Укращение Шмальца

Лежа в своей кровати ровно на спине, и зная, что больше никак и никогда, никогда и ни за что, он не сможет спать в другом положении, Ден Шмальц пытался сделать всё чтобы заснуть. Ничего больше не было для него. Или точнее всё стало ничем. Или ему так только казалось… Но после того что с ним сегодня случилось он понял, что больше никогда он не сможет спать спокойно… Картины сегодняшнего дня мелькали у него перед глазами не давая спать. В конце концов Шмальц сдался, и потянул руку к тому месту что так сильно зудело, и начал нервно дрочить. Пытаясь объяснить себе свою ручную маневренность, тем что это поможет снять стресс, который он получил, и как бы «невольно» решил прокрутить весь «трагический» момент с самого начала. День должен был быть спокойным. Одна задача — помочь Юлику, отсняться в нескольких кадрах для рекламной вставки интернет зоомагазина или чего-то такого, он и не спросил. Задача для Дэна простая, пройтись вместе с Бимой, пару дополнительных кадров, озвучка закадровая, ничего сложного. Юлик сказал приехать в Зеленогорск, встреча у колеса обозрения, там и природа, да и отснять без внимания фанатов легче. Карды планировались уличные, прогулочные, с нынешней славой стало всё это делать гораздо сложней. Но когда он приехал, к обговоренному месту Биму он там не увидел. На фоне постаревшего, чуть ли не готового развалиться в любой момент, и от того никем не желанное для посещения колесо обозрения медленно крутилось, как крутятся теперь мысли в голове Дэна, которые будто хотят своим ходом износить молодое тело, и превратить его в это старое колесо. «Если бы я только знал… Если бы я только знал…» — думал Дэн и продолжал дрочить, попутно давя на простату, что находится у основания члена, под яйцами. Встретили его Юлик и Руслан. Ден: -Здарова, Юлик, а чё, где Бима? Юлик: -Я её отдал. Ден: -А чё, ахаха, типо Русик вместо неё? Лицо Руслана нужно было видеть. И Денис прекрасно его увидел. И запомнил. Навсегда. Руслан, как нормальный пацан, не стерпел прямого оскорбления, и ударил Шмальца в живот. Юлик оторопев застыл, в ожидании что осознание того, что сейчас произошло придет к нему само, без его мыслительного участия. Но времени на это никто никому не дал. «Приступ агрессии, что словил Руслан, всему виной он, у него даже болезнь есть вроде какая-то, это она заставила его повести себя так. Ведь никогда раньше такого ничего между нами и не происходило, а тут, вот так вдруг, без причины!» — завершал свою логическую цепочку Шмальц кончив уже в пятый раз. Поняв что он уже так сильно натер себе член, что он начинает опухать, он продолжил свое дело, всё равно эта боль не могла его остановить. Руслан схватил Шмальца за шиворот прекрасного мерча, и потащил в колесо обозрения. Денис не сильно сопротивляясь из-за страха и неожиданности поддался СМН и они прошли на аттракцион, билеты на который Руслан с Юликом купили заранее, так как Юлик изменил план ролика. Юлик же, не столько потому что понимая что происходит, сколько для того чтобы скорей уже понять, садиться рядом со Шмальцем, в то время как Руслан, широко раздвинув ноги и поставив локти на колени сложил ладони перед лицом, будто специально изображая свои эмоции. Контроллер закрывает дверь, кабина начинает плавное движение вверх и одновременно ужасно пугающе шататься назад и вперед качая ребят как детей в коляске перед обрывом, но не столько это придавало жути, как отсутствие стёкл в оконных проёмах. Но не всё это вызывало ужас Шмальца. Как только колесо поднялось чуть выше уровня высоты будки контролёра, лицо Руслана, из словно одной слипшейся в напряжении, застывшей на всём лице мышцы превратилось в то, чего он никогда раньше не видел в свою сторону. И только глаза СМНа не изменились, они выглядели всё такими же сверкающими и стеклянными от безумной ярости, словно подтверждали и поясняли Денису истинную причину выбора своего псевдонима Русланом. Крепко взяв Шмальца за волосы он притянул его голову к своей ширинке. — Что ты сказал? Я собака? А чья? Твоя что ли? Тогда помой своего пёсика, или песик будет зол, и начнёт кусаться. Юлик, все это время будто находившийся в астрале, не став дожидаться прояснения ситуации, взял Шмальца под руку, заломав его, прижал его голову к члену СМНа. — Бима должна быть со мной, это моя собака! Тупая сука! Ебаная тварь, ну ничего, я отыграюсь на тебе, Дениска, я знал что мы коллеги, но думал мы чуть больше друг для друга, полное безразличие! Зачем мне помощь от такого, как ты? Тебя нужно юзануть, чтоб ты понял своё место, дружок. Пока Денис с раскрытым от удивления ртом смотрел на Юлика, Руслан не терял время, расстегнул ширинку, и насадил сладкий кривозубый ротик Дениски. Шмальц не был готов к таким размерам, зубы задели член Руслана, реакция не заставила себя ждать — Прекращай беспределить, моя сладкая обновочка, понимаешь же что от тебя требуется, будешь дурочка из себя играть, будет только хуже, веришь? Но Денис не мог объяснить, что он не специально, а что в этом виноват Юлик, который уже стянул штанишки Денисочки, и разминал молодой и упругий анус. Кабина поднялась на самый верх, но Шмальц не видел этих видов. Ни белых куполов церкви, ни залива, ни зелени парка, только волосы на мошонке Руслана мог позволить себе видеть Шмальц, но чувствовал он гораздо больше. Руки что дёргали его голову за волосы в такт покачиванию кабины, которую в основном уже раскачивал Юлик, жадно запихивая свой член Шмальцу в попку он крепко держал его за руку, а чтобы Дэну было попроще, встал на икорную мышцу ноги, что стояла коленом на дне кабины. Взгляд Юлика и Руслана пересекся. Давно. То есть сразу как только Шмальц приступил к «мытью своей новой собаки». Жадно пользуясь молодым телом, глядя друг другу в глаза, ребята знали что Шмальц никогда в жизни не поймет насколько долго жил в головах его мнимых друзей этот план. Кабина почти спустилась в низ, но от экстаза воплощения своей идеи ребята накончали в Шмальца быстро, не то чтобы они не хотели ещё, просто они знали, что не могут себе позволить увидеть это кому-либо еще. Невероятно быстро одевшись самостоятельно, и собрав в кучу то что осталось в тот момент от Дениса, дверь кабины раскрылась. Контроллер был удивлен состоянию пассажира, и побеспокоился, но ребята вынесли его, держа под руки, и дали понять, что человек не перенес даже такой, казалось бы не большой высоты. «И почему именно сюда, в эту желтую кабинку, когда можно было в зеленую и с окнами?» — думал Шмальц, но он понимал что мысли эти у него от того, что он не может признать. От того, что внутренняя навязанная еще давно кем-то мораль так сильно давит на него, что даже будто в голове кто-то может подслушать его и осудить. Даже кровь и сперма стекавшие по распухшему от мозолей члену Шмальца не смогли вернуть его в реальность, ведь мысль о том, что это всё могло бы быть намного раньше с такой силой вызывало чувство сожаления, что только лишь серый свет питерского утреннего неба намекнул ему на его измученность и усталость. Одна лишь мысль смогла остановить его в тот момент — он понял, что сделает всё чтобы это повторилось вновь.