Сплетники

Маринетт не понимала, почему люди бросают на нее странные взгляды, когда та шла по улице. Может быть, это было всего лишь ее воображение, но казалось, что все люди, мимо которых она проходила, оглядывались на нее. Их взгляды не выглядели злыми, кроме группы девочек-подростков, но чего ей ждать от них? Тем не менее, Маринетт стала испытывать больше беспокойства, чем дольше она была вне дома. Часть из нее хотела развернуться и пойти домой, но ей все еще предстояло сделать несколько дел. Маринетт не собиралась позволять тревоге взять над ней верх. В ее кармане зазвонил телефон, девушка вытащила его. Выскочило контактное фото Альи, экран засветился, и Маринетт немедленно приняла звонок, прижав телефон к уху. — Привет? — Где ты сейчас? — Алья не произнесла ни приветствия, ни дежурного «как дела?», сразу перейдя к сути. — Иду в швейное ателье, — отозвалась Маринетт, обеспокоенная нервным тоном в голосе подруги. — А что? — Просто развернись и возвращайся в дом прямо сейчас, — сказала Аля, — Я объясню, когда ты будешь у себя. — Объяснишь, что? — спросила Маринетт. Ее голова повернулась в сторону, когда она проходила газетный киоск, на глазах пестрели утренние выпуски газет и журналов. Она собиралась просто пройти мимо, когда что-то привлекло ее внимание. Маринетт подошла ближе к столешнице журналов, приглядываясь, читая заголовок. — Ой. — Ты видишь это? — в трубке раздался голос Альи. — Ага, — ровным голосом ответила собеседница, пытаясь сохранить хладнокровие. — Вижу. КОТ НУАР ЗАМЕЧЕН С ЗАГАДОЧНОЙ ПОДРУЖКОЙ: скандальные подробности свидания с супергероем Маринетт подхватила журнал, ее лицо было достаточно четким на снимке, чтобы ее можно было узнать. Парень за стойкой посмотрел на нее. — Эй, а это… Маринетт прервала его, бросив несколько евро и сложив журнал под руку, когда она повернулась назад и начала идти своей дорогой. Мари в последний раз быстро заговорила, прежде чем повесить трубку. — Скоро буду дома.

***

— Скандальные подробности свидания?! — крикнула Маринетт. Она была готова поубивать их, читая каждое последнее слово о том, что о ней говорили таблоиды, хотя Аля умоляла ее этого не делать. — Кто дал им право называть это скандалом?! Не похоже, что наша личная жизнь — это чье-либо дело! Аля наблюдала с дивана, как Маринетт яростно расхаживала по комнате. Она была зла, и это было справедливо, так как многие фотографии, включенные в статью, полностью вторгались в ее личную жизнь. Был даже кадр ее многоквартирного дома! Страх того, что кто-то придет к ней в квартиру в поисках, нисколько не помогал успокоиться. Папарацци месяцами преследовали ее, собирая фотографии и информацию. — Кот вообще что-нибудь сказал? — спросила Маринетт. Аля посмотрела на открытый ноутбук. У Ледиблога был закрытый форум, который она организовала для Маринетт и Нуара, чтобы они могли тайно общаться, и как только она услышала, что статья вышла в сеть, то Маринетт была первой, кому она написала. — Нет еще, — Алья покачала головой. — Что мне делать? — плюхнулась в ближайшее кресло Мари. Аля оттолкнула от себя ноутбук и села на край стула рядом с Маринетт, заключив ее в крепкие объятия. — Мы что-нибудь придумаем, — уверенно сказала Аля. — Я уже сделала несколько звонков, чтобы узнать, что мы можем сделать с удалением статьи в Интернете. — Как думаешь, этого будет достаточно? — прошептала темноволосая. — Я думаю, твой парень будет готов уничтожить их за тебя. — Алья убрала волосы Маринетт с лица. — Просто продержись до того момента, пока он не придет сюда, хорошо? Маринетт кивнула и зарылась лицом в шею Альи, позволяя дать волю слезам. Ее телефон снова начал звонить, и Маринетт схватила его с журнального столика. Неизвестный номер. Дрожа, Маринетт нажала кнопку «Принять» и поднесла трубку к уху. — Алло? — Боже мой, Маринетт, мне так жаль, — раздался по телефону голос любимого. — Я попытался позвонить, как только услышал, мне пришлось сходить купить новую сим-карту. Звук его голоса заставил Маринетт вздохнуть с облегчением. Она слегка улыбнулась, но в его голосе была такая паника. — Ты в порядке? — спросила она его. — Я в порядке? — переспросил парень, в свою очередь, мягким и теплым голосом. — Нет, принцесса, я должен был спросить у тебя это первым. Маринетт фыркнула, пытаясь протереть глаза. Ее щеки были мокрыми от слез, и Аля молча протянула ей салфетку. — Ты сейчас одна? — спросил Кот. — Н-нет, — дрожащим голосом сказала Маринетт. — Аля со мной. — Хорошо, отлично, — сказал Кот, выдохнув с облегчением. — Пусть она останется с тобой. Я хочу, чтобы ты поехала в другое место, хорошо? В какой-нибудь дом своего друга и оставайся там ненадолго. Можешь сделать это для меня? Маринетт не могла точно объяснить, почему, но от того как спокойно он разговаривал с ней становилось труднее дышать. Мари попыталась открыть рот, чтобы что-то сказать, но обнаружила, что не может. Она хотела, чтобы он был рядом с ней, обнимал ее, прижимал к себе, пока она плакала. Ей было необходимо его прикосновение, его тепло. — Маринетт, ты здесь? — спросил Нуар, его голос казался ей слишком далеким. Маринетт посмотрела на Алю, покачала головой, передавая телефон подруге. Аля продолжала водить кругами по спине Маринетт, разговаривая с Котом. — Привет, это Алья, — прояснила девушка. Маринетт слышала, что Кот что-то сказал на другом конце провода, но его голос был приглушенным. — Да, я отвезу ее к Нино. Мы останемся там ненадолго. Маринетт подождала, пока Аля выслушает наставления Кота. Она чувствовала себя такой глупой из-за того, что не могла с этим справиться. Она была Леди Баг, черт возьми. Она должна суметь с этим справиться. — Хорошо, я ей скажу, — сказала Аля, прежде чем повесить трубку. Она снова обратила все свое внимание на Маринетт. — Он говорит, что любит тебя, и вы сможете увидеться, как только у него будет возможность, хорошо? Маринетт всхлипнула, но кивнула, позволяя Алье заключить ее в объятия. Они оставались так в течение нескольких минут, пока Сезер не встала, чтобы собрать им обоим запасную одежду, прежде чем отправиться к Нино. Маринетт осталась в гостиной, полностью потрясенная и ошеломленная. И впервые в жизни Маринетт совершенно не знала, что делать.

***

Нино и Алья были заняты на кухне, пытаясь приготовить ужин. Она должна была поесть, ей так сказали, но Маринетт не чувствовала, что она может что-то сделать в данный момент. Маринетт стояла на маленьком балконе квартиры Нино, желая побыть одной и подышать воздухом. Выйти из дома ранее днем было самой стрессовой ситуацией в ее жизни. Фактически, люди направлялись туда. Пресса и столпотворение из людей с камерами в своих телефонах — все стояли и ждали, когда она выйдет. Аля проводила ее в заказанное ими такси, но не раньше, чем несколько человек попытались влезть в ее личное пространство и задать пару вопросов. Когда за спиной что-то опустилось с глухим звуком, Маринетт чуть не закричала, но ее прервали, когда знакомые руки мгновенно обвились вокруг нее, притягивая к себе. Маринетт уткнулась лицом в грудь Нуару, позволяя себе снова всплакнуть, пока тот обнимал ее. Это было то, чего она ждала весь день. Быть в его объятиях, чтобы он утешал ее. Кот целомудренно поцеловал ее в лоб, когда он отстранился, чтобы посмотреть на нее, то осторожно вытер слезы с ее щек. — Мне очень жаль, принцесса, — произнес шепотом, достаточно громко, чтобы она смогла услышать. Его голос звучал хрипло, как будто он весь день кричал. — Я пришел, как только смог. — Теперь ты здесь, — кладя голову ему на грудь, вымолвила девушка. — Ты мне нужен. — Знаю, — оставаясь в интимной обстановке, бросил тот. — И никуда не уйду. Нуар позволил ей побыть в его объятиях еще какое-то время, попутно, иногда, целовал ее в макушку, проводя пальцами по волосам. Ее всхлипы стали менее болезненными и редкими до момента полного успокоения, после он помог ей сесть на один из стульев. — Мы можем поговорить кое о чем? — спросил Кот. По ее лицу, должно быть, отразился страх, потому что Нуар тихонько усмехнулся и погладил ее по щеке. — Ничего плохого, обещаю. Маринетт вздохнула с облегчением, когда парень поцеловал ее в кончик носа. — Сегодня я разговаривал с некоторыми юристами, и они думают, что у нас есть довольно сильное дело о клевете, которое можно возбудить против таблоида. Они уже разослали письмо о прекращении и воздержании, чтобы статья была удалена, — сказал Кот, продолжая водить подушечками своих кожаных пальцев по ее коже. — И я знаю, что ты можешь со мной не согласиться, но я думаю, тебе следует съехать со своей квартиры. Я найду тебе хорошее место и заплачу, какой бы ни была арендная плата… — Ты не должен этого делать, — отрицательно мотая головой, не согласилась Мари. — Маринетт, я должен, — взмолился Кот. — Это все моя вина. — Это не твоя вина, — сказала Маринетт, кладя руки ему на плечи. — Ты не мог знать, что это произойдет. — Я должен был предвидеть это. — И я тоже должна была, — парировала та. Она пристально посмотрела на него. — Меня не волнует, о чем думают другие. Я хочу быть с тобой. Кот вздохнул, глядя на пол, когда его руки упали с нее. — Тебе это не понравится, но я думаю, нам не стоит видеться какое-то время. Грудь Маринетт сжалась от его слов, ее руки обмякли и упали по бокам. — Пока все не утихнет, а потом, клянусь, я никогда больше не брошу тебя, но мне нужно, чтобы ты позволила мне защитить тебя сейчас. — Тебе не обязательно этого делать, — Маринетт покачала головой. — Мари… — Нет… Нет, ты не можешь… Ты не можешь уйти, — вскрикнула темноволосая, вставая на ноги и переходя на другую сторону балкона. — Я… ты мне нужен. Ты мне нужен здесь. — И мне нужно это исправить, но тебе будет еще тяжелее, если все будут внимательно следить за нами, пока мы вместе, — отчетливо проговорил юноша. — Я… я не допущу, чтобы кто-нибудь клеветал на тебя. Я тебя люблю. Маринетт, я люблю тебя, да. — Тогда останься, — умоляющим тоном вымолвила Мари. Они смотрели друг на друга, расстояние между ними составляло всего пару метров. Маринетт тяжело дышала, смотря на ее приподнимающуюся грудь, казалось, они дышали в унисон. Он сократил расстояние, но только для того, чтобы взять ее за руку, продолжая целовать ее кисти рук. — Проверяй Ледиблог каждый день, — сказал он. — Обещаю, мы скоро снова будем вместе. Маринетт ничего не сказала, так как он отпустил ее руку. Она не смогла. Он уходил от нее. Уходил от нее. По крайней мере, так было в данный момент. Если бы ее разум был менее затуманен, она бы согласилась с ним. Но когда Нуар спрыгнул с балкона и убежал в ночь, все, что Маринетт могла почувствовать — это гнев, кипящий внутри нее.