В плену у Дьявола

      

Эль

      Кажется я не чувствую под собой пол. Ладони вспотели, а я так и стояла, как статуя, глядела на него, как он понемногу сходил с ума. Радовался как маленький ребенок.             Я ощутила дикое притяжение. Ощутила что-то родное. Я ни о чем не думала, я стояла и смотрела на него.              Лифт открывается и в наше личное пространство вмешиваются другие. Люди прижали меня к стене. Тимоти пытался разглядеть мое лицо в этой душной толпе. Кто-то говорил с ним, но он только кивал, делая вид, что слушает их.             Когда мы понемногу начали рассасываться, я оказался в коридоре.              — Эль, стой, — моя рука оказывается под тяжестью его руки и я чувствую эту родную вибрацию, покалывание в груди. — Не убегай, только не снова, прошу, давай поговорим.             Я только киваю ему и следую за ним. Мы шли через какой-то лабиринт, снова оказавшись около лифта, я поворачиваю голову и вижу надпись «Правое крыло». Покидаем три этажа и вот, я уже сижу на мягком диване и Тимоти наливает мне чай.             — Эль, я…я…немного в шоке, прости за мое поведение, просто я не ожидал тебя увидеть здесь. Я рад, очень рад, что наткнулся на тебя.             В горле все пересохло, я делаю глоток горячего чая и прочищаю голос для этого неловкого и длинного разговора.             — Что ты здесь делаешь?             Это все, что выдал мой голос.              — Я купил эту компанию, теперь я здесь генеральный директор.             То есть мой босс. Тимоти является моим боссом. Голова шла кругом.             — А ты?             — Я т-тоже здесь работаю.             Его это удивило, очень удивило, но он не переставал улыбаться. Каждый раз поправлял свой галстук, нервничал.              — Ух ты, видимо Фелисити была права, ты сама найдешься, если я перестану тебя искать.             — Ты меня искал?             — Да, полтора месяца. Я приходил в твою квартиру, но мне сказали, что ты съехала, был на твоей работе, но ты уволилась. Очень странно чувствовать себя проигравшим.             — Почему ты меня искал? — ком в горле нарастал и начала плакать.             Почему я плачу?             — Что с тобой? Эль?             Он встает со стула и присаживается ко мне, обнимает за плечи и моя голова падает ему на грудь. И я даю волю слезам. Я вспоминаю время, проведенное вместе, то, как мы занимались любовью, смеялись и обнимались. Я вытираю слезы и отстраняюсь от него.             — Почему ты уехала, Эль? Ничего мне не объяснив, мне было плохо без тебя, я искал тебя каждый день, вытворял такое, что просто умереть можно. Мне очень жаль Питера. Правда.              — Это не твоя вина. Я лучше пойду, — я встаю, слегка пошатываясь.             — Не уходи, останься.             — Мне нужно работать.             — Я могу освободить тебя от работы, поужинай со мной, умоляю.             И я понимаю, что снова оказалась в этой ловушке, снова в этом плену, где Тимоти был моим похитителем. Снова оказалась под его влиянием, снова чувствовать и жаждать той свободы, которую я получила.             — Я больше не смогу тут работать, прости.             Я выхожу из кабинета и сталкиваюсь с Бернелл.             — Эль, что стряслось, что у тебя с лицом?             — Я больше не могу здесь оставаться, я увольняюсь.             Я обхожу ее и слышу топот ног. Голос Тимоти останавливает меня около лифта.             — По контракту ты не имеешь права уходить, иначе придется заплатить неустойку, — он подходит ко мне и нагнувшись над ухом продолжает. — Поужинай со мной и я тебя отпущу, обещаю.             Его рука касается моей руки. Такая горячая и такая властная.             — Хорошо.             Я забегаю в лифт и прячусь под его пристальным взглядом.