Последний рубеж

Демка очень хотел добраться до Тима. И возможно, хорошенько дать тому в нос. Или просто обнять, дав понять, что он все знает и не отпустит больше никуда. Или сначала все-таки в нос, а потом уже с обнимашками лезть. Но ни тому, ни другому сбыться было не суждено, потому что Тимку оказалось не так просто найти. Сначала Демка решил покараулить у общего выхода, но быстро смекнул, что игроки вряд ли будут выходить вместе со всеми. Поэтому поспешил отыскать еще один выход. Это оказалось непросто: здание, огромное, бывшее когда-то каким-то заводом, имело несколько выходов, и какой именно предзначен для сегодняшних игроков угадать было бы просто невозможно. Помог случай. Демка увидел огонек сигареты в темноте и просто пошел на него, решив, что если там есть люди, то, возможно, и Тимку он дождется именно там. А если нет, ничего, встретятся дома. Последнее стало казаться более и более привлекательным по мере приближения к огоньку. Как только он приблизился и юркнул за широкую стальную лестницу, огонек погас и прямо к его ногам полетел сигаретный фильтр. Демка покосился на него, борясь с желанием наступить на тлеющий кончик, но в итоге оставил как есть, решив не привлекать лишнего внимания. По лестнице кто-то спускался быстро и легко, почти бежал. А следом несся кто-то еще, совершенно не заботясь, какой шум наводит. Так, что старые, местами поржавевшие ступени отчаянно громыхали в тишине ночи. - Стоять! - хрипло и резко выкрикнул кто-то в темноте. Юркая тень метнулась под лестницу, и замерла, схваченная кем-то из темноты. - Не дергайся, малыш. Поздно, - тихо и уверенно произнес другой голос, и Демка вздрогнул: голос звучал противно, и от него все сворачивалось внутри, было до одури страшно. - У меня ее нет, - глухо проговорил тот, кого преследовали, и сердце Демки в очередной раз совершило кульбит: не узнать голос брата он не мог. Но, возможно, теперь Тим мерещится ему в каждой тени? Возможно, это просто стресс так сказывается? Демка закрыл глаза и попытался себя убедить, что это все же не его близнец, схваченный кем-то, отчаянно пытающийся убедить в чем-то своих преследователей. Глухой звук удара и последовавший за ним короткий стон, привели Демку в чувство. Он открыл глаза, изо всех сил уставившись в темноту. Преследуемый закашлялся, сплюнул в сторону и проговорил тихо, но отчетливо: - Ты можешь вытрясти из меня все и даже убить. Но без меня тебе не за что ее не найти. Демка ощутил, как дрожит. Дрожало все: его колени, плечи, даже голова мелко тряслась, и зубы стукались друг об друга с ужасным клацающим звуком. Это не Тим. Это неправда. Нет. Короткий удар. Стон. Фигурка в руках одного из преследователей согнулась пополам. - Ты прав, - с каким-то неуместным задором сказал тот, кто держал. - Найти флешку у нас не выйдет. Но вот взять копию у Глеба вполне. - Кто ты... - хриплый голос, уже почти неузнаваемый, - такой, чтобы Глеб отдал тебе копию? Он не подпустит никого из вас. - Нас нет. Но тебя... Хриплый смех, вперемешку с надсадным кашлем. - Вы превратили меня в грушу для битья. Я не игрок. Вряд ли Глеб теперь заинтересован во мне. Да и не пошел бы я. Даже, если бы мог. Новый удар, на этот раз наотмашь по лицу. Голова мотнулась в сторону, сиплое, тяжелое дыхание было слышно даже на расстоянии. Демка почувствовал звенящую пустоту вокруг себя. Он понимал, что это - Тим. Он убеждал себя в обратном, но раз за разом мысли, бегущие по бесконечному кругу в его голове, спотыкались об одно и то же. Это Тим. И он вряд ли вернется домой. Помочь брату Демка ничем не мог. Он снова и снова убеждал себя в этом. Он представлял, как появляется там, перед двумя амбалами в круге света и... его избивают также, как и Тима. Когда тебя бьют - это больно. Это чертовски больно, Демка знал не по наслышке. Потому что бывало всякое. Бывало и получал. От матери, меняющихся отчимов, ребят на улице. Это больно, а Демка так устал от боли, что сейчас просто замер в спасительной темноте, не в силах пошевелиться. Все правильно. Тим так бы и сказал. Не смей без меня выходить. Демка тряхнул головой и сделал глубокий вздох. Тим уже и не пытался сопротивляться, вися в руках своих мучителей безвольной куклой. Демку замутило. На несколько секунд реальность будто исказилась. Он видел себя там. Свое окровавленное лицо, он ощутил все побои на себе. Кто там, в дрожащем круге света? Брат? Или он сам?... Это неважно. Это все перестало иметь значение. - Ты сможешь, - зло проговорил, стоящий перед Тимом. - Или умрешь. Булькающий смешок. - Ты думаешь, я боюсь? Умереть? - Думаю, да. Все боятся. Всем есть, за кого бояться. А у тебя есть тот, за кого ты боишься, Тим? Тим медленно поднял голову, глядя мучителю прямо в глаза. - О как, - протянул преследователь. - Я и не ожидал, что это будет так просто. Значит, есть. Найдем в два счета. - Н...нет. - Да, малыш, да. Если ты не отдашь флешку, не достанешь копию, мы найдем того, про кого ты сейчас подумал. Ты не боишься за себя, это я знаю. Но страх в твоих глазах за кого-то другого не скрыть. - Ты пойдешь в команду к Глебу. - Нет. - Тогда ты умрешь, а человека, за которого ты так переживаешь, мы найдем. Ты сам расскажешь, кто это. Никто еще не смог смолчать у Платона. И ты не сможешь. Он занес кулак для очередного удара. - Отвали от него, урод. Он же сказал, что не сможет. Я смогу. Демка шагнул на освещенный участок почти спокойно. Унять дрожь и тошноту не получилось, но удалось хотя бы держать себя в руках. Кто он? Трус. Самый настоящий и всегда таким был. Но Тим, тот Тим, который жил для него и готов был на все ради него не заслуживал того, чтобы за него не вступился родной брат. Тим так бы и поступил. Тимка сдавленно охнул, подняв на него совершенно безумные глаза. Сказать что-то у него, видимо, не было сил. Оба преследователя внимательно изучили Демку с ног до головы, будто ожидая подвоха. - Вот это да, - прищелкнул один из них. - Слышь, Митька, а у нас, похоже, джекпот. *** "Дают - бери, бьют - беги!" - эти с давних времен известные слова вгрызались в мозг на всех уровнях - зрительном: перед носом висел плакат с известным участником ханти, свирепый вид которого в кадре выражал непоколебимую решимость, слуховом: брат любил часто повторять эту фразу, произносил ее с выражением и паузами, придавая особое значение простым в общем-то словам. А теперь еще и мысли мчались стремительно быстро, по кругу, будто хомячки в колесе. Помнится, в детстве было интересно, а может ли хомячок умереть, заигравшись вот так, в своем колесе? "... - беги!" Было бы неплохо и правда побежать. Нестись прочь от этого места без оглядки, без мыслей и чувств. Но, похоже, было уже поздно. С Тимом Демке увидеться не дали. Его просто затащили внутрь, в этот подвал, где единственным источником света была тусклая лампочка под потолком, а местом для сна служил продавленный матрас, брошенный в углу, прямо на пол. А еще на стене был этот самый плакат, старый и истертый, с оторванным верхним углом, отчего у парня на фото отсутствовала половина лица, что смотрелось еще более устрашающе. Теперь-то Демка понял, откуда знает этот плакат, такой же был у них дома, висел в прихожей, где-то между вешалкой и зеркалом, Демка не особо и внимание на него обращал, но глаза плакат, конечно, намозолил. Дверь бесшумно открылась, и в прямо в глаза ударил яркий свет. Демка невольно сощурился, но не отвернулся, нужно было увидеть, кого к нему принесло, а самое главное, для чего. - Пошли, - коротко бросил вошедший парень, выше Демки на голову и уж точно пошире в плечах. Демка пожал плечами, надеясь, что жест выглядит равнодушным, на самом же деле его снова затрясло, но пришедшему за ним бугаю этого знать совсем необязательно. Они вышли в ярко освещенный коридор, и Демка удивился, что наручников на него так и не надели, настолько были уверены, что он не сможет причинить никому из них вреда, даже если захочет. Такой подход вызывал смутные эмоции: с одной стороны смирение, потому что действительно он не обладал ни физическими данными, ни смелостью кинуться на обидчиков, а с другой - непонятная и странная злость. Хотелось раскидать всех, кто попадется на пути, забрать брата и свалить из этого места к чертовой бабушке. Бугай подвел его к двери, на которой аккуратная никелированная табличка лаконично возвещала о том, что за дверью его ждет "директор". Директор, так директор. Демка прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Внутри снова шевельнулось нехорошее: вдарить бы этому "директору" так, чтобы остался лежать на полу еще долго. - Проходи, садись. В кожаном кресле бежевого цвета с высокой спинкой сидел человек в простой черной водолазке. Его светлые волосы были зачесаны назад, а светлые, почти белесые глаза смотрели тяжело и испытующе, что совершенно не вязалось с его обманчиво мягким голосом. - Здравствуйте, - произнес Демка тихо, стараясь не отводить взгляд. - Вот это?.. - чуть брезгливо кивнул мужчина бугаю, который привел Демку в эту комнату. - Точная копия, - угодливо пожал плечами бугай. Мужчина встал со своего места, обошел массивный стол из красного дерева, за котором сидел, и подошел к Демке вплотную. Они с Тимкой никогда не отличались высоким ростом, и рядом с высоким чужаком это ощущалось острее, чем обычно. - Слабак, - задумчиво сказал он, взяв Демку за подбородок, заставляя поднять голову. - Это единственный способ подобраться к Глебу, - казалось, бугая очень заинтересовал узор позолоченной штукатурки на стене. - Не думаю, - мужчина резко убрал руку, отпуская Демку. - Глеб - заноза еще та, но не дурак. Он поймет, что мы подсунули ему дерьмо вместо хорошего игрока. Злость, которая еще минуту назад тлела в груди еле заметным угольком, разгоралась в самое настоящее пламя. Демке показалось, что он готов зубами вцепиться в это белое горло, обтянутое черным воротом водолазки. - Это кто тут дерьмо, гад? - спросил резко, выдохнув и попытался ударить обидчика в челюсть. Мужчина его руку перехватил и заломил ему за спину так быстро, что Демка не успел и глазом моргнуть. - Борзый, - усмехнулся мужчина, глядя ему в глаза. Демка взгляд выдержал, правда снова затрясся как осиновый лист. - Даже так. Ну, пожалуй, поговорим, - довольно улыбнулся мужчина, показывая на стул возле стола с другой от него стороны. Демка оскалился, но послушно сел. Не в том он положении, чтобы рыпаться сейчас. - Меня зовут Никита Николаевич, - сказал мужчина, положив руки перед собой, сидя ровно, будто возвышаясь над Демкой. - Мне все равно, - буркнул Демид. - Почему так невежливо? - Вы... притащили меня сюда... - Разве? - Никита Николаевич сочувственно прищелкнул. - А мне сказали, ты сам вышел и сказал, что пойдешь на задание вместо брата. Демка глянул быстро исподлобья и отвернулся: крыть было нечем - и правда, сказал. - Так получилось, что брат твой сейчас болен. Но есть один нюанс. Он должен мне немалую сумму денег и потому должен был выполнить маленькое поручение, чтобы вернуть долг не деньгами, так хотя бы нужными мне сведениями. Но он и этого не сделал. По счастливой случайности ты оказался рядом, и Тимофей остался жив. По счастливой для него случайности ты согласился пойти вместо него. И теперь у тебя два пути: ты выполняешь задание за Тима, и только несколько человек, включая меня, будут знать, что ты - не он. И второй - вернуть мне все деньги, что задолжал твой брат. А и я совсем забыл про третий вариант: ты можешь просто уйти отсюда. Но вряд ли Тимофей в этом случае сможет вернуться с тобой. Но тебя никто не держит. Должен мне твой брат, а не ты, в конце концов. Я, знаешь ли, всегда за справедливость. - Как зовут? - вдруг участливо спросил он, предварительно обойдя стол и приподняв голову Демке за подбородок. Тот как раз занимался жутко увлекательным делом - старался до крови прокусить губу, чтобы боль отрезвила и позволила мыслить здраво. - Демид, - промялил он, стараясь отвести взгляд от этих будто пустых, белесых глаз. - Так вот, Демид, подумай над тем, что я сказал и дай мне ответ. И помни, что тебя не заставляют что-то делать и выбирать. Я лишь предлагаю тебе пути решения твоей проблемы. - Не надо думать, - глухо проговорил Демка, прикрывая глаза. - Я согласен. Сердце замерло на секунду и снова забилось, так быстро и гулко, что Демка явственно слышал его удары в ушах. - Я и не сомневался, - Никита Николаевич не был удивлен. - Ты получишь все инструкции завтра, а сейчас тебя проводят в комнату, в которой ты остановишься. Обустраивайся. - Я не вернусь в подвал? Зачем спросил? Вопрос прозвучал наивно, по-детски. - Если захочешь, - пожал плечами Никита Николаевич. - Ты должен понять, что все твои действия - твой собственный выбор. Я выделю тебе комнату, жить в ней или нет решать только тебе. Демка нервно дернул головой, понимая, что не может и слова из себя выдавить. Глаза напротив уставились на него, словно высверливая огромную дыру, обнажая всю его сущность. - Показывайте комнату. - На выдохе резко произнес Демка, вставая со стула. Он был безумно горд за себя: ему удалось удержаться на ногах, несмотря на трясущиеся колени. - Ты молодец. - Тихий голос остановил его на пороге. - Понимаешь, как остаться в выигрышной ситуации в непростых обстоятельствах. Мне нравится. Короткий смешок заставил Демида вздрогнуть. Но он все равно не стал оборачиваться, встречаться взглядом с Никитой Николаевичем снова он не хотел. *** Сон был сумбурным, Демка постоянно просыпался, впадал в забытье, вскидывался и снова засыпал. Проснулся около четырех утра, когда понял, что заснуть больше не сможет. Осторожно спустив ноги с кровати, Демка зябко передернул плечами: пол был холодным. Он нашел свои кроссовки, которые перед сном засунул куда-то под кровать, и наскоро обувшись, вышел из комнаты. В коридоре стоял стойкий запах сырости. Так бывает, если помещение долго не проветривать. Демка поморщился, ощутив контраст свежего воздуха в своей комнате с открытым окном и спертого в этом помещении. Удивительно, но комнату и его самого никто не охранял. Никаких подозрительных амбалов или камер видеонаблюдения под потолком. "... все твои действия - твой собственный выбор" вспомнились слова Никиты Николаевича. И правда, выйти из комнаты - тоже выбор, который он делал прямо сейчас. У Демки была цель. Он знал, что смутное беспокойство, зародившееся внутри, которое мучило, не давало спать, связано с братом. Избавиться от этого чувства можно было только найдя Тимку и поговорив с ним. Еще вчера, когда его вывели из подвала, Демка постарался запомнить как можно больше деталей. И он видел, что в одну из дверей заходил врач, так было написано на его бейдже. Если никто из головорезов Никиты Николаевича резко не заболел, то врач мог понадобиться только для Тимки, которому здорово досталось в тот вечер. Вряд ли Никите Николаевичу нужно, чтобы Тимка умер. Без него шантажировать Демку и заставлять делать то, что нужно будет просто невозможно. Демид был уверен, что попроси он и его отведут к Тиму. Но разговаривать с братом в присутствии посторонних он не хотел. Найдя нужную дверь, он на несколько секунд замер перед ней, не решаясь войти. Что он скажет брату? Как оправдает свою тупость? Как объяснит импульсивный поступок пойти вместо него? - Не стоит мяться под дверью, если пришел, - перед носом Демки появилась ладонь, толкнувшая дверь. Рвано выдохнув, он обернулся, чтобы увидеть Никиту Николаевича. Тот был уже не в строгом черном костюме, внушавшем трепет, а в простых джинсах и белом свитшоте, и это обескураживало так как выглядел он вполне по-домашнему. Демка пожал плечами и шагнул в комнату, испытывая смешанные эмоции. Тимка и правда был в комнате. Он лежал на больничной кушетке, бледный и непривычно тихий, от его рук тянулись трубки к капельнице, стоявшей рядом. - Тим, - прошептал Демка, садясь рядом на колени. - Тимоша, - прошептал тихо. - Он тебя не слышит. Его ввели в искусственную кому. - Зачем?.. Демка точно помнил, что Тим был в сознании. Неужели, все стало настолько плохо? - Чтобы не мешал заниматься важными делами, - полушутливый тон и усмешка Никиты Николаевича не вязались с пронизывающим, жестким взглядом светлых глаз, будто выцветших глаз. Демка не стал ничего отвечать. Посыл был понятен, а правды он не дождется. Если бы брат был в сознании, он бы никогда и ни за что не согласился, чтобы Демку куда-то отправляли. Может, оно и к лучшему? Демка поежился от таких мыслей, настойчиво лезущих в голову. - Отдыхай, Тим, - тихо шепнул он, проведя рукой по голове брата, наклоняясь к его лицу. Нет... Показалось? Точно показалось. В коме люди не разговаривают. И даже не шевелятся.