Аристократка

      Когда случилось нападение на Трост, Шарлота узнала о нём только на следующий день. В газетах писали истории, одна невероятнее другой. Она надеялась узнать правду от Эрвина, но он всё не появлялся. А когда всё-таки приехал, то против обыкновения отвечал на её вопросы уклончиво. Шарлотта видела, что он взволновал. «Грядут перемены», сказал Эрвин тогда. Шарлотта и представить себе не могла, как сильно изменится мир вокруг неё всего за несколько месяцев.       Однажды ночью на её пороге появились два солдата разведкорпуса. Совсем молодые ребята, они выглядели напуганными.       - Титаны за стеной Роза, - сообщил один из них приглушённым голосом, будто эти самые титаны могли услышать. – Командующий приказал проводить вас до Сины.       Первой мыслью было немедленно бежать, прямо сейчас прыгнуть в седло и гнать лошадь до самой стены Сина в поисках спасения. Но как и пять лет назад после падения Марии Шарлотта вовремя вспомнила о долге.       - Я не могу бросить своих домочадцев, - ответила она.       Разведчики спорили, говорили про приказ, но Шарлотта была непреклонна. Она отправилась в путь только, когда все её слуги и работники собрали вещи и разместились в повозках. Но сопровождающие рано обрадовались. Отправив слуг к Сине, Шарлотта верхом поехала через рощу к дому Бестрикс, заставила подругу и всех обитателей её поместья вылезти из постелей и, собрав минимум вещей, двинуться в путь. Оба молодых разведчика, должно быть, мысленно проклинали Шарлотту, но она не могла поступить иначе.       Эрвин, наверное, хотел, чтобы она уехала одной из первых, пока дорогу не заполнили беженцы. Что ж, Шарлотта сорвала его планы. До стены Сина они добирались долго, Беатрикс тряслась от страха, то и дело оборачиваясь в седле и взволнованно глядя назад, особенно когда рассвело. Шарлотта тоже боялась, но лучше скрывала это. И она, и разведчики вздохнули с облегчением, когда впереди показалась громада стены Сина. Ребята проводили её до ворот. Шарлотта хотела было написать короткую записку Эрвину, но не успела.       Несколько дней она провела в своём столичном особняке вместе с Беатрикс, та боялась оставаться одна. Потом было объявлено, что стена Роза цела, и все её жители могут вернуться в свои дома. Шарлотта не понимала, что происходит. Если стена не была прорвана, то откуда взялись титаны? Эрвин не стал бы поднимать панику по пустякам. Она так и не успела у него спросить, что случилось. Вскоре до Шарлотты дошла весть, заставившая её разволноваться больше, чем возможное падение стены. Эрвин был серьёзно ранен.       Шарлотта не раздумывала долго. То есть она не раздумывала вообще, тут же велела запрягать лошадей и поехала в главный военный госпиталь. Она входила в попечительский совет госпиталя, и ни у кого даже мысли не возникло о том, чтобы не пустить её к командующему разведкорпуса. Когда Шарлотта вошла к нему в палату, она едва узнала Эрвина. Он был бледен, как смерть, но на щеках горел нездоровый румянец. Эрвин метался в горячке, пряди светлых волос прилипли к мокрому лбу. Шарлотта так испугалась за его жизнь, что даже не сразу заметила… А когда заметила, то чуть не расплакалась от сострадания. Эрвин лишился правой руки. Врач сказал Шарлотте, что командующий разведкорпуса потерял руку в битве с титанами за стеной, чудом не умер от потери крови, но в рану попала инфекция и теперь всё зависит от него. Если организм Эрвина окажется достаточно сильным и сможет побороть инфекцию, то он выживет.       Следующие несколько дней Шарлотта провела в госпитале, почти не покидая палату Эрвина. Она меняла холодные компрессы на его лбу, обтирала спиртом, чтобы сбить температуру, давала ему лекарства, помогала делать перевязки. Шарлотта не знала, что думают о её присутствии окружающие: врачи, медсёстры, солдаты, что навещали Эрвина. Ей было всё равно. Шарлотта знала, что находится на своём месте, всё остальное уже не волновало её. День за днём она смотрела, как Эрвин худеет, словно сгорает изнутри, ночь за ночью, сидя в неудобном кресле и пытаясь заснуть, слышала его тяжёлое хриплое дыхание. Он борется, говорила себе Шарлотта. Эрвин ещё не освободил человечество, он не может умереть сейчас, поэтому будет бороться. Она оказалась права. Когда никто уже не верил, что Эрвин выживет, он пришёл в себя.       Это случилось ранним утром. Той ночью ему было особенно плохо, он весь дрожал, бормотал в бреду что-то про титанов, память человечества, звал отца. Шарлотта много часов стояла на коленях возле его постели, держа Эрвина за руку и периодически обтирая мокрым полотенцем его лицо и шею. К утру он затих, и Шарлотту это сильно испугало. Но пощупав его лоб и проверив пульс, она поняла, что температура спала, и Эрвин просто заснул. Шарлотта поднялась, шатаясь, добрела до кресла и тут же провалилась в сон.       Казалось, что она закрыла глаза секунду назад, но тихий голос вдруг вывел её из глубокого забытья.       - Шарлотта?       Девушка резко распахнула глаза, молясь, чтобы этот голос не оказался отголоском сна. Но всё было реально. Эрвин смотрел на Шарлотту совершенно осмысленным взглядом. Она метнулась к кровати, схватила его руку и, покрывая поцелуями лицо, шептала:       - Вы живы… вы живы…       Шарлотта позволила себе поддаться эмоциям. Эрвин уже второй раз толкал её на это. С ним Шарлотта чувствовала себя невероятно уязвимой, открытой, но и невероятно сильной.       - Что вы здесь делаете? – спросил Эрвин, явно обескураженный её порывом.       - Забочусь о вас, - ответила она.       Несколько секунд Эрвин смотрел на Шарлотту широко раскрытыми глазами, а потом вдруг резко повернул голову вправо, бросил взгляд на свою руку… на то, что от неё осталось… и болезненно поморщился.       - Я так надеялся, что это мне тоже приснилось, - пробормотал он.       Столько страдания было в его голосе, в его глазах! Шарлотта представить не могла, как ему тяжело сейчас. Эрвин солдат, для него лишиться правой руки ещё более трагично, чем для любого другого человека.       - Сколько я был без сознания?       Эрвин овладел собой, его голос звучал почти как раньше. Почти.       - Неделю, - ответила Шарлотта.       - Неделю? – ужаснулся Эрвин. – Что произошло за это время? Мне нужно поговорить…       Он попытался подняться, но Шарлотта не позволила, надавила руками ему на плечи, заставляя снова лечь. Ей слишком легко удалось справиться с Эрвином, болезнь вытянула из него силы. Шарлотта положила ладонь на колючую небритую щёку, ощущая жар кожи.       - Эрвин, успокойтесь, - проговорила она мягко. – Вам нельзя вставать.       - Шарлотта…       Эрвин, наконец, перестал с нею бороться и расслабился на постели.       - Мне бесконечно жаль, что вам пришлось видеть меня таким.       Эта горечь в голосе… у Шарлотты сердце сжалось.       - Не говорите глупостей.       - Вы ничего мне не должны. Почему вы здесь?       Эрвин смотрел на неё, ожидая ответа, а Шарлотта не могла произнести ни слова. В конце концов она отвела взгляд и прошептала:       - Вы и так знаете.       Эрвин слишком проницателен, чтобы не замечать.       Он хотел что-то сказать ей, что-то важное, но тут дверь в палату открылась и вошёл доктор. Потом пришли офицеры разведкорпуса, и Шарлотта оставила Эрвина, чтобы не мешать этому импровизированному совещанию в больничной палате. Сейчас он нужен человечеству больше, чем Шарлотте, и она должна позволить Эрвину исполнять свой долг. Эрвин поговорит с ней, когда будет готов.       Но время шло, а он всё не приезжал к Шарлотте, даже не писал. Она уже собиралась сама ехать к нему, как вдруг словно гром среди ясного неба прогремела новость о том, что разведкорпус объявлен вне закона. Эрвин, а также почти все солдаты и офицеры разведки арестованы, один отряд в бегах. Шарлотта рванула в столицу, но с удивлением обнаружила, что в этом деле никакие её титулы и связи не имеют веса. Ей даже встретиться с Эрвином не позволили, ничего толком не объяснили. Шарлотта знала лишь, что происходит нечто ужасное.       Она боялась за Эрвина, но вскоре поняла, что бояться нужно и за себя. К ней в дом пришёл офицер военной полиции. Он был очень вежлив, спокойно расспросил, какие дела были у Шарлотты с разведкорпусом. Почему она решила финансировать сумасбродные миссии за стену? Какую именно помощь оказывала? Какие отношения у неё были с командующим Эрвином? На последний вопрос Шарлотта ответила честно. Эрвин был её любовником. Это не редкость, когда знатная дама находит себе развлечение в обществе офицера. Она постаралась сделать вид, что Эрвин ей безразличен. Кажется, полицейский поверил. По крайней мере Шарлотту не арестовали, что уже хорошо.       Ситуация накалялась, Эрвина перевели из-под домашнего ареста в тюрьму, в газетах писали, что его повесят. Шарлотта не переживёт этого… Но её худшим ожиданиям не суждено было сбыться. Однажды утром она проснулась словно в другом королевстве. Изменилось всё от личности правителя до приоритетов государственной верхушки. Начались кадровые и политические чистки, которые сопровождались переделом собственности. Шарлотта не знала, чего ожидать, морально готовилась к тому, что тоже попадёт под раздачу, как и многие представители старой аристократии. Но её не тронули, все деньги и земли остались при ней. Здесь не обошлось без помощи Эрвина, Шарлотта была в этом уверена и ждала возможности лично поблагодарить его. Но вопреки её ожиданиям, Эрвин не приехал к ней, даже когда ситуация успокоилась.

***

      У него много дел сейчас, говорила себе Шарлотта. Эрвин – один из тех людей, которым предстоит заново выстроить это королевство. Разведкорпус сейчас стал гораздо боле значимой организацией, чем прежде, и наверное у командующего прибавилось обязанностей. Но эта мысль потянула за собой следующую. Разведкорпус из головной боли властей превратился в элиту армии, разведчики больше не сумасшедшие отщепенцы, а герои. Новая королева раньше служила в разведкорпусе, конечно, она приблизила Эрвина к себе. У разведкорпуса полно денег и ресурсов… А значит Шарлотта больше не нужна Эрвину.       Это понимание обрушилось на неё внезапно, словно ушат холодной воды вылили на голову. Всё это время Эрвин был с нею, потому что нуждался в Шарлотте. Она смирилась с этим, научилась жить в странных отношениях, больше напоминающих сделку. Но теперь всё кончено, Шарлотта не нужна ему. Да, Эрвину было хорошо с ней в определённые моменты. Сердце девушки начинало биться быстрее при воспоминании о той ночи незадолго после падения стены Мария, когда Эрвин неожиданно приехал к ней. Тогда он отчаянно нуждался именно в Шарлотте, не в её деньгах и влиянии, а в ней самой. Но то был единственный подобный момент за восемь лет. Эрвин всегда лишь использовал Шарлотту, позволяя ей использовать его. Больше ему не нужны её деньги, а для удовлетворения простых потребностей он может сходить в любой столичный бордель или же завести настоящие отношения с женщиной, которую искренне полюбит. Возможно прямо сейчас Эрвин в объятиях другой женщины.       Шарлотта поняла вдруг, удивляясь самой себе, что желает ему счастья. Любовь прекрасна, даже если она не взаимна, и Шарлотта надеялась, что Эрвин испытает это чувство, пусть не с ней. А она переживёт, справится с потерей. Шарлотта стала сильнее за последние годы, она больше не та глупенькая девушка, что взахлёб читала романы и с первого взгляда влюбилась в офицера разведки. Она не злилась на Эрвина, ведь он ничего ей не обещал и никогда не говорил о любви. Шарлотта чувствовала лишь благодарность за те моменты, когда Эрвин делал её счастливой. А таких моментов за восемь лет было немало. Горечь разъедала изнутри душу, но девушка старалась не замечать боли.       Шарлотта с головой погрузилась в работу, это всегда помогало отвлечься от грустных мыслей. У юной королевы были большие планы по улучшению жизни простых людей, и помощь меценатов, особенно имеющих опыт, оказалась кстати. Так что Шарлотта не сидела без дела, даже дома она всегда находила себе занятие. Ведь стоило на секунду остановиться, как образ Эрвина тут же появлялся перед глазами. Но теперь о жизни Эрвина она будет узнавать лишь из газет. По королевству ходили упорные слухи, что разведкорпус собирается отбить стену Мария. Потом сплетни сменились вполне официальными сообщениями. Люди ликовали, вера в силу человечества крепла день ото дня, Шарлотта разделяла всеобщую радость лишь на словах, она боялась за Эрвина. Он множество раз сражался за стеной, говорила она себе. Эрвин всегда возвращается. Но Шарлотта чувствовала, что теперь всё иначе. Вернуть стену Мария, ещё год назад об этом и помыслить никто не мог. И вряд ли неведомые враги человечества, кем бы они ни были, станут просто стоять и смотреть. Но всё же день начала миссии был назначен.       Беатрикс собиралась поехать в город, чтобы проводить разведчиков, настойчиво звала с собой Шарлотту, но та отказалась. Если она встретится с Эрвином, то снова потеряет с таким трудом приобретённое спокойствие. Он отправляется за стену уже завтра и если погибнет там, то Шарлотта никогда его не увидит. Может быть, это и к лучшему.       День выдался тёплым, и Шарлотта предпочла работу в саду кипе документов на своём столе. В дальнем укромном уголке старого сада, возле увитой плющом беседки находился розарий. В этом году розы словно благодарили её за заботу и внимание, подарив Шарлотте прекрасные цветы. Она поливала розы, любуясь тем, как преломляется солнце в капельках воды на нежных лепестках. Слуги знали, что госпожу нельзя беспокоить, когда она занимается своими любимыми цветами, поэтому Шарлотта удивилась, услышав шаги. Но в следующее мгновение она узнала эту уверенную походку. Первой мыслью было броситься бежать, Шарлотта не желала этой встречи, но что-то остановило её. Возможно, это была гордость. Она не покажет Эрвину, как сильно страдает из-за него. Шарлотта поставила лейку, сняла фартук. Она встретила Эрвина с прямой спиной, высоко поднятой головой и спокойным выражением лица, как подобает истинной аристократке.       - Командующий Эрвин.       Она сделала реверанс, чем явно удивила Эрвина. Но он быстро взял себя в руки и поклонился.       - Леди Шарлотта.       - Прошу, присаживайтесь.       Она прошла в беседку, и Эрвин последовал за ней. Они сели на мягкий диванчик, и Шарлотта сложила руки на коленях, сцепила пальцы, чтобы не возникло соблазна прикоснуться к Эрвину.       - Что вас привело? – спросила она всё тем же официальным тоном.       - Я хотел поговорить с вами.       Его голос изменился, как и взгляд. Эрвин не собирается ей подыгрывать. Как ни странно, Шарлотта почувствовала облегчение, она смогла расслабить плечи и убрать с лица вежливую улыбку. С Эрвином Шарлотта всегда чувствовала себя свободно, пусть так и остаётся.       - Разве нам есть, о чём говорить? – спросила она. – Разведкорпус больше не нуждается в моей помощи.       В её голосе сквозила обида, Шарлотта не смогла скрыть эмоций. Эрвин ведь мог хотя бы расстаться с ней по-человечески.       - Я хотел попросить у вас прощения, Шарлотта.       Сказать, что она удивилась – не сказать ничего. Шарлотта потеряла дар речи, только хлопала глазами. Эрвин выглядел очень серьёзным, напряжённые руки, сжатые губы. Шарлотта знала, что это ледяное внешнее спокойствие – верный признак внутренней бури.       - За то, что вы оставили меня? – наконец спросила она.       - Нет, за то, что не сделал этого раньше. Я должен был всё прекратить, как только понял, что у вас действительно есть ко мне чувства.       Он знал. Шарлотта догадывалась, но слышать из его уст… это совсем иначе.       - Сначала я думал, что для вас это игра, - продолжил Эрвин. – Я и подумать не мог, что ваша привязанность искренняя, иначе никогда не позволил бы себе играть с вашими чувствами. Когда я понял, что для вас всё по-настоящему, я должен был немедленно это прекратить… Но я поступил эгоистично, использовал вас на протяжение многих лет. За это я прошу прощения, хотя и недостоин его.       Шарлотта отвела взгляд, не в силах больше смотреть на Эрвина. Эти извинения и его чувство вины как соль на рану.       - Вы делали то, что было нужно. Ради разведкорпуса и ради человечества, - тихо произнесла она. – Я тоже хотела всё прекратить, когда поняла, что ошиблась в вас… Но не смогла. Так что и я виновата.       - Шарлотта, посмотрите на меня, - попросил он.       Девушка качнула головой. Нет, это выше её сил. Шарлотта смотрела в пол, но Эрвин вдруг опустился на колено, и его лицо оказалось прямо перед ней. В голубых глазах было столько боли…       - Вы ни в чём не виноваты.       - Я ведь тоже использовала вас, - Шарлотта горько усмехнулась. – Строила свои иллюзии, а вы лишь разбили мои воздушные замки. За это я вам даже благодарна. Вы не любите меня, и я не вправе винить вас за это.       - Не думаю, что я вообще способен на любовь. На ту любовь, о которой пишут в романах. Лишь одно стремление всегда вело меня вперёд, заполняло мою жизнь – узнать правду о титанах и спасти человечество. Это желание вытеснило остальные чувства и лишило меня толики того, что зовётся человечностью. Шарлотта, я никогда вас не любил. Но я глубоко вас уважаю, ценю ваше доброе отношение ко мне, восхищаюсь вашим бескорыстным стремлением помогать людям, восхищаюсь вами, вашим великодушием, умом, красотой, как внешней, так и внутренней. И то, что я чувствую к вам, ближе к любви, чем любое другое чувство в моей жизни.       Шарлотта слушала, слушала… Тонула в его глазах, и её сердце наполнялось теплом. Больше не было ни обиды, ни разочарования. Между ними больше не было лжи и фальши. Впервые они совершенно искренни друг с другом, и для Шарлотты это значит больше, чем слова любви.       Она не думала о последствиях, о той боли, которую будет потом испытывать, когда наклонилась к Эрвину и поцеловала его. Он тоже не думал о последствиях своих действий – возможно, впервые в жизни - когда ответил на поцелуй.       Им всегда было хорошо вместе, в смысле в постели, Эрвин и Шарлотта идеально дополняли друг друга. Эрвин всегда очень чутко относился к её желаниям, но сегодня всё было по-особенному. Никогда ещё Шарлотта не чувствовала такого безграничного единения, нежности на грани отчаяния. Она задыхалась в экстазе, шепча его имя, и весь мир словно кружился вокруг неё, земля уплывала, а небо наоборот раз за разом обрушивалось вниз, рассыпаясь лазурными осколками. Шарлотта не испытывала такого, ни до, ни после…       Эрвин осторожно стёр слезинку с её щеки, Шарлотта поймала его руку, прижилась губами к шершавой коже. Даже с закрытыми глазами она чувствовала, как изменилось освещение. Уже вечереет, Эрвину пора уходить. Он подтвердил мысли Шарлотты, бережно переложив её головку со своего плеча на подлокотник дивана, напоследок провёл рукой по её волосам. Шарлотта смотрела, как он одевается, но всё расплывалось перед глазами, тонуло в слезах. Эрвин вернулся к ней, и Шарлотта поцеловала его. Уже тогда частью сознания она понимала, что видит его в последний раз.       - Прощайте, - сказал он и ушёл, ни разу не обернувшись.       Значит, он тоже понимал, чувствовал, что не вернётся. Шарлотта уже не сдерживала слёзы, рыдала в беседке до глубокой ночи, пока не охрипла .       Через несколько дней на похоронах командующего разведкорпуса она не проронила ни слезинки, слёзы у неё закончились, а в душе она будет оплакивать Эрвина всю жизнь.

***

      Последствия. Они есть у любого решения. Шарлотта перестала принимать травы, когда поняла, что Эрвин бросил её. А в тот день, в беседке она не думала о последствиях. Но когда они наступили, Шарлотта поняла, что рада, пусть ей и было горько. Частица Эрвина осталась с ней, в ней. Его наследие сохранится не только в памяти человечества, но и в ребёнке, которого родит Шарлотта.       Конечно, ей пришлось в срочном порядке выйти замуж. Ребёнок должен появиться на свет в законном браке. Эрвин всегда был прагматичен, он бы понял, что Шарлотта лишь хочет защитить их дитя. Недостатка в ухажёрах у неё никогда не было, и к выбору она подошла с рациональной точки зрения. Её новым мужем стал молодой человек из благородного, но обедневшего рода, симпатичный, мягкосердечный и добрый, искренне в неё влюблённый. Он чуть не прыгал от радости, когда Шарлотта вдруг ответила на его ухаживания, и свадьба состоялась на следующий день после помолвки. Муж не обратил внимания на то, что ребёнок родился раньше срока. Если кто-то и заметил это, то они оставили свои сомнения при себе. Только Беатрикс загадочно улыбалась, но Шарлотта взяла с подруги клятву молчать.       Когда Шарлотта немного оправилась после родов, и первый восторг прошёл, она с досадой подумала, что при выборе спутника жизни нужно было учесть и фактор внешности. И она, и её новый муж темноволосые и темноглазые, невысокого роста. А девочка – это стало понятно уже в первый год её жизни – во многом пошла в отца. Впрочем, муж Шарлотты не обращал внимания, что девочка на него совсем не похожа, он просто обожал дочь, любил Шарлотту, и она надеялась, что однажды сможет полюбить его. Он достоин любви, как ни кто другой. Может быть, нечто подобное чувствовал Эрвин по отношению к ней.       На вопросы друзей и родственников, в кого же её дочь такая светленькая, Шарлотта уверенно отвечала:       - В мою бабушку.       Она даже перевесила портрет покойной бабули из кабинета в гостиную, чтобы ни у кого не осталось сомнений. Цвет глаз на старом портрете разглядеть было сложно, но Шарлотта знала, что глаза у бабушки были серо-зелёные. А ещё бабуля как-то рассказала ей по секрету, что в молодости высветляла волосы. Но секрет на то и секрет, что о нём никто не знает. Люди обычно видят то, что хотят видеть, Шарлотта знала это по собственному опыту. Так что вслед за ней все повторяли, что девочка – точная копия прабабушки.       Шарлотте неприятно было врать, но ради своего ребёнка она пошла бы на всё. Лишь на один вопрос она всегда отвечала честно. Почему Шарлотта назвала дочь редким именем Эрвина?       - В честь героя человечества.