Одаренный окклюмент

      — Гарри, говорю же, это все очень странно, — который раз повторяла Гермиона, следуя за другом в столовую.       — А как по мне, этого следовало ожидать, — пожимал плечами Рон.       — Герм, его отец сам сказал, что у Драко нет смысла идти против него, — мальчик-который-выжил был немного раздражен.       — Но это же ничего не доказывает. Это ни "да", ни "нет". Я веду к тому, что тебе следует нормально поговорить с Малфоем. Он же, ну... научил тебя окклюменции.       — Давай закроем эту тему. Не знаю, какие у него там были намерения, но я не хочу в них разбираться.       Гарри всячески пытался избегать этой темы для разговора, но по нему было видно, что он и сам ничего не понял. Гермионе было жутко интересно, что случилось между Гарри и Драко после слушанья. Поттер выглядел так, словно воды в рот набрал. Весь вечер ходил задумчивый, иногда отвлекаясь на разговоры с однокурсниками. Что-то точно не сходилось.       — Какой же ты упертый.       Трио уселось за свое место, накладывая еду в тарелки. Грейнджер поглядывала на поникшего слизеринца. На его щеке красовался синяк. Странно, что он его ничем не замазал или не пошел к мадам Помфри. К Малфою лезли Забини и Гойл, но он почти не реагировал. Когда взгляды Гермионы и Драко пересеклись, лицо последнего тут же исказилось в некой обиде что ли, он сразу отвернулся к своим прихвостням. А когда Грейнджер наткнулась на осуждающий взгляд Забини, то уже она опустила голову.       Наконец настало время почты. Совы влетали в обеденный зал. В этот раз никто не будет проверять посылки учащихся. Гермиона поймала свежий выпуск "Ежедневного пророка", она подписалась на рассылку еще во время подготовки их плана по свержению розовой бестии. Стоило Гермионе обратить внимание на первую полосу газеты, как она тут же услышала шум со стороны стола слизерина. Грейнджер подняла взгляд и увидела Малфоя, который чуть ли не пригвоздил газету к столу, вчитываясь в статью. Волшебница посмотрела на первую полосу. Вскоре еще несколько слизеринцев отреагировало схожим с Драко образом. Малфой откинул газету и чуть дрожащими руками принялся вскрывать письмо с фамильной сургучной печатью.       — Что случилось, Драко? — заволновалась Панси.       — Заткнись, — коротко ответил блондин, пробегая глазами по тексту.       Гарри наблюдал за тем, как хмурое лицо Драко медленно становилось все более взволнованным и растерянным.       В какой-то момент Малфой резко встал из-за стола, захватив с собой почту, и направился прочь из обеденного зала.       — Догони его, — толкнула Поттера в бок подруга.       — Зачем? — Гарри делал максимально равнодушный вид, но глаза выдавали его волнение.       — Поговори с ним.       — Да не пойду я, Гермиона.       — Ты как ребенок, — зло ответила Грейнджер и сама побежала за слизеринцем.       — Малфой, подожди! — уже запыхалась волшебница. Драко явно направлялся в подземелья.       — Чего тебе, гр... ейнджер? — не останавливаясь, наконец откликнулся аристократ.       — Давай поговорим, пожалуйста. Мы все явно друг друга не поняли. Ну стой же.       Неохотно, но Драко все же остановился, хоть и был весьма недоволен этим.       — О чем тут говорить? Поттер все ясно дал понять. И во мнениях мы с ним сошлись. Я — сын пожирателя, он — распрекрасный герой. Что непонятного?       — Он был на эмоциях. Нас чуть не убили, пойми. Не знаю, о чем вы с ним говорили, но я уверена, что это просто недоразумение.       — А я тут причем? Говорил же не соваться никуда. А теперь из-за вас, придурков, мой отец попал в Азкабан! — Малфой чуть ли не ткнул газетой в нос Грейнджер. — Неужели так сложно было просто никуда не уходить?!       — Вот именно! — Драко даже вздрогнул от такого ответа маглорожденной. — Ты же сам говорил нам не делать лишних движений. Да еще и научил Гарри окклюменции. Зачем тебе было делать это, если ты собирался затащить нас в отдел тайн? Да и... это же была моя идея.       Малфой уже открыл рот, чтобы поспорить с Грейнджер, но ничего не сказал поначалу.       — Я... Отцепись уже от меня. Мне плевать, кто и что подумал, понятно? Мне с самого начала не следовало с вами связываться, так что будь добра, просто не лезь и живи как раньше. Если чувствуешь себя виноватой, то это только твои проблемы.       Драко собрался уходить, как Гермиона снова его окликнула.       — Драко, пожалуйста, расскажи, почему так вышло.       — Не зови меня по имени, Грейнджер.

***

      Вечером того же дня, когда сова доставила письмо, Драко отправился домой в Уилтшир. Когда он прибыл, то застал в мэноре мракоборцев, обыскивающих каждый угол. Нарцисса же выглядела разбитой, беспомощно наблюдая за всем этим безобразием.       — Мама, как ты? — встревожено подбежал к волшебнице слизеринец, обнимая ее.       — Я... Я в норме, сынок. Просто... Просто мне бы хотелось, чтобы эти люди быстрее ушли, — ее голос дрожал.       Драко поцеловал матушку в лоб и оставил ее, подходя к одному из магов.       — Где сейчас находится отец? Какого черта вы здесь творите?! — Малфой младший весь день был на нервах, в душе ему хотелось кричать во все горло, но он пытался сдерживаться, чтобы матушка не разволновалась еще сильнее. Ей сейчас и так непросто.       — Ваш отец в Азкабане. И пробудет там до завершения следствия. Или дольше, зависит от решения суда, — мужчина презрительно посмотрел на Драко, возвращаясь к заполнению каких-то бумаг.       Услышавшая разговор госпожа поместья тут же поспешила покинуть помещение, видимо, не сумев сдержать слезы.       — Что нам делать до конца разбирательства? — сделав глубокий вдох, продолжил беседу Драко.       — Проявлять содействие. Возможно, вас вызовут на допрос. Я бы на вашем месте особо не надеялся и начал переоформлять имущество на других членов семейства. Ну и, естественно, обязанности главы тоже следует передать.       У Драко глаз дернулся от такого отношения мракоборца. Хотелось пустить в него пару сглазов, но здравый смысл сдерживал эти побуждения.       — Заканчивайте быстрее свой обыск и убирайтесь отсюда.

***

      — Мам, ну как ты? — Драко вошел в гостиную, в которой располагался камин.       Нарцисса сидела на диване, держа в руке практически пустой бокал вина. Ее почти стеклянный взгляд был направлен на языки пламени. Она будто спала с открытыми глазами. Блондин накрыл волшебницу пледом и сел рядом. От нее пахло алкоголем.       — Что мне теперь делать, Драко? — хриплый голос матери ранил душу сына.       — Не знаю, — честно признался слизеринец.       Казалось, жизнь Драко рухнула на самое дно. Как такое могло произойти? Один несчастный вечер разрушил все величие рода Малфой. Нарцисса снова заплакала, прижимаясь к плечу сына.

***

      Следствие вело к неблагоприятному исходу для Люциуса. Драко обратился, казалось, ко всем знакомым отца, но никто из них не захотел ввязываться в скандал. Люциус слишком сильно наследил за время подготовки к операции, так что увернуться уже вряд ли представится возможным. Драко пришлось взвалить на себя все обязанности отца, фактически и юридически, став главой семейства. Правда, это принесло ему лишь гору бумажной работы. К сожалению, Нарцисса была не в том состоянии, чтобы заниматься подобным, так что и некоторые ее обязанности упали на плечи Драко.       Малфой сидел в отцовском кабинете, пытаясь разобраться в отчетах. Ничего не сходилось, все валилось из рук. Драко уже больше недели выбирался из кабинета только для посещения зала суда. Кипы бумаг ему уже даже мерещились. В голове все цифры перемешались, а просить помощи было не у кого. Матушка отправилась на свидание с отцом, чтобы поговорить с ним. Драко бы тоже поехал, но он не был уверен, что готов увидеть отца за решеткой.       — Ваш чай, господин, — трансгрессировал в кабинет домовик Дуля.       Эльф аккуратно поставил чайную пару на край стола и спешно удалился. Малфой бросил попытку разобраться в документах и выпустил бумаги из рук. Он тяжело вздохнул, пытаясь хоть немного прийти в себя. Голова болела от перенапряжения, и даже массаж висков ничем не помог. Драко чуть трясущейся рукой взял чашку и сделал небольшой глоток.       — Черт! — вдруг сорвался Малфой, когда напиток обжег кончик языка. Волшебник тут же со всей силы бросил полную чашку в стену, совершенно не задумываясь о том, что делает.       Несколько капель чая попали на рубашку, некоторые остались на бумагах, но большая часть разлилась по полу и стене. Звук бьющегося фарфора вернул Драко в чувства. Ему хотелось раскидать все эти ненавистные документы, но он не мог себе этого позволить. Он понимал, что злился во многом даже не на навалившуюся на него работу, но это, видимо, стало последней каплей.       — Как?! Как, черт его побрал, можно было проиграть кучке тупых школьников?! — кричал Драко в пустоту.       Кроме него, домовиков и чертовых павлинов, в поместье никого не было. Никто не услышит его крики отчаяния.       — Тупой Поттер, тупая Грейнджер, тупые... — дальше Драко не смог говорить, потому что перешел на нечленораздельный вопль.       Когда в легких закончился кислород, Малфой обессилено упал в кресло, тяжело дыша.

***

      Из Хогвартса приходили письма профессоров. Драко пришлось покинуть школу до окончания учебного года. Это вызвало некоторые трудности, однако, Дамблдор, как ни странно, пошел на встречу и разрешил посетить Хогвартс только для индивидуальной сдачи СОВ, которые, к сожалению, из-за многочисленных судов, Драко пропустил.       Когда обыски и слежки со стороны мракоборцев закончились, в мэнор постепенно начали возвращаться пожиратели. Одной из первых прибыла Беллатриса, чудом сбежавшая из министерства в тот злосчастный день. Мерлин ее знает, где она скрывалась все это время, но Драко особо и не стремился узнать ответ на этот вопрос.       — Чем это ты занят, Драко? — без стука вломилась в комнату тетушка.       Малфой все никак не мог привыкнуть к этой странной манере поведения Беллатрисы, каждый раз вздрагивая от ее появления.       — Готовлю зелье, — разминая перечную мяту, вяло ответил Малфой.       — Скука, — чуть ли не провыла волшебница, но рухнула на диван, наблюдая за племянником.       — Мама совсем раскисла. Попробую напоить ее животворящим эликсиром, может ей станет чуть легче.       — Совсем уж слабое зелье ты выбрал, Драко. Даже от чашечки магловского кофе толку будет больше. Цисси совсем как призрак по поместью бродит, — задорно заметила Белла. — Тут нужен умиротворяющий бальзам, не меньше. Да и тебе, в общем-то, не помешало бы выпить, племянничек.       Кому бы и стоило выпить пару бутылок этого бальзама, так это самой Белле.       — Приготовил партию недавно, жду, когда настоится. В школе мы всего раз его готовили, так что я еще не уверен, правильно ли все сделал, а ошибаться с таким зельем лучше не надо.       — Я в своей юности столько раз его намешивала, ты бы знал.       — Зачем?       — Твой дедушка был достаточно вредным дядькой.       — Тогда поможешь с рецептурой?       — А хочешь? Но я строгий учитель, будь готов!