала волосы в небрежный пучок и вышла из ванной, выключив свет. Хорошо, что голову вчера помыла.

***

Чёрная свободная рубашка и того-же цвета гольфы, красная клетчатая юбка, ботинки на небольшой платформе и заплетённые в косу длинные волосы. Накинув на плечо маленький кожаный рюкзак с тремя тетрадями, пеналом и дневником, взяла ключи и вышла из дома. Свежий утренний воздух обдувал лицо, мягко убирая выбившиеся из причёски прядки волос. Не успела пройти и половину пути, как вдруг увидела знакомый силуэт. -Полина! Морозова обернулась и мягко улыбнулась, остановившись, и ожидая меня. -Привет, Стася. -Привет. Мы обнялись и вместе пошли в школу, обсуждая всё, что произошло на выходных. За весёлой болтовнёй и не заметили, как открыв дверь здания, вошли внутрь. Поворот от выхода направо, на лестнице до второго этажа, налево и вот он нужный кабинет. Привычная третья парта, за которой мы и расположились. Как обычно пришли одни из первых, поэтому, чуть убавить громкость, продолжили дискуссию на тему прихода в наш класс новенького. Что за бред - переводиться в другую школу за неделю до конца учёбы. Постепенно начали подтягиваться ребята. А вот и Семён. Значит и Ромка с Бяшей где-то недалеко. -Э, очкастая, ты химию сделала? - Противный голос Бабурина почти над самым ухом заставил меня дёрнуться и, поёжившись от неприятного запаха из его рта, протянуть нужную тетрадь. -Только давай не как в прошлый раз. Я целый день переписывала тетрадь, потому что на страницах были жирные пятна. -Ну это как получится. - Гогот Семён разнёсся по всему кабинету. -По какому поводу веселье? Знакомый голос заставил меня отвернуться от Бабурина и кинуть мимолётный взгляд на Пятифана и Булгакова*, только что зашедших в кабинет. -Очкастая у нас настолько заучка, что тетради переписывает. Вот умора. - Вновь отвратительный гогот, почему-то быстро утихнувший. -Тетрадь ей верни. Если мозгов в голове нет, то и делать вид, что башка не пустая, нет смысла. - В голосе Ромы звенела сталь. Тетрадь уже через секунду лежала передо мной. -Спасибо, Ром. -Ага. -Здарова, Стас, на. - Поздоровался Бяша, проходя мимо. -Ну я-же просила не называть меня так. -Да ладно, круто-же. -Очень. - Тихо буркнула я, но на лице все-таки появилась улыбка. Это было забавно. Людмила Олеговна* неожиданно зашла в кабинет, и гомон голосов резко стих. -Так, открываем тетради. Пишем сочинение на свободную тему. Мне некогда с вами сидеть, поэтому... Учительница оказалась грубо прервана стуком и звуком открытия двери. В кабинет неуверенно зашёл парень со светлыми волосами и в очках. -З-здравствуйте... Я Антон... - Пробубнил он. -Антон? А... Точно... Ох, вот скинут на меня новеньких в конце года, а мне разбирайся с ними. Ещё и в очках. Вот куда мне тебя сажать? Преподавательница пробежалась глазами по классу, и зоркий взгляд остановился на нас с Полиной. -Полина, у тебя хорошее зрение? - Мне вообще не понравился этот вопрос. Мы с Полей сидим вместе с того самого дня, как в четвёртом классе меня перевели в эту школу, а тут вдруг пришёл какой-то Антон, и разлучил нас. Видимо всё, о чём я думала, отразилось у меня на лице, и я заметила на себе суровый взгляд Людмилы Олеговны. -Да, хорошее. -Пересядь, пожалуйста, к Семёну за пятую парту. А ты, Антон, садись со Станиславой. -Но, Людмила Олеговна..! - Я оказалась прервана Полей. Она, погладив меня по руке, мягко улыбнулась и пересела. Блондин сел рядом со мной. Недовольно фыркнув, я достала ручку и начала выполнять задание. Любовь к писательству передалась мне от дедушки. Он в молодости писал стихи и большие рассказы на десятки, а-то и сотни, страниц. -Извини... Эм... Станислава... - Вывел из раздумий шёпот нового соседа. Я глянула на него, улыбнувшись уголком губ. - А какое задание? -Сочинение на свободную тему. - Спокойно ответила, даже не пытаясь шептать, ведь как только за учительницей закрылась дверь, весь класс загудел. -Спасибо. - Смущённо буркнул Антон, улыбнувшись в ответ. Кивнув, я вернулась к написанию своего огромного текста-повествования о разнообразных видах лечебных трав, их свойствах и местах, в которых они растут. Хоть я и писала быстро, почерк всё-равно был ровный и аккуратный. Чистописанием со мной занималась бабушка, у которой со студенческих лет был каллиграфический почерк.

***

Голубая восемнадцатилистовая тетрадь тихо опустилась на учительский стол. -Артемьева, опять мне целую книгу написала? - Добродушно улыбнулась учительница по литературе и русскому, беря мою тетрадь на проверку первой. -Конечно. Это у меня в крови. - Лучезарная улыбка расцвела на моих губах. -Стасенька, останься, пожалуйста. Мне поговорить с тобой надо. -Да, хорошо, Людмила Олеговна. -Стася, ты идёшь? - Мягкий голос Полины раздался где-то рядом, и я повернула голову в сторону Морозовой. -Поль, иди, я догоню. Она кивнула и ушла. Как только за последним - Пятифаном - закрылась дверь, учительница тяжело вздохнула и сняла очки. -Стася, тебе, может, помощь какая нужна? Продукты там, одежда, или личные расходы. Ты только скажи, мы поможем. Бабушка твоя со всеми в хороших отношениях была, тебе все охотно помогут. Я глубоко вздохнула. -Спасибо, Людмила Олеговна. Мне ничего не надо. Денег, что я заработала на весенних каникулах в магазине, мне пока хватает. С оплатой воды, газа и так далее, помогает крёстный. Если вдруг что, я обязательно скажу. - Проговорила я заученный текст и, попрощавшись с учительницей, вышла из кабинета. Это только первый урок. Впереди ещё пять. Удачи мне.

***

-Значит так, очкастый, ещё хоть один взгляд, и я тебе глаза повыкалываю, чтобы вообще больше ничего увидеть не мог. Понял? Я заглянула в неосвещённый коридор и увидела Бяшу и Семёна, на чьих лицах красовались зверские ухмылки. Напротив них стоял Рома, прижав новенького к стене за грудки. -Ром, что происходит? - Я сделала шаг в темноту, но мгновенно вернулась на место, заметив со стороны Семёна движение в мою сторону. -Стася, иди, куда шла. - Фыркнул Пятифан. -Нет, Ром. Отпусти Антона. Иначе мне, как старосте, потом придётся общаться с его родителями и объяснять, почему ты его ударил. А врать людям я не люблю. Отпусти его, пожалуйста. - Спокойно проговорила я, с лёгкой улыбкой смотря на голубоглазого. Пробурчав что-то неразборчивое, он всё-таки отпустил сжавшегося в комок паренька и отошёл к своим друзьям. -Спасибо. Антон, пошли. Сейчас история. Дождавшись, пока блондин со мной поравняется, я кивнула ребятам и направилась в сторону нужного кабинета. Последним, что я услышала, была фраза Ромки: -Ничего, мы этого гандона после уроков поймаем.

***

Мы с Полиной размеренно шагали к лесу, где обычно всегда гуляли после школы. Не прошло и пяти минут с момента входа в лес, как вдруг мы услышали голоса. -Стася... Стасенька, давай пойдём домой лучше? -Поль, пошли. Не думаю, что маньяк, поджидающий нас, так громко говорил-бы. Через несколько минут из-за стволов деревьев показались силуэты парней. Все стояли к нам спиной, но выделялся среди них один. -Антон? - Одними губами прошептала я, выходя из-за деревьев. -Я думал до тебя дошло. А ты, видимо, не только слеповат, но ещё и туповат. - Со злобной усмешкой проговорил Пятифан, грозовой тучей надвигаясь на блондина. -Рома, что происходит? - Воскликнула я, не обращая внимания на пихающую меня в бок Полину. -Стася? Полина? - Он развернулся, удивлённо оглянув нас с ног до головы. -Ром, я, кажется, попросила тебя. -Стас, не лезь, на. Это наши разборки. - Проговорил Булгаков, периодически косясь на Антона, чтобы тот не сбежал. -Что значит "не лезь"? Вы сейчас заварите кашу с избиением, а мне потом расхлёбывать её с прокурором, родителями Антона и директором? Я медленно обходила их кругом и остановилась перед новеньким, хмуро смотря на одноклассников. - Стась, Бяшка дело говорит. Не лезь лучше. -Вот именно, очкастая. Это вообще не твоё дело. Бабурин подошёл и собирался отодвинуть меня за плечи, как вдруг из-за его спины раздался оглушительный свист. Он резко отошёл и я поняла, что свистнул Ромка. -Сёма, не перегибай. - Процедил Пятифан. - Полин, бери свою подругу и идите домой. Морозова уже двинулась было в мою сторону, но я остановила её движением руки. -Ром, хватит. Я, конечно, понимаю, разборки, драки, ненависть, но я очень прошу, прежде чем сделать - подумай дважды, а лучше трижды. Не думаю, что разукрасив ему физиономию, ты решишь проблему, которая возникла. -Стася, мне не нужны твои нравоучения. Очкастый про Афган напиздел, что его батя там воевал. Вот он и получит за это. Я удивлённо хлопнула ресницами, вполоборота повернувшись к Антону. -Антон, ты зачем это сделал? -Я... Ну... - Под моим полным осуждения взглядом он смутился, и словно сжался. Тяжело вздохнув, развернулась на каблуках и подошла к Роме. -Ром, пожалуйста, не переборщи... - Я умоляюще глянула ему в глаза. Два льдисто-голубых океана, казалось, смотрели в самую душу, сковывая внутренности арктическим холодом. Слабый кивок и я, кивнув в ответ, прошла мимо него к уже ожидающей меня Полине. -Стася, ты что творишь? Они-же могли тебя вместе с Антоном... -Не могли-бы. Я их разговор один раз слышала, они не бьют девочек. Это "не по понятиям" - Нарисовала пальцами кавычки в воздухе и, хихикнув, медленно двинулась в сторону выхода из леса. Чувство вины за то, что я оставила там Антона, сжирало меня. Хоть он и поступил неправильно, но он ведь не знал, что для Ромы это болезненная тема. В голове всплыли воспоминания.

***

-Хей, кто тут? - Я заглянула в небольшую каморку для швабр и увидела сидящего на полу Пятифана. - Ты в порядке? Вздох, больше похожий на всхлип, заставил меня зайти в приоткрытую дверь и, подойдя к мальчику, присесть на корточки рядом, не обращая внимания на то, что подол юбки собирает с пола пыль. -Всё нормально. - Голос дрогнул, и я поняла, что всё с точностью наоборот. Присев рядом с ним, приобняла за плечи, пока он тихо всхлипывал. -Расскажешь, что случилось? А я постараюсь помочь. - Мягко, почти шёпотом, проговорила я, чуть прижав одноклассника к себе. -Не сможешь ты помочь. Ты-же не умеешь воскрешать людей. - Также тихо, как и я, проговорил мальчик. -Я могу постараться помочь чем-нибудь другим. Если ты расскажешь о том, что у тебя на душе, станет легче. -Мы... Нам с мамой сегодня пришло письмо... - Шмыгнув носом, Рома вытер ладошками со щёк солёные капли. - В нём написали, что папу убили... На их лагерь напали, а он пытался помочь товарищу, а сам... Сам не успел уйти... - Ещё один всхлип. Повернувшись так, чтобы сесть на коленки, я обняла его, не говоря ни слова. Он слегка опешил, но не оттолкнул. Положил руку мне на спину, слегка приобнимая в ответ. -Не переживай, я никому не скажу, что ты плакал. -Спасибо... - Тихо буркнул голубоглазый, свободной рукой вытирая скопившуюся в глазах влагу. Я была рядом, пока ему не стало лучше. Сидела с ним весь урок литературы. Рассказывала забавные истории, а он внимательно слушал и не перебивал. Я прекрасно понимаю, как тяжело терять близких. Я сделаю всё, чтобы он не чувствовал себя одиноко.

***

Дом встретил меня привычной тишиной. Разувшись, прошла в свою комнату и устало плюхнулась на кровать. Виски, как обычно, пульсировали, отдаваясь болью в голове. Желудок сводило от голода, но не было никакого желания вставать и греть себе ужин. Восьмой час вечера, а я уже так сильно хочу спать. Ну, если я лягу сейчас, то проснусь посреди ночи. И что я буду делать? Так, надо переодеться, закипятить воду, искупаться, и поесть. Грандиозный план. А исполнение этого грандиозного плана продлилось до половины десятого. Сидя на кухне над тарелкой макарон с мясом, я лениво ковырять их вилкой, периодически закидывая в рот пару штук. Внезапный стук в дверь вырвал меня из пучины мыслей. Глянула на часы и удивилась. Кто может приходить в такое время? Выйдя в прихожую, накинула тёплую тёмно-зелёную кофту и подошла к двери. -Кто там? - Неуверенно спросила я, положив руку на ручку. -Эт я, Рома. Стась, открывай. Удивление отразилось на моём лице, когда я повернула ключ в замочной скважине и открыла дверь, уставившись на одноклассника. -Ромка? Ты чего так поздно? Резкий порыв ветра растрепал волосы, которые я уже распустила, чтобы коса не стягивала мою больную голову. Поёжившись, сильнее запахнула кофту и уставилась на нежданного гостя. -Мамка попросила отнести тебе продукты и тёплое одеяло. Похолодает скоро. -А... Спасибо. - Шаг босой ногой за порог сопроводился неприятными мурашками от пробирающегося под кожу холода. Пакеты перекочевали в мои руки и я поставила их на тумбочку. -Зайдёшь? Чай попьём. Кивок, и вот я уже закрываю за ним дверь, пока он стягивает с себя олимпийку. Я прошла на кухню и, тронув ладонью чайник, резко её отдёрнула. Два пакетика чая в две кружки, кипяток и ложка сахара в чай Ромы. Поставив горячие напитки на стол, села на табуретку и отодвинула от себя тарелку с уже остывшим ужином. -Ну, рассказывай. Как ты там? Как с мамой? Пятифан тяжело вздохнул и нахмурил тёмные брови, обхватив кружку двумя руками. Он словно колебался. Не знал, стоит-ли рассказывать, или нет. -Я нормально. С мамкой только поссорились, но эт давно было, уже всё окей. -Ну хорошо. Губы коснулись края кружки и я сделала небольшой глоток. Горячий напиток обжёг горло, но приятно согрел внутренности, от чего я, забыв обо всём, блаженно улыбнулась. Через несколько секунд, поймав на себе взгляд голубых глаз, убрала улыбку с лица и вновь сделала глоток. -Стася, а вот ты сколько-бы не рассказывала разных историй, о твоей жизни я не знаю ничего, кроме того, что ты живёшь одна, и что почти весь посёлок тебе помогает. Я замялась. Честно говоря, не хотела-бы, чтобы этот разговор вообще когда-либо состоялся. Никто из моих одноклассников, кроме Полины, не знал трагичную историю из моего прошлого. Не знал, почему я живу одна, и почему мне все помогают. Под выжидающим взглядом брюнета я пыталась придумать хоть что-то, что было-бы похоже на правду. Руки судорожно сжимались на коленях, впиваясь ногтями в кожу. -Ну, нет у меня родителей. В приют я не хотела отправляться, поэтому и приехала сюда. Крёстный помогает с оплатой... -И ты одна в одиннадцать лет приехала сюда? И жила одна? - Скептически выгнув бровь, проговорил Пятифан. -Ну, мою бабушку тут все знали, уважали и любили, поэтому мне помогали. Даже почти не соврала. Слишком много скепсиса в его глазах. Неужели не поверил? -Ну-ну. - Кажется, он сделал выводы, отличающиеся от реальности. Точно не поверил. Зачем я вообще его позвала на чай? -Ром, а с Антоном всё в порядке? Мне ждать звонка директора? - Попыталась перевести тему я, что, кстати, получилось очень даже удачно. Хоть настроение Пятифана слегка ухудшилось, про моё прошлое он, надеюсь, забыл. -Нормально с ним всё. Бабурин, правда, очки его забрал, но а так ему почти не попало. Он так этого жирдяя заткнул, надо было видеть. - В голосе его прозвучало нечто похожее на гордость. Улыбнувшись уголком губ, я поставила чай на стол. -Ромк, не надо, пожалуйста, больше устраивать драки. Мне потом... -Как старосте, тебе потом всё это разгребать. Я помню. Но он сам виноват. Напиздел про Афган, вот и получил за дело. Я кивнула, сведя брови к переносице. По прошествии пяти-шести минут я заметила, что он, совершенно без смущения, меня рассматривает. Взгляд его, как я поняла, задержался на моих волосах. Я была очень сильно похожа на отца, как-бы сильно этому не противилась. Медного цвета волосы, веснушки, слегка курносый нос. В каждой моей черте лица старые знакомые нашей семьи видели Его, и стремились напомнить мне об этом, думая, что мне это нравится. Я ненавидела отца, и до сих пор ненавижу, но отрицать факт нашей схожести - значит быть абсолютно слепым. -Ром, а тебе что, Полинка нравится? - Я слабо улыбнулась, полностью уверенная в том, что он в школе прижал Антона из-за ревности к Поле. В голове всплыли воспоминания о том, как она рассказывала, насколько Ромочка красивый, прекрасный и так далее. -С чего ты взяла? - Удивлённо спросил он, нахмурив брови. -Ну, ты-же не просто так Антона в школе прижал. Они с Полей, вроде, поладили. Пятифан закатил глаза. -Ясно. Так, мне домой пора. Мамка волноваться будет. Такое поведение Ромы поразило меня, как удар молнии. Не ответив на вопрос, он встал и вышел в прихожую, обувая кроссовки, и натягивая олимпийку. -Давай, до завтра. - Махнул рукой и ушёл в темноту ночной улицы, оставив меня наедине со своими мыслями одиноко смотреть вслед его удаляющейся фигуре. Раскидав продукты по холодильнику, я помыла посуду и убралась на кухне. Темнота моей комнаты поглотила меня. Приоткрыв форточку, расправила кровать, и как только моя голова коснулась подушки, я предалась Морфею.

***

Утро началось с дикой головной боли. Помимо головы боль раздирала ещё и горло. Открытая мной на ночь форточка вышла мне боком. Встав с кровати, я на ватных ногах пошла на кухню. Достала аптечку и, выудив оттуда градусник, встряхнула его и, сунув под мышку, села на стул. Прикрыв глаза, приложила холодную ладонь к горящему лицу. Было такое ощущение, будто голова сейчас взорвётся. Руки мелко тряслись, перед глазами всё плыло из-за отсутствия очков на моём лице. По прошествии семи минут, вытащила градусник и с ужасом увидела ртуть, остановившуюся на отметке тридцать девять и пять. Потянувшись к стоящему на столе телефону, стала набирать номер нашего врача. Обрисовав ему ситуацию хриплым и слабым голосом, я выслушала его ответ. В течение пятнадцати минут он придёт. Пальцы вновь заскользили по кнопкам. Номер Людмилы Олеговны я знала наизусть. -Людмила Олеговна, здравствуйте. Я сегодня не приду в школу, у меня температура высокая и горло болит. Я уже вызвала врача. Да, спасибо большое. Нет, заходить не нужно. До свидания. Как врач и говорил, пришёл он ровно через пятнадцать минут. Выписал лекарства и сказал, что зайдёт к кому-нибудь, чтобы они купили и принесли. Я долго отнекивалась, но под натиском мужчины всё-же сдалась. Закрыв за ним дверь, по рекомендации пошла делать себе горячий чай с мёдом и имбирём. Несколько раз чуть не грохнулась. Иван Петрович сказал ни в коем случае не ложиться спать, как-бы сильно не хотелось.

***

Громкий стук в дверь вырвал меня из транса и я на негнущихся ногах пошла к двери. Голова немного кружилась. -Кто там? - Максимально громко спросила я. -Эт Рома, открывай давай. Сил удивляться не было. Щелчок, и он стоит у меня на пороге с пакетом. -Так, мамка сказала, что ты заболела. Я сегодня до её прихода буду сидеть с тобой. - Разуваясь и проходя на кухню, протараторил Пятифан. -А как-же школа? - Спросила я, после полуминутного переваривания его быстрой речи. -Какая школа? Тебе полградуса осталось, и ты будешь водкой. Держась за стенку, оглядывала всё, что голубоглазый вытащил из пакета. Таблетки, банки, коробочки. Что всё это такое? -Значит так. Петрович всё объяснил. Вот эту таблетку пьёшь сейчас, и каждый раз, когда поднимется температура. Эту пьёшь от головы. Этим горло полоскать. Это варенье малиновое, в чай. Это пряники с имбирём, мамка просила передать. - Он поочерёдно тыкал во всё, что стояло на столе, пальцем, а я пыталась разложить всю информацию по полочкам. - Эти таблетки пьёшь три раза в день после еды, а эти на ночь. Так, на. Это от головы и от температуры. Выпей и иди ложись, я щас чай с вареньем сделаю. Неопределённо кивнув, приняла таблетки из рук Ромы и, набрав в стакан тёплой воды, запила лекарства. Медленно шагая к кровати, думала о том, почему Рома вообще согласился сидеть со мной, вместо того, чтобы тусоваться с Бяшей. За этими размышлениями я размеренным шагом дошла до своей комнаты и опустилась на кровать. Минут через пять зашёл Рома с чашкой дымящегося напитка в руке. Вручил его мне, начал пристально смотреть за тем, чтобы я всё выпила и съела ягоды. -Ты ложись спать. Я, если что, разбужу. - Проговорил Пятифан, забирая у меня пустую, ещё не остывшую, кружку. Я кивнула и, устроившись под одеялом, довольно быстро провалилась в сон.

***

Толчок в плечо, и мой сон оборвался, как мне показалось, даже не успев начаться. Я открыла глаза, что далось мне чуть легче, чем с утра. Голова не болела, не было так жарко. -Стасенька, вставай. Давай температуру измерим, потом ты выпьешь лекарства, и ляжешь спать дальше, если захочешь. - Раздался сбоку спокойный голос Маргариты Пятифан - матери Ромы. -Хорошо... - Буркнула я, выбираясь из под тёплого одеяла. Протянутый мне градусник сунула под мышку и стала ждать, периодически потирая глаза и зевая. -Как ты себя вообще чувствуешь? -Лучше, чем с утра. Голова не болит, да и по себе чувствую, что температура спала. -Ну хорошо. Рома тебе всё рассказал? -Угу. Что, когда и сколько раз в день пить. -Прям всё рассказал? Вот стих он выучить не может, а рекомендации врача все запомнил. Прошло несколько минут и я, по указанию тёти Риты, вытащила градусник. -Сколько там? - Крикнула она с кухни, где наливала мне воду, чтобы я запила таблетки. -Тридцать семь и шесть. - Сказала я, надеясь, что меня услышали. -Неплохо. Так, давай пей вот эту и эту таблетку. - Проговорила женщина, уже зайдя в комнату, и протянула мне медикаменты и воду. Я кивнула и послушно всё выпила. -А где Ромка? -За ним друг его зашёл. Они сидели у тебя вместе, пока я не пришла. Потом они к нам отправились. Не знаю, правда, действительно-ли они у нас. Так, а ты давай ложись. Одиннадцатый час ночи. Почему-то после слов тёти Риты на меня навалилась вселенская усталость. Укрывшись половиной одеяла, а другую подмяв под себя, я закрыла глаза. -Доброй ночи, Стася. -Доброй ночи... Сознание вновь покинуло меня, отправляя в путешествие по миру сновидений.