Останься ало-кровавым отпечатком в моей жизни.

Хёнджин сидит на последних партах в аудитории и выдувает пузыри из мятной жвачки, что всегда лежит в кармане его джинс. Орбит. Сладкая мята. Что может быть лучше? Он не заинтересованно окидывает пустым взглядом всё помещение, иногда цепляясь за макушки людей, что сидят ниже, и муравит их пронзительным и даже немного свирепым взглядом. Словно оценивает человека, с которым он учится бок-о-бок уже второй год. Брюнет тяжело вздыхает, прикрывая глаза. Огромный поток мыслей не даёт ему сосредоточиться на повторении материала, изученного им ещё вчера вечером. Он не может сконцентрироваться на чём-то одном и постоянно отталкивает себя от мысли о новом ученике, что попал сразу на второй курс и причём никаких проблем с поступлением у него не было. Очень странно, что этого парнишу приняли за пару дней и уже завтра Хвану придётся сделать для него персональную экскурсию по заведению, а так же поселить его в соседнюю комнату своей квартиры, которая досталась ему из-за статуса старосты. Всё прошло очень быстро и на удивление гладко. Парень скидывает ноги с парты и болтая ими в воздухе и что-то напевает себе под нос, пытаясь как можно меньше мешать рядом сидящему Джисону. Тот старательно выводил каждую буковку в своей тетради, а после грыз кончик старенькой ручки, отжатой у парня с другого факультета ещё в начале прошлого года. Паста никак не кончается, ибо Джисон не из тех, что любит очень много писать по делу и конспектировать каждое слово преподавателя. Парень любит писать лишь в том случае, если это хоть как-то начинает нравиться ему или приносить выгоду. Хан скорее тот самый разгильдяй, что ленится иногда даже прийти на пары и часто прогуливает, прося Хёнджина прикрыть его, который, в отличии от своего друга, никогда не пропустит пару философии или, к примеру, театроведения. Хван очень способный и трудолюбивый студент, которого профессора во всём университете очень чтят и уважают. Ведь Хёнджин — «Единственная надежда на спасение этого места. Понимаете, сюда поступают те люди, у которых есть деньги, но нет талантов». В раннем возрасте, а именно в пять с половиной лет, Хёнджин начал свой творческий путь с дебюта в съёмках дорамы «Каждый поцелуй — лишь формальность», где сразу же выделился своими актёрскими навыками, хоть сыграл всего лишь второстепенную роль. И по сей день его имя и фамилия продолжает набирать популярность среди подрастающего поколения и даже среди более старшей части общества. Спросить у любого режиссёра, так он сразу же вам расскажет об игре Хвана в мельчайших деталях, начиная от неровно лежащей волосинки на плече белоснежной атласной рубашки, заканчивая сжатыми в кулаках пальцами, что смотрятся невероятно сексуально и привлекательно из-за большого размера ладони. Но никто так чисто в красках не расскажет о самой его игре. Многие лишь будут говорить о том, что он просто великолепен на сцене и будут обсыпать Хвана большим количеством комплиментов, а по факту даже не вспомнят об его эмоциях, о часто трясущихся губах, если роль позволяет себе это; о вечно громком правильно поставленном голосе и, конечно, об этих глазах, в одних которых уже можно утонуть, как только парень посмотрит на тебя. Неважно в роли он или нет. Он всегда смотрит так пронзительно, даже бывает проскальзывают мысли, что Хёнджин читает тебя как открытую книгу. Видит насквозь тебя и каждое твоё движение. Жуть. Сам парень же не считает себя каким-то одарённым или наоборот, совсем не умелым. Он старается проживать жизнь как и актёра, известного всему миру, так и обычного студента. Учится на «отлично», только бы хватило на жизнь. Хёнджин не имеет богатой родословной или состоятельного папика, что без задней мысли оплачивал бы любые его расходы. Он зарабатывает на жизнь самостоятельно, всячески поддерживая своих родителей и младшую сестрёнку. Хёнджин ни на что не жалуется и проживает прекрасную жизнь, занимается любимым делом и рос в любимой семье. Однако на личном фронте у парня не всё так сказачно, как в жизни актёра. Он уже года два ни с кем не встречался и так же не вёл половую жизнь. Просто Хван гей, а большая часть человек, что хоть как-то пытаются проявить знаки внимания к нему - девушки. Его не привлекают женщины ни в каком смысле. Ни в какой одежде. Ни, тем более, без неё. Но все парни, что когда-либо пересекались с ним и были знакомы, оказывались либо гомофобами, либо гетеросексуалами. Так же у парня небольшое количество свободного времени, ведь роль старосты в группе и постоянные съёмки знатно выматывают. Постоянное общение с людьми за день полностью высаживает его социальную «батарейку» и ему просто необходимо вечером побыть одному в тишине, тихонько поглаживая свою собаку за ушком. — Ты долго будешь смотреть в одну точку? — безумный поток мыслей Хёнджина о его половой и, в принципе личной, жизни нагло прерывает Джисон, который уже закончил текст новой песни. Хёнджин только пф-ыкает на это, слезая с парты и садится рядом с другом. – Сегодня ты подозрительно тихий. Что-то случилось? — Джисон подпирает ладонью щеку, смотря на старшего, по чьему взгляду видно, что ещё немного и Хан точно отхватит знатный удар по заднице. Но честно сказать его это нисколько не останавливает, поэтому выдержав паузу он вновь толкает друга ногой, заставляя не убегать от его вопроса. — Что случилось, о Ромэо? — парень кладёт одну руку Хёнджину на колено, а вторую прислоняет тыльной стороной ко лбу, наигранно откидывая голову назад. Старший усмехается слишком плохой игре Джисона, сводя брови к переносице и теребя край своего белого свитера. — Да просто нет настроения. — он откидывает голову подобно Хану назад, но упирается о высокие спинки скамеек, за которыми сидели все в данной аудитории. Парень тяжело вздыхает, болтая ножкой, пока Джисон шуршит очередным фантиком от какой-то конфетки, найденной на дне его бездонного портфеля. Хёнджин просто тупо смотрит в потолок, пытаясь понять что именно ему хочется. В последнее время он перестал испытывать чувство нужды в чём-либо. И вообще попросту перестал понимать себя и свои чувства. Эмоции совершенно переставали его слушаться и если раньше он мог сдержать бушующий поток нарастающей злости и не повысить голос при ссоре на оппонента, то сейчас ему сложно даже просто взглянуть в глаза человеку, с которым они не поняли друг друга. Слёзы начинают свой выход и льются бездумно и словно по зову сердца, хотя Хван никогда не замечал за собой, что он чересчур эмоциональный. — Хёнджин, я понимаю, что это сложно, но может стоит... — Хан даже не успевает договорить, как двери аудитории раскрываются, впуская вовнутрь парня во всём чёрном, но со светлыми блондинистыми волосами. Благодаря хорошему зрению Хван может разглядеть на носу новенького очки в серебряной оправе и в руках IPhone последней модели. Он полностью не может рассмотреть черты лица этого уже приятного глазу парня, но думает, что это совершенно неплохо, ведь времени будет ещё очень много. Хёнджину, как старосте, будет поручено провести небольшую экскурсию для новенького и проводить до его нового места жительства, то есть до хвановой квартиры, что говорилось немного выше. Брюнет из-за статуса старосты живёт в отдельной квартире, что находится в том же секторе, что и общежитие всех остальных. Бедный Хёнджин уже понимает, что сейчас не сможет просто отдохнуть после рабочего дня, ведь в квартире помимо него и собаки будет ещё один человек. Но об этом он уже подумает позже и может быть как-то сможет договориться с директором о том, чтобы новенького заселили сразу в общежитие. Хёнджин встаёт с места и спускается по лестницам вниз. Ему нужно представить одногруппникам нового ученика. Он сразу же замечает, что у того определённо есть чувство стиля и он спокойно может сочетать несочетаемое. Невысокий рост, худощавое телосложение и тонкая талия… Идеальная фигура для исполнения женских ролей. Так же невероятно красивая внешность и острые черты лица чертовски манят и привлекают. Хёнджин сам для себя примечает, что очень сильно хотел бы увидеть этого парнишу в мини-юбке и, даже возможно, с кошачьим хвостиком в виде анальной пробки. Подойдя ближе он протягивает свою холодную ладонь парню напротив, ожидая что её пожмут в ответ в качестве приветствия. Блондин тихо выдыхает воздух изо рта и протягивает свою тёплую и маленькую ладошку, а Хван очень умиляется её размерам. « Такая крошечная, словно игрушечная » — Хёнджин тепло улыбается собеседнику и достаёт свой телефон из заднего кармана джинс, читая новое сообщение от куратора с информацией об этом новеньком. По одному щелчу пальцев шум в аудитории мигом стихает и всё внимание присутствующих сконцентрировано только на Хване. Ли это поразило и даже чуть-чуть восхитило, ибо так быстро на один щелчок ещё никто не реагировал из его знакомых. Он смотрит за движениями старосты, что сейчас стоит немного впереди самого Феликса и начинает вещать. — Это Феликс Ли, он приехал к нам на обучение из Австралии. Парень снимался в небольшом количестве фильмов. Так же у него есть единственная главная женская роль. — каждый из остальных одногруппников переводит взгляд на Ли и сразу же начинает перешёптываться о нём. «Это же он? Тот самый Ли? Который получил главную роль переспав с режиссёром?», «Через постель?», «Ужас и как ему не стыдно поступать в наш универстет? Хочет запятнать нашу репутацию?» Феликсу сразу становится понятно, что люди здесь верят лишь слухам и дальше всю информацию не читали. Им бы просто пообсуждать кого-то и осудить за то, что тот никогда не делал. Хван слышит все возгласы и прямую неприязнь за «получение роли через постель» и решает, что это нужно немедленно прекращать. — Давайте своё мнение вы оставите при себе, ну или же полностью разъясните ситуацию позже. Хватит разглашать неправдивую информацию. — Хёнджин зло смотрит на своих одногруппников, прикрывая глаза от нарастающего чувства неприязни к людям, которые до этого никогда не говорили ни о ком такого. — Мне абсолютно неважно что вы обо мне говорите. — необычайно грубый и басистый голос слышится из-за спины и Хван понимает, что этот голос принадлежит никому иному, как Феликсу. Его бросает в холодный пот. Во всех ролях, что играл Ли он звучал на несколько тонов выше, а на женских ролях невыносимо высоко, что не могло не удивить младшего. — Если честно, то я так и думал, что вы знаете тоже самое, что и большинство людей в мире. О том, что я якобы переспал за главную роль с режиссёром, которого я в принципе не видел даже на съёмках. Он просто написал сценарий и отдал съёмочной группе, мы разбирались в этом на ходу. Кажется фамилия Ричальдс вам ничего не говорит? Это был наш оператор. И если вам ужасно интересно, то уж можете позвонить ему и спросить лично, я дам номер. — за весь свой монолог на лице Ли не дрогнула ни одна мыщца, не дёрнулась ни одна бровь и даже не ходили желваки. — Если я удовлетворил все ваши вопросы по этой теме то прошу меня больше с ней не доставать, а обращаться за помощью лишь по нужным вещам. Приятно познакомиться, Ли Феликс.

***

— Он просто снёс им головы! — заворожённо говорит Джисон, что сейчас идёт по коридору с полным ртом и жуёт свою любимую вафлю с кленовым сиропом и мелко порезанными кусочками банана, купленную ещё утром в фургончике около академии. — Ты видел их лица?! Аж рты пооткрывали и сидели как рыбы, хлопая глазами. — он странно изображает что видел сегодня утром, пока Хван надевает свою куртку на плечи. Они выходят из университета и ждут Феликса, которому нужно показать новое место жительсва. Хван всё же не особо рад тому, что ему придётся делить свою квартиру с каким-то парнем, которого он впервые в жизни видит. Довольно странное правило, но против директора не попрёшь. «Это сделано с целью чтобы новые ученики, приехавшие из-за границы чувствовали себя комфортно в нашей академии. Хёнджин, тебе как старосте будет положено следить за комфортом Феликса на протяжении двух месяцев, пока он полностью не адаптируется и не подстроится под наш режим. Так же прошу тебя сопровождать его на съёмки для журналов или интервью. Он всё ещё плох в корейском и я уже предупредил его о том, что ему стоит нанять репетитора. Я очень надеюсь на тебя и на то, что ты меня не подведёшь». Хочется взять и перерезать себе горло. Помимо своего расписания и своих проблем решать ещё и чужие? Очень не хочется таким заниматься, но чтобы получить стипендию нужно постараться и вывезти всё… — Я видел, Джи. Мы с ним стояли буквально в паре метров от тебя. — Хёнджин закатывает глаза, посильнее прячась в ворот своей куртки. Его красный нос выдаёт то, что брюнет очень замёрз. Они с Джисоном выглядывают новенького, что никак не показывается в дверях.— Я нашёл его. До завтра, Джисон. — Хёнджин находит глазами блондинистую макушку и машет рукой другу на прощание, убегая в противоположную сторону прямо к Феликсу. — На созвоне. — он машинально подносит ладонь с оттопыренным мизинцем и большим пальцем, имимтируя телефонную трубку. Хан машет в ответ и уходит в своё общежитие, по дороге встречаясь с соседом по комнате и обсуждая всё что было сегодня за день. — Хэй, Феликс, постой! — Хёнджин догоняет Ли, затрагивая его за плечо, от чего тот немного вздрагивает. Он резко оборачивается, непонятливо смотря на Хёнджина и доставая из левого уха наушник, чтобы услышать что ему нужно. — Ты в какую сторону собрался? Моя квартира в другом секторе. — Твоя?.. Квартира?.. — Феликс удивлённо хлопает глазами, немного не понимая что Хван имеет ввиду. Он косится на всё ещё лежащую на его плече руку младшего и чувствует себя неловко. Его личные границы по сути почти нарушены неизвестным ему человеком. И Ли действительно всё равно на статус Хёнджина. Для него он обычный, такой же, какой и он сам. — Приглашаешь к себе? — Что? Я не это имел ввиду. — хёнджиновая ладонь убирается с плеча Ли и тот сводит брови к переносице. — Видимо тебе не сказали, но у нас каждому выдают обязательное общежитие, а ты, как переведённый ученик, будешь около двух месяцев жить со старостой, то есть со мной. Пока не освоишься в нашем университете. — Хёнджин всё предельно ясно объясняет Ли, пока тот немного незаинтересованно его слушал. — Я уже освоился. Мне можно поехать домой? — он медленно переводит уставший взгляд в глаза Хвана, а тот расплывается в странной, даже больше неловкой, улыбке. Хван вздыхает, пряча руки в карманы своей куртки и сильнее кутается в серый шарф. — Моё дело предупредить – твоё решить что делать. Я дам тебе запасные ключи и адрес квартиры. Если надумаешь, то приезжай в любое время суток, кроме меня там больше никто не живёт. — Хёнджин передаёт связку ключей в руки старшему и прощается с новым знакомым, уходя в сторону своей квартиры. Теперь Феликсу ещё больше интересно что из себя предствляет это Хван Хёнджин. Он долго смотрит ему в след, провожая до самого подъезда, а после складывает переданное в карман пальто. Ли уходит на парковку, разблокируя свою машину и уезжает домой после тяжёлого первого дня в университете.

***

— И что он ответил? Вы вдвоём? — Нет, Джи, я один. Он уехал домой. — Что? Почему? Тебе разве не влетит от директора? — Джисон поперхается водой и после долго кашляет в трубку. — Влетит, но что я могу сделать? Не заставлять же. — Хван сидя за кухонным столом склоняет голову над тарелкой с ужином, но ему буквально кусок в горло не лезет и поэтому он долго ковыряется вилкой в ней, пытаясь выбрать хоть что нибудь. — Да и тем более я ему дал ключи от квартиры, может что и надумает. — Я очень в этом сомневаюсь, но надежда на то, что твоё очко останется целым есть. — Не переживай ты так за моё очко. Я его точно прикрою если что. — звонок в дверь прерывает их с Ханом разговор. Хёнджин смотрит на часы. Пол двенадцатого ночи. — Подожди, Джи, тут ко мне кого-то так поздно занесло. Я перезвоню позже. — Ставлю бутылку соджу на Феликса. Хёнджин сбрасывает и шаркая тапочками по полу плетётся ко входной двери. Хван устало опирается о ручку двери и смотрит в глазок, но совершенно ничего не видит. Словно за дверью никто и не стоит, но звонок вновь повторяется. Он открывает её и впускает внутрь квартиры холодный и сырой подъездный воздух. — Феликс? Ты довольно поздно. — Хван морщит нос от прохлады и опирается плечом об дверной косяк. — Ты что-то хотел? — Хотел пройти в квартиру. — Ли машет перед носом младщего своими мещами и зевает от недостатка сна. — Ты вроде мне дал днём ключи от квартиры и сказал «Если надумаешь, то приезжай в любое время суток». Не так ли? — Феликс смотрит на ухоженное лицо младшего и даже не сразу замечает полное отсутствие макияжа. Видимо тот уж собирался ложиться спать. Хёнджин застывает на месте и понимает, что дал их чисто из принципа «потому что надо», но никак не думал, что Ли согласится и в этот же вечер завалится к ему домой. Парень мысленно проклинает Феликса, но всё же отходит от входа, впуская Ли внутрь своих апартаментов. Тот разувается в прихожей, ставя свои высокие чёрные ботинки на полочку для обуви рядом с хвановыми кроссовками огромного размера. Хёнджин помогает ему довезти чемодан до их комнаты с двумя кроватями, что оказывается соеденены в одну. — Прости, я давно ни с кем не жил и поэтому сдвинул обе кровати. — он ставит чемодан рядом со свободным шкафом и проходит вглубь комнаты. — Мне просто так удобнее. — парень неловко шепчет и скидывает подушки на пол, стягивая одеяло. — Сейчас я их раздвину. — Да не стоит. Меня это совсем не парит. — Феликс снимает верхнюю одежду пока что вешая её на ручку чёрного чемодана. — Всё в порядке. — он аккуратно переминается с ноги на ногу и подходит ближе к двум кроватям и наклоняется, поднимая подушки с пола. — А ну тогда хорошо?.. — Хван решает пока что умолчать о своей ориентации… А может это он зря и стоит сразу рассказать? Хотя раз тот не против то почему бы и нет? Он тихо усмехается, находя под одеялом свою собаку и сразу же поднимает его на руки. — Тогда располагайся. Думаю тут в трёх комнатах ты не запутаешься. — Я бы сразу спать лёг. Я очень устал, меня вымотал этот день и хочу забыться во сне. — Феликс достаёт пижаму и зубную щётку из рюкзака за спиной. Вещи Ли решает позже полностью разложить а сейчас ему просто необходимо умыться и выпить все лекарства, назначенные его врачом. Он смотрит прямо в лицо Хёнджину и плавно спускается вниз только сейчас замечая, что тот ходит по квартире без верха. Оголённый немного накаченный, но не заплывший жиром, торс красивого, слегка загорелого цвета, красиво поблёскивает на свету от люстры в команте. Видимо тот недавно принял душ, так как с кончиков его волос капает вода, попадая на широкие плечи, и капельки аккуратно скатываются по спине или же по груди, проезжая мимо ореол. Крошечная собачка на руках, прижатая к груди, мило вытащила язык и прикрыла глазки, получая удовольствие от внимания своего хозяина. « На его руках она кажется такой маленькой, а если бы я её поднял то наверняка она бы казалась невероятно большой » — Феликс склоняет голову смотря на руки младшего, которые поддерживают собаку под грудью. Вены никогда не казались Ли привлекательными именно на своих руках, но вот сейчас, увидев хвановы, он точно может сказать, что теперь считает это безумно красивым… — Феликс? Ты уже спишь что ли? — Хёнджин выходит из комнаты и направляется на кухню, отпуская Кками с рук. Он ставит чайник и достаёт две кружки, чтобы заварить ромашковый чай. — Сходи в душ и иди потом на кухню. — слышится Ли из другой комнаты и тот сразу же отмирает. Он застыл в одной позе и прослушал всё, что Хёнджин так старательно ему рассказывал. Феликс встряхивает головой и идёт в ванную, чтобы смыть остатки уходящего дня со своего тела и лица. Как только послышался щелчок замка в ванной комнате Хёнджин глубоко и резко выдыхает воздух, хватаясь рукой за грудь. Феликс в огромной чёрной кофте и с серебристыми очками на носу выглядел невероятно уютно и совершенно не так как сегодня утром в аудитории. Тогда от него веяло невероятно мощной аурой, которой сложно было не подчиниться, а сейчас он был больше похож на беззащитного маленького котёнка. Брюнет включает воду в раковине и подставляет сложенные вместе ладошки, чтобы умыть лицо. Это слишком странно… Вроде совсем недавно он был против новых проблем в виде новенького, а сейчас совсем наоборот. Очень даже «за». Телефонный звонок прерывает непонятно растущий поток мыслей Хёнджина и тот машинально поднимает трубку, не проверив от кого поступает вызов. — Феликс? — знакомый голос хрипит в трубку. — Феликс. — С тебя бутылка соджу и рассказ о том, чем вы будете заниматься ночью. — Свою бутылку получишь завтра и я тебя на неё же посажу если начнёшь говорить о том, что мы переспали. — Блин а так хотелось. — Перехочется. — кран с водой в ванной комнате выключился а это значит, что Ли скоро выйдет. — Спокойной ночи. — О, он принимал душ перед… — Сгинь, нечисть. — Хёнджин сбрасывает трубку и наливает кипяток в кружки. Феликс появляется в дверном проходе спустя минуты две в чёрной шёлковой пижаме, больше похожей на один сплошной комбинезон. На его носу всё так же сидят очки, но теперь на лице нет макияжа и Хван сможет разглядеть его милые веснушки, рассыпанные по всему носу и щекам. Старший мнётся у входа в кухню и после того. Как Хёнджин непонятливо посмотрел на него садится напротив него, беря в руки кружку с тёплым чаем. — Зачем ты это делаешь? — неожиданно для Хёнджина спрашивает Ли, постукивая пальчиками по керамической кружке. Он поднимает глаза на младшего и читает в них, что тот совершенно не понимает о чём он говорит. Феликс раздражённо вздыхает и так же монотонно и безразлично продолжает. — Ты сегодня меня пытался защитить перед ними. Сейчас угощаешь чаем и в принципе очень мило ведёшь себя по отношению ко мне. Зачем? Сказать что Хван удивлён – ничего не сказать. Он в ступоре, ему нечего ответить. Вроде с одной стороны это можно принять как «о, спасибо, ты защитил меня», а с другой это слово зачем очень сильно напрягает. Зачем? А он и сам не знает. Точного ответа на этот вопрос нет. Просто захотелось? Не нужен был скандал? Чтобы не отругал директор? Личная выгода? Это всё не то… Просто он не любит,когда о других высказываются неправильно, исходя только из слухов?.. Точно! Да, именно так! — Просто я не люблю, когда о других высказываются неправильно, исходя только из слухов. Они же даже всей ситуации не знали. — фух, ну вроде на первый вопрос ответили. — Может тебе кажется? Я по отношению ко всем очень тёплый, ведь мне нравится общаться с людьми. Так же нам с тобой под одной крышей жить два месяца, нужно же налаживать отношения. Или ты хочешь враждовать? — младший пытается прочесть в бесчувственных глазах напротив хоть что-то но всё бесполезно. Он будто новый уровень, до которого Хёнджин ещё не дорос. Ему предстоит разгадать эту загадку невероятно пустых глаз и вселить в них хоть капельку живого блеска. — Мне непривычно. Это отношение и кажется мне странным. — Феликс прислоняет кружку к пухлым губам, делая очередной глоток вкусного напитка. — Не сказал бы, что горю желанием дружить с тобой, но хотел бы оставаться в хороших отношениях. — он встаёт из-за стола и подходит к раковине, включая небольшую струйку воды, поставляя пустую чашку. — Этого будет более чем достаточно. Хёнджину, кажется, непонятен этот ответ. Не горит желанием, но можно быть в хороших отношениях… Он решает подумать по больше об этом завтра, а сейчас, до того момента пока они не легли спать, узнать у Ли побольше о себе. Хван поднимает голову и видит как тот стоит на носочках, пытаясь поставить кружку на верхнюю полку в шкафчике, но у него никак не получается до неё дотянуться. Младший решает не мешать Ли и лучше остаться на своём месте, чтобы вновь случайно не нарушить его границы, но на этот раз Феликс был бы очень не против, если бы Хван решил это сделать. — Х-Хёнджин? — тихо шепчет Феликс, поправляя сухой частью кисти очки на носу. Хван отрывается от своего телефона и сразу же встаёт с места, принимая в ладони протянутую Ли кружку. Он без проблем ставит её на верхнюю полку, даже не вставая на носочки. Феликс чувствует себя ущемлённо и считает, что это несправедливо. Почему кому-то всё, а кому-то метр с кепкой. — Я уже засыпаю. Ты не хочешь ещё спать? — Хёнджин зачесывает пальцами волосы назад и вновь опирается плечом о дверной косяк. — Очень. Я сейчас от усталости отброшу ноги. — снова этот монотонный и низкий голос. Феликс первый выходит из кухни, направляясь в их комнату, и достаёт из своего рюкзака таблетницу и бутылочку воды. Хёнджин выключает везде свет и заходит в комнату следом, переводя взгляд то на вещи в руках Феликса, то на него самого. — Простые витамины. Мне нужно пить их каждый день и не мешать с алкоголем. — младший насторожился. Не мешать с алкоголем? Что это за витамины такие? — Забей, это не так важно. — Феликс закидывает в рот три таблеточки разной формы и цвета, после запивая водой из своей же бутылки. Хван выключает свет и на ощупь ищет кровать, натыкаясь на спину Феликса. — Прости, я случайно. — Хёнджин разворачивается и наконец-то залазит на кровать, сразу ныряя под одеяло. Он зарывается с носом под него и удовлетворительно мычит. Феликс тоже ложится рядом, полностью расслабившись на мягком матраце. Тихое дыхание обоих парней только и слышится в комнате, но никто из их двоих ещё не уснул. Довольно интимная обстановка для разговоров, но Хёнджину чертовски сильно хочется поговорить с Ли наедине. — Сладких снов?.. — он слышит продолжительное «угу» и прикрывает глаза, поворачиваясь спиной к Феликсу. За ночь никто не пересёк стык двух кроватей. Каждый спал на своей части. Первый день их знакомства можно сказать прошёл успешно?