Восход Тёмной Луны

Гет
NC-17
В процессе
5931
автор
Rakot соавтор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Макси, написано 444 страницы, 22 части
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
5931 Нравится 5982 Отзывы 1363 В сборник Скачать

Глава 1. Злодей

Настройки текста
      – Все вы потенциальные ученики Академии Небесной Звезды. Те из вас, кто пройдут финальное испытание, будут обучаться здесь боевым искусствам. Боевые искусства менялись с древних времён, но в конце концов остались только три самых сильных вида: Боевое Искусство Огня, Боевое Искусство Дракона и Боевое Искусство Звезды, – старательно разъяснял высокий мужчина атлетического телосложения с ярко-бирюзовыми волосами, только что продемонстрировав изменение тела в боевую форму, с отращиванием коротких оранжевых рожек на лбу, чешуи на предплечьях и когтей на руках. – Думаю, по изменениям моего тела все уже поняли, что я владею Боевым Искусством Дракона, – продолжил он, разворачиваясь к крупному куску скальной породы высотой в пару человеческих ростов, явно транспортированному в чистый двор академии специально для демонстрации. – У таких, как я, в жилах течёт кровь, которая почти идентична крови драконов. Я могу наносить удары огромной силы. Например, вот такой!       Мужчина размахнулся и прямым коротким ударом впечатал кулак в камень. Скорость и сила удара были таковы, что в куске скалы появилась глубокая рытвина не меньше полуметра диаметром и, похоже, доходящая демонстрационному валуну где-то до середины нутра. Сопровождавший это грохот и поднявшееся облако пыли вполне соответствовали такому результату, заставив большую часть собравшейся перед зданием молодёжи пораскрывать в изумлении рты и начать оживлённо восхищаться, почти на пару минут погрузив двор в шумную мешанину голосов и перемещений. Все хотели посмотреть поближе, все хотели поделиться впечатлениями…       Я же молчал, глядя на всё со стороны, и испытывал сложный набор чувств.       Два дня назад я проснулся на постоялом дворе в самом дорогом номере и с удивлением осознал, что не понимаю, кто я такой. Не «не помню», как раз таки память у меня была, но имя Лян Ю совершенно не вызывало какого-то отклика в душе. Я знал, что так звали владельца моего тела, не испытывал никаких проблем с обращением к его памяти, однако не чувствовал в этом наборе звуков и образов ничего своего. Сложно описать состояние, когда всё вокруг понятно и очевидно, но при этом чуждо и инородно. Когда поступки, поведение и мысли, которые помнишь как свои, воспринимаются чужими, а зачастую и дикими до абсурда, нелепости и отказа верить, что подобная глупость вообще возможна. Когда культура и законы окружающего общества понимаются умозрительно, но вызывают отчуждение, а то и брезгливое недоумение. Когда, глядя на лица людей, ты помнишь о том, что вас связывает, но не испытываешь к ним ничего… точнее, воспринимаешь так, словно первый раз увидел.       Усугублял ситуацию и тот факт, что я обладал внушительным багажом знаний, которые никак и нигде не мог бы приобрести молодой аристократ по имени Лян Ю. Мир вокруг меня был причудливой смесью магического средневековья, исполненного в китайском колорите, и какого-то японского аниме. Буквально — все окружающие меня люди и моё собственное отражение в зеркале выглядели сошедшими с экрана телевизора нарисованными персонажами. Только вот рисовки в них никакой не было, напротив, всё было предельно настоящим, трёхмерным и живым, просто совершенно непохожим на «реальных» людей, которых я помнил. Это как сравнивать индуса с рязанским мужиком, только выкрутить одному ещё и цветокоррекцию всего тела в сторону увеличения яркости красок. И уже то, что я знаю значение слов «Китай», «Япония», «аниме», «телевизор», «индусы» и «Рязань», с гарантией доказывало, что никаким Лян Ю я не являюсь.       В местной ойкумене не было ни таких стран, ни таких понятий. Технологии здесь редко где доходили до уровня водяного колеса, и даже магия (само наличие которой ощущалось мной чем-то неестественным, хотя для местных она была в порядке вещей) пребывала тут в состоянии индивидуального боевого потенциала, густо замешанного на личные качества и интуицию, даже не пытаясь смотреть в сторону бытовых нужд и гражданского сектора. В лучшем случае, местные умельцы создавали артефакты — оружие и лекарства, — но никак не паровые машины.       И казалось бы — вот, разгадка моей личности ясна, однако всё было не так просто. У меня имелось много знаний, и эти знания, в отличие от памяти Лян Ю, действительно ощущались моими, только вот ничего личного в них не было. Вообще не было ничего обо мне самом, только посторонние факты, в лучшем случае, сопровождающиеся уверенностью, что я это читал или слышал, но ничего о том, кем я был, что делал, кого знал и через что прошёл. Ни имени, ни профессии, ни возраста. Пожалуй, единственное, в чём я мог быть уверен, это в своей половой принадлежности — я точно был мужчиной, а не женщиной, но на этом всё.       Не самая худшая ситуация, в принципе. По крайней мере, я способен здраво мыслить, имею информацию об окружающем мире, не сижу на цепи, да и вообще направляюсь на обучение в престижную магическую академию. Вернее, академию боевых искусств, но они здесь — прямой аналог магии, пусть и с китайским колоритом рукомашества и ногодрыжества под пафосные названия техник. Ещё из бонусов можно назвать принадлежность к достаточно высокопоставленному аристократическому роду, пребывающему хоть и далеко не в первой десятке страны, но вполне позволяющему к этой десятке вежливо подойти и поздороваться, не сильно кланяясь, что в местных реалиях весьма немало. Тут у нас восточный деспотизм во все щели, и вышестоящему ничего не стоит заставить вассала вылизывать себе ботинки. В прямом смысле вылизывать, без всякого иносказания. Поостерегутся так делать только по отношению к сильному, а если ты слаб, то ты — раб. Такое вот замечательное место.       И всё бы хорошо, я бы даже смирился с тем неприятным фактом, что являюсь, по сути, последним в очереди на наследование титула Главы клана и первым кандидатом на скоропостижный несчастный случай, что мне непременно постараются организовать дражайшие родственники в тот же миг, когда умрёт мой дед. В конце концов, «быть — лучше, чем не быть», и уж всяко лучше быть каким-никаким наследником могущественной семьи, чем бесправным негром на плантации. Дедок у Лян Ю, опять же, ещё крепкий и помирать в ближайшее время не собирается, даром что Старейшина клана, главное, что он по личной силе в этом клане едва ли не вторым номером идёт, ну или третьим — не шибко важно, а важно, что так просто его не сковырнёшь и за внука он горой. Повторюсь, всё бы хорошо…       Только вот я знал этот мир.       Не по памяти Лян Ю знал, не о ней речь. Я видел этот мир в тех знаниях, что были моими. Мир, изображённый цветными картинками в китайском развлекательном комиксе. Это был выдуманный мир. С выдуманной историей. Историей, где я, вернее, Лян Ю, выступал мелким злодеем, ставшим первым испытанием для истинного героя всего повествования.       И я бы рад усомниться и не верить, всё-таки мало ли в магическом псевдо-Китае людей по имени Лян Ю и семей с названием «клан Тёмной Луны», однако лицо наставника с бирюзовыми волосами, встречающего читателя буквально на первой же странице манги и только что отыгравшего на моих глазах каноничную сцену с пробиванием рукой камня, развеяло последние сомнения. Длинные тёмные волосы и фиолетовые глаза в зеркале — это одно, но мужик, морфирующий в полудракона перед толпой поступающих учеников, а потом толкающий речь о трёх видах боевых искусств, да на фоне уже существующих подозрений и выявленных фактов, вроде названия моего клана… Скажем так, впадать в стадию отрицания можно и здесь, но поступком это будет не совсем разумным. Как сказал какой-то мудрый человек: при выборе предпочесть следует невероятное, но возможное, а не возможное, но невероятное. Так вот, попасть в мир выдуманной истории на роль первого проходного злодея — это невероятно, но возможно, как минимум я уже очнулся в теле Лян Ю два дня назад. В то же время внешность, имя, семья, окружающий мир, наставник в академии, сама академия — всё это может быть совпадением, совпадения вообще возможны, но так много совпадений одновременно — это уже невероятно.       И тут передо мной во весь рост вставал вопрос: как мне быть? Историю эту до конца я не знал, но большую часть начальных сюжетных вех помнил неплохо. В целом, это была классическая китайщина, где слабый, добрый и весь из себя положительный главный герой сперва подвергается унижениям и побоям, а потом внезапно обретает великую силушку и всем мстит, потихоньку начиная вести себя в точности так же, как те, кто его гнобил и кого он ненавидел за такое поведение. Всё отличие от совсем уж классического сценария, где герой обретает «артефакт силы» в случайных кустах у дороги уже после начала сюжета, в том, что местный Д'Артаньян вроде как изначально обладал огромным потенциалом и просто не имел возможности его раскрыть до поступления в академию. Только вот всё равно перспектива быть ступенькой на пути к величию главного героя меня не привлекает, и с ней надо что-то делать, причём очень тщательно подумав, потому как банальный вариант не нарываться в моей ситуации мало что даст.       Пока я погружался в невесёлые мысли о своей роли в мироздании, толпа студентов немного остыла и начала возвращать себе подобие приличного поведения. Очень условное подобие, но теперь хотя бы слышались не только восторги из серии: «Учитель, это было круто!», «Научите нас этому приёму?», «Мы не знали, что вы настолько сильный!», ну и так далее, но и пошли вопросы по теме:       – Скажите, Боевое Искусство Дракона ведь самое сильное из всех трёх?       – Нет, – лаконично хлестнул голосом наставник, в зародыше прерывая начавшийся было гвалт желающих повозмущаться тому, что паренёк спросил такую глупость после такой показательной демонстрации, мол, ясно же, что сильнейшее и всё такое. – «Драконы» — самые распространённые, – дождавшись тишины, начал пояснять мужчина, – но Боевое Искусство Огня сильнее. Дракон может победить повелителя огня не выше своего ранга, и то один на один. Владеющие искусством огня могут поражать своими атаками огромную область, поэтому они способны победить сразу нескольких драконов того же ранга, что и они. Встретившись лицом к лицу с мастером пламени, вы не сможете убежать, даже если захотите. От огня не скрыться.       Разочарованный ропот малолеток эхом прокатился по двору, вынуждая меня невольно изумляться внутри от вывертов местной системы образования. Надо сказать, с массовым образованием тут было всё не так уж плохо для средневековья, по крайней мере, читать и писать умели все, даже самые безродные крестьяне, разве что последние делали это похуже остальных. При этом местная письменность была полной калькой с китайских иероглифов, я бы сказал, что вообще ими самыми, но среди моих знаний китайского языка не было, и о письменности Поднебесной я помнил лишь несколько крайне общих фактов, потому и не мог говорить наверняка. Тем не менее для местного языка был нормой принцип того, что одно и то же понятие может иметь до десятка и более различных и ничем не связанных друг с другом вариантов написания, равно как и то, что один и тот же иероглиф может иметь крайне разное значение в зависимости от места в строке и тех иероглифов, которые его окружают. Иными словами, чтобы разбираться во всём этом, надо потратить времени и усилий гораздо больше, чем на три класса церковно-приходской школы. К этому следовало добавить, что во дворе академии сейчас собрались далеко не безродные пейзане, а люди, как минимум происходящие из семей военных, причём не рядовых, а офицерского состава, пусть и младшего. Но это самый-самый минимум, когда родители накопили на беспорочной службе поощрений и деньжат, чтобы суметь отправить любимое чадо в престижную академию, тем самым даруя им путёвку в жизнь и на реальные верха. Таких здесь максимум пара человек, а вот большая часть — это дети благородных семей, кланов, которые считаются вполне себе аристократией. Конечно, отпрысков из высших эшелонов тут тоже единицы, а основной контингент — это вассалы полноценных хозяев жизни, нередко сами работающие в поле, чтобы прокормиться. Тем не менее все они получили начальную подготовку и уже могут кое-что в местной магии, но… по какой-то причине всё равно удивляются азам, которые в стране должен знать буквально каждый, даже сам не практикуя боевые искусства. Отличить одного практика от другого и знать, что и от кого ждать — это же вопрос элементарного выживания, в конце концов.       – Учитель, – броуновское движение подростков выплеснуло из себя очередного любопытного, который с почтением подошёл к наставнику.       Мне бы просто скользнуть по нему взглядом и выбросить из головы, но стоило его увидеть, как глаза прикипели намертво, а по телу начал разливаться неприятный мандраж.       Ну здравствуй, о бессовестно фартовый, беспардонно сильный и непрошибаемо лицемерный главный герой китайской сянси.       – Да? – между тем обернулся на голос наставник.       – У меня к вам просьба, – сложил руки перед собой в уважительном жесте паренёк с длинными, собранными в хвост коричневыми волосами. Местные мужчины вообще часто носили длинные волосы на зависть любой девушке, и я сам не был исключением.       – Что такое?       – Могли бы вы рассказать о Боевом Искусстве Звезды? Вы рассказали о сильных и слабых сторонах искусства Дракона и Огня, но ничего не рассказали об обладателях искусства Звезды.       Е Синхэ из клана Лазурного Пера… Скромный, почтительный паренёк в небогатой, но опрятной одежде спокойных светло-зелёных тонов — он был в точности таким, каким я его помнил по страницам манги, с поправкой на то, что здесь и сейчас я видел не двухмерную картинку. Его семья была вассалом моей, причём вассалом крайне низкопоставленным, по сути, на данный момент этот клан откровенно выродился, представляя из себя больше крестьянскую общину, чем клан практиков боевых искусств, которые обязаны выступать по первому требованию сюзерена, предоставляя в его распоряжение боеспособный военный отряд в полном снаряжении, при фураже и обозе. Всей предыстории и предпосылок к такому положению дел я не знал, но факт оставался фактом — из поколения в поколение уровень бойцов Лазурного Пера неустанно падал. То ли у них банально не рождалось людей с хорошим магическим потенциалом, то ли они не сумели правильно организовать обучения, в результате чего сами зарывали таланты в землю, но к настоящему моменту они в полной мере заслуживали называться позорищем, если не сказать грубее. По местным понятиям, кстати, как раз грубее выражаться и следовало, потому что просрать наследие предков здесь — это хуже, чем выйти на центральную площадь города в голом виде, обмазаться дерьмом и начать кукарекать. Это позор, который ставит крест на всей семье, и хорошо, если семья хотя бы остаётся более-менее сильна, чем заставляет с собой считаться, тогда всё ограничится косыми взглядами и просто постоянными напоминаниями с выражением «ха-ха, неудачники!» в приемлемой приличному обществу форме, но если ты настолько всё просрал, что уже и от черноногих крестьян мало чем отличаешься… Тут к тебе и относиться будут как к последнему отбросу, и в лицо так же назовут — не поморщатся.       Собственно, именно это и было причиной каноничного конфликта Лян Ю с Е Синхэ. Благородный аристократ с неплохими задатками, но прекрасно осознающий шаткость своего положения в семье, отчего и не испытывающий большого позитива в мыслях о будущем, увидел вассала из клана полных отбросов, что оказался с ним в одном «классе», но даже не подумал подойти и выразить уважение, а потом ещё и посмел набычиться и отвечать будто равный, когда уже сам Лян Ю подошёл к нему прояснить ситуацию. Вопрос иерархии в местном обществе — это вопрос, считай, всего, за косой взгляд не по рангу можно и головы лишиться. Или всей репутации, если такой взгляд проигнорируешь. Точнее, все в это свято верят и тщательно следят за соблюдением рамок, особенно это касается тех, у кого не всё гладко со своим положением. Это сильный может себе позволить игнорировать писк насекомых, и никто ему и слова не скажет, а слабый должен за своё место зубами цепляться, иначе просто лишится его в один момент. Восточная деспотия во все щели, чтоб её.       И наш почтительный герой тут ни разу не отличается, хоть и строилась добрая половина его становления на мыслях о том, как он против такого положения дел, каким аморальным его считает и как подсердечно против в степени осуждения. Когда же у малыша подросли зубки, он не только старым обидчикам навалял, в том числе и буквально убив об себя большую часть клана Тёмной Луны, но и всех встречных-поперечных начал держать за те самые отбросы, каковыми ещё недавно все считали его семью. Вежливый, благовоспитанный мальчик, давящий на пожалейку и не упускающий случая вспомнить, как он осуждает несправедливое общество, где вышестоящие даже слушать не хотят нижестоящих, не то что с ними говорить на равных, превратился в резкого, как понос, альфа-самца, который класть хотел на любые авторитеты и готов зарядить с ноги в лицо хоть кому только за то, что тот смеет отвлекать его во время пути.       По чести сказать, я его понимаю. Это не очень приятная правда, но, скорее всего, я бы на его месте тоже не избежал соблазна морально разложиться и компенсировать себе за все годы «счастливого детства». Проблема, однако, в том, что хоть я и всё понимаю, но банальные логика и здравый смысл в один голос твердят, что такого кадра надо бы травануть по-тихому, пока он в силу войти не успел.       Я бы, наверное, именно так и сделал… но имелся в этом плане один изъян… точнее, даже два.       Во-первых, фартовость главного героя китайщины — это такая ультимативная штука, против которой особо не попрёшь. Точнее, попробовать-то можно, но если ситуация будет развиваться так же, как и со всеми злобными планами его врагов в каноне, то мне кранты. Я не знаю, насколько «сюжетная броня» реальная и прочная субстанция, но проверять такие материи на себе я не хочу. Может быть, это можно назвать трусостью, но лучше быть живым и здоровым трусом, чем мёртвым и предварительно сильно искалеченным храбрецом.       «Во-вторых» же возвращает меня к тому факту, что вариант просто не вступать с ним в конфликт мало что мне даёт в плане безопасности. Война Е Синхэ с кланом Тёмной Луны всё равно запрограммирована, и косил он в ней моих дражайших родственников натурально пачками, не особо разбираясь, кто кому сват и брат. Он ведь уже мою семью тайно ненавидит, так что, получив силу, в любом случае покажет характер, чем спровоцирует Тёмную Луну на ответные действия. На хамящего сюзерену вассала нигде глаза не закроют, а уж в реалиях азиатского фетиша имени общественного статуса и «Что обо мне подумают?» прибить парня и уничтожить его родню станет буквально делом чести для всей верхушки клана Тёмной Луны…       – Звёздное искусство можно назвать уникальным, – тем временем начал отвечать наставник.       – Уникальным? – бесхитростно переспросил Е Синхэ, не обращая внимания, что, по сути, перебил учителя.       – Да, – видимо, привыкнув и не к такому поведению студентов, не обратил внимания мужчина, – сила звёзд даёт своим обладателям навыки в зависимости от звёзд. Исцеление, скорость… – наставник пожал плечами, как бы говоря, что всё перечислять не собирается. – Таким образом, они могут с лёгкостью одолеть любого противника.       – Значит, воины звёзд не слабые, а даже наоборот?! – воспылал энтузиазмом представитель клана Лазурного Пера.       – Ну… Не совсем, – дёрнул щекой учитель, и по его виду становилось понятно, что он сам не очень хорошо владеет темой. – По крайней мере, не сейчас.       – Не сейчас? Что вы хотите этим сказать?       – В прошлом было несколько грозных звёздных мастеров, но время ушло, – пожал плечами здоровяк. – Экспертов Искусства Звезды становилось всё меньше, как и обычных обладателей этой силы. Боевые техники были утеряны. Обладатель искусства Звезды идёт против воли Небес и потому не может наследовать ни одну из техник учителя, поэтому очень мало в настоящее время бойцов, которые достигли Девятого Небесного Уровня.       Е Синхэ сразу поник, да и среди студентов опять поднялся гвалт обсуждений. Я же внутренне вздохнул. Тема наследования техник и вообще принципов работы местных магических традиций была одной из болезненных для меня. Слишком много во всём этом было аморфного и интуитивного. Стандартное описание некой техники выглядело как предельно аморфная фраза, по типу «Почувствуй Силу, Люк!», оформленная в самых неконкретных понятиях, но с претензией на поэзию и глубину скрытых смыслов. Соответственно, изучение этой техники выглядело как попытка медитировать на этот скрытый смысл, пока тебе не откроется озарение, после чего с криком: «Эврика! Я понял!» бросаться пробовать применить силу таким образом, как тебе только что пришло в голову. Не знаю как, но это действительно работало, и местные умудрялись достигать повторяющихся эффектов по таким инструкциям. Проще всего было Драконам — их боевые искусства, стили и техники были наиболее близки к нормальным боевым искусствам и имели наименьший объём мистического элемента, что позволяло им нормально тренироваться, без острой необходимости разгадывать глубокие философские ребусы авторов прошлого. У бойцов огня было посложнее, но тут хотя бы мог помочь учитель, внятно объяснив на пальцах, как и что делать, показать исполнение и даже, вроде как, в редких случаях, передать навык-знание напрямую, через синхронизацию энергии. А вот у звёздных мастеров всё было через задницу, и один практик мог в упор не понимать инструкций и пояснений второго, несмотря ни на какие личный опыт и силу.       У Е Синхэ, к слову, так и было, если мне память не изменяет. Получив в руки едва ли не самую базовую брошюрку с какой-то мусорной техникой, для самых-самых чайников, он внезапно разглядел в ней вселенскую мудрость уровня боженьки и начал на-гора выдавать приёмы, от которых обтекали даже видавшие виды архимаги.       Хоть отбирай у него ту брошюрку и, под видом дружеского жеста, вручай что-нибудь дорогое и кучерявое, что все считают крутым, но лично для него оно окажется кривым и бесполезным мусором. Было бы у меня больше времени на подготовку, я бы точно так сделал, но сейчас у меня не было с собой ничего по Звёздным боевым искусствам. Лян Ю имел предрасположенность к огню, и вся его свита, тоже поступившая в академию, также состояла из огневиков и драконов.       Пока я размышлял, наставник подбодрил приунывшего парня и удалился, предупредив, что у нас есть два часа на отдых перед финальным тестом магического таланта. Проверку на физические кондиции мы прошли перед самой демонстрацией пробивания скалы, так что многим отдых действительно был необходим.       И вот главный герой этой пьесы возвращается на своё место подальше от основного скопления народа и садится на травку, готовясь ждать, а я вновь возвращаюсь к вопросу «что делать?» Сам я тоже сидел в сторонке, окружённый только своими спутниками, прибывшими в академию вместе со мной из клана Тёмной Луны. Прямой роднёй они мне не являлись, но достаточно сильно принадлежали семье, чтобы входить в свиту наследника. Младшего, правда, что говорило и об их положении, хотя именно служба их мне была больше завязана на внутриклановые связи, то есть лично их семьи пребывали в зависимости от моей «веточки» семейного древа Тёмной Луны, а не от ответвлений Главы клана и семей других наследников и старейшин, но не суть.       Как это ни прискорбно, но, если я хочу выжить, взаимодействовать с Е Синхэ мне как-то придётся. Хотя бы на первых порах. Об него ведь действительно должны убиться все мои "дорогие родственнички", пусть в каноне это случилось не без "помощи" Лян Ю, каковой хоть и словил свою порцию унижений, но вовремя смекнул, куда ветер дует, и сумел пересилить жажду мести и включить мозг, чтобы воспользоваться ситуацией. Вот только хоть я и знаю все каноничные ходы Лян Ю, а также имею его память, без этого молодого лицемера Е Синхэ шансов на противостояние с нынешним Главой клана и его фаворитами на передачу власти у меня всё равно нет. Вернее, шансы выйти из этого противостояния победителем очень призрачны. Это не считая того факта, что у нас тут немного гражданская война на носу, в которой замешано крайне много народа, включая давешнего наставника с бирюзовым цветом волос. А эти бравые борцы с тиранией и деспотизмом мало того, что ребята серьёзные, так ещё и, ни много ни мало, планируют в этом году вырезать львиную долю студентов данной академии, преимущественно аристократического происхождения, а кого не вырезать, тех взять в плен и шантажировать ими родню. И я, естественно, тоже в списке, причём отнюдь не на участь пленника, ибо моя родня меня с удовольствием спишет, о чём, в общем-то, знают все, кому надо. А революционерам надо, у них вообще с разведкой всё очень неплохо. Е Синхэ же с этими ребятами не то чтобы закорешился, но его удача и сюжетная броня сработали так, что он умудрился стать для них персоной авторитетной и неприкосновенной, что распространилось и на его клан, с большим профитом для последнего.       И всё это на фоне того, что я пока сам понятия не имею, что и как у меня тут будет с магией вообще и её применением в частности. Навыки Лян Ю у меня остались — я чувствовал в себе энергию Ци и мог ей управлять, как минимум на том уровне, который возможно было проверить в пути, не привлекая внимания сопровождающих, но вопрос в том, остался ли у меня его потенциал развития? Тут этот параметр напрямую зависит от души — её силы, а моя душа далеко не факт, что является душой Лян Ю. В смысле, это не исключено, но равновероятно и прямо противоположное. Возможностей же проверить и как-то исследовать вопрос у меня нет — местная магия позволяет взаимодействовать с душами, но все связанные с этим разделом практики находятся далеко за пределами Второго Небесного Уровня развития, на котором находился Лян Ю до моего пробуждения. Иными словами, всё у меня очень неопределённо с перспективами.       Тем не менее если рассуждать предельно практично, то здесь и сейчас у меня два варианта действий. Первый — ничего не делать, не отсвечивать, многозначительно молчать и ждать проверки, после которой всё станет ясно хотя бы с магией. Вариант хорош тем, что я не подставлюсь под конфликт и если что-то пойдёт не так, по мне это репутационно ударит гораздо меньше, чем если я изначально привлеку к себе внимание. Минус один — я теряю шанс подружиться с главным героем в тот момент, когда он сам ещё не знает о своей гениальности, в итоге, даже если я потом буду относиться к нему приветливо, парень просто решит, что всё дело в его таланте, а я — подлизываюсь, чтобы его использовать. И это не мои догадки — он именно так и относился к дочке наместника провинции, которая пыталась с ним подружиться, когда он показал свой потенциал. И ведь девочка там была красоткой, каких мало, и к нему со всей душой, без злого умысла, а он с ней едва не через губу разговаривает на протяжении почти сотни глав, пока она за него пару раз жизни чуть не лишилась. Только вот я не красотка с шикарными платиновыми волосами, и жизнью за него рисковать не буду, потому даже дружба, взращенная через тернии испытаний, мне при таком раскладе не светит.       Соответственно, вариант второй — это подойти к парню и протянуть руку дружбы первым, находясь на позиции сильнейшего, которому от него ничего не нужно. Короче, изобразить благородного сюзерена — мечту самурая, который ценит вассалов, не разделяет негодяйские замашки семьи и всё такое. Плюсы: избежание конфликта, вероятная дружба. И всё бы отлично, только вот если сюзерен подойдёт к днищенскому вассалу, да ещё настолько тупому либо наглому, что не заметил или проигнорировал его присутствие, несмотря на характерный орнамент на одежде, при одном виде которого должен был вытянуться в струнку, после чего и заговорит с ним первый, да ещё и вежливо… Вот реально, обмазывание себя дерьмом и перьями урона репутации принесёт меньше. И пусть я не разделяю местных понятий о достойном поведении и позоре чести, вернее, далеко не всё из принятого я нахожу адекватным, но не учитывать эти понятия и реакцию окружающего мира на их несоблюдение я не могу. Просто потому, что хочу жить, ибо позорящего клан младшего наследника ведь и травануть могут, а то и без всяких изысков голову снять первым попавшимся рубящим инструментом. Деспотия. Восточная. Во все щели. С китайским колоритом, лишь чуть — самую малость — разбавленным анимешным антуражем и яркостью окружающих цветов.       С другой стороны, как только таланты Е Синхэ станут известны, многие мои "коллеги по цеху" вполне могут посчитать, что я, как сюзерен, прекрасно знал настоящий потенциал вассала и показал полное покровительство и поддержку перспективному кадру. Такой ход, наоборот, репутации мне прибавит, ибо покажет мою "мудрость", читай — хитрожопость, информированность и общую прошаренность. Плюсы такого исхода? Репутация среди моего уровня общения подрастёт. Это неплохо, хоть и особой пользы не несёт. Минусы? И их есть! Как не быть… Точнее, один конкретный минус. Мой двоюродный дядя Лян Сянь, он же — действующий Глава клана Тёмной Луны, вполне резонно заинтересуется, а почему младший наследник сам полез корешиться с перспективным вассалом, вместо того чтобы передать о нём знания более "мудрым", то есть старшим и приближённым товарищам? Точнее, резоны младшего всем будут очевидны и понятны — желание грести под себя тоже вполне себе логично и уместно. Вот только, с учётом моего положения в клане, это ещё быстрее, чем прошлый пункт, может привести к чашке с ядом или верёвке на шее. Возможно, даже шёлковой и со всем почтением, но моей шее будет глубоко плевать.       Так, прикидывая варианты и последствия, я всё больше приходил к выводу, что «ничего не делать» — это сейчас самый разумный для меня выбор.       Мой взгляд бесцельно скользил по толпе студентов, на рефлексах отмечая малозаметные детали, говорящие о принадлежности к тем или иным кланам, а также статусе этих кланов, как младших или старших семей. Последних, понятное дело, было мало, да и те, что были, не котировались на фоне клана Тёмной Луны, однако в какой-то момент глаз зацепился за платье одной русоволосой девочки, и я кое-что вспомнил.       Как-то я совсем забыл о других ключевых фигурах сюжета, сосредоточившись лишь на главном герое, а ведь у нас тут должны быть как минимум ещё два центральных персонажа. Во-первых, Ан Сюен из дома Безграничных Небес, что в будущем станет любовью всей жизни нашего героического нагибатора и собирателя древних кладов, каковым является любой главный герой китайщины, каковым и был Е Синхэ. Её имя прекрасно знал и Лян Ю, всё же семья Безграничных Небес была по положению и могуществу в регионе сопоставима с Тёмной Луной, и не знать старшую дочь главы этого клана наследник соседнего просто не мог. Лично они были не знакомы, но узнать Ан Сюен по одежде и описанию внешности было несложно, тем более что и она мало отличалась от своего образа в манге. Миловидная невысокая девушка с длинными и пышными русыми волосами, собранными в несколько хвостиков — два спускающихся вдоль лица и один уложенный сложным бантом на затылке. В одежде она предпочитала красный и нежно-персиковый цвета. И на фоне воспоминаний о земных не анимешных женщинах я бы назвал её ослепительной красавицей, но… но на фоне местных она не выделялась. Высокая, хорошо очерченная грудь, узкая талия, гармонично сложенная фигура, идеальная кожа без малейших изъянов… Так можно было описать буквально любую девушку на этой площадке, а здесь хватало девушек. И если уж начистоту, то роль Ан Сюен сводилась к архетипу доброй принцессы, которая сперва протягивает герою руку помощи, ободряет его и поддерживает исключительно из душевной чистоты, а потом влюбляется под действием героической харизмы и сюжетных костылей неловких случайностей, чтобы в будущем стать тому стимулом для дальнейшего роста, ибо как же можно обойтись без сюжетного поворота с девушкой в беде, которую нужно вырвать из рук подлых ворогов, принуждающих её выйти замуж по политическим соображениям? Нет, настоящий китайский герой просто обязан украсть девушку из-под венца, в процессе унизив и избив как её родню, так и семейство мужа. И те, и другие, ясное дело, должны быть предельно высокопоставленными и спесивыми мразями, которые, вот жеж уроды, смеют жить, опираясь на свои интересы, не испросив предварительно разрешения у героя, да и вообще, страшно сказать, имеют наглость не хотеть отдавать свою дочь-невесту первому встречному борзому малолетке, который её возжелал. В общем, ждёт девушку жизнь тяжёлая и полная лишений, ибо герой должен рваться к могуществу и превозмогать сильных мира сего, ну а поскольку герой не может просто любить магию и желать власти, так как это сразу делает его образ «проблемным» и «токсичным», в смысле, неположительным, то без страшных обидок на несправедливость и жажды праведной мести тут никуда.       И я бы рад уменьшить количество желчи в рассуждениях, но девочку действительно жалко — ей сюжет не даёт шанса даже на видимость какой-то самостоятельности, а ведь она талантлива, и потенциал у неё превосходил Лян Ю и лишь чуть уступал Е Синхэ. К сожалению, я вообще не вижу вариантов ей помочь, так как обложена она не меньше моего. Родня с её мнением не считается и давно записала в ресурсы, предназначенные только для улучшения политических позиций через брак с наследником одного высокопоставленного столичного рода, личной силы у неё нет, по крайней мере такой, которая бы давала какой-то вес, а единственный союзник — это будущий герой-мститель, который просто хочет её себе, даже не рассматривая вариант дать «любимой» свободу выбора. Нерадостная картина, как ни посмотри.       В таком разрезе к ней и поздороваться подходить стыдно. Может быть, в иной ситуации я бы и подумал над тем, чтобы за ней поухаживать, но в ракурсе знаний всего того, что её ждёт и что у неё на сердце, такое поведение будет просто подлым. Она ведь не хочет выходить за «принца» из столицы, но ничего не может с этим сделать, потому знаки внимания будут только напоминать ей об этой болезненной теме, а причинять ей боль я как-то не желаю. Да и давать тому же Е Синхэ лишний повод прикончить меня, уже из ревности… Ну его нафиг — такой экстрим. Тем более, несмотря на объективную красоту, при взгляде на неё в моём сердце ничего не ёкает, а значит, нечего и суетиться, обманывая и её, и себя.       Вторым же важным действующим лицом, что как раз сейчас крутилось вокруг Ан Сюен, был низкорослый блондинистый паренёк из побочной ветви дома Безграничных Небес. Не помню, как его звали, и память Лян Ю тут не помощник — неоткуда знать наследнику Тёмной Луны имена всех подростков из младших семей, являющихся вассалами других кланов. Однако имя тут и не имеет значения, ведь главное — роль. А роль у этого парня была весёлой — террорист, убийца, антигерой, друг героя, повстанец, без зазрения совести режущий своих единомышленников, наконец, практик ряда крайне редких боевых искусств, включая то, что здесь называется некромантией, хотя с поднятием скелетов и зомби эта штука не имеет ничего общего. Короче, тот ещё кадр, которого бы, по-хорошему, следовало удавить в колыбели, ибо в своём идейном фанатизме лицемерит этот деятель так, как не снилось и иезуитам, искренне считая себя добряком и тем, кто реально делает что-то хорошее. Именно он, кстати, будет главным резателем студентов академии в том плане, который его организация наметила на этот год, да и по силам он, к слову, Е Синхэ постоянно превосходит благодаря своим запретным и забытым техникам.       И… я вообще не знаю, что с ним делать. Понятно, что он мне — непримиримый враг, говорить с которым бессмысленно, ибо он себя мнит радетелем за права простого народа, а меня — подлым угнетателем. Понятно, что его, такого красивого, надо бы прикопать под ближайшим кустом, заодно с его напарником, внедрившимся в академию на пост учителя, но вопрос в том, как это сделать? Сам я не справлюсь, а сдавать их администрации… Как? Как я докажу, что они — повстанцы-террористы? Как объясню, откуда об этом знаю?       Ох, боги, великие силы и не знаю, кто там ещё наверху есть, воистину — счастье в неведении, а все беды от ума! Вот знаю я будущее, и ничего мне это не даёт, кроме головной боли и ощущения себя загнанным зайцем. Чем больше об этом всём думаю, тем мне печальнее, хоть садись в медитацию, чтобы отвлечься…       Кстати говоря, не худший вариант…       Я ещё раз огляделся, уже более осмысленно отмечая обстановку. Отходивший недавно наставник-скрытый террорист уже вернулся и наблюдал за порядком. Подростки маялись кто во что горазд, причём многие вполне себе пытались медитировать, то ли для борьбы с мандражом перед тестом, то ли используя момент для тренировки Ци и даньтяня — грубо говоря, магического резерва и источника, на котором зиждется вся местная мистика. И-и… это было разумно. Сидеть два часа и стрессовать на тему того, что меня ждёт — дело бесперспективное, а вот тренировка — это тренировка. Она по определению полезна.       Глубоко вздохнув, я изменил позу, закрывая глаза и расслабляя пресс. Теперь сконцентрироваться на огоньке даньтяня, что ощущался на два пальца ниже пупка, и, зачерпнув из него Ци, двинуть её по основной магистрали системы меридиан к нижней части спины и оттуда к темени, чтобы завершить круг возвращением к даньтаню. Это было одно из основных упражнений на увеличение количества Ци и укрепление тела. За два часа цикл можно было повторить около двухсот раз, по мере роста объёма участвующей в циркуляции энергии запуская её во всё большее и большее количество энергоканалов, тем самым давая им нужную для тренировки нагрузку, так что хоть какой-то эффект всяко будет, а там, авось, и все переживания отойдут на второй план…       Ощущения от процедуры и впрямь очень быстро вытеснили из головы все посторонние мысли. Для Лян Ю, которым я был ещё три дня назад, такие тренировки были хоть и не слишком сложным, но муторным и морально изматывающим занятием. Молодому шестнадцатилетнему парню было сложно долго сидеть на одном месте и приходилось прикладывать серьёзные волевые усилия для этой необходимой и жизненно важной работы. Я же откровенно наслаждался ощущением движения энергии, самим её наличием в своём теле и фактом возможности ею управлять. Это было просто… волшебно. Шутки шутками, но я ведь на самом деле прикасался к чуду — к магии. Я не знал, кем был до того, как очнулся в этом теле, но точно знал, что тот я не имел такой возможности. Всё во мне, пусть без конкретных воспоминаний, но на уровне самих ощущений и реакций, кричало, что в прошлом я отчаянно мечтал о подобном, но мечты мои были тщетны, лишь распаляя интерес и жажду приобщиться к чему-то мистическому и выходящему за грань унылой реальности. Чувство застарелой, тоскливой мечты, уже растерявшей все надежды на успех, но отказывающейся исчезать — стоило мне сконцентрироваться на своей Ци, ощутить власть над ней и возможность к её развитию, как отголоски тех эмоций взрывались в сознании фейерверком пьяного счастья и восторга. И в этом состоянии я легко отстранялся от любого телесного дискомфорта, окружающих шумов и лишних мыслей. Перед моим внутренним взором извивались потоки Ци, сливаясь в непрерывную сияющую багрянцем петлю, что медленно, но неотступно — с каждой новой итерацией цикла — ширились и растекались по всему организму, пока концентрация и объём задействованной энергии не превращали кольцо в пылающий костёр, охватывающий всё тело. И ощущения, что прокатывались по телу под лепестками этого пламени, ощущения, что ширились и росли в это время в даньтяне… я даже не знал, с чем их можно сравнить, но упивался этими чувствами до состояния полной релаксации.       Неудивительно, что время перерыва промелькнуло для меня в одно мгновение, и очень хорошо, что мои спутники были правильными псевдокитайскими вассалами и молчали в тряпочки, даже не думая отвлекать меня от процесса. Ан Сюен. То же место.       Девушка стояла в тенистом углу парка, где она, в числе прочих претендентов, не так давно закончила проходить проверку физической подготовки и теперь ожидала начала экзамена на духовные способности. Несмотря на то, что для практика Второго Небесного Уровня, каким она была, проверка простых силы и выносливости не доставила никаких проблем, мандраж всё равно охватывал её душу, ведь через несколько десятков минут будет решаться её судьба. Сможет ли она стать ученицей Академии Небесной Звезды или будет с позором отправлена домой? Туда, где её шансы избежать навязанной судьбы из призрачных окончательно станут несуществующими. Разумеется, домашние наставники утверждали, что ей-то уж точно не о чем беспокоиться, но… сомнения всё равно продолжали терзать разум. Не была ли это просто лесть или вежливость? Не крылся ли за этими словами какой-то умысел? Что если окажется, что уже достигнутый уровень — это её предел на всю жизнь и она уже выбрала лимит своего потенциала? Или как ей быть, если её талант окажется на самом деле обычным, а то и ниже среднего, а всё достигнутое — это лишь результат усилий клановых учителей и духовных эликсиров, которые хоть и нечасто, но выдавали ей для тренировок? Ответы на эти вопросы она узнает очень скоро, нужно лишь немного подождать, но вот будут ли они радовать её сердце — этот страх и не давал Ан Сюен покоя.       Внезапно её внимание привлекло мерное свечение Ци, исходящее от темноволосого парня в белом танчжуане (*), рукава и оторочку которого украшал изысканный цветочный орнамент. Он устроился в позе для медитации неподалёку от выбранного ей места ожидания и совершенно игнорировал окружающие шум и суету, полностью погрузившись в тренировку. Его одеяния и черты лица, вместе с цветами одежд окружившей его группы людей, давали понять, что во дворе академии пребывает молодой наследник клана Тёмной Луны. Юноша был полностью спокоен, но вьющаяся вокруг него багрового оттенка Ци говорила о серьёзной и напряжённой медитации.       «Какое равномерное Ци…» – невольно отметила девушка, глядя на переливы энергии, охватившие почти всё тело парня, и только спустя пару секунд окончательно удивилась: – «Но погодите, сколько времени прошло с завершения демонстрации?» – девушка с недоумением огляделась, выискивая признаки, что что-то пропустила, но не находя их. – «Минут десять? Не может быть. Не мог же он сесть медитировать ещё во время речи наставника? Чтобы достигнуть такого эффекта от циркуляции Ци, нужно не меньше пятнадцати минут!»       – Что он делает? – услышала она голос одного из своих младших.       – Похоже, он тренируется… – ответил другой голос.       – Кто станет делать такое прямо во дворе? Кто этот парень? – недоумевал первый, явно не имевший раньше возможности так близко увидеть никого из Старших Семей.       – Ты не знаешь его? – третий голос, принадлежащий рыжеволосому парню из вассалов семьи Грома. – Это же Лян Ю — молодой мастер из клана Тёмной Луны! Они являются одной из главных семей. Второй в Тяньцзуне после семьи лорда Северной Стражи. Шесть городов в нашей провинции под их властью. Некоторые из студентов вокруг него также из семьи Тёмной Луны!       – Но зачем так напрягаться перед испытаниями? Он не боится устать и не справиться? – заинтересовался новый участник обсуждения, стоявший недалеко от места медитации Лян Ю.       – Это не твоё дело, – резко отрезал услышавший его сосед обсуждаемого парня. – Если молодой мастер из Тёмной Луны посчитал, что ему нужно провести тренировку, то кто мы такие, чтобы обсуждать это?       – Да… конечно, – не пошёл на конфликт студент, хотя его лицо и поза говорили о том, что он считает такое поведение глупостью.       А вот Ан Сюен, наоборот, задумалась о том, что идея Лян Ю на самом деле не такая уж плохая. Конечно же, слишком усердствовать, как это делал парень, не нужно, но очистить разум и настроиться на деловой лад в преддверии испытания будет полезно.       Придя к такому выводу, девушка не стала откладывать дальнейшие шаги и решительно села на мягкий газон, прикрывая глаза. Как бы ни пугало её будущее, она сделает всё, чтобы встретить его достойно, и, конечно же, воспользуется примером, который направили ей боги. Тот, кто теперь является Лян Ю, младшим наследником клана Тёмной Луны.       Проведя нас по территории академии до одного из центральных корпусов, наставник остановился перед дверями, которым больше подошло бы название «ворота», и кратко проинструктировал, напоминая, что все легкомысленность и раздолбайство надлежит оставить за пределами зала, а внутри извольте сжать булки и держать свою дурь в руках. Ну, образно выражаясь.       Далее врата были открыты, и толпа напряжённых тинейджеров ввалилась в огромный зал, достойный дворцов старших семей. Одна прихожая метров тридцати шириной переходила в лестницу, укрытую красным ковром, за лестницей лежал ещё один зал с рядами деревянных столиков, и уже совсем вдалеке возвышался последний ярус с местами для почтенной приёмной комиссии. Всё это великолепие перемежалось колоннами, светильниками и дорогой отделкой, на которую большая часть гостей смотрела, распахнув рты и трепетая в восхищении.       Пока мы двигались к столикам, соискатели должности студентов успели разговориться, не в силах сдержать впечатления, так что вскоре закономерно получили втык:       – Тихо! – мощный старик с шикарной белой бородой, восседающий в центре стола администрации, хлопнул ладонью по алой скатерти и мгновенно приковал к себе взгляды. – Соблюдайте тишину в зале для тестирования! Не забывайте о правилах Академии Небесной Звезды, новички.       На этом подростки вспомнили о предупреждениях и старательно изобразили почтенное внимание, по ходу дела рассосавшись между столами, на которых обнаружились россыпи из пяти-восьми красных кристаллов. Между тем, выждав пару секунд, пока в зале установится полная тишина, старик заговорил вновь:       – Я проректор Академии Небесной Звезды, Сюэ Ли, ответственный за ваш сегодняшний тест. На каждом столе вы найдёте несколько кристаллов души. Вам необходимо установить духовную связь с ними, чтобы мы смогли определить ваш врождённый талант. Ученик, который установит духовную связь с двумя кристаллами, допускается к посещению уроков; тремя — у него хороший талант; а если найдётся тот, кто сможет активировать четыре — в том задатки гения. Также ученики, которые активировали три или больше кристаллов души, имеют шанс стать учениками наиболее выдающихся мастеров Академии Небесной Звезды, достигших как минимум Шестого Небесного Уровня! Сегодня вам даётся шанс показать, на что вы способны. Если вам не удастся активировать кристаллы, вы можете практиковаться со своим учителем и повторить попытку в следующем году!       Я уже стоял рядом с одним из столиков и невольно скользнул взглядом на камни. К сожалению, знания Лян Ю о них были крайне обрывочны. С одной стороны, чтобы активировать эти камни, необходимо уже иметь начальную подготовку, то есть уметь чувствовать и направлять Ци, но вот с другой, количество камней душ, с которыми ты можешь одновременно установить связь, вроде как совершенно не зависит от твоего уровня навыков и степени продвижения по пути развития собственной силы. И, точно он не был в этом уверен, но, кажется, если активировал камень души один раз, то ты уже не сможешь активировать другой на его место. То есть, допустим, у тебя потенциал ровно на три камня, и ты их активировал, однако, сделав это один раз с этими тремя, ты уже не сможешь пойти к другим трём камням и активировать их. Лимит, что называется, выбран — душа запомнила или получила некую метку и повторить процесс второй раз уже не сможет. По крайней мере, именно такую версию слышал Лян Ю к вопросу о том, почему такую проверку нельзя пройти дома и приходить в Академию, уже точно зная, сколько камней ты можешь активировать. Понятное дело, что камни души у местной элиты имелись, только кто же будет верить на слово в вопросе допуска в элитное учреждение? Этак любой скажет, что дома аж восемнадцать осилил — примите меня в элитный класс. То есть, может быть, проверить, кто активировал камни, имея на руках и их, и соискателя, возможно, но это работа явно не для рядового наставника академии, а дёргать мастеров шестого и выше Небесного Уровня на каждую личинку, пусть даже аристократа, никто не будет.       – Хорошо, – прокомментировал наше почтительное молчание проректор. – Чу Сянь, начинайте тестирование.       – Да! – словно с нетерпением того и ждал, поклонился наш проводник с бирюзовыми волосами, уперев правый кулак в ладонь левой руки. – Здесь есть столы для каждого! – обернулся он к нам. – Поднесите свою руку на расстояние примерно в две ладони от кристаллов души и попытайтесь активировать их. Главное — не волноваться! Кристаллы определят всё за вас!       Я уселся за столиком, на котором разместилось семь грубых камушков различных размера и формы — от небольшого осколка с фалангу большого пальца до кусков с половину детского кулака. Как подсказывала мне память, никакого тайного смысла или практической пользы в разных размерах и форме не было — для задачи проверки такие камни работали совершенно одинаково, тут скорее стоял вопрос именно в образовании этой самой «Духовной Связи», чем бы она ни была с точки зрения прикладной, а не философской.       Следуя инструкциям наставника, я протянул руку над камнями, действительно ощущая, что в них то ли что-то есть, то ли с ними что-то не так… Кажется, я теперь понимаю, почему местные выдают всяческие философские трактаты, в которых ищут сокровенные смыслы и всё прочее — описать свои чувства и ощущения было просто нереально. Не было в человеческом языке таких терминов, понятий и определений, а если каждый одарённый ещё и ощущает это по-своему, то тогда всё совсем весело… Как бы то ни было, лично для меня камни представляли собой сгустки… чего-то пустого и в то же время обладающего свойством… ветра. Подбирать аналогию было до рези в мозгу сложно, но, закрыв глаза, я словно видел перед собой маленькие дырочки в пространстве, которые одновременно являлись комками закрученного воздуха и дули на меня, но совсем не так, как дуют кузнечные меха, в смысле, несмотря на то, что в ощущении присутствовали дырки, они при этом абсолютно точно не вызывали ассоциаций и не являлись отверстиями, через которые дует воздух. Они дули на меня, но дули сами собой, а не чем-то, что проходит сквозь них… И в то же время они оставались на месте, а то, что на меня дуло, оно было чем-то другим, чем-то более тонким, таким, которое работает и происходит на других слоях восприятия…       Чем больше я концентрировался на попытке сформулировать свои чувства, тем сильнее чувствовал, что сейчас сварю себе мозг абсурдностью получаемых смысловых конструкций.       Так или иначе, камни я чувствовал и точно так же чувствовал, что я могу направить по дующему в меня «ветру» Ци, будто по собственному телу. Это было ещё одно очень странное ощущение… Не то чтобы появление дополнительных конечностей, но вот как будто у меня из руки ещё несколько пальцев выросли, причём без костей, но очень длинных и гибких, которые… занемели… и я не могу ими управлять… но они зудят на подушечках… холодно им там… и надо их как-то растереть, но не другими пальцами, потому что этих… ну, которые зудят… как бы… нет. Но они есть… Серьёзно, я очень хочу изучить нормальный магический язык, в котором существуют все нужные термины, потому что без него просто больно.       В общем, осознав своё бессилие понять и описать ощущения, я открыл глаза и направил свою силу в эти камушки, после чего… они послушно среагировали, начав светиться. Правда, почему-то не только алым, был тут и жёлтый, и фиолетовый и вообще какого-то подозрительно серебряно-чёрного оттенка цвет. Небольшое усилие — энергия течёт вокруг моей руки, и камни, подхваченные ею, взлетают: первый, второй, третий… седьмой.       – Хм? – я не сразу это осознал, слишком увлечённый новыми впечатлениями, но когда осознал, то… не понял. Вроде бы канонично Лян Ю смог «засветить» только четыре и почуять пятый, но вот активировать его уже не смог, да и на четвёртом потел так, словно дикобраза против шерсти рожал, я же… вообще не чувствовал усталости или напряжения. Просто мысль-желание, и камушки стали циркулировать вокруг моей руки, послушно следуя потоку Ци, плюс ветерок от них стал заметно приятней, да и ощущение чего-то пустого пропало. Вернее, это пустое наполнилось и теперь… что-то. Не знаю что, но какой-то процесс там шёл. Он менял свойство «ветра» и, кажется, что-то делал с моей Ци, но не поручусь. В общем, опыт прошёл успешно, но полученный результат не приблизил группу исследователей к пониманию, чего они вообще делали.       – Се… семь?! – из созерцательного состояния меня вывел крик проректора Сюэ Ли, что, неаристократично выпучив глаза, ещё более неаристократично вскочил с места, нависая над учительским столом. Остальные коллеги уважаемого наставника, впрочем, от него ушли недалеко.       – Неужели эти старые глаза меня обманывают? Этот ребёнок действительно пробудил семь кристаллов души?       – Талант, способный пробудить пять кристаллов, встречается раз в сотню лет, талант, способный пробудить шесть — в тысячу, но семь… Клянусь, со времён основания Академии такого ещё не было!       – Воистину так!       – Удивительно! – умудрённые наставники, не стесняясь учеников и того, как такое поведение может повлиять на их достоинство и репутацию, самым банальным образом «шушукались» в полный голос.       А я начал судорожно соображать, всеми силами пытаясь держать морду лица кирпичом, ибо… ну… истеричное хихиканье, лихорадочно выпученные глаза и всё прочее из той же оперы были бы тут явно не к месту, а я бы не поручился, что без дополнительного контроля оно бы не пролезло.       Вот какого хрена?! Что произошло? Почему? Я попал в «бракованную» реальность? Или внезапно вселенная посчитала, что из Лян Ю герой сянси получится лучше, чем из Е Синхэ? И что делать? Семь камней — это же заявка на самого толстого Альфу и вообще Боженьку, и если с таким показателем «мой» клан меня теперь, допустим, списывать передумает и даже пылинки сдувать начнёт, потому как… Гений национального уровня — это дохрена престижный аксессуар при подсчёте политических баллов, никто от него по доброй воле не откажется, потому как через него и с императорским домом породниться можно, не говоря уже о получении придворных и военных должностей очень высокого и благостно влияющего на положение семьи уровня. Опять же, такой талантливый парень сам скорее в столицу подастся, строя себе реально крутую карьеру на самых верхах, нежели начнёт бодаться за пост главы провинциального клана, заняв который, выше уже не прыгнет. Но ведь Тёмная Луна — это один из сильнейших кланов только в «среднем» звене, а ребята, сидящие наверху, концепцию удавления броненосцев, пока те чайники, знают тоже очень хорошо, иначе бы наверху не сидели. И тут или повяжут по самое «не могу», или таки реально удавят, ведь ресурсы у них куда кучерявей, чем у моей дражайшей родни. И что мне делать? Чёрт-чёрт-чёрт!       – Господин, вы невероятны! – присоединились к ажиотажу вокруг моей персоны мои же вассалы.       – Вы лучший молодой мастер семьи Тёмной Луны! Я счастлив служить вам!       – Ан Сюен из Безграничных Небес смогла активировать пять, но вы так решительно превзошли её!       – Что и ожидалось от молодого мастера!       – Ан Сюен активировала пять кристаллов? – вычленил я знакомый и имеющий значение момент, разворачиваясь, чтобы найти девушку взглядом.       Совпадение или нет, но я не только сразу нашёл леди Ан, но и наши глаза мгновенно встретились, потому как она смотрела в мою сторону наравне со всеми в зале. Мне что-то уже отвечали, но я уже и сам увидел на столе перед девушкой пять сияющих камней. Мои, к слову, продолжали крутиться вокруг руки, не демонстрируя желания куда-то падать. «Ветерок» от них мне нравился, а расхода Ци я не чувствовал — она буквально закольцевалась и никуда не уходила, так что и я прерывать мельтешение как-то не спешил — совершенно о нём забыл, если совсем по-честному.       Уважительно кивнув дочери главы дома Безграничных Небес, я сделал вид, что весь шум вокруг не про меня, и застыл в позе прилежного ученика, ожидающего окончания урока. Реально же я ожидал иного, но с ним как раз начались большие проблемы. Е Синхэ. Е Синхэ никак не мог «засветить» ни одного камня, и это не менялось с течением времени. Никто к нему не подходил, никто не ободрял, а сам он, под смешки более удачливых кандидатов, постепенно впадал в явное отчаяние.       И я опять не понимал, какого хрена? Думай, голова, думай! Что могло пойти не так? Я действительно в другой вселенной или мои действия уже как-то повлияли на события? Но как?! Я ведь… ничего… не делал.       На этом моменте мне захотелось то ли рассмеяться, то ли зарыдать.       Вот именно… Я. Ничего. Не делал.       Я не чморил этого «страдающего низкородного слабака», не устраивал никаких сцен с воспитанием охамевшего вассала, не ругался с той же Ан Сюен, которая за него заступилась… и я ничего не орал на самом тесте, бравируя положением семьи и личным мнением по любому вопросу. А это, если подумать, очень даже дохрена действий на такой небольшой отрезок времени и прямо-таки море раздавленных бабочек Брэдбери.       Но… вы же не хотите сказать, что… мироздание посмотрело на то, что нету обязательных сюжетных крючков, и решило не делать из него главного героя сянси, и прокатило с бустом? Чтобы повесить оный на одного испытывающего затруднения в самоидентификации малолетнего аристократа, что как раз размышлял, в какой жопе он оказался?       Да, звучит бредово… В смысле, я бы не стал на это рассчитывать. Бред есть бред, он нереален. Глупость. Чушь. На такое не ориентируются в здравом уме и твёрдой памяти… но после всего того, что со мной уже произошло, я готов поверить в этот бред и принять его за вполне рабочую теорию.       Но что теперь делать? Все планы пошли в задницу — у меня не будет «волнолома», об которого можно устранить дорогих родственничков, скромно стоя в стороне и собирая себе все сливки, да и в нынешнем раскладе с устранением можно обождать и посмотреть, но… но ведь на этого лицемерного засранца было закручено слишком много, к тому же… А вдруг сейчас его выпрут из «секты», как неудачника, и этот Е Синхэ, бредя домой, найдёт в кустах древнего крутого практика боевых искусств, который вот именно сейчас искал себе наследника, чтобы эпичным колдунством мгновенно передать ему все силы и знания? Или вместо практика будет крутой артефакт с запечатанной техникой развития, который всё это время притворялся дорожным камнем? Или ещё какая хрень, после которой униженный и алчущий мести герой таки в один прекрасный момент вернётся и всех заровняет, особенно усердствуя с официально признанным гением академии, сиречь со мной?       Мысли судорожно метались в голове, кажется, я непроизвольно даже задействовал что-то из области неких техник для ускорения мышления и прочистки сознания. Во всяком случае, когда зачаток плана сформировался в моём мозгу, бирюзововолосый наставник ещё не успел дойти до стола с неудачником, чтобы предложить ему «попробовать в следующем году». И потому я начал действовать. Е Синхэ. Там же.       Отчаяние накатывало с каждой секундой, с каждым шагом приближающегося наставника. Ни одного. Ноль. Он не смог ничего, а значит, сейчас его выкинут. И это будет концом. Не только для него, но и для его маленького и слабого клана. Как такое могло произойти? Этого не могло быть… Невозможно! Это было абсолютно невозможно! Немыслимо! Но он не чувствовал кристаллов… Не чувствовал их!       Смешки и ехидные комментарии со всех сторон ввинчивались в уши, раздирая нервы скрипучими резцами. Даже за учительским столом уже заметили его неудачу и теперь комментировали его позор, недоумевая, как он мог не получить даже самого малого отклика хоть от одного камня души. «Мусор», «отброс», «бездарность»… он ощущал эти оценки каждой частицей своего тела, не в силах поднять взгляд от оставшихся совершенно безучастными к его усилиям красных кристаллов, с ужасом предчувствуя каждый шаг приближающегося учителя.       И вот время вышло, и над ним появилась тень. Е Синхэ с трудом поднял взгляд, ожидая увидеть Мастера Академии, но… вместо последователя пути Дракона перед ним стоял его ровесник. Дорогая одежда и цветочный узор. Наследник Лян Ю из Тёмной Луны. Его сюзерен…       Синхэ скрипнул зубами, скрывая подсердечную ненависть. Богатый. Надменный. Одарённый. Он уже знал, что сейчас будет. «Оскорблённый бездарностью раба», он сам вышвырнет его из этих стен. И хорошо, если ещё не изобьёт до полусмерти… или не полу.       – Расслабься, – неожиданно ударил по сознанию совершеннейшим диссонансом и нереальностью, относительно ожиданий, спокойный и беззлобно-участливый голос. – Ты же из клана Лазурного Пера, верно?       – Да… – смог выдавить из себя обречённый, не понимая, что за злую шутку решил сыграть с ним наследник Старшей Семьи.       – Я слышал, в вашей семье живут достойные люди, – прямой взгляд фиолетовых глаз молодого Мастера Тёмной Луны, казалось, пронизывал Е Синхэ насквозь, заглядывая в саму душу и подавляя своей силой. – Почему же ты паникуешь?       – Я… не чувствую кристаллов… я…       – Глупость, – небрежно хлестнул властный голос, в то время как его владелец сделал жест рукой, как будто отмахивается от мухи. – Тебя выбрал целый клан, из всех возможных кандидатов. Ты не можешь быть бездарен.       – Но я…       – Избавь меня от такой бесполезной траты времени, как выслушивание оправданий, – поморщился Лян Ю, на миг недовольно поднимая глаза к потолку. – Просто прекрати паниковать и сделай это. Я не хочу видеть, как из академии выгоняют моего вассала только потому, что он не смог побороть мандраж. Серьёзно, это несмешная шутка.       А Е Синхэ вновь скрипнул зубами. Его душили злость и обида. Разумеется, всё дело было в престиже Тёмной Луны — молодой Мастер просто не хотел омрачать свой триумф позором вассала. Теперь если он не справится, то навлечёт на себя и свою семью гнев Тёмной Луны. Тем даже не придётся марать руки — у такого могущественного клана есть много способов, чтобы покончить с такой маленькой семьёй, как Лазурное Перо…       – О чём ты думаешь? – прервал его мысль Лян Ю, и Синхэ бросило в холодный пот от внезапного ощущения, что тот прекрасно знал, о чём он подумал. – Я же сказал — расслабься. Просто возьми себя в руки, забудь о страхах и сконцентрируйся на кристаллах. Тот, кто не пытается, ничего не добьётся.       – Да… – выдавил Синхэ, разворачиваясь к столику и вытягивая над камнями души руку. Чувство собственного бессилия, собственной слабости… душило. Его понукал наследник Тёмной Луны, говорил, что делать, как маленькому ребёнку, и Е Синхэ даже не мог возразить этим презрению и насмешке. Он должен был попытаться ещё раз. Сделать, как сказал Лян Ю. Подчиниться… Ради семьи Лазурного Пера, он должен был бороться до конца!       В такт его гневу вспыхнула Ци, и он наконец почувствовал… Четыре красных кристалла на деревянной поверхности загорелись внутренним светом, а сжимающие всё нутро тиски напряжения внезапно пропали, как будто пропала вся твердь под ногами, а на её место пришло чувство падения и полного внутреннего опустошения.       Парень смотрел на четыре сияющих камня, и в голове набатом бились потерявшие всякие краски и смысл слова, что он только что слышал и произносил. Эмоции, мысли, желания — всё куда-то пропало, и он мог только глупо пялиться на кристаллы и пытаться их пересчитать, посекундно сбиваясь на втором, при этом едва слыша происходящее в окружающем мире…       – Он и правда был чересчур напряжён, – как сквозь вату донеслись до него задумчивые слова проректора Сюэ.       – Никогда бы не подумал, что представителю младшей ветви удастся активировать четыре кристалла. Должен признать, я шокирован и недооценил его талант, – добавил другой престарелый голос, ещё недавно сетовавший на его бездарность.       – Да, молодой мастер Тёмной Луны удивителен, раз смог не только сам установить связь сразу с семью кристаллами души, но и разглядеть четырёхкристалльный талант!       – Четыре кристалла?.. – глупо переспросил себе под нос парень, с трудом возвращаясь к действительности.       «И правда четыре…» – наконец сумел он пересчитать камни. – «Раз так… Меня не выкинут из Академии Небесной Звезды!» – с замиранием сердца осознал Синхэ, с недоверием и опаской, но начиная улыбаться.       – Что же, я рад, что в наших вассалах ещё рождается сильная кровь, – привлёк его внимание всё ещё стоящий рядом Лян Ю, чьи руки были заложены за спину, а во взгляде индиговых глаз чудилась какая-то странная искра, будто он знает и понимает много больше окружающих, и случившееся совсем не является для него сюрпризом. – К слову, как твоё имя?       – Я… – выходец из клана Лазурного Пера поспешно вскочил и, полностью повернувшись к человеку, который спас его от позора хуже смерти, упёр кулак правой руки в ладонь левой, уважительно склоняя голову. – Е Синхэ, старший брат!       И только уже ответив, всё ещё пребывающий в шоке парень чуть было не выругался следом. Конечно же он знал о правилах Академии, согласно которым все ученики должны быть равны друг другу и на время обучения забыть о разнице в статусе и происхождении, но перед ним был наследник Тёмной Луны! За обращение к себе, как пусть и старшему, но как к равному старшему, он мог рассвирепеть!       – Я запомню… – в глазах брюнета отразилась какая-то скрытая усмешка, – младший, – закончил он, дёрнув краешком губ в улыбке, и, скользнув взглядом по кристаллам на столе, повернулся, чтобы вернуться на своё место.       Е Синхэ же замер в непонимании. Что произошло? Его… его в самом деле признали и позволили так обращаться? Пока он раздумывал о том, как изменилась его жизнь и правда ли она изменилась, к нему подошёл ещё один ученик.       – Ого, а этот Лян Ю, кажется, хороший человек! Совсем не то, что я о нём слышал!       – Что? – повернувшись на голос, Синхэ увидел низкорослого, приветливо улыбающегося блондина с ярко-зелёными глазами.       – Молодой мастер Тёмной Луны! Оказывается, как у моей госпожи Ан Сюен, у него доброе сердце! Мало какой представитель старших семей стал бы проявлять такое участие к младшей ветви!       – Ты кто? – не зная, как реагировать на прозвучавшие слова, и немного стыдясь поднятой темы, предпочёл сменить её Е Синхэ.       – О, точно! Я — Линь Хон, я из Аньянга! И снова Лян Ю.       Фух. Это было близко. В том смысле, что у меня всё-таки появится козёл отпущения и волнолом, но напрягает, что он смог осилить всего четыре камушка, когда в каноне точно было больше, чем у того Лян Ю и Ан Сюен, то есть шесть штук. Но хоть так — будем считать, что он просто недостаточно сконцентрировался или поспешил. Главное, что четыре кристалла души — это тоже явная гениальность, так что дальше всё должно пойти более-менее предсказуемо.       Вообще, мой манёвр, при том, что казался едва ли не за гранью фола и, с учётом изложенного ранее, выглядел едва ли не политическим (а может, и не только политическим) самоубийством, но… вся соль в традициях. Это подойди простой аристократ к простому почти плебею и начни говорить с ним, как с равным, этому аристократу не поздоровится, а когда то же самое делает «гений поколения» (а судя по реакции наставников и общему переполоху, этот титул я вполне смогу получить), то тут всё совсем иначе. Это ещё не «право сильного» вести себя согласно желаниям и плевать на хотелки остальных, но «допустимая блажь», вполне позволительная гению. К тому же, как выяснилось, общаться я соизволил с носителем тоже «гениального» потенциала, пусть и послабее моего. И помог ему проявиться, что могут списать, да собственно и уже списывают на то, что я «сумел рассмотреть» этот самый потенциал. В общем, профит. Ну а если бы ничего не получилось… пришлось бы самолично выкидывать Е Синхэ из здания, как «сюзерен, не стерпевший таких позорных действий раба» — тоже вполне себе нормальное и даже достойное поведение в глазах общественности. Так что никакого риска не было.       А ещё я сам охреневаю, что сумел всё это осознать, просчитать и среагировать за те пару секунд, что прошли с момента выдвижения наставника к Е Синхэ до того, как я поднялся со своего места. Да, я крут! И хочу выпить… Чаю мне, чаю!       Нет, кроме шуток, толк в хорошем чае тут знали, во всяком случае, память, которая досталась мне непонятно откуда, в этом моменте была солидарна с памятью местной — чай был шикарен и для успокоения нервов подходил куда лучше, нежели местный алкоголь. Вот он был так себе. Я, правда, совершенно не помнил, имел ли большой опыт в распитии горячительных напитков, но те вина, что доводилось пробовать Лян Ю, не вызывали у меня желания повторить, а это показатель, всё же пил он далеко не разбавленную брагу из дешёвой забегаловки. Воспоминания о вкусе местных сортов чая, напротив, очень даже возбуждали желание приобщиться и посмаковать чашечку-другую.       К сожалению, сразу добраться до запасов вожделенного напитка возможности не было, и требовалось ещё какое-то время изображать пафосную статую самому себе, гордо воздвигнувшись с руками за спиной в ожидании окончания проверки. Не воздвигаться варианта не было — слишком много на меня косилось народа и слишком пристально все ловили каждый мой жест, чтобы позволять себе расслабиться. Точнее, даже не расслабиться, всё же я отнюдь не чувствовал себя напряжённым и по сути был только рад возможности помолчать и подумать, но вот спокойно поговорить с кем-то, не беспокоясь о приватности этого разговора, в такой обстановке не представлялось возможным.       Так или иначе, через некоторое время всех непрошедших вывели из зала, причём я чувствовал на себя жгучий взгляд буквально каждого из них, начиная с момента, как закончил с Синхэ, и заканчивая только тогда, когда они оказывались снаружи здания. В своей депрессухе эти ребята, похоже, напрочь забыли, как тут всё работает, и уверились, что я могу подкинуть им таланта, типа, вот подойду и сразу подкину. Идиоты… Вот серьёзно, меня же теперь не оставит опасение, а ну как именно среди них появится новый мститель, который должен жестоко прикончить официального гения академии? Чёртов Е Синхэ, из-за всех этих переживаний о нём и его судьбе я вспомнил слишком много сопутствующей информации по тропам китайского сюжетостроения. Кстати, вот тоже вопрос на миллион: кем я таким всё-таки был, что, явно не будучи китайцем, так много знаю об их культурных фетишах и комплексах? Это вообще нормально, когда здравомыслящий европеец (а моё мышление на это намекает) копается в такой клоаке, как китайские маньхуа, новеллы и прочие национально-колоритные произведения?       – Хорошо, тест окончен, – вновь встал со своего места проректор, приковывая к себе мой (и не только) взгляд. – Как я уже говорил, теперь мастера могут выбрать учеников. Мы пришли к соглашению, что я выберу себе троих учеников первым. Я выбираю… – старик окинул зал взглядом, вызывая у соискателей невольную остановку дыхания от прилива безумных надежд, – Лян Ю, – ожидаемо нашёл он глазами мою персону, – Ан Сюен, – последовал второй предсказуемый выбор, – и Е Синхэ, – завершил он список показавших наибольший потенциал из всех присутствующих.       Удовлетворённо огладив усы, пряча в них торжествующую улыбку и демонстративно не замечая завистливо-неодобрительных взглядов коллег, проректор Сюэ вновь сел, а зал погрузился в тихий шелест голосов, обсуждавших логичность его выбора. Ну или не очень тихий, ибо блондинчик-террорист уже растекался восторженным сиропом, заливая в уши Е Синхэ радость от выпавшей на его долю удачи учиться у такого выдающегося человека, достигшего аж седьмого Небесного Уровня. Вот, что называется, на ходу подмётки срезает, в том смысле, что проводит предвербовочную подготовку перспективного кадра.       – Поздравляю, – подошла ко мне леди Ан, держа на лице робкую улыбку, – теперь мы будем учиться вместе. Позаботься обо мне, брат Ю.       – Конечно, сестрица Сюен. Надеюсь, ты тоже позаботишься обо мне, – мягко улыбаюсь девушке, чуть склоняя голову в выражении приязни. Нет, моё отношение к ней ни на йоту не изменилось, неземной любовью я вдруг не воспылал, хоть облик её и был мне приятен, но мосты наводить надо, а то как-то неловко получится, да и девушка она хорошая, обижать такую на ровном месте — это себя не уважать.       Что касается вопроса именования друг друга братом-сестрой, то такие уж тут были традиции, что ученики одного учителя или даже заведения считаются друг другу некой заменой родни на время обучения. Это было не то чтобы обязательно, да и требовало согласия второй стороны, плюс на деле обращаться так можно было не только к одноклассникам, но и в ряде других случаев, в частности, с близкими друзьями, но в учебных заведениях всё-таки было наиболее распространено и уместно. Например, назови я Ан Сюен сестрёнкой во дворе, ещё до нашего поступления, и это могло быть расценено как заявка на романтический интерес, а вот здесь и сейчас подозревать подобный подтекст уже было бы неприлично.       В ответ на мою улыбку девушка мило смутилась и быстро приняла вид дисциплинированно ожидающей дальнейших указаний учителя отличницы, я тоже последовал её примеру, возвращая себе вид гордого статуя. Говорить с Синхэ ни один из нас не пошёл, что в общем-то логично… да и не до нас было парню, ибо ему по ушам до сих пор ездил блондинчик.       А между тем распределение продолжалось. Люди с двумя кристаллами за душой попадали в группы по пять-десять человек, и назначались им довольно молодо выглядящие наставники. Народ с тремя разбирался товарищами посолиднее и постарше, ну а когда с этим было покончено, проректор зарядил зажигательно-стращающую речь. В том смысле, что «будьте мудры, духовны, но если ты при этом не будешь подыхать на тренировках, вырастешь мясом, будь ты хоть трижды гений». Ну, если немного утрировать.       Далее высокое руководство выдало команду расходиться. В том смысле, что день у вас в стенах сего учебного заведения первый, сложный, так что идите отдыхать и заселяться по казённым домикам. На этом моменте начиналась первая «равность». Всех представителей младших родов (включая мою свиту, половина которой, готов поспорить, этой же ночью напишет о моих успехах дорогому Главе клана) упихали в общие дома типа казарма-барак, с лёгким восточным колоритом и претензией на комфорт и «евроремонт». Всё-таки тут элитное заведение, а потому даже «простые» ученики тут далеко не крестьяне. Старших благородных же, числом в две единицы, ждали отдельные дома. Ну и одного конкретного ученика проректора, что к старшим не относился. Впрочем, наставник Чу Сянь, тот самый бирюзововолосый скрытый террорист, занялся им в последнюю очередь, сначала показав наши с Ан Сюен домики — очередное негласное следование табели о рангах. Обслуживание в порядке благородности происхождения.       Жилплощадь, к слову, оказалась очень даже добротной — хороший двухэтажный дом с собственным садом, расположенный достаточно обособленно от общих казарм и тренировочных площадок, которые создавали бы некомфортный шум. Слуги уже закончили перетаскивать вещи — «список принятых» распределяли где-то с час, так что времени у обслуги было предостаточно. Оставалось только зайти, открыть мешочек чая, заварить кипяток и предаться процессу получения удовольствия, заодно прикидывая, что вообще делать дальше, и прорабатывая эти самые прикидки. Импровизация — это, безусловно, хорошо, но лучше всё-таки иметь какую-то тактику и её придерживаться.       Понятно, что учиться, учиться и ещё раз учиться, но даже это простое и благородное намерение имеет массу оттенков, начиная от «как», заканчивая «чему». Вариант «быстро» и «всему» звучал хорошо, вот только осуществление его на практике — дело сложное и откровенно сказочное даже для реалий китайской истории про культиваторов. Ну, в смысле, магов, чья магия строится на боевых искусствах в стиле кунг-фу, и при этом на самом деле это не магия, а духовность, просветление и прочие слова, означающие подсердечную мечту китайцев о том, чтобы их национальные философские бредни что-то значили, а не являлись никому нахрен не нужной в большом мире и бесполезной даже для самих китайцев наркоманией. Ну и которую (магию-духовность, в смысле) можно в себе культивировать медитациями и приёмом всяких расширяющих сознание веществ, как правило, уже расфасованных кем-то в типовые пилюли с маркировкой.       Шутки шутками, но примерно так оно здесь и работает… как, впрочем, и в любой китайщине, хоть краем затрагивающей самосовершенствование в близких к мистике областях. Отчего, собственно, и называется культивацией на моём… по всей видимости, родном языке Земли, так как полной аналогии китайскому термину, описывающему развитие себя, своего тела, своей души, медитацию, тренировку, изучение боевых искусств, выход за пределы возможного для человека, и всё это одновременно и взаимосвязанно, в нём просто нет.       Впрочем, как бы глупо и абсурдно это ни звучало и ни выглядело со стороны, факт в том, что для меня это сейчас — объективная реальность, которая работает и, вопреки очевидному скепсису, порождаемому её внешними атрибутами, работает по строгим и логичным принципам. Пусть для меня многое представляется в ней диковатым, но при этом местная магическая система остаётся системой. Я сейчас не о том, как её понимают и описывают в своих книгах местные жители, помешанные на глубинных смыслах и философском элементе в любом деле, я о самих принципах работы мироздания, когда внутренняя Ци есть у всего, от куска дерева до света звёзд, и при этом её свойства отличаются, как отличаются и последствия тех или иных взаимодействий с участием Ци. Я могу не знать в деталях, как и почему что-то происходит, но я знаю, что происходит оно в силу определённых и неизменных закономерностей, которые и формируют всю местную магию и способы её освоения.       И это, к слову, возвращает нас к вопросу учёбы…       За размышлениями я добрался до кухни, вполне успешно заварил себе чайные листья из запасов Лян Ю и даже успел налить горячий напиток в пиалу для питья. Нормальных кружек и стаканов в этом мире не сказать чтобы вообще не существовало, но встретить их на столе высокопоставленной семьи было совершенно невозможно.       Первый глоток отозвался прекрасным букетом вкуса и приятной волной тепла по пищеводу, заодно чётко давая понять, что мой организм за время поступления несколько соскучился по приёму жидкости. Тем не менее мысли мои это мало затронуло, и размышления текли своим чередом.       В стандартных условиях переход со Второго Небесного Уровня на Третий занимает год-полтора, с Третьего на Четвёртый — два-три, с Четвёртого на Пятый — уже четыре-пять. То есть стать Мастером Пятого Небесного Уровня можно к двадцати трём-двадцати пяти годам. Но это статистика, в общем и целом, описывающая ребят с талантом на три кристалла души, и то очень условно. Бывают ситуации, когда выше определённого уровня человек подняться не способен, как бы ни потел на тренировках. Для абсолютного большинства практиков, составляющих основу местных армий, то есть рядовой состав, Пятый Небесный Уровень — это потолок конца жизни, и то куча народу никогда не поднимается выше третьего. При этом есть обратная картина, с ребятами-гениями. Хороший пример тут дочка наместника провинции, он же — глава семьи Северной Стражи. Девочка — моя ровесница, но уже сейчас на Пятом Небесном Уровне. С одной стороны, она — практик Боевого Искусства Дракона, а им проще преодолеть первые уровни, и проблемы как раз начинаются после пятого, когда на первые роли у Драконов выходит духовно-энергетическая область (точнее, без неё уже никуда) со всеми проблемами её постижения, особенно когда до того ты упирал на физическое развитие и не нуждался в глубоком погружении в тройные смыслы поэтичных фраз. С другой же, красавица Ся Ю Нин — отпрыск самой что ни на есть могущественной аристократической династии, у которой и секретов, и ресурсов на три Тёмные Луны, если не больше. А всяческие сомнительного вида ягоды, вытяжки из тел животных, минералы и прочие… вещества, содержащие в себе особые виды Ци, реально могут очень ускорить процесс развития практика, и я ничуть не сомневаюсь, что всё возможное для её рода у неё в распоряжении было.       Всё это к тому, что прогнозировать рост моего развития довольно сложно, особенно если тест показал реальный потенциал, а не я каким-то хитрым образом случайно сломал систему, в силу иного менталитета или ещё каких факторов, связанных с моей реальной природой, личностью или обстоятельствами попадания в этот мир и тело, памяти о которых я сейчас лишён.       Вполне может статься и так, что мой реальный потенциал соответствует оригинальному Лян Ю, и тогда… я — мясо. То есть, конечно, дайте мне лет двадцать тишины и покоя, и я с его талантом вышел бы на тот же Седьмой Небесный Уровень без проблем, но в перспективе скорых событий с его потенциалом я именно мясо, которое разотрут и не заметят.       Самый поганый для меня вариант, если так посмотреть…       То есть понятно, что может случиться жопа и гораздо хуже, но совсем уж впадать в уныние — не дело, так что исходить надо из ситуации, где хоть что-то можно сделать, а не только лечь и помереть.       Пока из таких вариантов на тему «сделать» мне в голову приходит только довольно смутная идея, общим смыслом — применить свежий взгляд. Всё же местные очень уж упираются в мистически-философский аспект изучения методов работы с Ци, а это даёт некие надежды, что если добавить к ним немного рационализма и прикладной физики, то можно будет добиться лучших результатов. Сколько там тысяч лет было секрету пороха, которым в Китае баловались? И ничего — дальше изобретения хлопушек и фейерверков фантазия его владельцев не зашла. А как он попал в Европу, так сразу пошли пушки и мушкеты, а через пару веков и вовсе станковые пулемёты с промежуточным патроном и прочими ракетами на твёрдом топливе. К тому же с чего начинать, тут понятно: в моей памяти содержатся общие методики развития Ци, методики подготовки конкретно «огневиков», вплоть до продвинуто-высокого уровня, и даже парочка клановых секретов, что тоже может быть полезным. И я уже вижу первую возможность. Лян Ю совершенно не уделял внимания методам развития мастеров иных направлений, мол, зачем, раз предки могучие уже всё и так изобрели и подготовили? А меж тем, взять те же техники Звёздных боевых искусств, что, как несложно догадаться, черпают свою силу от звёзд. Но звёзды — это ведь шары раскалённой пылающей плазмы, воплощающие понятия «жар» и «пламя» на порядки мощнее, чем самые эпические земные недра и дыхания драконов с крыльями фениксов вместе взятые. Да, находятся они далече, даже Солнце, но ведь Ци свою на планету вполне изливают, и ребятам вроде Е Синхэ этой Ци хватает, чтобы не только самим развиваться на уровне с прочими практиками в плане способности дать в челюсть, но ещё и иметь кучу уникальных способностей, вроде целительства. Разумеется, будь всё так просто и очевидно, местные и сами бы дошли до такой концепции, пусть даже и не подозревая о физических параметрах звезды их планетной системы, но способ адаптации точно есть! Я прекрасно помню, что Е Синхэ смог скопировать и под себя переделать огненную атаку, назвав её то ли звёздный огненный меч, то ли звёздное копьё… Не суть важно, главное, что если возможно преобразования Звезда-Огонь для «выхода», то почему бы не быть ему же для «входа» Ци? В том смысле, что если звёздную энергию можно преобразовать в создание огня и использовать для применения огненных техник, и это способен делать практик Звёздных боевых искусств, с огнём и огненными техниками никак не связанный и даже дня не потративший на изучение принципов этого искусства, то почему нельзя огненному практику использовать эту энергию для того же самого, коли она так подходит? Ну и, соответственно, научиться её поглощать и накапливать. Ведь она подходит для его боевого искусства. Это доказанный факт. Так почему бы и нет, в конце концов? И это то, что пришло в голову просто походя, а ведь идей действительно хватает. В общем, первое, что нужно сделать, это нарастить подушку собственной эрудированности, а потом ме-е-едленно и осторожно пощупать ручками, что там оно есть и что может.       Очередная попытка долить чая из заварника показала, что всё заваренное я уже незаметно для себя выпил. Пришлось вновь кипятить воду и повторять процедуру. По идее, было бы не лишним и поесть приготовить, но я совершенно не хотел ни есть, ни тратить на приготовление время, тем более что и особых возможностей я к этому не имел, так как студентам предполагалось принимать пищу в ином месте, где её будут готовить повара академии, а моя кухня… ну, откровенно, не имела даже запаса продуктов.       Глоток свежего чая сопровождался размышлением о следующей стоящей передо мной проблеме — социальной. Тут и всяческие культиваторы-конкуренты из недружественных Тёмной Луне кланов… то есть всех окрестных земель и семей, имеющих примерно такой же уровень силы и ресурсов. В Академии меня вряд ли достанут, а вот за пределами учебного заведения мне лучше не показываться — хрен его знает, как и что там будет. Могут и отравление сталью организовать всё из тех же соображений ликвидации паровозов, пока те ещё чайники. Второй вариант — это «медовая ловушка», местные в таком толк знают, пусть оно особо и не афишируется, однако память хоть и младшего, но наследника хранила как массу исторических примеров, так и воспоминания об обучении противостоянию таким подходам. Впрочем, тут можно быть относительно спокойным — даже младших наследниц средних кланов не учат на подобную профессию, скандал из-за обольщения какой-нибудь представительницы младшего клана не раздуть, тут сама девица скорее выставит себя полной дурой, а заставить наследника Старшей Семьи жениться на представительнице младшей… Его мнения-то никто не спросит — скажет Глава клана «нет», и слишком настойчивую вертихвостку могут домой и в коробочке прислать. Частями. Но ведь не скандалами и женитьбами едиными, а хорошая актриса, втирающаяся в доверие, чтобы потом стать ночной кукушкой и исподволь направлять мысли мужчины в нужную её реальному господину сторону — это сильный фактор. И опасный для благополучия жертвы. Я же хоть и тешу себя надеждой, что не дам собой манипулировать паре шикарных сисек… но от всех девушек с неизвестным происхождением лучше держаться подальше. Для профилактики. Иными словами, действовать как все тут — напряжение снимать собственными служанками, а романтика только с девушками своего круга, про которых сто процентов знаешь, что они — те, за кого себя выдают.       Короче, на данный момент Академия — это мой надёжный тыл, и главное, чтобы «по срочной надобности» меня из неё не вытащила Тёмная Луна. И чем больше времени я проведу в её стенах, тем проще мне потом будет жить.       И это подталкивает нас к очередной проблеме… Я точно не герой сянси? Что-то многовато толстых жоп вокруг одного скромного меня… Так вот, на каком-то походе или экзамене местные террористы, в чей состав входят тот блондинчик и местный сенсей, захотят устроить всем похохотать с диверсиями и кучей трупов. И я точно вхожу в список их целей, причём в верхнюю его часть. Можно, конечно, пытаться изображать из себя «революционера в душе», которого захотят не прибить, а сделать интересное предложение, но шансы на подобное не слишком велики, к тому же даже если я таки смогу каким-то чудесным образом перейти с отметки «ладно, он забавен, убьём его последним» в «да он наш бро по жизни», это не отменит того факта, что эти типы — поехавшие фанатики, режущие всех направо и налево, включая и своих. А пытаться с такими типами о чём-то договариваться — это идиотизм. Причём, в конечном итоге, ты оказываешься в куда большей жопе, чем без знакомства с ними: новым «друзьям» доверять нельзя, а власти, спали тебя на общении, сразу выдадут титул нукенина, ну или как тут местных отступников величают, и на этом спокойная жизнь кончится. И это не говоря уже о том, что мне не нравятся уроды, режущие женщин и подростков, оправдывая это какими-то светлыми целями и борьбой против тирании и деспотизма. Нет, я бы мог ещё понять, будь эти подростки прям реальными угнетателями и оборзевшими от безнаказанности золотыми мальчиками и девочками, что ради развлечения могут деревню спалить или прохожего зарезать, но в том-то и дело, что тут на всю академию таких максимум пара десятков наберётся со всех курсов, а остальные — это младшие семьи, которые сами от произвола таких деятелей могут пострадать и совсем его не одобряют. Нет, понятно, что ребята из моей свиты, устрой я пьяный угар с унижением каких-нибудь пейзан, мне радостно поддакнут и сами оттянутся, ибо стайность, пьяный угар и вообще рыпаться против сюзерена — это дорога на плаху, но без меня, сами по себе, они такого себе никогда не позволят. То есть причина творимого беззакония в этом примере одна, и она имеет конкретные имя и фамилию. Эти же придурки резали всех, включая тех, кого имели все шансы если не завербовать в свои ряды, то оставить в нейтралитете, показав, что воюют «за всё хорошее против всего плохого». А потому, какие бы мотивы там у них ни были, нам точно не по пути. Значит, надо как-то заложиться от парочки диверсантов, каждый из которых, на данный момент, может меня не то чтобы плевком перешибить, но где-то близко. Придумать бы ещё как?       В два глотка допив чай, я встал из-за столика, где и изволил размышлять о вечном. Думать можно было долго, но нормально осмотреть дом тоже требовалось. И лучше было сделать это до заката, потому как электрического освещения здесь не завезли.       Ну, что можно сказать о доме? Два этажа, в каждом по несколько комнат, сверху — спальня и зона отдыха, также «рабочая библиотека» с литературой, предоставляемой Академией. Внизу — гостиная, небольшая кухня, гардероб, ну и выход на террасу и в сад. Ещё в саду имелся «павильон размышлений» типа сортир дворовый, но с проточной водой. Простенько, но со вкусом. Во всяком случае, по мнению аристократа из старшей семьи небедного рода. Для Е Синхэ, скорее всего, подобное жильё — это хоромы и роскошь. Да и канализация, пусть и реально «древнекитайская», — это солидно. С водоснабжением, правда, было хуже. Из личного — только умывальник, куда будут таскать воду всё те же слуги, а быть может, и сам постоялец, чтобы совсем уж не бронзовел. Но тут ладно — на территории учебного заведения были вполне себе кошерные бани, где можно было отмыться после занятий. В общем, даже для того, кто помнит о совершенно ином уровне комфорта, местный «сервис» казался очень даже приемлемым.       Ознакомившись с расстановкой и благами цивилизации, я вернулся к библиотеке и взялся за изучение предлагаемого ассортимента. Смутные воспоминания подсказывали, что в аналогичном собрании Е Синхэ нашёл пару книг по травам, информация из которых впоследствии не раз спасала ему жизнь. Учитывая, что как минимум один из этих случаев происходил при попытке местных повстанцев-заговорщиков перебить учеников академии, мне эта информация тоже может пригодиться. Зона риска та же самая, так сказать.       Однако чем больше я снимал по-восточному сшитых томов с полок и вчитывался в названия с первыми страницами, тем больше понимал, что, во-первых, мой план по ознакомлению с другими направлениями местной магии нуждается в корректировке, ибо методичек по практикам в той библиотеке не имелось от слова совсем, а во-вторых… что я совсем не понимаю, что здесь делает вся эта макулатура?       Астрономия, предсказания, поэзия, учебники каллиграфии, философские трактаты, сборники поэм… Это вообще академия боевых искусств или какая-то духовная семинария? Нет, я понимал — восточный колорит и всё такое, но… но эй, здесь не так много полок — дайте мне что-то полезное, я же не о чём-то несбыточном прошу.       Полистав книжки, я понял несколько вещей: китайская поэзия, как ни странно, не так уж и плоха. Специфична, бесспорно, но читабельна, и в ней даже что-то есть. Только это не столько поэзия, сколько целая наука говорить витиевато, образно и многозначительно, пусть даже речь идёт об описании самого банального явления, вроде дождя за окном. Но вот эта их китайская философия… вот это — за гранью добра и зла. После пяти минут ознакомления с глубокими мыслями древних мудрецов мне нестерпимо хотелось поиграть в инквизитора и спалить Ересь. Желательно — вместе с авторами. К сожалению, эти авторы давным-давно померли самостоятельно.       Лучом света в тёмном царстве стали методички-тире-учебники по местному зельеварению, то есть алхимии. По всей видимости, это были те самые книги по травам, что так пригодились Е Синхэ в каноне. Тут уже было что-то похожее на нормальные пособия и справочники. Да, описания типа «Корень цветка Лазурного Неба силу живительную имеет великую. Но лишь высушив его на солнце, а потом растерев в пыль и смешав с настоем валерианы, раскрыть её можно и лекарством обратить. В иных случаях лишь пустая отрава выйдет. Лекарство же свойства имеет такие…», и идёт перечисление эффектов и показаний к применению. Короче, то, что у нормального человека влезло бы в два абзаца, здесь занимало четыре листа. В лучшем случае. Слишком много воды, но и пропускать её мимо не рекомендовалось. То ли так традиционно сложилось, то ли местные алхимики из принципа вели себя как сволочи и садисты, но крупицы ценной информации порой были так заныканы в эту «воду», что некоторые моменты до меня доходили лишь после второго-третьего прочтения, благо хоть читать я мог действительно быстро, а с этими иероглифами это был почти что подвиг.       Отложив несколько приглянувшихся мне справочников, с прицелом заняться ими на свежую голову, я мысленно вернулся к вопросу построения планов на будущее. Или стратегии выживания, что будет более верно в моей ситуации.       Основной опасностью на ближайшее время для меня были повстанцы-фанатики, готовящие в академии теракт. Из того, что я помнил, произойти он должен во время некоего выездного мероприятия, где студентов с нескольких потоков соберут вместе и под приглядом нескольких младших наставников отправят в некий лес-полигон, оттачивать навыки в боях с мелкими демоническими животными. От обычных зверей их отличало наличие Ци и разделение по уровню силы в соответствии с общепринятой градацией небесных уровней. По сути, это были природные мутанты, изменившиеся под воздействием мистических энергий ещё в незапамятные времена и сформировавшие устойчивые популяции новых видов, и было их в этом мире навалом. Настолько навалом, что большая часть материка оставалась непригодна для жизни людей, потому как даже самый слабый демонический зверь легко задерёт простого человека, который не тренируется сражаться с самого детства. Собственно, это была одна из основных причин местного культа силы и того, что твой уровень в боевых искусствах значил для положения в обществе гораздо больше любых других достижений. Но сейчас не о зверях речь, а о тварях гораздо хуже — людях.       Основная проблема в том, что, несмотря на то, что я знаю личности врагов, я никак не могу им помешать. У меня нет никаких доказательств, что они те, кто они есть, чтобы предъявить это администрации. Голословное же обвинение одного из наставников студентом ничего не даст, будь я хоть десять раз семикристалльный и аристократично-высокородный. Академия тут — игрок самостоятельный и сильный, прогибаться под хотелки малолетки не будет, тем более в ситуации, где может пострадать её репутация, а проникновение в учительский состав врага страны — это большой удар по репутации. Шумиху-то я, быть может, поднять смогу, если устрою прям совсем истерику, после чего ребят даже попробуют проверить, но какая проверка что может найти? Революционную литературу под подушкой? Или дневник с планами убийства императора? Даже не смешно. Если уж ребятам хватило навыков и ума внедриться, то ничего компрометирующего их при них нет, ведь главное их оружие — это они сами, и ничего другого для осуществления плана им не надо. Вроде бы блондинчик ещё имел какую-то метку на руке, которую смог заметить Синхэ при лечении, но сможет ли её заметить кто-то другой или там нужна особая сила главного героя сянси, ну или, если более приближённо к адекватности, особые свойства Ци конкретного практика Звёздных боевых искусств — вилами по воде писано. Опять же, я совершенно не знаю, когда блондинчик эту метку получил. Вполне мог и перед самой операцией — покидать академию в свободное время ученикам никто не запрещает, а операция всяко координировалась с товарищами «из центра», а значит, и меточку поставить была возможность. В общем, вероятность успеха тут у меня призрачна, при том, что вероятность нарисовать у себя на лбу мишень для первостепенного устранения благодарными за такой нежданчик террористами, напротив, ой как подрастёт. Иными словами, без железобетонных фактов мне открывать рот строго противопоказано.       Варианты задействовать ресурсы Тёмной Луны, чтобы в нужное время в нужном месте у меня оказались лояльные и способные всё разрулить силы, или написать анонимку лорду Северной Стражи с тем же прицелом, ведь его доченька тоже сейчас учится в Академии Небесной Звезды и тоже попадёт в зону риска… На самом деле, эти варианты пожизнеспособней первого, но тут тоже всё очень зыбко.       Лорд Ся Ле — дядька суровый и очень мутный. Так просто ему анонимку не отправишь, а если отправишь, то анонимкой она останется очень недолго, а потом придётся отвечать на много щекотливых вопросов, и отвечать так, чтобы самый могущественный человек провинции не посчитал, что в этой жизни ты лишний. Я лично в себе таких талантов не ощущаю, как и готовности пройти данный экспириенс, потому пока отложим вариант на самый крайний случай.       Кроме шуток, сообщение о готовящемся покушении на свою дочь он к сведению примет и отреагирует так, как должен реагировать отец на такое сообщение, но послать это сообщение так, чтобы меня не вычислили и не начали ласково спрашивать, откуда мне такое известно и не верблюд ли я, у меня возможности нет. Доказывать, что я не верблюд, в застенках Лорда Северной Стражи — удовольствие сомнительное, а чтобы такого не случилось, мне необходимо как минимум иметь парочку крайне ловких и преданных лично мне людей, что смогут доставить послание, ничем на меня не указав. Людей таких у меня нет, и на этом моменте обсуждать уже нечего.       С Тёмной Луной… и проще, и сложнее. На Главу клана и его отца с сыновьями рассчитывать не приходится, слишком там много факторов, от которых может зависеть их поведение. Они могут посчитать влезание в это дело полезным, а могут сыграть в свою игру, попытавшись передавить конкурентов, или сделать ещё что-нибудь, на что у меня не хватит фантазии, но на что с радостью пойдёт больное воображение этих моральных уродов. А они реально те ещё жадные до власти моральные уроды. И это ещё не рассматривая вопрос, чем мне им доказывать правдивость информации и как быть с вопросом «откуда я всё знаю?» С другой стороны, есть мой дед — Лян Инь, он полностью на моей стороне и поддержит любое начинание… ну, если то не будет глупостью и идиотизмом. Только вот и ему придётся многое объяснить, не говоря уже о том, что, хоть он и Старейшина клана, он не особо свободен в своих передвижениях, и его отлучка на встречу со мной не останется незамеченной. Хотя этот вариант всё же явно перспективней остальных и даёт хорошие шансы на победу и выживание. Конечно, его ещё надо обкатать, но в крайнем случае я всегда могу открыть деду правду об обретении знаний из другого мира. Упоминать то, что я сам не до конца уверен, кем являюсь, и склонен считать, что совсем не его внук, не обязательно.       Что ещё я могу сделать, чисто теоретически?       Ну, в плане бреда, велеть своим вассалам подкатить к блондинчику-террористу на предмет дружбы-жвачки-помощи в тренировках, чтобы таким образом через них получить косвенные данные о его ненормальности. В смысле, парень очень силён, уже сейчас находясь не меньше чем на Четвёртом Небесном Уровне, и при контактном обучении это будет сложно не заметить, если он, конечно, не гуру притворства и контроля тела. Но последнее из области фантастики — как бы ты ни притворялся, всё равно то там ударишь чуть сильнее в запале тренировки, то тут заблокируешь с большей лёгкостью. Это всё, конечно, ни о чём предосудительном не скажет и реальный уровень не докажет, но в копилочку фактов и свидетельских показаний для возможного разбирательства лечь может в нужном мне ключе… Если бы у меня были ещё какие-то другие факты для такого разбирательства.       Добыть же эти факты… Ничего в голову не приходит.       Нет, ещё есть вариант самостоятельно эти факты организовать путём подбрасывания компрометирующих вещдоков в личные вещи фигурантов, чтобы те потом были обнаружены посторонними и террористов повязали, но этот вариант выглядит красиво только на бумаге, а как его реализовывать, я без понятия. Нет у меня должных технических навыков, назовём это так. Опять же, компрометирующие вещдоки предварительно ещё надо будет где-то взять, а где я их возьму и что они вообще могут из себя представлять? С запрещённой агитационной литературой в этом мире как-то сложно всё. Это философские трактаты о глубинном смысле падения лепестка цветущей вишни на гладь пруда местные могут сочинять по кругу хоть целыми поколениями, а нормальные философские концепции построения нового общества и государства с крепкой идеологической основой тут днём с огнём не сыщешь.       Короче, глухо всё с этим вариантом.       В итоге получается, что или я уже замотался за день и чего-то в упор не вижу, или пространства для манёвра у меня действительно не так уж много. Можно, конечно, вообще сделать ход конём и тупо сбежать накануне того самого похода в лес, но его я не хочу даже рассматривать. Я, может, и не светоч праведности, но вот так брать и бросать на заклание кучу ни в чём не повинного народа — это не по мне.       Так и не сообразив ничего конкретного на тему «нагнуть мир в три движения», я прошёл к вещам, которые привёз из дома, и развернул укладку с книгами. «Небесная Техника Огненного Опустошения», «Техника Божественного Пути Драконьего Пламени», «Секретная Техника Дробящего Камни Огня»… Эти названия откликались в душе какой-то стыдливой неловкостью, но память Лян Ю не видела в них ничего плохого, наоборот, по его мнению, это были весьма мощные и практически элитарные стили огненных боевых искусств. Так или иначе, я их достал не ради названий.       Спать совершенно не хотелось, как и есть. Тренироваться с Ци… это было бы приятно, но я мог и обождать до завтрашнего урока, что начнётся с самого утра на отдельном тренировочном полигоне, выделенном нашей группе. А вот попытаться разобраться в материале по местной магии, взглянув на него свежим взглядом и попытавшись систематизировать разные техники с рациональной точки зрения, — это было тем, что перед занятием с опытным наставником как раз поможет. Заодно и вопросы ему какие-то смогу задать, если те возникнут. А потому зажжём масляную лампу и присядем за столик на веранде — до полуночи почитаю, а там уже лягу спать… Примечание: (*) Авторы не уверены в названии одежды, ибо не смогли найти ни одной статьи, которая нормально бы всё описала, с нормальными иллюстрациями.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.