Дикие травы

Рабочий день, как это всегда и случается в день поставки, пролетел незаметно. Шань непрерывно носился туда-сюда с коробками, ящиками и прочей тарой, перебирал и сортировал поставку, раскладывал товар, то и дело переругиваясь с опоздавшим на смену коллегой, который больше мешался, чем помогал и периодически украдкой бросал взгляды на улицу, где продолжала маячить долговязая фигура парня, назвавшегося Хэ Тянем. Всякий раз завидев его, Мо недовольно думал: «Всё ещё здесь» — и возвращался к работе, убеждая себя, что незваный гость вот-вот уйдёт. Что не надо вот так вот смотреть, выискивать его глазами и быстро отворачиваться в тот момент, когда кажется, что он смотрит в сторону Шаня. Не смотрит он. Просто ему нехуй делать, вот и болтается здесь, в районе, где таких вот ребят можно увидеть только на рекламных постерах или в экране смартфона какой-нибудь девочки, фанатеющей от бойз-бэндов. Вот сейчас ему надоест страдать хуйнёй, и он уйдёт. Уйдёт. Вот сейчас. Или через пять минут. «Блять» — ругнулся про себя юноша, осознав, что снова пялится на него. — Блять! — воскликнул он вслух, когда услышал грохот в другом конце магазина, сопровождающийся глухим стуком падающего на пол товара. — Твою мать, Фань Донг! –выдохнул он, добравшись до места происшествия, — Что ты делаешь?! — Я заметил, что стеллаж накренился и… — виновато отозвался лихорадочно собиравший разлетевшиеся по полу фрукты Фань, и его широкое лицо пошло красными пятнами от смущения. — И решил его поправить? — перебил его Мо, — Я ж тебе говорил, не делай это один! Он уже сто лет на помойку просится, его лучше лишний раз не трогать! А если бы тебя завалило к херам? — Мо Гуань Шань! — прикрикнула подоспевшая на место аварии госпожа Пин, — Сколько раз я тебе говорила — не выражайся на работе! — Виноват, — примирительно вскинул ладони Шань, — Госпожа Пин, может разберем этот стеллаж, пока он на кого-нибудь не упал? Поставим пока товар на паллеты или ещё что придумаем… Та нахмурила тонкие брови и, уперев в бока руки, принялась разглядывать конструкцию, после чего перевела взгляд на парня: — Думаешь, его совсем нельзя починить? — Да я уже несколько раз за последние пару недель его подкручивал. Гиблое дело, хозяйка, — ответил Мо. — Ох… ну ладно, — сдалась женщина, — Только сделайте это после закрытия, а то покупателей много. — Как скажете, — кивнул парень и перевёл взгляд на Фаня, — Давай пока тут приберёмся и снимем лишнюю нагрузку с этой хе. стеллажа. *** … В итоге, закончить Шаню удалось лишь спустя час после закрытия магазина. Хозяйка уехала по своим делам, коллеги уже разошлись, а потому ему предстояло пройтись по торговому залу, проверить служебные помещения, выключить свет, включить сигнализацию и запереть все двери. Он подрабатывал в «Удобном» уже много лет, ещё со школы, а потому в какой-то момент госпожа Пин просто изготовила ему копию ключей от своего магазина. В ответ на его удивление и вопросы она лишь рассмеялась и сказала, что не смогла бы доверить своё детище никому из друзей — кроме своей любимой подруги и её сыночка, Мо Гуань Шаня. Вспомнив об этом, парень хмыкнул и его губы дрогнули в лёгкой улыбке. — Ого, моё долгое ожидание определённо стоило того, чтобы это увидеть, — раздалось откуда-то сбоку, и Мо вздрогнул всем телом и дернулся в противоположную сторону с полузадушенным «Бля!» — Воу, я тебя напугал, малыш Мо? — усмехнулся Хэ Тянь, приближаясь к нему, — Извини. — Вот нахуя так подкрадываться?! А если бы я тебя уебал?! — взорвался Шань, чувствуя, как бешено колотится сердце. Он настолько ушёл в свои мысли, что просто-напросто забыл о том, что его кто-то ждёт, — Ты… придурок! Как ты меня назвал? — Малыш Мо, — невозмутимо повторил Тянь, — Не нравится? — Нет, конечно! — возмутился парень, — С чего ты взял вообще, что это кому-то может нравится? — Мне нравится, — пожал плечами собеседник, — По-моему, это прозвище тебе очень идёт. — Блять… — не найдя иных слов, выдохнул Мо. Он поднял руку и с силой потёр лоб, после чего провёл ею по волосам, — Мы не настолько близки. — А на сколько? — вдруг оживился Тянь, и парень почувствовал, как начинает печь кончики ушей. — Ни на сколько!!! Да я в душе не ебу, кто ты такой! — вновь вспылил он и, миновав собеседника, пошёл прочь, — Что ты тут забыл вообще? Иди домой! — Тебя. Шань замер. Ситуация всё больше и больше выходила из-под контроля. Большинству желавших пообщаться с ним людей хватало встретиться с его хмурым взглядом. Других останавливала его, мягко говоря, недружелюбная манера общения. Третьих — игнорирование и избегание с его стороны под любыми предлогами, в виде работы, учёбы и «неотложных» дел. Этого не отталкивали даже прямые и неоднократные отказы. Мо вздохнул. Сжал кулаки. Выдохнул, пытаясь расслабиться и засунуть поглубже желание в очередной раз вызвериться и послать навязчивого собеседника на хуй. — Что тебе нужно? — проговорил он. За спиной прошелестели шаги, и Тянь, поравнявшись с ним, сказал: — Поговорить. Закончить наш разговор, начатый днём. — М-м-м… — неопределённо промычал Шань и подумал: «Надо найти Ли и сказать, что я выхожу из дела. Хуй с ней, оставшейся частью заработка» Кажется, Хэ упоминал, что что-то случилось и за ним придут. Он понимал, о чём он и то, что на самом деле за ним уже пришли. Вот этот вот долговязый парнишка с внешностью модели и глазами, похожими на остро заточенные лезвия. А ещё, наверняка, тот самый менеджер Хуа с его «собеседованием» по поводу аукциона и вопросами про происшествия. Совпадение? Шань в это не верил. Если стеллаж раз за разом кренится, значит, что-то в нём сломалось и рано или поздно упадёт. Если тебя второй раз за день спрашивают про одни и те же события два разных (разных ли?) человека, это не к добру. Зря он вообще согласился на предложение Шэ Ли. Зря пошёл в офис на это грёбаное собеседование. Зря послушался хозяйку и заговорил с этим придурком. Чудес не бывает. Как и таких вот «происшествий» с хорошим концом. Не с Шанем уж точно. Не-а. Вообще нет. Он проверял. Его размышления прерываются внезапным ощущением тепла и тяжести чужой руки на плечах. А затем, прежде чем он успевает опомниться, лёгким, почти невесомым прикосновением к виску. По коже пробежали мурашки. Сердце споткнулось, потянув за собой лёгкие и вогнав организм в краткий, болезненный ступор. После чего ударило адреналином сразу по всем рецепторам, заставив парня дёрнуться, выворачиваясь из неожиданного захвата. — ТЫЧОБЛЯДЕЛАЕШЬ?! — вскрикнул он, отскакивая на добрых полтора метра назад и хватаясь за шею, затирая ощущение непрошенного телесного контакта. — Ты пахнешь также, как и в тот день, — словно бы игнорируя его реакцию, отозвался Тянь, — Полынь, зверобой, белладонна… Ты действительно оборотень. Шань вздрогнул. Парень безошибочно перечислил основные ингредиенты средства, которым ему приходилось пичкать себя каждый месяц. Сегодня как раз был последний, третий день приёма в этот лунный цикл. Он и не знал, что от него может пахнуть этой отравой, что должно ею пахнуть и что кто-то может почувствовать этот запах. Почувствовать и догадаться о том, кто он. Что он. «Блять…» — То есть, ты хочешь сказать, что ты меня сейчас понюхал и сделал такие выводы? Это же звучит, как полный бред, — наконец сумев выдавить из себя хоть что-то, проговорил он. — Согласен, — кивнул Хэ, — Но дело в том, что я нюхач. Таков уж у меня талант — определять, узнавать и запоминать запахи. Говоря это, он пожал плеча и развёл руками, словно бы говоря — уж какой есть. Шань почувствовал секундный укол ярости и… зависти. Сам он никакими особыми талантами не выделялся. Если не считать таковым умение попадать в неприятности. — Ну… и что с того? — поняв, что продолжать и дальше отпираться бесполезно, спросил Мо, — Существует какой-то запрет на то, чтобы работать на подобных мероприятиях у подобных заказчиков? Говоря это, он не преминул поймать взгляд собеседника и сделать ударение на предпоследнем слове, словно бы намекая — я тоже знаю, кто ты. Не один ты тут такой умный и наблюдательный. — Хм… нет, — после некоторой паузы отреагировал Тянь, — Такого запрета не существует. Впрочем, твоих сородичей не слишком-то принимают в наших кругах. — Уверен, это взаимно, — съязвил Мо, переминаясь с ноги на ногу. Собеседник хмыкнул в ответ. — Слушай, если тебе есть ещё что сказать, давай поговорим по дороге. Мне домой нужно вообще-то, — заметил Шань и, дождавшись утвердительного кивка, двинулся вперёд. — Я всё ещё не понимаю, причём здесь я, — вновь заговорил он в надежде каким-то образом завершить разговор так, чтобы этот Хэ не увязался за ним до его квартиры. Почему-то в том, что именно так и может случится, он не сомневался. — Если, как ты сказал, нет никаких ограничений, то в чём проблема? Мне просто предложили денёк поработать на вашем мероприятии и всё. За неплохие деньги, кстати. Шань не лукавил — полученное жалование, даже будучи наполовину урезанным из-за разбитых бокалов, в несколько раз превышало его дневной заработок в «Удобном». Не говоря уж о том, что ему было положено за соучастие Змеем. Впрочем, об этом он не расскажет, даже если из него будут тянуть правду клещами. Достаточно и того, что он уже, судя по всему, привлёк ненужное внимание… Почувствовав на себе взгляд собеседника, он повернул голову и непроизвольно огрызнулся: — Что? Некоторым из нас приходится работать, чтобы выжить. — Да нет, ничего… — со странным выражением лица отозвался он, — Ты хватаешься за любую работу, которую тебе предложат? Шань не нашёлся, что ответить. Ему снова начало казаться, что они говорят об одном, но каждый из них подразумевает разное. Или, что ещё хуже, одно и то же. То, о чём не упоминает один, но каким-то непостижимым образом догадывается второй. Всё-таки он не сходил с ума, и то собеседование и в самом деле было странным. И ему похоже действительно позвонят на следующей неделе. Вот только не с предложением по работе. Блять. — Каа-а-а-акие люди! — чей-то голос заставил обоих повернуться. В нескольких метрах от них у входа в какую-то пивнушку на ступеньках расположилась компания из пятерых мужчин, один из которых с интересом пялился на них. Он широко улыбнулся и помахал рукой с зажатым в ней напитком в жестяной банке. Мо внезапно узнал его. Именно этот мужик в своё время доебался до Цзяня и ему, Шаню, пришлось встать на защиту этого тогда ещё совсем незнакомого ему, потрясающе (и раздражающе) болтливого парнишки. Видимо, он тоже запомнил хмурого рыжего молодого человека, который внезапно влез в их зарождающуюся перепалку и, судя по выражению его лица, был не прочь продолжить тот закончившийся не в его пользу разговор. Парень понял это, когда заметил, как он переглянулся с товарищами и, кивнув в их сторону, начал подниматься. «Не к добру это» — в который раз за день подумал парень и кивнул Тяню: — Пойдём-ка отсюда. — Ладно, — отозвался тот, не отрывая взгляда от начавшей подниматься компании. — Э-э-э, ты чо даже не поздороваешься?! — воскликнул меж тем мужчина, идя к ним. Его губы растянулись в недоброй улыбке, больше напоминающей оскал, — Куда спешишь, малой? — Не твоё дело, — бросил Хэ и ускорил шаг, нагоняя спутника. — Слышь, мажор, я не с тобой вообще-то разговариваю! — судя по звукам за спиной, преследовавшая их компания начала переходить на бег. — Не отвечай им, — проговорил Шань тихо, — Просто иди вперёд, ладно? Они уже начали заворачивать за угол, когда в стену рядом с головой Тяня врезалась алюминиевая банка и взорвалась, окатив их брызгами. — Блять! — прохрипел Мо и дернул Хэ на себя, — Беги, ёб твою мать! — А ты? — не желая подчиняться спросил тот. — Какая тебе разница?! Просто вали отсюда, пока тебе рожу не… Парень не успел договорить, как его дёрнул за рюкзак подоспевший заводила и, развернув, с размаху ударил в лицо. Мир вздрогнул и раскололся болью, Шань по инерции отлетел на пару шагов вбок, еле удерживая равновесие, чувствуя металлический привкус во рту, и услышал торжествующее: — В тот раз тебе повезло, но сейчас, щенок, ты у меня получишь… Он взметнул взгляд вверх, готовясь к новому удару, но тот прилетел совсем не с той стороны, с которой он ждал и не от того, кто собирался его нанести. Тянь вклинился между ними, отточенным движением отведя занесённый для удара кулак агрессора одной рукой и совершив ответный другой — с плеча, одним сокрушительным движением. «Хорош…» — успел подумать Мо прежде чем снова ринуться в драку, поскольку остальные, завидев сопротивление казавшейся столь лёгкой добычи, поспешили на выручку своему лидеру. Парень метнулся мимо продолжающего усмирять горлопана Хэ, сбивая с ног мужчину, пытавшегося приложить того бутылкой и падая вместе с ним на землю. Не давая ему опомниться и игнорируя боль в ушибленных при падении коленях, Мо тут же вскочил и пинком выбил его импровизированное оружие из рук. — Лучше не вставай, блять… — прохрипел он угрожающе и крутанул головой, выискивая взглядом Тяня, который в эту секунду точным, словно бы сошедшим с экрана какого-нибудь боевика, пинком, отправил одного из хулиганов в объятья к двум другим его дружкам. — Эй, ты их так убьёшь!.. — воскликнул Шань, внутреннее холодея. Он видел, Тянь бьёт не так, как он. Не чтобы сбить с толку, обезоружить, раскидать или вразумить парой неласковых. Он дрался по-настоящему, безо всякой жалости и страха. Хотя должен был бы бежать прочь сломя голову, уберегая своё красивое лицо, брендовые шмотки и дорогущий телефон, от толпы подвыпивших гопарей, из этого неблагополучного района и подальше от него, Мо Гуань Шаня, благодаря которому он нарвался на эти неприятности. «Ебанутый…» — со смесью ужаса и восхищения подумалось парню. — Эй, что здесь творится? — услышал вдруг он и, обернувшись, заметил на пороге пивнушки какого-то мужика, должно быть вышедшего на шум и крики, — Я сейчас полицию вызову! — Бля!.. — выругался Мо и метнулся к Хэ, дёргая его за руку, — Валим! … Они пробежали несколько кварталов, прежде чем Шань счёл нужным остановиться. Задыхаясь от быстрого бега, парень привалился к стене и, упираясь в колени ладонями, выдохнул: — Ну что за день… — Это уж точно, — отозвался Тянь, устраиваясь рядом и вытирая пот со лба. Юноша окинул его взглядом и поинтересовался: — Ты цел? — Так, пара царапин, — отмахнулся тот и посмотрел на Мо, — А ты? Парень приоткрыл рот, изучая кончиком языка зубы и уголок рта, куда пришёлся удар. Скривился от боли в рассечённой губе. Подвигал челюстью туда-сюда. Коснулся пальцами наливающейся отёком щеки, стёр с подбородка кровь. Прислушался к ощущениям в теле, которое постепенно подавало сигналы боли и прошедшей драки то тут, то там. — Жить буду, — заключил он, заметив, что собеседник всё ещё внимательно смотрит на него. Ворот его чёрной футболки с фамилией «Хэ» на груди был растянут практически на грани разрыва, на шее виднелся небольшой порез в бусинках проступившей крови. В голову пришла внезапная мысль: — Слушай, я тут подумал. … — проговорил он, — Тебе ж незачем было убегать. Тебя б наверняка родаки отмазали. — Отмазали бы, — согласился тот, а затем хмыкнул, — А потом сами бы вмазали. Шань, не удержавшись, фыркнул. Через мгновение смеялись уже оба.