Шлюха

Дазай, как и обещал, вытер Чую влажными салфетками, только эспер был действительно зол, и всё это время шипел на Дазая, а потом схватил его за руку и потянул на себя. От неожиданности Осаму свалился в объятья любовника. После чего тот оказался сверху на нём и прошептал ему в губы: — Давно тебе пора узнать что это такое, когда тебя трахают без растяжки и смазки. — О, Чуя! Ты готов мне это показать? Но ты ведь не такой, я знаю. Ты не любишь причинять людям боль. — Заткнись! — Чуя накрыл губы Дазая своими, и тот правда заткнулся. Накахара ласкал молодое, стройное, упругое тело руками, иногда сдавливая кожу чуть сильнее, чем требовалось и целовал любовника. От этих поцелуев у Осаму кружилась голова, ведь наконец-то его любимый человек ответил на его чувства. Раздеваться им не пришлось, так как оба были и так без одежды. Смазанные лубрикантом пальцы вошли в тело Осаму один за другим. Сначала Чуя протолкнул в любовника один палец, двигая им внутри, он нащупал простату и добавил второй, а вскоре в Дазае было их уже три. Он стонал и двигал бёдрами навстречу руке Накахары, вбирая пальцы глубже, а Чуя ускорил движения: они стали резче, грубее, а когда пальцы входили в Осаму и выходили из него довольно легко, он решил, что с Дазая хватит и, вытащив их, снова воспользовался смазкой. Раздвинув его ноги и приставив головку члена ко входу, Чуя вошёл внутрь, проникая в партнёра наполовину, выждал немного времени и снова толкнулся в него, входя до конца. Приподняв парня за бёдра и удерживая его за ягодицы, Накахара вновь резко толкнулся в любовника, затем снова и снова, подбирая нужный угол вхождения. Осаму закинул обе ноги на плечи Чуи, двигая задницей вперёд, принимая в себя член глубже. Накахара подавался назад, затем снова толкался вперёд, проникая в партнёра с характерными хлюпающими звуками. Дазай вскрикивал и постанывал, когда орган Накахары попадал по простате, и пытался всё резче насадиться на него. Чуя замедлил движения, заставляя Осаму дрожать и молить его о том, чтобы он ускорился; затем постепенно начал наращивать темп, а вскоре его толчки стали более резкими и грубыми. Он полностью выходил из любовника, тут же толкаясь в него и проникая на всю длину с хлюпами и шлепками тела о тело. Дазай стонал и выгибался, внутри него бушевало пламя; при каждом толчке Чуи, это пламя усиливалось, угрожая сжечь его полностью. Накахара крепче сжал ягодицы партнёра пальцами, а тот вцепился своими в его кисти и со стонами насаживался на крупный орган, чувствуя близкую разрядку. Чуя тоже был уже на пределе, часто и тяжело дыша, он, всё резче вбиваясь в мафиози, больше не в силах сдерживаться, излился в податливое тело, прикрыв глаза и застонав. Дазай двинул бёдрами ему навстречу ещё несколько раз, встречая резкие толчки Чуи движениями своих бёдер и, вскрикнув, кончил на свой живот. Чуя, вышел из любовника и свалился на него сверху, оглаживая вспотевшего парня под ним. Позже, приведя себя в порядок, Дазай произнёс: — Что ты выяснил о третьем эспере? Кто он, и что у него за способность? Я не успел провести допрос Нагата Хидэо до конца. — Расположение лаборатории выяснил? — спросил Чуя, не отвечая на вопрос Дазая. — Я ж говорю, что не успел как следует допросить пленника. Что удалось узнать тебе? — Расположение лаборатории и складов с наркотиками, а так же информацию о том, кто является третьим лидером этой организации и где его найти. — Кто он? — Тацухико Шибусава. — Кто? — Шибусава. — Ты уверен? — Конечно, что за вопросы, Дазай? Ты знаешь кто он? — Знаю, а так же догадываюсь, кто за ним может стоять. Нужно уничтожить его и чем быстрее, тем лучше. — Осаму взял со стола мобильник и позвонил Акутагаве. — Акутагава-кун, сейчас я перешлю тебе координаты лаборатории, в которой создают наркотик, уничтожь её. От неё ничего не должно остаться. — Хорошо, Дазай-сан, — ответил Рюноске, а Дазай сделал ещё несколько звонков и отдал приказ об уничтожении складов с наркотиками, координаты которых Чуя выяснил у Ширасэ. — Чуя, нам нужно идти за Белым Кирином, но ты должен быть осторожнее. Ты знаешь о его способности? — Да. Ширасэ рассказал мне о тумане, в котором способности отделяются от эсперов и нападают на них. — Тогда поехали. Прибыв на место, которое указал Чуе Ширасэ, мафиози издалека заметили Шибусаву, перебирающего самоцветы и бросающего их в огонь. Не говоря ни слова, по знаку Дазая, Чуя, сняв перчатки, активировал порчу и устроил небольшой взрыв. В здании, помимо Шибусавы, находились несколько десятков бойцов, некоторые из них были бывшими товарищами Чуи из «Овец». Накахара не испытывал к ним жалости, после последних событий, и он, не задумываясь, уничтожил остатки вражеской организации, зная, что порча не пощадит никого. Как только дело было сделано, Дазай прикоснулся к лицу эспера, обнуляя способность, после чего вынес его на руках из полуразрушенного здания и, сев с ним в машину, отправился к Чуе домой. Уложив Накахару в постель, Осаму переодел его и обтёр тело влажными салфетками, тот крепко спал и даже не пошевелился, пока Дазай всё это с ним делал, а затем мобильник Осаму зазвонил. Это был Акутагава, и он отчитался боссу о полной ликвидации лаборатории и всех её сотрудников. Минут через десять Дазаю снова позвонили и доложили о том, что склады, где хранили наркотики тоже уничтожены. Осаму набрал номер Особого Отдела и, назвав кодовое слово, попросил соединить его с шефом Танэдой. — Слушаю, — проговорил Танэда через пару минут. — С кем я говорю? — Это Дазай Осаму. Организация, распространявшая опасные наркотики в Йокогаме обезврежена. — Хорошо, — коротко ответил Танэда и прервал звонок. Осаму прошёл на кухню и открыл холодильник в поисках какой-то еды, найдя остатки, которые они привезли с Чуей с минки, он критически осмотрел их и решил заказать что-нибудь с крабовым мясом. Остановив свой выбор на Канкильони и Кани салате, Дазай сделал заказ. А через час он был доставлен, вскоре после этого проснулся Чуя и, сонно потирая глаза, вышел на кухню к Осаму. — Голоден? — спросил Дазай, глядя на заспанного Накахару. — Кажется, да. Пойду умоюсь. А что ты заказал? — Канкильони и Кани салат. — Ладно, пойдёт. Чуя прошёл в ванную комнату, а через пару минут вышел оттуда и присел за стол, Дазай поставил перед ним тарелку и бокал вина, себе же налил виски со льдом. Сделав несколько глотков из бокала, Чуя спросил: — Теперь разрешение не отберут? — Нет. Мы уничтожили организацию и переживать больше не о чём. — Осаму сделал несколько глотков виски и поставил стакан на стол, принимаясь за еду. — Что ты собираешься делать с Нагата и Юан? — Чуя так же сделал несколько глотков вина и, поставив бокал на стол, принялся поглощать пищу. — Они нам больше не нужны. Завтра отдам приказ об их ликвидации. Если, конечно, у тебя нет других планов на Юан. Чуя пожал плечами. — Меня больше не интересует, что будет с моими бывшими соратниками из «Овец», они все меня предали, причём уже дважды, — сказал он, глядя в карие омуты глаз напротив. — Значит, она тоже завтра умрёт. Прикажу, наверное, Акутагаве ликвидировать их, но не сегодня. Сегодня не хочу отвлекаться на это. Чуя снова пожал плечами и сделал несколько глотков вина. — Дазай, когда я тебе сказал про Шибусаву, ты так странно отреагировал на мои слова... — Чуя снова поднёс бокал вина к губам и сделал несколько глотков из него. — У меня сложилось ощущение, что он тебе хорошо знаком. Это так? — Да. Мы уже встречались с ним когда-то, но я не слишком близко был с ним знаком, скорее, я хорошо знал одного его друга и, боюсь, что он тоже мог быть замешан в этой истории. — А, может, стоит допросить Нагата? — Не думаю, что он что-либо знает о нашем общем с Шибусавой знакомом. Этот человек довольно умён и хитёр, он не раскрыл бы себя перед Нагата. — Тогда может стоило допросить Шибусаву? — Этот не раскололся бы даже под пытками. Такой уж он человек. Поживём, увидим. Если за Шибусавой стоит тот о ком я думаю, мы скоро услышим о нём. Выпив ещё по чуть-чуть, мафиози пошли в спальню, но уснули они не скоро, сначала занялись сексом и только потом отрубились. Утром отравились на работу. Дазай, как и собирался вчера, отдал приказ Акутагаве о ликвидации Нагата Хидэо и Юан, Чуя не передумал по поводу девушки, и она была казнена вместе с Нагата. Сегодня Чуя ушёл с работы раньше Дазая, так как тот сказал, что у него много работы. Придя домой, Накахара решил постирать вещи, в том числе и свой плащ. Проверив карманы, он обнаружил в одном из них дырку, в которую явно что-то завалилось. Прощупав низ плаща, Чуя так и не понял, что это, и он не помнил, чтобы носил что-то подобное в кармане. Это было что-то маленькое, плоское и имело форму прямоугольника. Разрезав ножницами нитки на подкладке плаща, Чуя извлёк маленький чёрный предмет.

***

Дазай закончил с делами в порту и поехал к Чуе домой, однако приём его ожидал отнюдь не ласковый. Позвонив в дверь, Осаму дождался, когда ему откроют. Как только дверь отворилась, Чуя схватил его за руку и, резко дёрнув за неё, затащил внутрь. — О, Чу-уя, тебе так не терпится?.. — пропел Осаму, улыбнувшись. — Дай хоть раздеться и обувь снять. — Ага, не терпится, въебать тебя по наглой, лживой физиономии, — с этими словами Накахара резко оттолкнул от себя Осаму, стукнув его головой о стену. — Это что? — Чуя держал в руках ту самую чёрную, плоскую штуку, которую нашёл под подкладкой плаща и ткнул её прямо под нос Дазаю. — Миниатюрный радио жучок, — невозмутимо ответил Осаму, отводя руку Чуи в сторону. — Так ты всё время следил за мной, сволочь? — возмущённо вскричал Накахара. — Слушал все мои разговоры? Так вот как ты узнавал о моих связях с другими? — Чуя, ну, а что тебя так удивляет? Да, я следил за тобой. Что здесь особенного? — Что особенного, мразь? — Чуя, не сдержавшись, врезал Дазаю по роже, а когда тот упал от удара, прошипел: — Ненавижу тебя, уёбок! Убирайся из моего дома! — Я не уйду, — спокойно ответил Осаму, поднимаясь на ноги и снимая верхнюю одежду. — Тогда уйду я, — сказав это, Чуя накинул на себя свой плащ, надел шляпу, перчатки и, обувшись, вышел за дверь. Осаму спокойно пошёл на кухню, налил себе виски, а пройдя в гостиную и взяв свой ноутбук, подключил к нему наушники. Сделав несколько глотков виски, он поставил стакан на кофейный столик и запустил программу, через которую вёл запись разговоров Чуи. Ещё один почти такой же жучок, который Накахара нашёл в плаще, находился у него в шляпе. Вообще-то, Осаму уже думал о том, чтобы убрать все жучки из одежды Чуи, как чувствовал, что он может их обнаружить, но пока Дазай не мог доверять Накахаре полностью и быть уверенным в том, что Чуя не вернётся к старым привычкам, поэтому вчера он заменил старые жучки в плаще и шляпе любовника на новые. Некоторое время в наушниках была почти полная тишина, если не считать гула мотора машины Накахары, а потом посторонних звуков с улицы. Вскоре Дазай понял, что Чуя зашёл в какой-то бар и Осаму догадывался в какой, так как определил это по времени, которое Накахара провёл за рулём, а поскольку он хорошо знал своего любовника, то мог предположить с какой скоростью тот ехал, если был зол, а он был зол. Поэтому для Дазая не составило труда вычислить расстояние, которое проехал эспер, тем более что он видел из окна на кухне, в какую сторону направился Чуя. К тому-же голос бармена ему показался знакомым, когда Накахара сделал заказ. Чуя просто бухал в одиночестве, иногда был слышен голос бармена, при очередном заказе, иногда в наушниках раздавались голоса других посетителей. Так прошло около часа, а потом Дазай услышал ещё один голос, который он тут же узнал, просто не мог не узнать, слишком хорошо он помнил его обладателя. А услышав этот голос, он чуть не подпрыгнул на месте. Парень явно пытался подкатить к Накахаре, но тому вроде бы было всё равно, он не вёлся, сначала. Дазай схватил телефон и принялся набирать номер Чуи, одеваясь на ходу. На звонки любовника Чуя не отвечал, а Осаму тем временем перевёл прослушку на свой телефон. Наконец, Чуя ответил на звонок, а Дазай уже сидел в машине и направлялся к тому бару, где предположительно находился Накахара. — Хорош мне названивать, Скумбрия, — послышался в трубке раздражённый голос. — Чуя, не ходи с ним, — произнёс Дазай. — Ты не представляешь, кто это... — Пошёл ты, Дазай! — перебил Чуя Осаму. — Ты опять следишь за мной? Как же ты меня бесишь! Накахара сбросил вызов, а затем Дазай услышал в наушниках пьяный смех любовника, похоже ему было очень весёло, а тот кто был с ним предложил Чуе поехать в отель, и он согласился, а потом добавил: — Он снова следит за мной. — Кто, твой парень? — Он мне не парень! Заебал со своей ревностью! Сегодня я нашёл в плаще прослушку. Но, видимо, ещё где-то есть, может в шляпе? — Тогда оставь её здесь. И Чуя оставил, Дазай это понял, когда его голос стих в наушниках.

***

Сев за руль своей Мазды, Чуя кивком указал новому знакомому на сиденье рядом. — Может лучше я поведу? Ты много выпил сегодня, — предложил парень Чуе. — Ладно. — Чуя передал ключи от машины симпатичному брюнету, с которым решил поехать в отель, а сам сел рядом с водителем. Машина тронулась с места, и Чуя спросил: — Как тебя зовут? — Фёдор, — представился брюнет. — Меня Чуя, — Фёдор кивнул и загадочно улыбнулся, а Чуя продолжил: — У тебя странное имя. — Русское, — ответил тот. — А ты японец? — Да. — У тебя нетипичная внешность для японца. — У меня японское гражданство, но нет японских корней, видимо. — Видимо? — Я точно и сам не знаю, потому что не помню своего прошлого до восьми лет. Фёдор хмыкнул и снова улыбнулся. — Ты симпатичный, — сказал он. — Ты тоже, — ответил Чуя и пьяно хихикнул. Минут через тридцать машина остановилась возле одного из отелей Йокогамы. Чуя с Фёдором вышли из салона и сняли номер в отеле. Этот симпатичный брюнет действительно понравился Чуе, он был довольно красив, такие всегда его привлекали, однако изначально ехать с ним куда-то Чуя не собирался и если бы не звонок Дазая, он вряд ли бы с ним ушёл. Этот урод снова следил за ним, что просто вывело из себя Накахару, захотелось сделать это назло любовнику, к тому-же алкоголь затуманил его мозги. Когда вошли в номер, Фёдор заказал дорогое вино и фрукты, позвонив по телефону в ресторан отеля. Вскоре в дверь постучали и вкатили внутрь маленький столик на колёсиках с вином, бокалами и фруктами. Получив чаевые, работник отеля покинул номер, а Фёдор, обняв Чую, привлёк его к себе и поцеловал. Фёдор был красив, однако Чуя ничего не почувствовал от его поцелуя, и сам задался вопросом: зачем он сюда с ним приехал? Да, Дазай его сегодня конкретно взбесил, но не так давно Чуя понял, что любит Осаму и решил, что больше не станет ему изменять. Мелкая ссора не могла стать достаточной причиной для измены любимому человеку. Мягко отстранившись от своего нового знакомого, Чуя сказал: — Извини, я не могу. — Почему? — задал вопрос Фёдор, взглянув в голубые глаза. Но Чуя молчал, тогда Фёдор продолжил: — Это из-за твоего парня? — Да. Мы с ним сегодня повздорили, но я люблю его. — Ладно, я не стану настаивать, если не хочешь. Но давай хотя бы выпьем. Не пропадать же зря столь великолепному вину. — Ну давай. Фёдор налил в бокалы вина и протянул один из них Чуе. — За знакомство! — произнёс тост брюнет, и они с Накахарой чокнулись бокалами. Выпив несколько бокалов вина, Чуя взял дольку Микана и положил её в рот. Снова отпив вина, он вдруг странно себя почувствовал, а через некоторое время Фёдор обнял его за плечи и снова поцеловал в губы. Накахара ощутил странное возбуждение от этого поцелуя, его мозг затуманился, и он плохо соображал, что происходит, а Фёдор целовал всё настойчивее, всё наглее просовывал свой язык в чужой рот, оглаживая спину и плечи Чуи. Накахара в этот момент уже не думал о Дазае и о своих чувствах к нему и даже о том, что то, что с ним сейчас происходит довольно странно и ненормально. Чуя ответил на поцелуй, зарываясь руками в чёрные волосы, и не заметил, как оказался совершенно голым. Фёдор мягко уложил его на спину, целуя шею и оставляя на ней засосы, Накахара постанывал, обнимая случайного знакомого, который принялся целовать его плечи и грудь. Раскрасневшийся Чуя метался под Фёдором и постанывал, а тот, разведя его ноги в стороны, проник внутрь парня сразу двумя пальцами, предварительно смазав их лубрикантом. Чуя снова выгнулся, двинув бёдрами навстречу движениям брюнета, который интенсивно работал пальцами внутри него. Примерно через минуту Фёдор их из него вытащил и, быстро раздевшись, натянул на свой член презерватив и, снова смазав анус партнёра лубрикантом, резко толкнулся внутрь. С губ Накахары сорвался стон. В этот момент он даже не осознавал, кто его трахает, но ему было очень приятно, когда крупный член любовника проникал в него до конца. Фёдор ускорил движения, от чего Чуя начал стонать чаще и громче, затем перевернул его на живот и принялся вбиваться в парня в этой позе. Минуту спустя Чуя кончил, а за ним и Фёдор. Чмокнув Накахару в плечо, Достоевский встал с него и, одевшись, написал записку. — Что происходит? — прошептал Чуя, пытаясь приподняться на постели, голова шла кругом, и мозг по-прежнему отказывался работать. — Всё хорошо, милый. — Фёдор подошёл к постели, на которой лежал Чуя и коснулся его лица рукой. — В постели ты чудо. Чуе не удалось подняться, и он снова упал на подушку. Достоевский положил на неё, рядом с головой эспера, листок белой бумаги, а затем в его руке сверкнуло лезвие ножа.

***

Дазай вскоре приехал в тот самый бар, где сидел Чуя, по пути позвонив Хироцу и отдав ему приказ отследить телефон Накахары по геолокации. Оказавшись в баре, где отдыхал Чуя, Осаму заметил на барной стойке его шляпу. Взяв её, он направился к своей машине, через пару минут ему позвонил Хироцу и передал координаты телефона Чуи. Они соответствовали бару, в котором побывал Накахара. Дазай обнаружил его телефон неподалёку, за углом здания. — Чёрт! — выругался Осаму и набрал номер знакомого высокопоставленного чиновника из правительства. Переслав своему знакомому номер машины Чуи, он попросил его отследить маршрут Мазды Накахары от бара и сказал, что искать следует в первую очередь в районе отелей. — Отыщи мне эту машину, как можно быстрее. Ты меня знаешь, в долгу не останусь, если нужно, объяви её в розыск. — Хорошо, — сказал его знакомый. — Сколько у меня времени на поиск? — Времени почти нет. Мне необходимо узнать, где этот автомобиль, как можно скорее. Это вопрос жизни и смерти. Цена не имеет значения, я заплачу, сколько скажешь или окажу любую услугу, мобилизуй все силы для поиска. — Я попробую, но обещать не могу, что успею, если это действительно вопрос жизни и смерти. Как только что-то выясню, сразу же сообщу. — Спасибо, Анго, — поблагодарил Дазай и сбросил вызов. Через час Дазаю позвонили и сообщили о том, где находится автомобиль Накахары. Войдя в отель Дазай легко выяснил какой номер снял Чуя. С замиранием сердца Осаму вошёл внутрь. Первое, что он увидел, это совершенно голого Чую, лежавшего на огромной кровати. На подушке рядом с его головой лежал белый лист бумаги, проткнутый окровавленным ножом. Подойдя к Накахаре, Дазай прикоснулся к его шее рукой. Пульс был, и у Осаму от сердца отлегло. Осмотрев тело Чуи, он заметил глубокий порез на предплечье, но рана была не опасна, даже вены не были повреждены. Дазай попытался разбудить Накахару, но всё было тщетно. Вытащив нож из подушки, Дазай взял листок в руки и прочитал: «Привет, милый, я так скучал по тебе. То, что я слышал о твоём заместителе, оказалось правдой, он такая шлюшка, но в постели огонь! Даже лучше чем ты. Я напишу тебе номер. После того, как ты найдёшь это письмо, у тебя будет ровно десять минут, чтобы позвонить мне, так как в 22.00 номер перестанет работать. Если не позвонишь до указанного времени, весь отель взлетит на воздух. Ты не успеешь вывести из него своего любовника за это время, поскольку тебе придётся нести его на руках... — Далее был написан номер телефона Достоевского. — Кстати, не переживай, я его не отравил. Очень жду твоего звонка, милый. Я понимаю, что ты хочешь спросить, зачем мне всё это понадобилось, но давай поговорим с тобой об этом по телефону. До связи.» — Чёрт! — выругался Осаму и глянув на время набрал номер Анго. — Срочно пробей местоположение телефона, номер которого я тебе отправил СМСкой. Это номер Достоевского, и в 22.00 он перестанет работать. После разговора с Анго, Дазай позвонил Достоевскому: — Что ты задумал, Фёдор? — О, Дазай! Наконец-то! Я уже думал, что ты не позвонишь. Ты позвонил на две минуты позже, чем должен был. Зря ты к Анго обратился, он не успеет ничего предпринять, и ты тоже, — Фёдор расхохотался — Чего ты хочешь, ты ведь не убил Чую. Это послание мне? Что тебе от меня надо? — Ты прав, ха-ха! Я лишь показал тебе свою силу и власть. Я мог убить твоего Накахару сотней разных способов, но оставил его в живых, поскольку знаю, что он имеет для тебя значение. Это просто предупреждение, захочу убить, убью. Код для деактивации взрывного устройства 347915602. Если ты его не успеешь найти, ведь две минуты ты потратил зря, когда звонил Анго, то бомба взорвётся. Пока, Дазай, скоро увидимся, наверное, у тебя осталось шесть минут, чтобы найти взрывное устройство и обезвредить его. Кстати, я взял перчатки Чуи и решил оставить их себе на память о нашей прекрасной с ним ночи. Надеюсь, ещё встретимся. — Сука! — со злостью бросил Осаму и, скомкав листок бумаги, который всё ещё держал в руке, кинул его на пол, с трудом сдержавшись, чтобы не запустить туда же мобильник. — Чуя! И снова Дазаю пришлось звонить Анго, он сообщил ему о бомбе и передал пароль для отключения. А сам попытался растолкать Накахару, но всё было бесполезно, тогда он прошёл в ванную комнату и, намочив полотенце, перевернул Чую на спину и принялся протирать им его лицо. Накахара заворочался и что-то невнятно пробормотал. — Блядь, Чуя, очнись! — Осаму отвесил Чуе пощёчину и тот, наконец, открыл глаза, Дазай отметил про себя, что зрачки у него были расширены, и по его виду Осаму понял, что он находится под действием наркотиков. — Дазай? — Чуя пытался сфокусировать взгляд на Осаму, но у него это плохо получалось. Дазай снова протёр его лицо мокрым полотенцем. — Что ты здесь делаешь? — пробормотал Чуя, пытаясь приподняться на локтях, но снова упал на постель. — Мы потом об этом поговорим. Отель заминирован, нужно уходить. — Отвали, Скумбрия! — Чуя закрыл глаза и упал на подушку, похоже, что до него не дошёл смысл сказанного Дазаем. В коридоре послышался звук пожарной тревоги, топот и крики. Дазай отвесил Чуе ещё одну ощутимую пощёчину, кажется, это приводило его в чувства лучше, чем мокрое полотенце. — Охуел? — возмутился Чуя, открывая глаза и приподнимаясь на локтях, на большее сил у него не хватило. — Приди в себя! Отель заминирован. Нужно уходить. — Что? — кажется, до Чуи начал доходить смысл слов Дазая, и он с трудом сел на кровати, удивлённо оглядывая себя и, кажется, не понимая, с чего это он голый. — Почему я без одежды? — Потому. Одевайся быстро. — Осаму бросил Чуе его одежду и помог одеться. — Уходить придётся через окно. — Мне хуёво. Я могу не удержать нас способностью. — Значит, совершим двойной суицид, — сказав это, Дазай зажал в руке пластину, блокирующую силы эсперов и, взяв ладонь Чуи в свою, подошёл к окну.