Таинственный Мёбиус

      Сквозь темно-синие занавески в комнату еле пробивается свет. Кажется, снаружи уже довольно светло. Однако, спящему здесь мальчику это безразлично. Миниатюрное тело, лёжа под одеялом, словно упивается теплом, которое оно удерживает. И делает оно это довольно хорошо, ведь рассчитано на взрослого человека, в то время как ребенок в нём вовсе тонет. На белой подушке, по которой распластались каштановые пряди, лежит голова, направленная аккуратным носом к стенке. Слышится тихое сопение. Пока в «клетке» этого «птенчика» темно, он будет спать. Конечно, рано или поздно его что-то разбудит или его организм сам поймёт, что надо бы уже вставать. А может уже пора?       Сквозь сон Зерик почувствовал, как что-то щекочет его ухо. Он перевернулся на другой бок, а с губ сорвалось мычание, за которым последовала попытка выдать членораздельную речь. Попытка неудачная, ведь слову не предшествовали мысли. В ещё пробудившемся сознании творилась какая-то неразбериха, мысли и образы, возникали, сплетались, сливались, разделялись, растворялись. Даже если бы он и мог сказать что-то разборчиво, получилась бы какая-то бессмыслица.       По шее что-то скользит, снова по телу проносится одновременно приятное и раздражающее ощущение, бегут мурашки. С уст снова срывается какой-то звук, Зерик, двигает головой, словно бы пытается бурить ей подушку, плечом стараясь дотянуться до уха. Ощущение пропадает, чтобы вернуться спустя секунду. Но в этот раз уже что-то новое: нечто терлось и его щеку. Это заставило мальчишку окончательно пробудиться ото сна.       Как только глаза открылись, всё стихло. Потолок, покрытый штукатуркой, простенькая люстра. Протерев свои веки тыльной стороной ладони, парень несколько секунд всматривался в наполнение небольшого помещения. Вот стул, на котором лежит одежда, фанерный шкаф, который он так и не удосужился осмотреть, окно... Оно заставляло его невольно вспоминать события вчерашнего вечера. Далее взор упал на стол, где лежал КПК и стояла банка со слизью.       Только Зерик взял устройство в руку, чтобы узнать время, как чуть не выронил его. Розовой субстанции на месте не было, а крышка лежала рядом. Всё внутри как-то напряглось. Неужели это провал и то, что зародилось из аномальной слизи сбежало? И что теперь говорить Себастьян?       Он приподнялся, опираясь локтями о кровать, заставляя одеяло сползти на живот. В этот момент он почувствовал, как что-то зашевелилось у него на груди, как за ним наблюдают. Мальчик посмотрел на источник беспокойства и обомлел. На фоне серой футболки выделялось ярко-розовым пятном существо, строение тела которого сложно было с чем-либо спутать. Это была змея, довольно крупная, хотя приблизительно определить длину свернувшейся на нем в несколько колец тушки юноша не мог. Но в глаза бросался не цвет и не размер, а то, чем она была покрыта. Это выглядело, как короткая шерсть, довольно мягкая на вид. Она росла по всей длине тела. На спине формировался причудливый темный узор, похожий на цветы, лепестки которых лежали слоями, в то время как брюшная сторона была почти белой. На Зерика смотрела пара глаз-бусинок, что своим цветом почти сливались с остальным телом. Раздвоенный язык периодически ощупывал собой воздух.       Они сидели так примерно минуту, смотря друг на друга. Мальчик не знал, чего ожидать, поэтому боялся пошевелиться и просто разглядывал неведомую зверюшку. Действительно, вдруг она ядовитая?       Дуэль взглядов завершилась, когда змея двинулась, к нему. Юноша в этот же момент стал двигаться назад, насколько это было возможно делать головой, пока к его лицу неуклонно приближалась морда. Он выставил на пути пресмыкающегося руку. Розовое нечто остановилось и стало обвивать руку, от локтя до ладони. Зерик наблюдал за действиями змеи, пока та не обвила его руку и не стала тереться мордой о ладонь, словно питомец, потом покусывать указательный палец. Последнее могло бы показаться опасным, но пасть оказалась беззубой. Мальчик, поняв, что змея абсолютно безобидна, выдохнул с облегчением и, сев, стал рассматривать расположившееся на его руке чудо. И ведь действительно, проснувшись до конца, в памяти всплыли строки из учебников и чужие слова о том, что порождения мифатлийской слизи по большей части не представляют никакой опасности.       Он, продолжая наблюдать за играющим с пальцами существом, нашел довольно забавным, что мышь под воздействием слизи превратилась в того, кто на мышей обычно охотится. И тут Зерик вспомнил, что надо записать результаты, но вот как описать то, что сейчас сидело на его руке, он понятия не имел. Нужен совет того, кто в этом разбирается.       Мальчик встал с кровати и начал одеваться. Плод любви грызуна и розовой слизи по-видимому решил не испытывать судьбу и в процессе переполз вверх по руке, сначала под одежду, а потом выполз через горловину футболки и удобно устроился на его плечах, одним из колец обвившись вокруг шеи.       Мальчишка подошел к окну и, немного обождав, одернул штору. Снаружи было уже светло. По голубому небу быстро бежали рваные кучевые облака. На стекле еще оставались редкие капли. Заросли, что были слева, частично затоплены. Зерик открыл окно и ощутил приятную прохладу, услышал, как наперебой поют птицы. Вдоволь насладившись утренней свежестью, парнишка оставил только приоткрытой только форточку, для проветривания. Захватив с собой тетрадь, мальчик вышел в коридор.       В рекреации справа кто-то, видимо один из членов гильдии, сидел среди крупных комнатных растений в кресле, закинув ногу на ногу и слегка покачивая одной в проходе. Носком он периодически постукивал по углу стены покрытой крупной плиткой тёмно-серых, белых и голубых цветов. Из окна в конце коридора лился тусклый свет, еле проходящий через листву растущих снаружи деревьев. От него по белому кафельному полу тянулась дорожка отраженного свечения.       Свернув влево, младший из отряда Масок пошёл по коридору к лестнице, где на протяжении всех этажей тянулось словно бы одно большое вертикальное окно, половину которого составляли синие стеклоблоки. Спуск сопровождался подсчетом ступенек. Один, два, три… пять… десять… четырнадцать ступенек в марше. И вот он уже на втором этаже, входит в знакомый зал, где сильно выделялись большие декоративные покрашенные в темно-алый цвет мечи, что висели по обе стороны от длинного коридора, куда и свернул Зерик. Шаги гулким эхом отдавались на всем пути. Миновав знакомый кабинет, мальчик дошел до конца. Вот справа спуск и открытая дверь актового зала, где сейчас ходило несколько рабочих, что готовились к ремонту, а слева закуток и приоткрытая дверь, из-за которой были слышны мужской и женский голос. Парнишка подошел ближе. – Нет, ты остаёшься в кровати! – в интонации Фроста читалась строгая определенность, нежелание отступать. – Но, я вполне здорова! Я могу постоять за себя и вполне нормально работать! – немного вяло прозвучал голос лисы. – Себастьян, это приказ. – Что? – девушка издала нервный смешок. – Ты издеваешься? У нас раненых уйма, боеспособных не так много, из них многих пришлось перевести на охрану базы, а ты хочешь и меня вывести из строя?!       Мужчина тяжело вздохнул и сел на кровать к лисице. – Себа, пойми, я переживаю за тебя. Ты ещё не восстановилась после той встречи с Зелёными, а вчера надорвалась, защищая ребят. Ты уже на пределе. Я не хочу, чтобы ситуация снова вышла из-под контроля, и оно взяло над тобой верх. Прошу, подлечись, восстанови свои силы и нервную систему и тогда выходи на передовую. Тебе не нужно вон из кожи лезть. Пожалуйста, позаботься сначала о себе, а потом об остальных. – Но... – ей не дали договорить закрыв рот холодной ладонью, отчего зеленоглазая немного прижала ушки к голове. – Отдыхай. Это приказ начальника...и просьба отца. – спокойно добавил блондин.       Себастьян убрала чужую руку ото рта и нахмурившись потёрла переносицу. – Хорошо. Сегодня я отлежусь... но не долго. Думаю, к вечеру я начну работать. Мне нужно позаботиться о раненых. Физически я в порядке... – она выдержала паузу, после чего добавила. – ...только голова немного кружится и болит. – Хорошо. Отдыхай. Я отправлю кого-нибудь принести тебе еды. – Спасибо и будь осторожен. – Конечно буду, я ведь сам Фрост. – глава гильдии улыбнулся и, подмигнув, вышел из комнаты.       Там на него снизу-вверх смотрела пара любопытных глаз, что не заметить было попросту невозможно. Однако, Зерик, в силу далеко не маленького роста мужчины, оказался в его слепой зоне. Благо каким-то образом Фрост определил его присутствие рядом и вовремя остановился. Младший окинул взглядом дылду. Сквозь белую рубашку просвечивала нагрудная повязка. На поясе висел свернутый хлыст, гладкая поверхность которого блестела в свете ламп. – Ох, чуть не сбил. Доброе утро, малой. Подслушиваешь? – глава гильдии немного отошел назад и, опираясь руками о собственные колени, наклонился, чтобы видеть лицо низкорослого собеседника, а не разглядывать макушку. – Н-нет, просто ждал, когда вы закончите. – мальчишка замотал головой. – Правда? – Правда. – Хорошо, верю. Как спалось? Испугался вчера? – Хорошо спалось, правда окна я завесил… – Зерик отвел взгляд в сторону, немного нахмурив брови. – Понимаю. В Уттер-Сити в открытое окно может залететь обычная муха, а в закрытое свинцовая… – на детское плечо опустилась уже теплая рука. – Впрочем, ладно, у меня к тебе есть просьба. – Просьба? – мальчик посмотрел на чужую руку, а после вновь на блондина. – Да, просьба. Можешь считать это твоим первым заданием. Справишься, получишь что-нибудь хорошее. Ну как? Возьмешься? – Фрост немного ухмыльнулся, смотря на парня. – А что нужно сделать? – последовал закономерный вопрос, на который мужчина усмехнулся. – Сначала узнаешь всё о деле, а потом уже соглашаешься? Мне нравится. – главу гильдии радовала мысль о том, что, став наемником, Зерик по крайней мере не окажется обманут заказчиком. – Вчера Себа, пытаясь защитить наших ребят, сильно перенапрягла нервную систему, применяя свои способности. Сейчас ей крайне нежелательно их использовать, иначе она может сильно себе навредить. Можешь побыть сегодня с Себастьян, присмотреть за ней? Хотя бы пока меня не будет. Я переживаю за её здоровье. Возьмешься? – Ну… Да. Я возьмусь за это. – мальчик закивал головой. – Замечательно. Тогда удачи тебе и хорошего времяпрепровождения, а у меня дело. – мужчина убрал руку с плеча собеседника и выпрямился. – И да, чуть не забыл, зайди в бар, когда появится время. Там еда для Себы и нетронутая еда со вчерашней церемонии, поспеши. А не то твои старшие коллеги сами всё разберут. Ну а я побежал… – Хорошо! – сказал мальчишка уходящему главе гильдии, что свернул влево, направляясь по лестнице на первый этаж.       Как только Фрост скрылся из виду, Зерик постучался в дверь комнаты Себастьян, на что последовало немного ленивое «входите». Мальчик открыл дверь и зашел в лисьи апартаменты. Он увидел просторную комнату с четырьмя окнами на всей протяженности внешней стены, что была напротив двери. Справа вдоль стены стояли вытяжной шкаф и шкафчик, на металлической дверце которого красовалась яркая наклейка, с изображением черепа. У окна стояло несколько сдвинутых между собой столов, один из которых был оснащен раковиной и подключен к канализации. Левее была одна массивная ширма, а у противоположной стены другая. Вместе они отделяли одну половину комнаты от другой. Пройдя меж них, Зерик оказался в непосредственном жилом пространстве заместителя главы гильдии. Мягкий оранжевый коврик под ногами, письменный стол с компьютером у окна, а левее него, у стены стояли два шкафа. Дверка одного из них была приоткрыта, и из которой выглядывал плащ, что ранее парнишка видел на зеленоглазой наемнице. Смотря в сторону окна, мальчик увидел письменный стол, на котором стоял компьютер и были разложены бумаги. С противоположной стороны его уже прослушивала, словно локаторы, пара черных лисьих ушей, хозяйка которых сидела на двуспальной кровати, застеленной бельем красных и белых цветов. – Утречко, Зеря. Как твоё ничего? – Её кожа была бледна, под глазами красовались синяки. На наемнице была красная футболка и черные шорты. В одной руке лежал включенный КПК, на экране которого был распределен серыми полосами мелкий, трудноразличимый текст. – Да, неплохо. Хотя после вчерашнего и было трудно заснуть… – мальчишка секунду молчал, пока его руки непроизвольно мяли ткань рубашки, после чего продолжил. – А как ты себя чувствуешь? На тебе… – «…лица нет.» Да, не очень, как видишь. – Себастьян отвела взгляд в сторону, нервно улыбнувшись. – Вчера я слегка перестаралась, а теперь пожинаю плоды своих действий. – А что у тебя болит? – Гххм… – она потерла пальцем висок, хмурясь, а её уши прижались к голове. – Я перенапрягла свою нервную систему, когда использовала тени, поэтому больше всего голова. Когда уже подействуют эти чертовы анальгетики… – Ох… Я забыл сказать. Я пришел с одним делом. Тут у меня… – Зерик залез рукой под футболку, чтобы достать оттуда спрятавшуюся змею. – Вот, кажется, это твоя «крыска».       Девушка словно бы забыла о головной боли, когда увидела существо. В зеленых глазах вспыхнул интерес. Она протянула руку Зерику, и тот передал ей пресмыкающееся. Аномальное существо лениво ползало, огибая своим телом пальцы, осматривалось, периодически нюхая всё с помощью языка. – Какой… занятный результат. Впервые вижу, чтобы происходило такое… «противоречивое» преобразование. – Лиса поднесла существо к носу и понюхала его. – Запах… отсутствует. И… – И…? – Зерик медленно наклонил голову на бок, вопросительно смотря на собеседника. – И ты еще не завтракал. – девушка перевела взгляд на мальчика, пока по лицу расползлась снисходительная ухмылка. – От тебя пахнет человеком, который почти десять часов ничего не ел. Пахнешь голодом. – Это как? – Зерик недоумевал от слов обладательницы чуткого нюха и уже мысленно пытался прикинуть, когда он последний раз ел вчера, когда его прервали. – От тебя исходит характерный запах, достаточно сильный, чтобы мой нос его учуял и распознал. Почти все люди пахнут так, когда голодны. Не хочу вдаваться в подробности. Или у тебя своя версия? – Ну, ты не ошиблась. Просто я проснулся, а тут смотрю, банка пустая. Я испугался, и у меня вдруг на груди под одеялом… – его прервал указательный палец, нежно коснувшийся губ. – Давай так. Ты сейчас оставь это чудо у меня, и тетрадь тоже, если захватил. – Себастьян убрала руку ото рта Зерика. – Я тут пока подумаю, а ты беги в бар, там тебе заранее всё подготовили. С неудавшейся церемонии осталась куча еды. Не пропадать же добру, тем более вкусному. Идёт? – Ам… Хорошо! – мальчишка отдал наемнице тетрадь и, держа в голове слова Фроста, пошел к выходу.       Прошло совсем немного времени, прежде чем он вернулся, держа в своих руках один поднос. На нём стоял стакан с нежно-зеленым напитком и тарелка, одна половина которой была заполнена вареной бери-бери, а вторая тушеным мясом с овощами, обильно залитыми коричневым соусом. От неё исходил пар. В то же время над головой мальчишки парил второй поднос, удерживаемый едва визуально различимыми фантомными руками. Там была тарелка с четырьмя разными небольшими канапе и стакан сока. К тому моменту лиса уже сидела за своим письменным столом, с которого была убрана вся та огромная куча бумаг и осматривала змею. – Ох, ты решил и меня угостить? Вот, ставь сюда, я как раз освободила место. – оба подноса опустились на стол, а мальчишка сел рядом. – Ам… А это откуда? Этого же вроде не было во вчерашней програ… А… – девушка посмотрел на парнишку, немного наклонив голову на бок и опустив с той же стороны ухо, пока по лицу расползлась ухмылка. – Или это твоя инициатива? Заботишься о приболевшей подруге? – Ну… я… – он не успел выдавить и слова, прежде чем собеседница продолжила. – Шучу, я знаю, что это Фрости подготовился. Решил напомнить, кто здесь заботливый папочка. Сюширо так быстро никто бы не приготовил. – Себастьян подняла тарелку с ложкой и вдохнула аромат еще горячего блюда, что заставил её расплыться в ещё более довольной улыбке. – Шикарно. Кстати, я смогла кое-что понять насчет твоей змейки. – И что же? – Зерик взял в руку канапе с крупным подобием креветки, изредка отрывая взгляд от наемницы, чтобы следить за змеёй, что бодро ползла по полу к его ноге. – Если ты хочешь её содержать у себя, её следует правильно кормить, в соответствии с её природой. У нас с тобой существо хоть и имеет облик змеи, но вот вкусовые предпочтения не изменились по сравнению с изначальным обликом. – девушка закончила фразу, отправив в рот ложку с мясом и овощами, ожидая ответа от своего юного собеседника. – Эм… А как ты к этому пришла? – мальчик брал пример со старшей и то же решил в конце положить что-то вкусное в рот. – Элементарно. Я решила проверить, как она отреагирует на своих бывших собратьев. Всё-таки змея, может попробует сделать что-то… змеиное? У меня клетка с ними в одном из столов стоит. Наша пушистая подруга проявила легкий интерес к ним. Но вот когда она заметила коробку с их кормом реакция была очень яркая. Так обычно на корм реагируют только голодные крысы… – Хах… Вижу, ты специалист по ним. – А как же. Но я еще не закончила. Ты же знаешь, как питаются змеи? Целиком заглатывают добычу. Иначе говоря, просто так кормить её как крыс у тебя не выйдет. – очередная ложка риса, смешанного с острым соусом, была беспощадно съедена. – Есть идеи? – Сейчас будут, я просто пока еще туго соображаю… – сказала девушка, переводя взгляд в сторону окна, откуда были прекрасно видны следы вчерашней битвы.

***

      Блондин перешагивал лужи, внимательно, напряженно следя за впереди идущим. Идея казалась очень рискованной, а присутствие рядом охраны в маске ни капельки не делало ситуацию комфортнее. Даже было сложно сказать, кого глава гильдии в этот момент считал менее подозрительным. Не было серьёзных гарантий, что это не уловка Барда, что всё не было им и его возможным покровителем предусмотрено с самого начала. Статист со своей скверной репутацией в среде наёмников тоже не внушал особого доверия. Он шёл позади Фроста, пялясь пустыми глазницами маски ему в спину.       Все трое молчали с момента выхода с базы, не проронили ни слова, двигаясь быстрым шагом по улицам утреннего города. Да и о чем им говорить? Все немногочисленные детали были изучены перед выходом. Они практически ничего не знают о том, как Гэйг собирается покинуть Уттер-Сити, а плана как такого и не было.       Вечно, конечно, это продолжаться не могло. Трио шло через обильно загаженную рекламными листовками подворотню одного из центральных районов города, когда мнимую тишину, что на деле была смесью шумов города, нарушил басистый голос стрелка. – Зачем ты взял с собой этого чудилу в маске? – Грейнджер двигался, не сбавляя шаг, футляр в его руке слегка покачивался. – Неужто боишься? – Это мне говорит тот, кто вчера пытался меня прибить? – мужчина усмехнулся, однако от воспоминаний вчерашнего дня, еще не зажившая рана на груди начала ныть. – Бард, не тебе ли сейчас лучше всех должно быть известно, чем здесь бывает чревато излишнее доверие к людям? Иначе говоря, я просто не хочу, чтобы моя песенка была спета.       Фрост невольно ухмыльнулся, в то время как его собеседник лишь хмыкнул себе под нос, не оценив юмора. Тогда глава гильдии даже задумался, а не задели ли его слова музыканта, но эти мысли быстро выветрились из головы. Всё-таки какое ему дело до таких мелочей? Ведь есть куда более важные вопросы.       То, что происходило последние несколько лет между двумя гильдиями переросло в полноценную войну несколько месяцев назад, и только сейчас случились два идущих друг за другом покушения. Сначала на его заместителя, а потом и на него самого. Если это произошло сейчас, значит будет и в будущем.       Мысли об этом пробуждали навязчивое желание отправиться на вокзал с Себастьян, купить билет на поезд в ближайший город-полис и наконец-то покинуть эту крысиную нору, что жива только благодаря рыбной ловле, логистической роли да паре лабораторий. Но с другой стороны, тут люди, его гильдии, он их глава. Нет, нельзя, иначе какой из него после этого лидер?       Мужчина вздохнул, словно бы небольшая доза дополнительного кислорода помогла бы ему нести тяжкий груз ответственности, которой он не просил. Рукой он нащупал на поясе свернутый в баранку хлыст, проверяя его. Старая привычка.       Глаза, привыкшие темноте узких неприметных улиц, которыми приходилось идти, неприятно обожгло, когда мужчины вышли на оживленную улицу, отделяющую порт и центральный район друг от друга. Тут всё было залито светом. Море отсюда не было видно, всё собой загромождали крытые склады и другие элементы портовой инфраструктуры, из-за которых выглядывали массивные краны.       Блондин вышел вперед. Группа перешла дорогу, по которой изредка проезжали грузовые автомобили и быстрым шагом пошли вдоль проволочного забора, пока мимо мелькали лица прохожих. Прошла минута, прежде чем они дошли до тихого безлюдного места. Тут была старая база грузового транспорта, которая еще со времен основания города использовалась для доставки товаров, привезенных из метрополии или отправляемых в неё. Сейчас же она уже как лет пятьдесят пребывает в заброшенном виде. Даже сами грузовики, на ржавых бортах которых всё еще видна надпись «Каллакустен», были брошены стоять здесь, пустыми металлическими экзоскелетами, все основные детали которых скорее всего растащили за первую пару месяцев.       Тут же находилось здание, где обслуживали эти автомобили. Поскольку этот пункт пропуска закрыт, он должен быть опечатан, но подойдя к одной из дверей, Фрост открыл её, впуская остальных внутрь. Закрыв её за собой, он жестом указал идти дальше. Пройдя сквозь пустые сервисные помещения, они вышли в порту.       Здесь открытая складская площадка, горы контейнеров, они словно формируют лабиринт, чем пользуется трио, незаметно двигаясь между ними. Некоторые из них открыты, давая увидеть находящиеся внутри ящики. Один из них, кажется, под завязку забит коробками с посудой и тканью. Наверняка тут найдутся и контейнеры с артефактами, и с целыми ящиками изделий из сверхпрочной керамики, или даже с реликвиями Предтечей. Впрочем, в голове не возникало и мысли о том, чтобы обворовывать тут всё. Нет, Фрост вполне мог обнести пару тройку контейнеров, набрав гору ценностей, ему ничто не мешало, ни физически, ни морально. В конце концов это практикуют некоторые наемники. Но вот то, как многие из таких «умников» заканчивают, отбивало у него мысли о подобной затее.       Контейнеры позади, а отряд огибает громадину на стоянке, воздушное судно. Огромное, размером с многоквартирный дом, оно левитирует в нескольких метрах от земли, пока к нему подсоединены гибкие трубы, металлические тросы и кабели. Сложно сравнить его внешний вид с обычным кораблем, ведь общего крайне мало. Вытянутый, прямоугольный, с какой стороны не глянь, серый корпус, на вершине которого, сверкая своими стеклами, стоял капитанский мостик. Палубу снизу видно не было, да и понятно было, что её там и нет в классическом представлении. Зато в глаза бросались мощные защитные пластины, что явно пережили многое, о чём можно было судить по следам от попадания пуль, метровым шрамам-царапинам и вмятинам.       Фрост всего пару раз летал на таких и даже сейчас мог представить, как эта махина отсоединяется от всех тех труб, тросов и поднимается высоко над городом, как она плывёт по воздуху, величественно разрывая своим корпусом облака, как мутной тенью движется сквозь полярную бурю, над Северным океаном, двигаясь с ценным грузом в Атлантику. А ведь когда-то он задумывался о карьере члена команды такого судна. Впрочем, сейчас он не жалеет о том, кем он стал в итоге. Предпочел вольную, наполненную риском жизнь наемника, тесной каюте на воздушном контейнеровозе, что ходит по одному и тому же маршруту из месяца в месяц, из года в год.       Наемники обошли спящего гиганта, одного из многих, что связывали метрополию с городами-полисами, прошли мимо здания судостроительной верви и им открылся вид на укрепленную береговую линию порта, причалы, где своего часа ждали огромные контейнеровозы. Но на их фоне подозрительно выделялся одинокий паром. Обычное пассажирское судно располагалось слишком далеко от привычного места стоянки. Тем не менее на борт по трапу заходили люди. – Это всё больше начинает напоминать мне ловушку. – Фрост посмотрел в сторону барда и продолжил. – То, что Гэйг не уходит другим путём, не на поезде, не на лайнере с другими пассажирами, а здесь. Да и куда он собирается бежать на пароме? – Всё как раз верно. Поезд сегодня отходит в одиннадцать часов, лайнер в четырнадцать. Если он и хотел бы бежать как можно быстрее из города, то не стал бы ждать, давая нам время. – серые глаза музыканта покосились на блондина. – А дальше пересадка на лайнер в Аквас и до свидания. – Ладно, твои слова имеют смы… – мужчина не успел договорить, его перебил всё это время молчавший Масочник. – Они запустили двигатель и уже тронулись. – паром немного отплыл от места стоянки, при этом заставляя трап сломаться и упасть в воду, и уже начал разворачиваться, пока за этим следили, попутно комментируя ситуацию, удивленные люди на берегу. – Чёрт! Возможно нас засекли! Гре… – Фрост осекся, когда увидел, как стрелок уже метнулся в сторону судна.       В левой руке Грейнджера что-то сверкнуло. Добравшись до края, он раскрутил в руке предмет, оказавшийся крюком-кошкой, метнул его в сторону постепенно удаляющегося борта и прыгнул в том же направлении. Послышался громкий удар ног о металл, что вряд ли осталось бы незамеченным. Фрост, что побежал вдоль бетонного пирса, снимая одной рукой хлыст с пояса, заметил, как один из пассажиров на палубе, достал из сумки на поясе пистолет и быстро направился в сторону источника шума. Там, наматывая трос на одну руку и не выпуская футляр из второй, Грейнджер уже почти поднялся достаточно высоко, чтобы оказаться на борту судна.       Глава гильдии в стороне не остался, ведь в его руках был расправленный хлыст, в который были вплетены волокна из пси-проводящего сплава, что превращали с первого взгляда непрактичную приблуду в страшное оружие. Когда мужчина в гражданском уже наставил пистолет на место, где вот-вот должна была показаться голова барда, воздух разорвало оглушительным хлопком, за которым последовал крик. Пистолет выпал из руки, которую сначала словно бы окатило кипятком.       Грейнджер, поднявшись, увидел, как протянувшийся с берега хлыст ударился о шею бедолаги, который еще не успел опомниться от первого удара. Оружие обвилось вокруг шеи, подобно черной лозе, после чего по его поверхности пробежали волны белого свечения, а тело жертвы затряслось. Спустя секунду блондин дернул хлыст на себя: мужчину бросило на бортик, а обвитая шея громко захрустела и лопнула словно хрустальная ваза. Голова упала в воду, от разорванного, мгновенно покрывшегося инеем, остатка шеи исходил пар. Осколки замороженной плоти градом посыпались под ноги охотника на демонов.       Пользуясь моментом, музыкант привел в порядок левую руку, переложил в неё свой футляр и снял громоздкий пистолет с пояса, после чего сразу же выстрелил в вышедшего на шум человека в зеленой камуфляжной форме. Тело с нашивкой «Зелёных драконов» на плече упало на пол, издавая тихий хрип. Бард прошмыгнул внутрь.       Паром же в это время разворачивался к пирсу кормой и отдалялся, пока из его чрева раздавались звуки выстрелов и крики. Не желая терять возможности попасть на борт, глава гильдии нанес несколько ударов освободившимся хлыстом ниже ватерлинии. Яркие вспышки пробежались по всей длине оружия, и в месте попадания начал с большой скоростью нарастать лёд. Еще один удар, уже всей длиной, блондин нанёс по водной поверхности, за чем последовало появление длинной льдины. Спрыгнув на импровизированную переправу, Фрост, примораживая ноги к мокрому льду, двинулся в сторону парома, у которого из-за образовавшегося нароста начались проблемы с движением и пошёл крин на один борт.       Каждый шаг осложнялся волнением водной глади и неустойчивостью льдины. Блондин выждал момент, когда нарост на корабле и его импровизированная посудина сблизятся, совершил ещё один взмах хлыста. Льдина и паром теперь скреплены, что облегчило задачу. Мужчина быстрым шагом добрался до цели. Прыжок и длинные пальцы обхватили собой остатки веревки, что осталась от трапа. Не без усилий, он взобрался на палубу, что была сейчас под приличным углом. Не мешкая, Фрост побежал вдоль борта к месту, где он последний раз видел Грейнджера. Подобрав с пола чужой пистолет, он прильнул спиной к стенке рядом со входом внутрь.       Вдох-выдох, пошёл. Перешагнув через лужу крови, лидер «Алого Меча» зашел в темный коридор. Множество дверей было по обе стороны, на полу лежало несколько тел, два из которых были в знакомой зеленой форме, а одно в серой, не характерной для «Зеленых драконов». Наплечник украшала эмблема с изображением ладони, на внутренней стороне которой был глаз. Фросту эта символика была знакома, как и большинству наемников.– Что здесь забыли фанатики из «Руки Бога»? – прошептал себе же под нос наемник, прислушиваясь .       Из дальней части кают-компании были слышны приглушенные вопли. Это не голос одного человека, а смесь разных голосов. У мужчины неприятно засосало под ложечкой. Простояв секунду в нерешительности, он выругнулся и рванул на звуки, пробегая по коридору, спустился на этаж ниже. Перескочив через труп, чьё лицо было сожжено до костей, он выбежал в коридор, в конце которого стоял бард. Его пистолет был направлен на лидера гильдии. – А, это ты… – Грейнджер опустил ствол и пошёл навстречу, пока за его спиной был слышен треск пламени, а из-под двери под одной из дверей валили клубы черного дыма. – Мы закончили. – Какого хрена? Что там? – Фрост двинулся на встречу музыканту, чтобы увидеть, что происходит за закрытой дверью, где уже не было слышно голоса, и подтвердить свои догадки. – Ничего особенного. – брюнет словно бы специально задел плечом собеседника, но того это не остановило, даже не замедлило.       Добравшись до двери, мужчина распахнул её. Из комнаты буквально вывалилось пламя, вынуждая блондина отскочить. Выпущенный сразу после этого криокинетический импульс заставил огонь ослабнуть, а затем потухнуть. Кашляя и протирая горящие от едкого дыма глаза, Фрост взглянул на содержимое каюты и мгновенно побледнел. Там лежало несколько обугленных, изуродованных огнем тел. Но самое страшное, что одно из них, судя по размеру, принадлежало ребенку.       Сколько он так простоял, опираясь локтем о дверной косяк и закрывая рукой рот, словно не давая чему-то вырваться? Несколько секунд или минуту? Выйдя из ступора, он посмотрел в сторону коридора, где всё еще стоял Грейнджер. Шок, что невидимым грузом сдавил грудную клетку, сменил раздувающий её гнев, словно бы вернувший с собой возможность нормально дышать. Лидер «Алого меча» быстрым шагом подошел к стрелку, уже потянулся рукой, чтобы схватить его за воротник, но молодой человек его одернул. – Держи свои руки при себе. – отчеканил бард. – Ты гребаный психопат! Какого хера ты творишь!? – Фрост быстро перешел на крик. – То, что должен. С Гейгом покончено. Теперь верни мне мой КПК. – на лице музыканта не было ничего: ни сожаления, ни радости, ни гнева. Он развернулся и пошел к лестнице, оставляя собеседника наедине с бурным потоком мыслей и запахом горелой плоти.       Смотря в глубину пустого, заваленного на бок коридора, блондин стоял, опираясь о стену, пока не ощутил удар. Это привело его в чувства, вывело из транса. Нет, все размышления потом, сейчас на это времени нет. Ему нельзя здесь оставаться ни минуты. Если кто-то узнает, что «Алый Меч» замешан в произошедшем, по репутации гильдии будет нанесён ужасный удар.       Не желая ждать ни секунды, он побежал по коридору, поднялся наверх, выбрался через ближайшую дверь на носовую часть палубы парома. Причина того толчка стала ясна: судно врезалось носом в бетонный берег. Образовавшейся «конструкцией» воспользовался бард как прекрасной альтернативой трапу. Вокруг лежало несколько тел, от которых, впитываясь в доски, растекалась кровь.       Мужчина обошел их и, перепрыгнув через борт, спустился на сухой потрескавшийся от удара, бетон. Подняв взгляд, он заметил, что снаружи тоже было весело, пока он был внутри. На берегу лежали три тела в зеленой форме, и одно в серой. Один наемник без видимых повреждений лежал у контейнера с вмятиной, второй с глубокой горизонтальной раной груди. Третий лишился головы и правой ноги выше колена.       А вот четвертая тушка, видимо, из той же «Руки Бога» лежала почти целая на асфальте, пока на ней буквально сидел Масочник, опираясь коленом о грудь. Рука плотно прижимала к земле чужую голову, пока тело билось в конвульсиях, а с уст срывались нечленораздельные звуки. Рядом лежало его чудаковатое оружие, белый клинок которого был в крови. Когда лидер «Алого меча» подошел вслед за бардом к Вану, труп под ним уже перестал двигаться, а из его рта шла пена. – С Гейгом закончили. Что тут произошло? Что с этим? – сразу начал мужчина. – Когда ты полез на корабль, появились эти четверо. Они не поняли, что я c вами, хотели открыть огонь по тебе. Я их убил. – Статист оставил тело в покое и встал в полный рост. – Этого хотел допросить, но он раскусил капсулу с ядом.       Слыша последнее, музыкант нахмурил брови, сверля серыми глазами маску. – Значит цель достигнута. – сказал он, переводя взгляд с Масочника на Фроста. – Мой КПК. – Забирай и уходи. Надеюсь, больше не увидимся. – отрезал мужчина, покопавшись в пиджаке и протянув барду устройство, после чего тот молча развернулся и пошел прочь, вдоль берега. – Вану, нам нужно уходить как можно быстрее. За мной.       Проводив барда взглядом, полным презрения, глава гильдии пошел обратно, по тому же маршруту, а за ним двинулся и его подчиненный, пока им навстречу неуверенно шли работники порта, привлеченные звуками аварии и стрельбы. Для Фроста всё было будто в тумане. Наёмники покинули территорию порта и вышли на дорогу, идущую вдоль забора. Уже не раннее утро, но светящее вовсю солнце почему-то совсем не грело лидера «Алого Меча».       Некая беспомощная злоба сковывала его. Он ведь вполне мог заслужено убить этого поехавшего барда, за то, что тот натворил. Но что для него дороже: репутация гильдии или мимолетное, но очень сильное желание убить больного ублюдка?       Они уже шли по одной из улиц, дороги которых украшали лужи, в безмятежных зеркалах которых можно было увидеть, как по голубому небу плывут облака, когда ход мыслей был прерван чувством потери равновесия и следующей за ним тупой болью от удара о чью-то спину головой. – Смотри куда прешь! – прикрикнул на главу гильдии пожилой мужчина в бронежилете, которому не посчастливилось оказаться на его пути. – Прошу прощения. – блондин удержал равновесие и обошел жертву своей мимолетной неуклюжести, повторяя себе под нос извинения.       Когда невольный участник инцидента, прошел немного дальше, он тут же поскользнулся и упал. Обернувшись, Фрост увидел лежащего на луже несчастного, что матерился, явно жалея, что вышел сегодня из дома. Если бы не это, мужчина бы не заметил, на чем он подскользнулся: вместо воды в выбоине был лёд. Блондин непроизвольно разжал левую руку, и что-то упало на асфальт. Это был кошелёк. Кажется, практика карманных краж в более юные годы сделала это движение машинальным. Пора бы было выписать самому себе диагноз «клептоман».       Он спешно пошел прочь. Ему было очень не по себе. Лидер уже хотел вновь погрузиться в размышления, когда глубокий, приглушенный маской голос отвлек его, не давая повторить ошибку. – Вижу, вы немного не себе. И у этого есть причина. Я прав? – Хочешь знать, что там случилось? Мне, знаешь ли, не сильно приятно это вспоминать. – мужчина вскинул бровь вверх, поворачиваясь к Вану, что шел рядом, смотря вперёд. – По вам видно, что вспоминать нечего. Всё и так на поверхности, иначе вы бы не были так бледны. – Ох, какой внимательный! – глава гильдии закатил глаза, после чего посмотрел перед собой. – Может еще скажешь, на сколько оттенков я побледнел? – Нет смысла определять количество оттенков, если в природе их несчетное количество. И всё же разница ощутима. – то ли Статист не понял Фроста, то ли подыгрывает ему. – Впрочем, мы ушли от темы. Так что же натворил Грейнджер?

***

      Насквозь мокрый бумажный пакетик, наполненный какими-то травами, отправился в мусорку. Держа в руках кружку с грязно-зеленой жидкостью, от которой исходил горьковатый запах, Себастьян принюхалась. Лицо исказилось в брезгливом порыве, как только нос уловил крайне специфичный запах отвара. После вкусного и ароматного завтрака это казалось какой-то злой, очень злой шуткой. Притом шутка эта была над самой собой же, ведь лиса сама же себе выбрала такое средство лечения. – Ты точно уверена, что хочешь это пить?       Зерик сидел на стуле, рядом с одним из столов и катал в руках белое нечто, похожее на тесто. И не просто так, ведь таковым частично оно и было. Масса, что от манипуляций маленьких рук приняла форму сардельки, была серого цвета и вся испещрена вкраплениями различных семян и других элементов корма. Удобное и логичное решение для кормления змеи с пищевыми предпочтениями грызуна. – Да, это тяжелый для меня шаг, но мириться с мигренью и невозможностью работать – еще тяжелее. – с этими словами, опустив ушки и зажмурив глаза, она поднесла кружку к губам и начала пить, надеясь, что чем быстрее, тем легче.       Рот мгновенно наполнила невыносимая горечь, вперемешку и кислыми и солеными нотками. Всё усугублялось тем, что отвар был теплым. В уголках глаз выступили слезинки. Казалось, это длится вечность, но в реальности прошло всего несколько секунд, прежде, чем последние капли были проглочены. Девушка поставил кружку на стол, кривя лицо и издавая непереводимые звуки, в которых читались отвращение, печаль, боль, удивление и смирение одновременно, пока во рту расцветало послевкусие, не менее неприятное. Зеленые глаза уставились в одну точку. – Себа? Ты тут? – Зерик немного наклонился, чтобы взглянуть на лисье лицо с другого ракурса. – Д… – первая попытка была прервана иком, однако вторая увенчалась успехом, хоть голос из стал звучать как-то измучено и утробно. – ...Да. Я тут, всё в порядке. Просто во рту мерзко. Вот, будешь перенапрягаться, лечить будем тебя этим же. – Фу… – Не фукай. Ты закончил лепить? Поверхность гладкая получилась? – сев рядом, наемница откинулась на стуле, дыша полной грудью. – Да, получилось неплохо. Что дальше? – Я вот думаю, может попробовать немного проварить? А то я боюсь твоя змея её порвет, пока будет заглатывать. – она потерла пальцами подбородок. – Варить тесто? – Только не говори мне, что ты не ел шиджао. – Себастьян посмотрела на мальчишку вопросительно. Зерик молча смотрит в зеленые глаза, ничего не говоря. – Бедный ребенок. – протянула лиса, потянувшись руками к лицу парня и взяв его за щёки. – Чем тебя вообще твои дядя и тётя кормят!? Или кем там тебе Вану и Хекс приходятся? – Ну, всяким. Вану редко готовит одно и то же. Я уже пару месяцев с ними, и он почти не повторяется, когда готовит. Правда не всегда вкусно. А еда Хекс всегда вкусная. – мальчик не стал препятствовать чужим рукам, стойко перенося все издевательства над своей мордой лица. – И они мне не дядя и не тётя! Мы не родственники. – Как это… – лису озадачил такой ответ, и, оставляя лицо парнишки в покое, она подпирает рукой голову. – А где твои родственники? – Ну… У меня есть отец, но он остался в общине, когда я ушел по предложению Вану. – Община? То есть Вану забрал тебя? – Да. Давай не будем об этом. Я не хочу вспоминать об общине. – мальчик нервно посмеялся, после чего посмотрел на стену, где висели два больших бумажных полотна. – Кстати, всё хочу спросить, что это за карты у тебя висят? – Хм… – после секундного ступора от резкой смены темы, Себастьян ответила. – Это? Ну, тут карты мира и Империи Пайрос. Ты раньше не видел это? – Ну, только мельком, да и внимание у меня было тогда на другом. Вану мне даёт книги, чтобы я их изучал, учебники всякие, о природе, математике и прочем. Иногда мне Хекс помогает. Но до карт как-то дело не доходило. – Хах, я и не думала, что они заботятся об этом… – лиса почесала затылок. – Ну, просто знаешь, наемники, что тут работают, когда дело доходит до детей, обычно учат их тому, что им пригодится в карьере, а она предопределена. Часто отдают в специальные училища. Пытаются вырастить из ребенка оружие… – А ты… – он не успел задать вопрос, как получил ответ. – Нет. Я прибыла сюда четырнадцатилетним щенком из Атлантики вместе с братом после конфликта в семье. Впрочем, не будем об этом… – девушка встала со стула и потянулась.       Её захлестнуло знакомое чувство, отчего она невольно устремила взгляд в окно, которое выходило на вчерашнее поле боя, за которым росло множество деревьев. – Вижу, у нас больше общего, чем казалось сначала… – невзначай протянул Зерик, не понимая, на что смотрит её собеседница. – Наверное… А… – наемница перевела взгляд на мальчишку. – ...давай я отнесу эту нашу псевдо-сардельку, чтобы сварить, мне всё равно надо отойти. Можешь подождать меня здесь? – Конечно, не вопрос. Подожди, ты же не собираешься что-то делать, например, работать? – Зерик взглядом сверлил девушку щуря глаза. Себастьян выждала пару секунд и через мгновение залилась смехом. Она медленно двинулась мимо мальчишки и зашла за спину. – Не волнуйся, я только пройдусь немного и вернусь к тебе. Я обещаю не делать ничего, что мне сейчас нельзя. – рука лисы опустилась на макушку мальчика и немного потрепала волосы. – Я скоро, не скучай. – Хорош… А! – Зерик даже немного вздрогнул, когда наемница развернулась и, как и вчера, словно бы невзначай, провела своим пушистым хвостом по его шее и щеке, что естественно было щекотно.       Обернувшись и потирая место «травмы», мальчишка проводил девушку взглядом, пока та, похихикивая от его реакции и красных ушей и держа в руках кружку и экспериментальный корм, не скрылась в дверном проёме. Он никогда не привыкнет к этому.       Встав со своего места, он подошел к карте ближе. В ней было нечто, что он видел и у других экземпляров. Он смотрит на большую физическую карту «Империи Пайрос и её окраин». Тут видны выделенные цветом границы между шестью провинциями, обозначены точками обычные города, города-полисы, ярко-желтыми линиями тянутся железные дороги. Всё это видно на фоне разноцветного рельефа.       Беглый взгляд натыкается на знакомое название. «Уттер-Сити» черным текстом на голубом фоне, а ниже, на западном берегу полуострова Маттаку, перечёркнутая точка и якорь рядом. От неё на север тянулась линия железной дороги, что, вгрызаясь достаточно глубоко в континент и столичную провинцию Империи, расщеплялась на несколько веток, что шли к другим городам и городам-полисам.       Зерику и раньше приходилось слышать об этой стране. Что её населяют звероподобные народы, что уровень развития их значительно уступает Атлантике или любой другой найденной на Мёбиусе цивилизации. Закономерно в голове всплывал вопрос «почему», но мальчик догадывался, что ответ на поверхности и не сильно его удивит.       Проведя взглядом по главной одноименной провинции Пайроса, самой большой, растянувшейся до самой западной границы, он смотрит выше. Вот на северном краю расположилась Тенебриус, на западе от неё, растягиваясь на юг, в пустыне Мугошамо, расположилась провинция Сарптерос, между ними, чуть южнее, Вентус.       Взор парня бегло пробегается по Пайрос и видит на юге провинцию Даркус, а восточнее неё Аквас. Однако стоит Зерику посмотреть еще ниже по карте, он видит зону, очерченную тёмно-синей линией и заштрихованную тем же цветом, а где-то и вовсе окрашенная пятнами. Она уходит на юго-восток за границы карты, так что размеры определить не выходит. Заинтригованный этим, мальчишка взглянул на карту мира.       К его удивлению, огромная часть карты заполнена похожими зонами. «Что же это такое?» - проносится в его детской голове, но он не спешит за помощью к легенде. Видя на карте огромный континент Эсаинд, растянутый от северного полярного круга, до экватора, от Тёмного океана, до Великого Архипелага Атлантики, он быстро находит на нём знакомую Империю Пайрос в юго-восточной части и знакомую таинственную кляксу. Она ветвится, удаляясь вниз карты, после заворачивая немного вправо. Через пробелы в ней видны острова. В итоге взгляд падает на другой континент, словно бы объятый этой темной мутью, Буэртенаард. Дальше, на южном полисе, в эпицентре таинственного месива Веррэния. Интересно, был ли там кто-то?       Устав, он бегло взглянул на оставшиеся три континента. На Юге от Атлантики, расположенной на одноименном архипелаге, отделенная от неё морем Моливдо, Ардумаита, почти вся видимая часть которой занята пустыней. В другом же полушарии, омываемые с запада Темным, а с востока Великим океаном, расположились Ильмол на севере и Пуэлессия на юге.       Ответ на вопрос, что же это за странные зоны, так и не появился. Зерик обратился к таблице-легенде в нижней части листа, где среди множества условных обозначений нашел нужное. «Зоны Искажения». Понятнее от этого не стало, впрочем, ничто не мешает ему спросить у кого-то из старших об этом.       В этот момент в его ногу ткнулось что-то, от чего он чуть не подпрыгнул. Задержав дыхание, мальчик посмотрел вниз и облегченно выдохнул. На него смотрели знакомые глаза-бусинки. Наклонившись, он протянул руку змее, желая погладить её, будто это кошка, но та резво заползла на неё, чтобы подняться до шеи. Парень всё же воплотил свою задумку, приласкав обеими руками свой живой «шарфик».       Прежде, чем девушка вернулась, прошло около десяти минут. Зерик даже стал немного переживать, но груз с души упал в тот же момент, когда распахнулась дверь, и показалась её довольная мина. – Не заскучал без меня, Зеря? – в руках Себастьян была тарелка, на которой лежала блестящая от влаги серая сарделька из теста и крысиного корма. – Ну… Немного. Я тут смотрел карту, и у меня возник вопрос... – парнишка вздрогнул, после чего добавил. – нет, два. Как ты себя чувствуешь? – Я себя чувствую? Ну, намного лучше. Это гадкое послевкусие, всё ещё не прошло, но по крайней мере средства оправдали цель. – лиса поставила тарелку на стол. – А что за второй вопрос? Спрашивай, отвечу на всё, кроме неприличного и излишне личного, хе хе.       Дёрнув ушами, она подошла к кровати и запустила лапу под подушку. Выудив из-под подушки конфетку, лисица присмотрелась. На белой поверхности этикетки виднелся простенький рисунок сине-фиолетового фрукта, отдалённо напоминавшего внебрачного ребёнка огурца и инжира. Довольно улыбнувшись, девушка быстро развернула фантик и отправила синюю стекляшку в рот, попутно запихивая лакомство языком за щёку. Тихо прошуршав, хранитель сладости отправился обратно в своё мягкое убежище. Всё внимание теперь перешло на мальчишку с живым шарфиком. – Что это за «Зоны Искажения»? Они чуть ли не пол карты собой занимают. – мальчик подошел к ушастой, вопросительно смотря снизу-вверх. – Ух… Ладно, ты умеешь выбирать сложные для разъяснения вопросы. С чего бы начать…? – девушка отвела взгляд, пробежалась им по всей комнате, словно искала что-то. Наконец, её уши дернулись и поднялись, когда взгляд упал на длинноволосого индивида, что не отводил своего взгляда. – Хех… Как насчёт оплаты? Ты платишь, я рассказываю. – Чего-чего? – Зерик даже оторопел от такой наглости. – Хах, не волнуйся, я беру оплату в виде волос. Я их у тебя арендую на время рассказа. Идёт? – девушка сделала максимально ехидное выражение лица, какое только могла. – Ты же ничего с ними не сделаешь нехорошего? – Зерик прищурился, смотря в «хитрые» зелёные глаза. – Обижаешь! Конечно, с ними всё будет в порядке. Честное слово! Так что, по рукам? – она смотрит всё с тем же выражением лица на парня, а её хвост черной тенью активно виляет за спиной. – Наверное… – сомнения длились недолго. – Да, думаю, по рукам.       Как можно устоять перед этим лисьим обаянием? – Правильный выбор! Иди-ка сюда. – Лиса села на край кровати, достала что-то из тумбочки, и подобрала ноги, слегка отодвигаясь от края, после чего похлопала рукой на место перед собой, приглашая мальчика к себе.       Зерик мысленно пожал плечами и сделал, как хотела Себастьян. Он сидит спиной к ней, ожидая, что же она будет делать с его бедными волосами? Ответ последовал мгновенно: его стали расчесывать. – А? Это…? – Да, но одним расчесыванием я не ограничусь. Серьёзно, мне редко выпадает возможность поиграться с чужими волосами, даже с женскими. – руки лисы ловко перебирали пряди, работая расческой. – Большинство наемников, знаешь ли, предпочитают практичные короткие стрижки, так что дело дальше каре не заходит. Так что позволь уж насладиться сполна представившейся возможностью. – А как же Фрост? – спросил мальчишка, сложив руки у себя на коленях и смотря в окно, видя на стекле еле различимое отражение. – Он вечно занят, да и не любит, когда его волосы трогают. Неженка брезгливая. – лиса тихо хихикнула, ловко приводя в порядок запутанные волосы, что так и не были расчесаны с самого момента пробуждения. – Понятно. Так что насчет этих «Зон Искажения»? – «Зоны Искажения»… Если кратко, это такие участки Мёбиуса, где пространство, время, энергия, вся физика в целом, а с ней в придачу логика и законы живой природы «напились до зеленых соплей». Насколько понятно я выразилась? – прядь за прядью, каштановые волосы Зерика приходили в порядочный вид. – Ну, понял, но не думаю, что этого достаточно. – Ладно, лёгкий путь не работает. Сейчас объясню детальнее. – Себастьян положила расческу рядом с собой и проверила свою работу руками, невольно принюхиваясь. Это был хоть и выветрившийся, но запах шампуня, который исходил и от Хекс. Сдерживаясь от желания пошутить, она начала рассказ, попутно творя некую, только ей понятную, магию с волосами мальчика. – Для начала немного истории. Открыли эти зоны Искажения около тысячи лет назад, когда воздухоплавания и в помине не было. Так уж вышло, что мореплаватели тех лет, изучая океан группой из нескольких посудин, наткнулись на зону случайно. Вернулся только один корабль в ужасном состоянии, экипажа там была только половина, и те почти все умом тронулись. Народ тогда еще очень суеверный был, поэтому неудивительно, что у многих психика не выдержала. – Так, дальше ведь страшно будет, да? – мальчишка немного напрягся. – Ахаха, если уж совсем будут поджилки дрожать, скажи, я остановлюсь. – даже спиной можно было ощутить, как лицо Себастьян расплывается в насмешливой улыбке. – Нет-нет, продолжай… – запротестовал Зерик с легкой ноткой волнения в голосе. – Ладно. Так вот, те, кто мог пару слов воедино связать, говорили, что флотилия попала в клубящийся, словно облако, туман. Это марево растянулось от одной стороны горизонта до другой мутной белой стеной. Море тогда было спокойное, хоть и пасмурно. Видимо после этого их гениальный, в кавычках, капитан, решил, что можно плыть сквозь туман. А дальше показания разнятся. Кто-то рассказывал об ужасных тварях из воды, кто-то говорит, что туман приобретал странные формы внутри, словно бы там был огромный лес с титаническими деревьями, состоящими полностью из белой дымки. Говорят, в какой-то момент стало темнеть, засверкали молнии, в один из кораблей даже попала. И тогда вот началась жесть: люди буквально с деревянными частями стали сливаться. Они тогда в ужасе развернулись и попытались сбежать, но выход найти не смогли. По итогу они целый месяц там блуждали. Об этом времени все помнят смутно. Говорят, было дело, корабли летали вниз мачтой, тела людей замещались водой. – А последнее… Это как?! – пока Зерик слушал, расчесывание завершилось, а на голове образовался аккуратный высокий хвост, над которым продолжалась работа. – Представь, что половину торса… – лиса, просунув руку под подмышкой, провела для демонстрации пальцем сверху вниз по груди мальчика… – …твоего друга матроса заменила вода и ты можешь увидеть, как у него из плавающего в ней сердца выплывает мелкая рыбешка, а ему нормально. – Я-я понял! – Так вот. Корабли и выживший экипаж проверяли эсперы, но воздействия псионики они не выявили. Что-то другое. – наемница наклонилась и, покопавшись в прикроватной тумбочке, достала что-то. – Так люди в Атлантике и узнали, что есть что-то, чего мы и близко понять не можем. Темный мир, за гранью обыденного, за гранью добра, зла и понятной нам логики. Потом нашли похожую зону восточнее Великого Архипелага Атлантики. Правда это место значительно отличалось, и в то же время всё говорило о том, что оно носит ту же природу: такое же хаотичное, такое же странное и опасное, отсутствие следов псионики. Потом находили ещё и ещё… А знаешь, что самое забавное? Никто до сих пор не может понять, чем эти зоны Искажения являются и почему вообще существуют! Ну, теперь понятно? – Д-да… И откуда ты столько всего знаешь об этом? – в отражении мальчик смутно видел что-то над своей макушкой. – Когда я была младше, меня очень интересовали подобные истории. Вот я и погружалась в них с головой. Мне кажется, если я постараюсь, смогу пересказать почти каждую. Кстати, я закончила. – рука Себастьян скользнула в ящик тумбочки и достала зеркало. – Вот, посмотри. Как тебе?       Зерик повернулся к девушке, после перевел взгляд на зеркало. Вот его круглое бледноватое лицо. Он немного опускает голову и медленно поворачивает, не отрывая взгляда от отражения. Длинные каштановые волосы были собраны в аккуратный высокий хвост сзади, оставляя при этом часть челки лежать на лице и по бокам. Конструкция на голове держалась за счёт длинной красной ленты. Её продолжения, с кисточками на концах, болтались по обе стороны от хвоста. Над левым ухом была прикреплена маленькая заколка в виде листика нефритового цвета и текстуры. Довершением композиции была тонкая веточка с золотистыми листиками, что органично выделялась на ленте, служа своеобразным якорем, не позволяющим причёске распасться при активных движениях. – Вааай! – мальчик с некоторым восхищением посмотрел на лису, потом в зеркало, а потом снова на лису. – Я не ожидал, что ты и это умеешь. – Обижаешь. В следующий раз говори «стоило ожидать»! – на эти слова парень засмеялся, на что ушастая уже хотела его потрепать по голове, но вовремя спохватилась. – А когда мне их тебе вернуть? – А? Вернуть? Хм… Да это и не обязательно. У меня этого добра много. Я люблю всякие такие вещи. Похожих лент и листиков у меня много, и стоят они немного. Да и не всё из этого мне подходит. – Себастьян лишь пожала плечами, посмотрев куда-то вверх. – Но ведь мне придется рано или поздно снять их. А сам я не умею делать такое. – И что? Я тебя научу. А если даже не научу, пусть будет лежать на память. Можешь считать, что они приносят удачу. – Ха… Думаю, я возьму у тебя пару уроков.

***

– Вот значит, как… Я и не подозревал, что он способен на такое зверство. – Карлос поставил на стойку кружку, от которой вверх поднимался пар. – По крайней мере внешне ничего не намекало на это. Как и просил, без сахара. – Спасибо. А не тебе ли должно быть прекрасно известно, что неважно, шумный придурок перед тобой или тихоня? – глава гильдии пододвинул чай к себе и, понюхав его, чтобы почувствовать знакомые нотки, продолжил, отведя взгляд в сторону. – И тот, и другой может скрывать в себе настоящее чудовище.       За одним из столиков сидели Маски в неполном составе. Девушка с улыбкой от уха до уха на фальшивом лице держала в руке помятый кусок бронепластины, показывая движение, похожее на удар, свободной рукой. При этом Хекс увлеченно что-то рассказывала Игараши, пока тот, слушая её, параллельно просматривал какие-то бумаги. – Да, видимо из-за работы в баре теряю прежнюю хватку. Не, ну а ты сам попробуй, когда тебе вечером наперебой двое рассказывают свои байки, а у тебя уже очередь на напитки... – бармен проследил за взглядом собеседника. – Ой, да ладно, ты же сам рад тому, что у тебя посетители. Не ты ли постоянно эти байки пересказываешь? – Фрост посмотрел на мужчину за стойкой и машинально хотел отпить, но остановился, когда чуть не обжег верхнюю губу. – Ну… Ладно, проехали! – Карлос принялся активно начищать стакан, после чего тихо добавил. – Уже пожаловаться на хорошую жизнь нельзя…       Блондин опустил взгляд на кружку, словно бы пропустив чужую шутку мимо ушей. Пар, исходящий от прозрачной жидкости каштанового цвета, в которой плавали сушеные листья, извивался, напоминая своими движениями языки пламени. Созерцая его в течении нескольких минут, он вновь погрузился в мысли.       Его не покидало навязчивое желание вернуться к себе из прошлого, одернуть его. Убить барда. Они с Вану вдвоем прекрасно справились бы и без него. Не было бы лишних жертв, ненужной ужасной смерти. И не пришлось бы сейчас лидеру Алого Меча переживать о возможных последствиях для репутации гильдии.       Фросту никогда не была свойственна мнительность, но сейчас в голову только и лезли мысли о том, не было ли это всё спланированно изначально. А он тогда получается… повёлся? – Эй, Фрост! – из размышлений его выдернул Карлос. – Ты решил себе чай со льдом сделать? – Что? – мужчина поднял взгляд, в недоумении смотря на бармена, пока тот глазами указывал ему на кружку.       Внешнюю белую гладкую поверхность покрывала россыпь капелек конденсата. От жидкости больше не исходил пар. – Мда, вижу всё серьёзно. Пей давай. Я туда добавил сушеные листья лан'тин. А о плохом варианте развития событий пока не думай. – Карлос поставил начищенный до блеска стакан на место и, вернувшись к своему начальнику, добавил. – Ты же в конце концов глава гильдии. Нужно сохранять свой ум холодным. – Я знаю. Просто иногда мне кажется, что я был абсолютно не готов взять эту роль на себя. – мужчина отпил из кружки еле теплого чая, после чего почти шепотом добавил – Да что уж там, не я её даже выбрал, а она меня. – То, что должность главы гильдии досталась тебе против твоей воли еще не значит, что ты с ней не можешь справиться. Наоборот, это говорит о том, что прошлый лидер со всем своим опытом разглядел в тебе достойного приемника. Да и ты нас ни разу не подводил ещё. – Да, я знаю. Спасибо, Карлос, что слушаешь моё нытье. – блондин грустно улыбнулся, поставив кружку наполовину пустой. – Да не за что. Ты же мне премии выписываешь. Чего бы мне и не подлизываться, а? – оба прыснули смешком. Допив благородный напиток, лидер Алого Меча встал из-за стойки. – Подниму ребят, чтобы мониторили все новости насчёт инцидента в порту. Будем работать с тем, что есть. Если кто в баре что расскажет, докладывай мне. – Да без проблем, шеф. Я свою кухню знаю.       Покинув бар, Фрост поднялся в свой кабинет. Сев за компьютер, он около пяти минут собирался с мыслями. И вот пальцы начали замысловатый танец на клавиатуре, пока на экране появлялись строка за строкой.