Одаренный окклюмент

      В спальню Драко вернулся уже под ночь. В такое время в мэноре, обычно, уже царила гробовая тишина, но после возвращения пожирателей, о спокойствии можно было только мечтать. Кто-то постоянно громко спорил друг с другом, кто-то выводил портреты предков из себя, а Беллатриса вообще нашла для себя развлечение — мучить домовиков круциатусами. Если так и дальше пойдет, некому будет обслуживать поместье. Матушка предпочитала сидеть в своих покоях, иногда выходя в сад, чтобы подышать свежим воздухом. Возможно, она хотела спрятаться от всего этого лишнего шума. Возможно, не хотела, чтобы Драко видел ее такой. Разбитой, потрепанной... бессильной. Но Драко все равно видел. Наблюдал за ней, глядя в окно отцовского кабинета, которое открывало вид на мрачноватый сад. Раньше матушка сама следила за некоторыми цветами, теперь же даже эльфы не уделяли должного внимания живым изгородям и прочей зелени. Хоть Нарцисса и выглядела непривычно, позволяла себе показаться в неглиже в эти редкие моменты, она все равно оставалась единственным угасающим лучиком света для Драко. И ему было ужасно больно от осознания, как тяжело его матери сейчас. Сейчас, когда весь ее маленький мирок, который она с таким трепетом оберегала, рухнул, Нарцисса и сама словно застряла под обломками, не в силах выбраться.       Драко тяжело вздохнул, садясь на кровать. Он посмотрел в окно, за которым одинокая ночь прятала от людского взора все грехи, расцветающие в стенах поместья. Малфою в такие моменты безумно хотелось проснуться. Ему хотелось, чтобы все это было лишь страшным сном. Да хоть боггартом, лишь бы не явью. На мгновение в мыслях Драко пронеслись воспоминания того вечера, когда он открыл сундук близнецов Уизли. Холодный пот выступил на лбу, а сам слизеринец вздрогнул от нахлынувших образов. Его родители ведь и правда в опасности. Может ли Драко как-нибудь спасти их? Есть ли у него хоть какая-то возможность выпутаться из всего этого безумия? Хотя, когда он в последний раз пытался вмешаться и исправить то, что ему не нравилось, это закончилось... всем произошедшим.       — Черт, — прошептал Драко, вытирая влагу, скопившуюся в уголках глаз.       Ему нужно поспать. Может после пробуждения что-то улучшится?

***

      Драко и Нарцисса поехали на свидание с Люциусом. Матушка попросила о чем-то впервые за это время, поэтому Драко просто не cмог ей отказать. Сам он не горел желанием видеться с отцом в Азкабане. Не хотел видеть обычно величественного отца за решеткой, не хотел слушать его гневные речи. Но ему нужно было встретиться с ним. Нельзя было все время убегать, хоть и очень хотелось.       — Здравствуй, отец, — неуверенно поздоровался Драко, войдя в комнату для свиданий с близкими.       Люциус выглядел совершенно непривычно. Растрепанные волосы, грязная одежда, неухоженная щетина. Взгляд, полный недовольства и ненависти вызывал дрожь по всему телу. Люциус всегда был для Драко примером для подражания, которого он безмерно уважал и которым восхищался. Но сейчас... Сейчас все иначе.       — Здравствуй, Драко, — голос у Люциуса был охрипшим и уставшим. — Где Нарцисса?       — Матушка сказала, что ей нужно уладить пару дел с начальством Азкабана. Скоро придет, — Драко сел напротив отца, поставив на стол небольшую корзинку с зельями.       — Понятно.       Повисла неловкая тишина. Драко осмотрел комнату. Вся мрачная, сырая. Совершенно безжизненное место. Даже подвал Малфой-мэнора смотрелся куда более приятно.       — Как ты себя чувствуешь? — все же решил хоть как-то завязать беседу Драко. — Я принес тебе несколько зелий. Животворящий эликсир, укрепляющий раствор, умиротворяющий бальзам...       Внезапно ранее безучастный Малфой старший схватил один из пузырьков с зельями и швырнул в стену, заставляя Драко съежиться и замолчать.       — Драко, слушай меня внимательно, — волшебник наклонился поближе к сыну. — Я сильно провинился перед Темным лордом. И он очень мной недоволен. Иначе я бы не оказался здесь, понимаешь?       Слизеринец посмотрел на отца, тут же поймав на себе его пристальный прожигающий взгляд.       — Понимаю, — смиренно кивнул подросток.       Отца крайне редко можно было увидеть таким злым и недовольным. Он всегда предпочитал холодно указывать человеку на его ошибки, заставляя того проговаривать все самостоятельно, утопая в стыде. Но этот его гневный взгляд... был чем-то совершенно новым и отвратительно пугающим.       — Он может заставить вас платить за мою ошибку. Поэтому, Драко, сделай все, что попросит Темный лорд. Не разочаруй его. Понял меня?       — Но отец...       — Я спрашиваю, ты понял меня? — Казалось, Люциус был готов ударить в любой момент.       — Я понял.       — Хорошо. Если ты справишься, то вы с Цисси не пострадаете, а меня выпустят отсюда. Мы отбелим честь семьи и вернем себе былое могущество, — нервно улыбнулся Люциус и отпрянул, погружаясь в свои мысли.       Драко слабо верилось в то, что говорил отец. Разве Темному лорду есть дело до своих пешек? Он избавится от всех неугодных, как только те перестанут быть ему полезными. И остается лишь гадать, когда пользу перестанут приносить Малфои. Неужели Люциус настолько слеп, что не видит того пренебрежения, с которым к ним относится Темный лорд?

***

      — Мама, не хочешь прогуляться немного? — предложил Драко, выходя с очередного заседания суда.       Нарцисса удивленно посмотрела на сына. Ее взгляд был полон усталости, но она старалась держать лицо на публике. Матушка подошла поближе к своему чаду, медленно и аккуратно поправляя его галстук.       — Ты уверен, что хочешь этого? — волшебница краем глаза посмотрела на мимо проходящих людей, которые не упускали возможности осуждающе глянуть на аристократов.       — То, что отец сейчас под следствием, не отбирает у нас его фамилию. Разве Малфоев должны волновать взгляды каких-то проходимцев? — Драко старался быть воодушевляющим и уверенным, хоть и сам еле сдерживал дрожь в ногах.       Слизеринцу не хотелось возвращаться в мэнор. Не хотелось наблюдать за тем, как матушка снимает маску величественной аристократки, снова превращаясь в подобие призраков, обитающих в Хогвартсе. Хотелось хоть на мгновение продлить эту иллюзию, в которой они с матушкой не сломлены, в которой они твердо стоят на ногах.       — Что ж, думаю, ты прав, — после минутной паузы кивнула Нарцисса.       Малфой улыбнулся, протягивая матери руку. Наконец-то он видит хоть какие-то отголоски его прошлой жизни. Это ли не прекрасно?       Драко с Нарциссой направлялись в атриум министерства. Мысли волшебника были заняты размышлениями о том, какое место им бы следовало посетить, чтобы никто не глазел на них и, тем более, не смел тыкать их носом в грехи отца. Хоть среди аристократии у Люциуса было множество связей, это не спасло его от заключения. Все тут же отвернулись от него, когда он перестал быть им полезным. Сплошное лицемерие. Все это благородство и дружелюбие держится лишь на системе статусов. О каком доверии и помощи в трудную минуту может идти речь, да? Просто нелепо. Хорошо, наверное, простачкам, которые заводят друзей с такой легкостью. Не нужно думать об их полезности, репутации. Можно не бояться, что тебя лишь используют и предадут при первой же возможности. Как же Драко завидовал таким взаимоотношениям. А ведь совсем недавно ему казалось, что и у него есть шанс обзавестись такими друзьями. Вот ведь глупец.       — Здравствуйте, миссис Малфой, — вдруг услышал Драко и оторвался от мыслей. — Привет, Драко.       — Привет, Тео, — удивленно поздоровался глава семейства. Не ожидал Драко увидеть однокурсника в министерстве. — Что ты тут делаешь?       — Был на заседании суда по поводу заключения отца, — вяло ответил Нотт. — А вы?       — Да, мы тоже только недавно освободились, — кивнула Нарцисса. — Тяжело тебе, наверное, дитя? — волшебница сочувствующе посмотрела на Теодора и покрепче сжала руку сына.       Точно, у Тео же нет матери. Получается, он остался совершенно один? И все навалившиеся трудности ему предстоит преодолеть также в одиночестве?       — Спасибо за беспокойство. Вряд ли отца оправдают, — в глазах Тео мелькнула печаль. Драко прекрасно понимал этот взгляд и мог представить, насколько Нотту больно. Тот выглядел измотано, явно не высыпался. Его выдавала синева под глазами и неестественная серость кожи. Тео словно болел, и это не мог скрыть даже опрятный вид.       — Мы планировали развеяться немного. Не хочешь с нами? — Неожиданно даже для самого себя сказал Драко.       Малфой не до конца понимал, зачем предложил это Тео. Ему просто хотелось протянуть руку помощи утопающему, и было совсем не важно, что он и сам захлебывается. Он понимал, что в такие моменты страшнее всего оставаться наедине с собой и собственными мыслями. Возможно, Драко хотел бы, чтобы и ему кто-то предложил нечто подобное.       Нотт немного оживился и мягко улыбнулся. Грусть с лица пропала, но это, скорее всего, была лишь хорошая маска.       — Если вы не против, я бы не отказался.       — Конечно, мы не против. Всем нам не помешает немного отдохнуть от происходящего, — улыбнулась в ответ Нарцисса.       Волшебница протянула свободную руку Теодору, заставляя того невольно опешить. Недолго подумав, Нотт все же взял Нарциссу за руку, хоть его ладонь и едва заметно подрагивала.       Первым делом волшебники решили пообедать. Если задуматься, Драко уже давненько не трапезничал за светской беседой. В последние недели так он вообще предпочитал есть в кабинете, чтобы лишний раз не отвлекаться от бесконечных отчетов и налоговых выписок. Благо, состояние семьи позволяет совершать некоторые просчеты, но все же злоупотреблять этим не стоит, ведь денег хоть и много, но разбазаривать их по глупости совершенно не в стиле рода Малфой.       — Да, у моего отца был небольшой бизнес, с которым я сейчас пытаюсь разобраться. Он приносил неплохой доход, так что было бы весьма неприятно потерять его, — ответил на очередной вопрос Нарциссы Тео.       — Понимаю. Отец не так давно занялся импортом некоторых редких материалов. Он не мало сил потратил на то, чтобы получить лицензию, так что хотелось бы ее, по возможности, реализовать, — кивнул Драко.       Наконец-то Малфой может с кем-то это обсудить. Хоть кто-то в окружении наконец понимает его. У Тео тоже глаза блестели. В Хогвартсе он так себя никогда не вел. Ну, по крайней мере, Малфой этого не видел. Драко краем глаза посмотрел на матушку и заметил, что она удивленно смотрит на него. Наверное, она и не знала, что ее сын все это время пытался разобраться с той горой бумаг, которая вечно украшала рабочий стол ее мужа.       — Вы молодцы, мальчики. Как бы сложно ни было, вы стараетесь все держать под контролем. Это достойно похвалы, — с ноткой грусти сказала Нарцисса. В ее глазах мелькнула какая-то непонятная эмоция, напоминающая раскаяние или стыд. Какой-то странный гибрид, который ранее никогда не входил в спектр эмоций матушки.       Волшебница сделала глоток вина и встала из-за стола.       — Я выйду на балкон подышать свежим воздухом, — мягко улыбнулась женщина и удалилась.       Драко посмотрел на Тео, не зная, о чем еще завязать разговор.       — Ты не против, если мы будем поддерживать связь? — неожиданно спросил Нотт.       — Что ты имеешь в виду?       — Мы могли бы в летнее время вести переписку. Думаю, мы оба можем чему-нибудь научиться друг у друга, раз уж наше положение... чем-то схоже.       А это имеет смысл. Вдвоем им было бы куда легче разобраться во всем этом. Да, возможно, Тео предлагает это ради собственной выгоды, но Драко все равно. Ему бы просто иметь возможность выговориться кому-нибудь, кто хоть как-то его понимает.       — Я не против, Тео. Буду ждать от тебя письма.       На лице Нотта снова появилась эта мягкая улыбка. Забавно, Драко представлял его угрюмым скучным парнем из-за его этого постоянно недовольного выражения лица. Но, в целом, Тео оказался приятным собеседником. Возможно, они могли бы стать... приятелями? Ну, по крайней мере, друзьями по переписке.

***

      А уже в июле на пороге объявились Волан-де-Морт и несколько его приближенных, притащивших с собой небезызвестного мастера палочек.