Одаренный окклюмент

      Драко вышел из кабинета Долорес и подошел к приятелям.       — Эта дьяволица переходит все грани дозволенного, — негодовал Драко, направляясь в общежитие слизерина.       — Почему ее чай такой противный? Я четыре ложки сахара положил, а вкус все равно остался мерзким, — тоже решил пожаловаться Крэбб.       — Не думал, что ты такой сладкоежка, Винс, — Забини похлопал однокурсника по плечу.       Слизеринцы проходили мимо трио гриффиндурков. Малфой наградил Поттера презрительным взглядом и поспешил ответить на вопрос товарища.       — Конечно, он был противным. Вкус сыворотки правды сложно перебить, а она и не пыталась.       — Что ты сказал? — вдруг послышалось за спиной Драко.       Слизеринец медленно обернулся и поймал на себе взгляд шрамоголового.       — Что вкус сыворотки правды мерзкий. Чего тебе, Поттер? — пренебрежительно, но все же поддержал беседу Малфой.       — Ты так пошутил, или она серьезно подмешивает в чай сыворотку правды? — в голосе гриффиндорца слышалось волнение.       — Я прекрасно понимаю, что твой маленький мозг не способен отличить шутку от реальности, — Драко скрестил руки на груди. — Но меня безмерно огорчает, какое у тебя низкое мнение в отношении моего чувства юмора. Даже ты должен понимать, что если бы это была шутка, то весьма несмешная.       — Так она подмешивает или нет? — уже начал злиться мальчик-который-выжил.       — Крэбб, какого цвета на тебе трусы? — спросил Малфой, не отводя взгляд от гриффиндорцев.       — Белые, — не задумываясь, ответил Винсент. — Ой.       — Подмешивает, — Драко победно ухмыльнулся, услышав хихиканье окружающих. — Все еще этот противный кислый привкус во рту. А что такое, Поттер? Тебе есть, что скрывать? — блондин приподнял бровь в ожидании ответной реакции.       — Да пошел ты, Малфой.       — Надо же, сам окликнул, а теперь сам же и посылает. Не думал сходить к мозгоправу?       Не дожидаясь ответа, Малфой развернулся и уже направился к коридорам, но после пары шагов остановился и посмотрел на Поттера, повернувшись к нему в пол-оборота.       — Впрочем, ты можешь попытаться отказаться от чая, если жажда не мучает, — Малфой пожал плечами и ушел, оставляя гриффиндорцев наедине с их тревожными мыслями.       Драко и сам не знал, зачем дал совет этому очкарику. Может, Малфоя раздобрило такое неподдельное волнение, которое излучал Поттер? Вполне возможно, но слизеринец предпочел не развивать эту мысль. У него и так от разговора с гриффиндурками голова разболелась.

***

      — Похоже, я нашел, чем разнообразить наши тюремные будни! — радостно заявил Забини, влетая в гостиную. Они с Малфоем заметно сблизились, перемывая кости розовой бестии.       — И чем же? — вяло отозвался Драко, занятый рассматриванием дна озера, обзор на которое открывал прозрачный потолок. Время от времени там можно было заметить русалок.       — Вступим в инспекционную дружину? Может нам какие поблажки дадут, да и заняться чем будет.       — Ну, — Малфой задумался. — Звучит неплохо. Но от мысли о том, что придется заискивать перед Амбридж, неприятные мурашки по спине пробегают.       — Может сможем подпортить жизнь Поттеру, — ухмыльнулся Забини.       — А вот это уже звучит интересно. Ладно, я в деле.       — А ты, Тео? — обратился к сидящему в кресле слизеринцу Блейз. Тот недовольно оторвал глаза от книги и посмотрел на позвавшего.       — Чего тебе? — Нотт нахмурил брови так, будто его оторвали не от чтения, а от решения глобальной проблемы человечества.       — Мы подумываем вступить в инспекционную дружину, — уточнил Драко. — Хочешь с нами?       Теодор перевел взгляд с Забини на Малфоя и задумался. Недовольство на лице постепенно сошло на нет, после чего Нотт молчаливо кивнул и вернулся к чтению книги.       — Ой, а можно с вами? — подбежала к парням Паркинсон, недавно вошедшая в гостиную.       Девушка села на диван рядом с Драко и пододвинулась поближе.       — Ну, если ты хочешь, — Малфой почувствовал, как к его боку прижимаются. Панси так протестует декретам Амбридж?       — Конечно! Заняться все равно нечем.       Внезапно послышался глухой хлопок, от которого Малфой даже вздрогнул. Оказалось, это Тео резко закрыл книгу. Нотт недовольно глянул на шумную волшебницу и встал с места, уходя в сторону спален.       — Какой нервный, — пробубнила Панси и закатила глаза.

***

      — Куда торопитесь, болваны? — окликнул Малфой Поттера с его шайкой.       — Тебе-то что? — огрызнулся Рон.       — Как это "что", Уизли? Инспекционная дружина, — Драко показал на серебряную букву "И", вышитую на его мантии под значком старосты. — Особая группа учащихся, поддерживающих Министерство магии и отобранных лично профессором Амбридж. Так вот, члены инспекционной дружины имеют право допрашивать учащихся и, кстати, снимать с них очки. Так что... Уизли, тебе минус пять очков за то, что грубил мне. С Поттера пять очков за то, что он мне не нравится, а с Грейнджер десять за то, что она грязнокровка, — Самодовольно улыбнулся Малфой, наблюдая за злобой, расцветающей на лицах гриффиндорцев.       — Чего тебе надо? — Драко ожидал увидеть, как Поттера потряхивает от злости, но тот отчего-то был весьма сдержан, хоть и лицо его было слегка перекошено от неприязни к собеседнику.       — Нам дали задание. Нужно вычислить учеников, замешанных в запрещенной в Хогвартсе деятельности. Стоит ли говорить, что вы здесь самые подозрительные?       — А ты предъяви для начала доказательства, — вступилась Гермиона. Она скрестила руки на груди и приподняла бровь, ожидая ответа.       — Доказательства будут, грязнокровка. Всему свое время.

***

      Так день за днем проходил в издевках над гриффиндорцами. Это даже начинало приедаться, но все же оставалось более интересным занятием, чем просиживание штанов в гостиной слизерина. Хотя... у Малфоя все же было еще одно развлечение.       — Эй, грязнокровка, — Драко подошел к Грейнджер, сидящей за столом и дочитывающей книгу.       — Ну что еще, Малфой? — Драко слишком часто называл Гермиону грязнокровкой? Ее реакции уже не такие яркие. Даже немного обидно.       — Дочитывай быстрее, я тоже хотел эту книгу почитать.       — Конечно, конечно. Сейчас же ускорюсь, только бы ваше нежное величество не скучало, — вяло ответила Гермиона.       Она считает библиотеку нейтральной территорией? Хотя, она и в коридорах стала вести себя куда более смело и язвительно. Даже смешно. Ладно, Драко сыграет по ее правилам.       — Эй, ты чего? — Грейнджер отвлеклась от чтения, когда услышала скрип отодвигающегося стула. Напротив волшебницы сел Малфой и уставился на нее.       — Обмен? — Драко держал в руках руководство по ментальной магии.       — С чего ты взял, что я ее не читала? — подозрительно глянула Гермиона.       — Во вкладыше нет твоей фамилии. Да и... Мерлин, учись контролировать блеск в глазах, Грейнджер. В жизни пригодится.       Волшебница раздраженно фыркнула и вернулась к чтению.       — Дай мне пять минут.       — Ну неужели.

***

      Настал день почты. Совы привычно влетели в обеденный зал, доставляя посылки своим владельцам. Стоило Драко поймать письмо и начать его читать, как в помещение зашла Амбридж с очередным объявлением. Малфой уже давненько перестал их слушать.       В письме Нарцисса рассказывала о том, что происходит в поместье, естественно, не вдаваясь в подробности. Матушка беспокоилась, что, возможно, в этом году не получится должным образом отметить рождество, хоть до него еще и достаточно времени. Она так же была возмущена происходящим в Хогвартсе, но говорила, что пока ничего не может с этим сделать. В общем, ничего нового.       — ...А также с этого момента ваша почта будет досматриваться для предотвращения распространения ненужных слухов или запрещенных предметов, — вот это объявление Драко услышал.       — Чего? — Малфой подумал, что ему послышалось, ведь подобная дурость просто не может быть правдой. Однако потом слизеринец увидел, как Долорес ходит по столам и собирает посылки.       — Похоже, она окончательно свихнулась, — злобно цокнул языком Забини.       Пока подростки возмущались, профессор подошла и к ним.       — Мистер Малфой, позволите ваше письмо?       — Да там ничего интересного, профессор. Просто письмо от родителей.       — Тогда у вас нет причин не показывать его мне, верно?       — Понимаете, это личное, — Драко наиграно улыбнулся, отводя руку со сложенным письмом подальше от Амбридж.       — Я надеюсь, что вы, как член инспекционной дружины, не будете перечить декретам об образовании, — даже глухой смог бы распознать фальшь в любезном голосе волшебницы.       Драко на секунду нахмурился, обдумывая план действий. Даже учитывая всю скрытность, с которой Нарцисса описывала происходящее в мэноре, текст письма все равно оставался весьма подозрительным. Малфой огляделся по сторонам, замечая, что некоторые ученики наблюдают за происходящим.       — Что ж, вы правы, — слизеринец тяжело вздохнул, всем видом показывая свое поражение.       Но стоило генеральному инспектору победно коснуться края письма, как бумага загорелась, превращаясь в пепел, разлетающийся в разные стороны. Амбридж вздрогнула от испуга и отошла на шаг назад, ожидая объяснений от аристократа. Малфой приложил все свои актерские навыки, чтобы изобразить удивление и досаду от случившегося.       — Какое несчастье! Видимо, матушка снова зачаровала бумагу на самовоспламенение. Знаете, она любит подобным заниматься. Недавно вот тестировала исчезающие чернила. К сожалению, тогда до меня дошел лишь пустой лист. Если хотите, я могу пересказать вам то, что было в письме.       — Не стоит. Но настоятельно рекомендую попросить миссис Малфой больше не использовать подобных заклинаний.       С этими словами Амбридж отошла от Драко, продолжая обход столов. Аристократ лишь ухмыльнулся и подмигнул Забини, который еле сдерживал смех. Чуть позже Малфой поймал на себе анализирующий взгляд Грейнджер, которая то и дело что-то нашептывала Поттеру. Слизеринский принц предпочел сделать вид, что не замечает этого. А Панси тем временем то и делала, что злобно оглядывалась на гриффиндорский стол.       На удивление, Драко пересекся с львиной троицей на выходе из обеденного зала.       — Чего вылупилась, грязнокровка? — тут же злобно огрызнулась Паркинсон, из-за чего даже Малфой удивился, непонимающе смотря на однокурсницу.       Гермиона тут же нахмурила брови и сделала шаг в сторону слизеринки.       — Тебе-то какое дело? Что, запретишь мне глазами пользоваться?       Парни наблюдали за перепалкой, возникшей на ровном месте.       — Не остановишь ее, Малфой? — грубо спросил Поттер, уже удерживающий рыжего от какого-нибудь необдуманного поступка.       — А надо? — Драко не понял суть претензии. Ему бы для начала понять, из-за чего цапаются эти девчонки.       — Чего ругаешься, Панс? Злость тебе не к лицу, — Забини положил руку на плечо волшебницы, а та тут же ее скинула, но все же немного успокоилась.       — Грязнокровка весь обед на Драко пялилась. И как только посмела...       — Грейнджер? — Блейз перевел взгляд на волшебницу с гриффиндора. — Что, влюбилась?       Щеки волшебницы тут же порозовели, а сама она вспыхнула в возмущении.       — В кого? В Малфоя? Да кому он вообще нужен?!       — А что такое? Он парень видный. Богатый, влиятельный. Чего уж греха таить, красивый.       — Так, ну все, — Малфой и представить не мог, что когда-нибудь попадет в подобную ситуацию. — Надоело эту чушь слушать. Вы двое всерьез представили нас с Грейнджер? — Драко осуждающе посмотрел на однокурсников. — Просто нелепо. А ты, грязнокровка, с какой целью бы не пялилась, прекращай. Противно от одного твоего взгляда.       Грейнджер тут же изменилась в лице. Ее смелость и запал куда-то испарились, а взгляд теперь отражал какую-то непонятную эмоцию, направленную в адрес Малфоя. Она будто обиделась, но это ведь невозможно, да? Драко и не такое раньше ей говорил, но никогда подобной реакции не наблюдал.       — А ну заткни свой рот, Малфой, — не выдержал Уизли, но дорогу ему снова преградил Поттер.       — Рон, не надо, — поспешил успокоить друга избранный.       — Чокнутые, — Драко не понимал, что только что произошло. Вся ситуация выглядела нелепо, поэтому слизеринец не нашел лучше выхода, чем "побег".