Арсений работал. Ра-бо-тал. Он напряжённо думал над дизайном. Он не вспоминал поход в кино недельной давности. Не вспоминал по-прежнему прекрасный смех Антона. Он не в коем случае, не перебирал в уме все известные шутки. И он точно не хотел быть причиной улыбки старшего Шастуна, он… он его не любил.
Арсений застонал, роняя голову на сложенные руки. Кому он пытается соврать? Видимо эскизу футболки на ноутбуке. На чёрном фоне две руки с переплетёнными пальцами… У Арсения отчаяние и безумная любовь в сердце.
У Антона дочь, поссорившаяся с девушкой, которую он закармливает шоколадками. У Арсении отец, в которого она буквально вливает его любимое вино, не в силах видеть запертую в лесных глазах тоску.
У Кьяры такое же отчаяние как и у Арсения, и такой же вопрос: «Как заслужить прощение?» Она старательно не вспоминает, что наговорила девушке в приступе ревности. Она силком вытаскивает отца из-за компьютера и отправляет к лучшему другу. А сама, садиться прямо на пол и заставляет себя расплакаться. Душит ощущение, что права на слёзы у неё нет, выплёскивая отчаяние, чтобы спустя час встать, умыться, и позвонить Антону.
— Дядя Антон… я… — пытается подобрать слова брюнетка.
— Конкретно проебалась! — не выбирая выражения едва ли не кричат из телефона. — И я всё понимаю, но вроде хрень сотворила ты, а бухой, Hündin*, Арсений под дверью у меня!
— Чегооооо?! — Кьяра села где стояла. — Я же его к дяде Серёже отправила!
— А, ну понятно кто со двора кричит: «Открой дверь, падла, человеку, ему плохо»! — язвительно отвечает мужчина. — Короче, помириться с Арси я тебе помогу, а сейчас прости, мне надо этих дебилов успокоить, пока соседи ментов не вызвали.
Антон отключился, и не обращая внимания на взгляд дочери потопал открывать дверь.
— Ну и?! — рявкнул Шастун на с трудом стоящего на ногах Попова. — Какого чёрта?!
— П-п-п… Прости! — с трудом выговаривает брюнет и пытается подойти к Антону, но в итоге спотыкается и в квартиру Шастунов влетает вперёд башкой.
Антон же, не испытывая ни малейших угрызений совести, отпрыгивает вглубь коридора, помогая Попову слиться в страстном поцелуе с полом.
— Оригинально. — полным сарказма голосом выдаёт Антон, глядя на Арсения, который всё-таки устоял на ногах, уцепившись за стенку. Он даже выпрямляется, закрывает дверь, и здоровается с Арсенией, после чего вновь переключается на Антона.
— Прости, п-пожалуйста! Я идио-от, прост-ти! — изо всех сил контролируя речь, просит мужчина.
— Да, Арс, ты идиот. — совершенно спокойно кивает русоволосый. — Полный и беспросветный, если считаешь, что я тебя когда-нибудь прощу.
После чего также спокойно разворачивается и уходит в свою комнату. Потому что Антону не спокойно. Ему больно, плохо и противоречиво. Он так хочет обнять Арсения, что руки сводит, но одного взгляда, на эти самые руки хватает, чтобы желание пропало. Сразу вспоминается, как на них цвели свежеобработанные порезы, как на домашних штанах были разводы крови, как сдохнуть хотелось. И Антон разворачивается и уходит. Точнее пытается уйти. Его удерживает сильная рука нетрезвого бывшего. Внутри Антона что-то взрывается, но он спокойно говорит:
— Отпусти.
— Нет. Не сейчас, никогда, ни за что. — уверено отвечает Арсений, и вот тогда Антон взрывается окончательно.
— ОТПУСТИ МЕНЯ, ТВОЮ Ж МАТЬ!!! — забыв напрочь о присутствии дочери орёт мужчина. — ХВАТИТ!!! ХВАТИТ ТРЕПАТЬ МНЕ НЕРВЫ, ХВАТИТ ВРЫВАТЬСЯ В МОЮ ЖИЗНЬ, ХВАТИТ ДЕЛАТЬ МНЕ БОЛЬНО!!!
Антон кричит на пределе возможностей, а Арсений… Арсений всё также держа его руку, покорно опускает голову, и молча слушает. И Антон замирает, будто током ударившись. Потому что смотрит на Арсения, а видит прошлое…
— КАКОГО ГРЁБАННОГО ЧЁРТА?! КАКОГО ЧЁРТА, АРС?! Я понимаю, мы поссорились, но, Scheisse**, ЗА КАКИМ ЧЁРТОМ ТЫ, ИТИТЬ ТВОЮ МАТЬ ЧЕРЕЗ ЛЕВОЕ КОЛЕНО ВСЕХ ОТЦОВ ПО БАБУШКЕ, ОТКЛЮЧИЛ ТЕЛЕФОН?! ВСЮ НОЧЬ, АРС, ВСЮ НОЧЬ Я СХОДИЛ С УМА НЕ ЗНАЯ ГДЕ ТЫ И ЧТО С ТОБОЙ!!! Я два часа ждал, надеясь что ты просто успокоишься и вернёшься. Я час пытался до тебя дозвониться. Я ЁБАННЫЕ ТРИ ЧАСА ИСКАЛ ТЕБЯ ПО ВСЕМУ ГОРОДУ!!! КАКОГО ЁБАННОГО ЧЁРТА???!!! — орёт на весь дом Антон, глядя на пьяного в стельку Арса, а тот только опускает голову и шепчет «Прости, я виноват».
Антон сглатывает, мотает головой и тихо добавляет:
— Иди к чёрту, Арс. Просто иди к чёрту.
И когда Арсений поднимает глаза полные упрямой решимости, Шастун уже не рычит от ярости, а просто стонет от безысходности.
— Тош, я прошу тебя. — очень тихо и очень твёрдо начинает говорить старший, кажется по-тихоньку трезвеющий. — Прошу. Дай мне шанс. Я люблю тебя, я хочу всё исправить, я хочу снова быть с тобой. Хочу сделать тебя счастливым. Позволь мне это.
— Да я вообще-то до твоего появления и так счастливым был… — тихо говорит Антон… Зная, что лжёт.
Не был он счастлив. Ни двадцать с лишним лет назад, стоя на остановке и не зная куда идти. Ни два месяца назад, разводясь с женой. Ни сегодня, сидя с дочерью и заливая любимым вином всю свою тоску, любовь и нежность, оставляя лишь ненависть. Ненависть… которая гибнет каждый раз, когда Антон вспоминает тот поцелуй на колесе обозрения.
Но Арсений не знает. Он вздрагивает, судорожно втягивает воздух, а потом разворачивается и идёт открывать входную дверь. Открывает, выходит, и собирается уйти, но вслед ему доносится:
— Я… подумаю.
Антон не верит в то, что сказал. Арсений — в то, что услышал. Никто из них не видит шанс, но оба хотят верить в то, что он есть. Поэтому Антон не спешит забирать слова обратно, а Арсений… внезано оказывается рядом с Антоном, мягко и до безумия нежно целует, и со словами: «До завтра, Тош», уносится из квартиры, а затем и из дома.
А Антон просто стоит в ступоре, на пороге собственной квартиры. И может, долго бы ещё простоял, но из-за его спины раздался весёлый голос Арси:
— Вот это вы отожгли… Соседи месяц обсуждать будут.
И Антон отмирает, смеётся и закрывает наконец дверь.
***
Спустя полчаса, Антон ложиться спать, предварительно уложив дочь. И уже почти проваливается в сон, когда на телефон приходит уведомление о входящем СМС.
«Спокойной ночи, малыш. Сладких снов)))»
В эту ночь Антон, впервые за долгое время засыпает с улыбкой на губах…