В плену у Дьявола

Эль

      Я не спала всю ночь, я думала о нем. И мне даже показалось, что я улыбалась, но не хотела в это верить, нет, я построила из себя солдата, без чувства, без эмоций, но встреча с ним все во мне пробудило, я снова стала той, которая чувствовала себя живой, только с ним.             С ним.             Я искал тебя.             Его голос в моей голове звучит так сладко, он проникает в мое сознание и делает меня уязвимой. Я начинаю ходить по гостиной, грызя ноготь и нервничая. Мое тело дрожало, градусник не выдал во мне температуру, так почему я дрожу.             И я начинаю громко смеяться. Мне нужен психолог. Я в спешке набираю ее номер и останавливаю себя.             — Нет, нет, так нельзя.             Прошлое врывается в меня. Все, что я заставила в себе забыть, вырвалось наружу. Я выпиваю успокоительное и ложусь спать, все это мне только приснилось, его не было, не было и все.             Посреди ночи я просыпаюсь от жара и открываю окно. На утро просыпаюсь от жуткого холода. Пошел первый снег. Стояла середина октября. Это был явно знак, но снег быстро растаял и больше не шел, солнышко выглянуло из-за облаков.             Я стояла перед зеркалом и смотрел на себя, на эти щеки, веки и глаза, губы.             Как он целовал их, проникая в мой рот своим языком.             — Хватит, — я ударяю рукой раковину. — Черт.             Я начинаю одеваться. Черное платье облегало мое тело. Распустив волосы, я накрасила губы красной помадой и вышла на улицу, где меня ждало такси.             Ресторан, что выбрал Тимоти, находился на берегу озера. Вместо стен были окна. Я нахожу его и не давая ему шанса, пододвинуть мой стул, сажусь. К нам подходит официант и забирает заказ.             — Красивый ресторан, — коротко улыбаюсь ему и приступаю к поеданию своего стейка.             — Да, здесь уютно.             Я поднимаю глаза и вижу что он улыбается.             — Перестань.             — Что?             — Так улыбаться, перестань.             — Но я хочу.             — А я нет, если ты не перестанешь, я уйду.             — Хорошо, ладно, я постараюсь, хоть и сложно это сделать. У меня для тебя кое-что есть.             Он протягивает мне пакет, на дне пакета лежал прозрачный контейнер, в нем лежал пирог.             — Фелисити тебе передала.             Чувствую тревогу в себе. Чувствую себя другой и плохим человеком. Я ни разу не связалась с Фелисити, не писала.              — Она злится на меня?             — Нет, она мудрая женщина, все понимает.             — Передашь ей от меня благодарность, за пирог.             — Обязательно.             Мы ели молча, изредка поглядывая друг на друга. Тишина в ресторане стояла такой дикой, что пианист решил развеять обстановку своим исполнением. Все гости оживились и присоединились к нему в танце.             — Хочешь?             — Не особо.             Но он все равно встает и протягивает мне свою руку. Я хотела танцевать, но я не хотела потеряться или потерять себя навсегда, растаяв в его руках.             Боже, да я желала его, всем сердцем, почему я так себя веду, почему мое сознание меня удерживает а тело поддается его провокациям?             Почему?             Он ведет меня на танцпол. Под медленную мелодию он притягивает меня к себе, держа крепко за талию. Дыхание становится учащенным.              — Я держу тебя, — шепчет он.             Моя рука в его руке и мы начинаем двигаться, медленно, делая шаг назад, потом вперед. Наши лица находились так близко, что я могла ощутить тепло, исходившее из него.             — Ты прекрасна.             Прошу тебя, перестань так делать?             — Я не хочу тебя отпускать, больше никогда.             Продолжай говорить, продолжай.             — Я не могу отпустить. Прости.             Я толкаю его. Глаза горят, а к горлу подступает горечь. Я убегаю, оставив его одного. Забираю вещи и выхожу на улицу, в жуткий холод.             — Стой!             Я игнорировала его и продолжала идти.             — Ты не уйдешь не поговорив со мной.             Он разворачивает меня в свою сторону и я даю ему пощечину.             — Прекрасно, я знал, что тебе нравится моя извращенная грубость.             И накрывает мои губы своими. Его тепло накрывает меня и начинаю дрожать. Язык усердно пытается проникнуть внутрь.             И я сдаюсь, посылая свой разум в одно место. Я накрываю его плечи своими руками, прижимаюсь к нему и чувствую его сталь в штанах.              — Эль! — он шепчет в мой рот.             — Нет, нет.             Я останавливаюсь.             — Нет, ты…ты…             — Да, скажи это, скажи, да, я мерзкий, эгоистичный болван, да, детка, скажи это, я хочу слышать.             — Грубиян, — и снова летит пощечина.             Я бегу в сторону дороги, где стояло такси, прошу его увезти меня отсюда домой. Забегаю в свою комнату и запираю дверь, будто он может явиться сюда. Выдыхаю и сажусь на пол. Провожу указательным пальцем по моим горячим от поцелуя губам и улыбаюсь.             Как дура.