Sweet harmony

      "Sweet harmony" - remix "Xenturion prime"

      Недавно открытый клуб встречает грохочущей музыкой в большом зале, залитом розовым пульсирующим светом, а-ля, мечта эпилептика. Под потолком медленно крутится дискошар, рассыпая разноцветные брызги. В густом дыме, кутающем танцпол, навязчиво звучат ароматы духов и шоколадного табака.       Сяо Чжань останавливается, оглядываясь.       Когда его друг и одногруппник, Пан Шэн, расписывал ему крутой новый клуб, Сяо Чжань почему-то представлял его по-другому. Был уверен, что не понравится, но тут оказывается довольно миленько. И внутренний голос подсказывает, что сегодня его ждёт интересный вечер.       — Пойдёмте в бар, выпить хочу! — произносит Пан Шэн, переступая порог и подталкивая Сяо Чжаня плечом. — Эй, чего завис? Нравится? А я говорил.       Он увлекает всю компанию за собой. Приходится просочиться через танцпол, уворачиваясь от локтей и колышущихся спин, и вот они добираются до бара, где каждый заказывает себе коктейль. Сяо Чжань тыкает пальцем в первый попавшийся в карте бара.       Хватает глотка, чтобы голова закружилась, ведь за сладостью абрикоса и вишни он распознаёт горькую остроту водки байцзю. Впрочем, это только на пользу, ему определённо давно пора расслабиться.       Пан Шэн втягивает его и остальных в разговор. И если тема близящихся экзаменов ещё более-менее интересует Сяо Чжаня, то переключение на смазливых девчонок факультета, снижает в нём потребность в общении. Друг, конечно, в курсе, что он по мальчикам, поэтому пожимает плечами, извиняясь, что начинал как бы с близкого тебе, а компания увела туда, куда интересно всем.       Сяо Чжань кивает, давая понять, что ничего страшного. Его и правда, это не расстраивает, привык быть белой вороной в любом обществе.       Коктейль медленно убывает в бокале, нагреваясь от тепла ладони. Сяо Чжань заказывает новый. В голове шумит всё больше, и он сам не замечает, как медленно отползает на танцпол, раскачиваясь под знакомую мелодию. Он танцует не супер, ему просто нравится таким образом сбрасывать стресс.       Рядом оказывается симпатичная девушка. Она определённо проявляет к нему интерес, провоцируя на знакомство. Двигается эротично, покачивает плечами, стреляет глазами. Но Сяо Чжань вежливо уклоняется от её внимания.       Ведь им уже всецело владеет кое-кто другой.       Он не успел ещё обойти клуб и прицениться, и вот уже как дурак залип на первого же парня, которого увидел. Но тот зажигает просто потрясающе. Танцпол, да что там, весь клуб замер, чтобы посмотреть на него.       Удивительно, но кожаная куртка, накинутая на широкие плечи, совершенно не мешает ему танцевать. Сяо Чжань видит каждое движение чётко, словно этот высокий стройный парень танцует перед ним голым.       Проклятье! Ну, конечно, фантазия разыгралась, он ведь ещё и красив: идеальный профиль, острые скулы и пухлые губы. Тот самый опасный тип внешности, на который легко запасть. Из-за постоянно меняющегося освещения Сяо Чжань не сразу понимает, какого цвета у него волосы, в один момент они кажутся неоново-розовыми, в другой — салатовыми, в третий — кислотно-жёлтыми. Но вот дела, все цвета идут этому подлецу. Наконец, когда свет выравнивается, становится понятно, что короткие волосы обесцвечены до пепельного блонда и уже выползают корни.       К ремню, поддерживающему рваные джинсы, в изобилии пристёгнуты цепочки и брелоки. За битами не слышно их звяканья, но Сяо Чжань домысливает, что оно гармонично вплетается в узор музыки.       Он невольно подбирается ближе, подбирает заодно и слюни. Скользя взглядом по фигуре парня, он, само собой, останавливается взглядом ниже пояса. И ему становится жарко, потому что от того, как тот вертит тазом, очертания его «кое-чего» проявляются… на бедре! Чёрт побери! Нет, не может такого быть, наверное, это игра света, складки или подсознательное желание самого Сяо Чжаня.       А всё потому, что парень абсолютно эротичными движениями завораживает, крадёт дыхание и разгоняет кровь. Это что-то невероятное!       Но как только он останавливается, пластика и элегантность пропадают. Он криво и по-хулигански усмехается кому-то в толпе и жестом руки отбрасывает волосы назад. Ему свистят и хлопают. Похоже, он тут завсегдатай. Кисти у него, надо заметить, будь здоров.       Нет, вариант хоть и заманчивый, но провальный. Нужно верно рассчитывать свои силы. Если подкатить к такому, можно помимо оскорблений ещё и в рожу схлопотать, вон теми вот кулачищами.       Хватит залипать, велит себе Сяо Чжань, и отворачивается. Дрожащими от возбуждения руками подтягивает бокал ко рту и не с первой попытки ловит губами трубочку. Что ж, теперь у него явная проблема. Может, сгонять по-быстрому в туалет?       Но никуда деться он не успевает — на бёдра ложатся чьи-то ладони. Сяо Чжань резко оборачивается, оборвать фамильярный подкат, но возмущение застревает в горле вместе с коктейлем, потому что Сяо Чжань тонет в тёмных глазах того самого блондина.       На его футболке светится панк с ирокезом и в постоянно меняющемся неоне блестят цепочки на шее. Высвеченные пряди волной лежат над покрытым бисеринками пота лбом. Его взгляд жгучий и сладкий, как соевые палочки со специями.       Он смотрит пронзительно несколько долгих секунд, а потом резко подаётся вперёд. Сяо Чжань отшатывается, но нет, он наклонялся не к губам, а к уху:       — Ну, и чего не подошёл, если так смотрел?       Даже повышенный, за новым начавшимся треком, его голос звучит низко. Просачивается внутрь, проникает под кожу и щекочет… А нет, это не голос, а пальцы, которые уже на спине под рубашкой. Сяо Чжань готов офигеть от такой наглости, но парень делает ещё кое-что: склоняется к бокалу в его руке, обхватывает пухлыми губами трубочку и одним глотком выдувает четверть. А после облизывается словно отобедавший кот.       Он ведь и правда, похож на грациозного и смертельного хищника. И кажется, кое-кто уже попался.       Больше намёков, собственно не требуется. Намерения обоих очевидны.       Наверное, надо как следует подумать над ответом, но алкоголь в крови подталкивает сказать то, что вертится на языке.       — Не был уверен, что понравлюсь тебе, — наклоняясь, отвечает Сяо Чжань.       У парня на ухе металлический кафф в виде дракона, поднявшего крылья. А ещё у него загребущие руки и ненасытные губы. Сяо Чжань узнаёт об этом сразу после фразы, потому что блондин криво усмехается, скользит тёплым дыханием по щеке и жалит его губы, поцелуем-укусом отменяя все сомнения.       Сяо Чжань с усиливающимся головокружением впивается в его плечи. Вблизи и на ощупь они кажутся ещё мощнее и твёрже. Музыка ввинчивается в мозг, горячие пальцы ласкают прогиб позвоночника, в паху немеет.       Байцзю, принятая через губы незнакомца, ощущается совершенно иначе. Прикрываясь сладостью вишни и пряным вкусом поцелуя, пьянит сильнее. Сяо Чжань раскрывает губы, потому что ему надо распробовать, потому что он чувствует отголоски мятной жвачки, почти погасшую горечь табака и желание, неистовое и чертовски заразительное.       Но парню и не требуется приглашение, он берёт сам. Заполняет его рот, глубоко внутри лаская мокрым упругим языком. Уши закладывает от вихрящегося восторга, от крепости объятий, несвойственной для знакомства, для первого поцелуя, для всего этого. Но мягкие губы слишком сладкие и хмельные, и внизу живота всё знакомо напрягается. Пока никому нет до них дела, медлить нельзя…       Они отрываются друг от друга и одновременно выпаливают в музыкальную паузу:       — Давай свалим с танцпола…       — Уведи меня…       Ловят дикие взгляды друг друга и хохочут.       Сяо Чжань спотыкается о чересчур высокий порог, когда вваливается в туалет. Ещё секунда — и растянется на полу, но его спутник ловит его за руку и тянет к себе. Сильно и стремительно. Снова целует так, что искры сыплются из глаз, совершенно не заботясь, есть ли здесь кто-то. А если он не беспокоится, то какое до этого дело Сяо Чжаню?       Он забирается руками ему под куртку, прощупывая ладонями жилистую сильную спину, а парень не отстаёт, жадно и требовательно шарит по его телу, сжимает и гладит, ласкает и будоражит. Он всего на миг встречает его совершенно чумной взгляд, невероятно, что он заставил этого красавчика потерять тормоза. Собственно, свои он просрал ещё на танцполе, вместе с не пойми куда девшимся бокалом коктейля. Он давится вдохом, когда парень, прижимая его к себе за бёдра, мокро присасывается к шее.       — Как ты так можешь? — с трудом выдыхает он, не уточняя, что именно: целоваться, залезая языком в глотку, грубо и вместе с тем бережно обнимать или прожигать жизнь в клубах, занимаясь случайным сексом? А то, что между ними как раз это и произойдёт, не остаётся сомнений. Сдать назад? С ума сошли?       — Потому что ты такой, — хрипло отвечает блондин.       Наверное, он всем так говорит, но Сяо Чжаню не обидно, ведь он до крайности возбуждён. Услышь он даже ответ невпопад, не остановился бы.       Он больно ударяется о косяк кабинки, но тут сам виноват: ноги, точно кружевное полотно, совершенно его не держат. Парень подхватывает, протаскивает внутрь и отрезает их от внешнего мира. И стоит ему это сделать, как по волшебству пропадает весь стыд. Сяо Чжань позволяет расстёгивать пуговицы своей рубашки, пока сам воюет с пряжкой ремня джинсов, с замком и… твою-то мать…       Упругая твёрдость под ладонью, ещё укрытая тканью, кажется чересчур большой, а стоит оголить… Становится ясно, что игра света и уловки со складками — полнейшая хрень.       Сяо Чжань произносит вслух что-то нецензурное и яркое, и это тонет в шуме сливаемой воды. Парень затыкает ему рот ладонью, на взлёте глуша очередное эмоциональное ругательство, и предупредительно вскидывает бровь. Хлопает соседняя дверь кабинки, и кто-то очень спешно покидает туалет, даже не сполоснув руки.       Парень прыскает, Сяо Чжань тоже. Это оказывается приятно — улыбаться в большую тёплую ладонь. А потом его рот оказывается освобождён, а парень, криво ухмыляясь, надавливает ему на плечо и не отпускает, придерживает, когда тот встаёт на колени.       Сначала Сяо Чжань касается рукой, наглаживая, пытаясь прочувствовать, определить, как действовать: зажимать сильнее или, наоборот, ласкать нежнее. Наклоняется и замирает всего на мгновение, перед тем, как обхватить губами головку, пропустить её в рот, неглубоко, подстраиваясь, привыкая, знакомясь. Ощутить, как самому нравится. Позволить себе уплыть от терпкого запаха и плотного скольжения во рту.       Над головой раздаётся тяжёлый выдох и пальцы сильнее впиваются в плечо, а потом ласкающую кисть Сяо Чжаня откидывают. Парень качает бёдрами, входя в его рот глубже, давая понять, что хочет без рук. Сяо Чжань пробует, потому что ему хочется тоже, он продвигается медленно, а потом сразу подаётся до предела. Он думал, что справится, но размер очень уж сверх его ожиданий. Слёзы брызжут из глаз, он надрывно кашляет, пытаясь удержать в желудке всё недавно съеденное и выпитое.       — Эй, не усердствуй так, я не это имел в виду… — тёплые пальцы тут же скользят по губам и подбородку, стирая слюну, а Сяо Чжань решительно смахивает слёзы и набрасывается с новыми силами.       Он больше не пытается проткнуть себе горло членом, ведь ему нравится скользить мокрыми губами по гладкой головке, ощущать, как поджимаются яички, когда он накрывает их рукой, или работать губами и языком так, будто он целуется… Стоит о таком подумать, как щёки вспыхивают, и Сяо Чжань, в надежде, что парень на него не смотрит, поднимает взгляд.       И чуть снова не давится, потому что тот, само собой, и не думал отворачиваться.       — Какой же ты старательный, повезло мне, — блондин пытается произнести это с усмешкой, но тяжёлое дыхание подтверждает получаемое удовольствие, а взгляд, вероятно, обладает силой искривлять пространство и время, заставлять его течь в особом ритме.       Парень не спрашивает, любит ли Сяо Чжань сосать в туалетах клубов и как часто это делает. Он и так производит именно такое впечатление. А он всё равно не сможет разуверить или подтвердить, потому что рот занят. Да и какое это имеет значение?       — Дашь себя трахнуть? — спрашивает незнакомец хриплым голосом.       Наверное, у красивых сексуальных парней так принято. У Сяо Чжаня же вспыхивают его уши, а щёки расцветают таким красивым алым, что позавидовали бы самые пышные розы. Но он ведь здесь для этого, собственно, почему нет? Да и как отказаться, если в брюках уже тесно и мокро, если ему до смерти хочется ощутить этот член в своей заднице.       — Только с резинкой. Не хочу потом танцевать, когда из меня будет течь, — он бросает это пренебрежительно, словно для него всё это привычное дело, ему ведь не хочется показаться «зелёным» юнцом рядом с этим крутым парнем.       Он быстро поднимается на затёкшие ноги. И глаза, хитрые, тёмные, пьяные, не алкоголем, а страстью, оказываются совсем близко.       — Если у тебя есть, то ладно, — пухлые губы кривятся в усмешке, намекая на самонадеянность, потому что после секса с ним он вряд ли будет нормально ходить, не то, что танцевать.       Само собой, такие парни ничего подобного с собой не носят. Сяо Чжаня всего на мгновение накрывает душной обидой, а после его притягивают к себе, целуя жадно и сладко. Так остро, словно пузырьки выпитого коктейля устремляются в голову и пытаются просочиться через неё наружу. Ноги скользят куда-то, но вокруг талии крепко обвиваются сильные руки.       Сяо Чжань чувствует под собой горячее тело через тонкую ткань футболки, скрипит кожанка, а цепь на ремне звенит от стука о кафельную стенку, когда Сяо Чжань сильно притирается к парню бёдрами и яростно сосёт его язык.       Он пьян и возбуждён. Чёрт побери, завтра он проснётся с похмелья в комнате общежития, но саднящее жжение в заднице напомнит, что вчера было хорошо, и должно будет сгладить угрызения совести по поводу того, что он позволял себе с офигенным красавчиком, чьего имени даже не знает.       Его на миг как обжигает. Хочется спросить, но, наверняка, он ответит какую-нибудь пошлость в духе: «зови меня «Папочка» или «мистер Большой Член». Тут не поспоришь, да, но… хрен с ним, честно говоря, пусть эти жаркие руки лучше продолжают гладить его узкую спину под полурасстёгнутой рубашкой. Ласково, но настойчиво, отчего совершенно плывёт голова. Вожделение врывается, испаряет алкоголь, дурманя иным, неизведанным и сладким. И таким сильным, что Сяо Чжань стонет.       Наверное, у него фетиш на такие ласки, а он узнал только сейчас.       — Прибереги стоны, мы ещё даже не начали, — отталкивает его блондин, и от былой нежности не остаётся и следа. Он быстро расстёгивает «молнию» и спускает с Сяо Чжаня брюки, а после разворачивает спиной и вжимает в себя.       — У них как бы нет лимита, — возражает тот немного грубо, потому что ощущение члена этого проклятого и до смерти красивого парня прямо под ягодицами — офигенное. Под ягодицами? Нет, этот засранец умудрился раздвинуть их, уложив в горячие ладони. Расстёгнутая молния холодными жёсткими зубьями задевает нежный вход, и от этого натурально разъезжаются ноги.       — Зато лимит есть у меня, — растревоженным голосом произносит парень. — Где там твои резинки, смазка? Давай скорее.       Сяо Чжань вечность ковыряется в кармане и чуть не роняет два маленьких фольгированных квадратика, потому что руки у него трясутся, а сознание мутнеет, потому что парень устраивает его на себе так, что напряжённый член врезается прямо в раскрытую ложбинку.       Не отнимая рук, он сильнее сжимает ягодицы, и Сяо Чжань всего на мгновение задумывается, как же он возьмёт пакетики. А потом все сомнения проходят, когда парень мокрым языком широко лижет его в шею и захватывает великую ценность губами, не забыв обдать жаром кожу в оттянутом вороте рубашки.       А после убирает руки и шуршит за спиной.       Сяо Чжань только сейчас замечает, что почти сидит на его бёдрах, это при том, что они оба как бы стоят, но блондин не выказывает никакого дискомфорта. Сяо Чжань собирается спросить, удобно ли ему, как музыка резко становится громче, и кто-то спотыкается на пороге и громко матерится.       Сяо Чжань взвивается, но парень удерживает его твёрдой рукой и щиплет за бок. Перегнувшись через плечо, он видит, что у того во рту до сих пор квадратик презерватива, а пальцы уже блестят от смазки. Сяо Чжань шипит под пьяное бормотание незваного посетителя, а потом закусывает губу. Щёки вспыхивают от стыда, потому что когда тебя растягивают под звуки льющейся струи — это такая себе романтика. Хотя о ней изначально не шла речь.       Сяо Чжаню кажется, что он никогда в жизни не расслабится, однако пальцы беспрепятственно погружаются в него всё глубже, настойчиво раздвигают стенки, и он благодарен за то, что посетитель в соседней кабинке громко матерится, потому что с его собственных губ срывается пошлый стон, а тело охватывает дрожь.       Ему хочется ещё, но нужно быть тихим, а какой-то долбанный дизайнер придумал его обуви скользкую подошву, потому что когда Сяо Чжань пытается переместиться удобнее, чтобы не отклянчиваться так, то подошвы едут по полу, и блондин удерживает его, спасибо, не пальцами в заднице, а ладонью поперёк талии. Она ложится очень хорошо, скользит по плоскому животу выше и опрокидывает себе на грудь. Волшебный квадратик пропадает изо рта парня, когда он, жарко шепнув на ухо: «Тише», словно нарочно делает всё, чтобы спровоцировать Сяо Чжаня на «громче»: плотно вталкивает в него ещё один палец, приподнимает кистью подбородок и смачно присасывается к изгибу шеи.       Сяо Чжань готов проклясть закупщиков клуба за то, что они продают в баре пиво. Он мечтает только о том, чтобы чёртов парень наконец перестал обоссывать унитаз, и оставил их одних. Пальцы отпускают его подбородок и перемещаются вниз, захватывают в кольцо его мокрый и твёрдый, как камень, член. И от мерного раскачивания кисти тело охватывает дрожь и огонь, быть тихим становится всё сложнее.       «Сладкий», — снова шепчет блондин, и Сяо Чжань запрокидывает голову. Он совершенно порабощён. Сердце тяжело бухает в груди.       На танцполе заводят абстрактный ремикс на «Sweet harmony» группы «The beloved». Трек на миг становится громче, и блондин бёдрами, как движком, отталкивает Сяо Чжаня от себя и прижимает к стене.       — Наконец-то свалил, я думал, придётся трахать тебя так, — самонадеянно отзывается он.       У Сяо Чжаня кружится голова. Он не видит, что парень делает за его спиной, но очень надеется, что именно то, что нужно. Потому что у него уже ноют виски от до сих пор нереализованного возбуждения. Он касается себя, и пусть рука парня делала это приятнее, он всё равно, не рассчитав эмоций, стукается о стенку, но под лоб тут же опускается большая тёплая ладонь.       — Бейся сюда, если хочется. Не калечь своё красивое личико.       «Красивое?» — почти спрашивает Сяо Чжань. «Почти» потому что, что парень, придерживая себя, заполняет его под чёртово «Let's come together, right now…».       И остаётся только сердцебиение в висках, шум крови и грубые глубокие толчки. Сяо Чжань вцепляется пальцами в перегородку, повисая на ней, пока блондин резко двигается в нём, крепко держа за бёдра. Слишком, всё это так слишком…       — Я всё делаю правильно? Мне ведь не нужно помедленнее? — снова отзывается за спиной этот дьявольский парень.       Небеса, откуда он знает, что его нужно трахать именно так? В быстром ритме. Остро, сильно…       — Нет, чёрт тебя побери, нет… — выдаёт он.       О том, что в таком темпе он очень быстро доходит до грани, парень очевидно тоже откуда-то знает. Может, умеет читать мысли? Потому что через несколько минут замедляется, а потом и вовсе выскальзывает, дразня вход головкой.       — Какой ты раскрытый, о боги! — выдыхает он сорванным голосом, и Сяо Чжань почти горд, что этот сексуальный красавчик теряет с ним контроль. Он-то свой давно потерял.       Поэтому и говорит сейчас жуткую пошлость:       — Просто таких больших у меня ещё не было.       — А какие были? И как много? — парень мгновенно напрягается.       Сзади уже всё мокро от смазки, потому что он продолжает издеваться, заскальзывая внутрь только головкой, заставляя содрогаться всем телом. У Сяо Чжаня трясутся руки, он готов сделать, что угодно лишь бы вернуть ощущение заполненности. Только не попросить напрямую.       — Мало… Было мало…       — Это хорошо, — усмехается парень за спиной.       И в качестве награды входит наконец на всю длину и двигается размеренно и хлёстко, шлёпая бёдрами по ягодицам и сильнее притягивая к себе. Сяо Чжань прикрывает глаза, потому что каждый толчок отзывается в теле гудением. Оно поднимается из глубин, нарастает и заполняет каждую клеточку возбуждённого до предела тела.       Блондин скользит обжигающе горячими ладонями на живот и выше, прищипывает соски, и Сяо Чжань верно карабкающийся наверх, резко срывается, отрезвлённый и обманутый. Он прижимает плечом пальцы парня, но тот, само собой, его отталкивает и щиплет сильнее. Так, что по телу проходит нереальной силы дрожь, а член внутри ощущается огромным и твёрдым.       Потом он, конечно, перестаёт терзать соски, спускает ладони вниз и зацепляется пальцами за выступающие тазовые косточки. Ощущение полёта подкатывает, и Сяо Чжань медленно поднимается на цыпочки. Поднятые руки затекают, выгнутая под не пойми каким углом поясница ноет, но он не просит пощады.       Он вздрагивает всё сильнее и стонет всё громче. Биты за стеной долбят прямо в мозг, сталкивая его с обыденной оси. Сегодня всё по-новому, необычно и хорошо. Похоже, он даже не коснётся себя, когда испытает потрясающий оргазм. Он такое только в порнухе видел.       Ещё немного, ещё чуть-чуть…       Но парень вдруг выскальзывает из него и сочно матерится.       — Блядь, не могу кончить в чехле. Ничего, если сниму?       Сяо Чжань не успевает среагировать, как его уже снова заполняют, но на этот раз он чувствует жар на входе.       — Ты что, твою мать, творишь? — бурно возмущается он, пытаясь отстраниться, но его сжимают крепче и целуют в ухо, будто успокаивают ребёнка:       — Не бойся. Ты сказал, что у тебя было мало партнёров, а я на прошлой неделе проходил медосмотр в универе. У меня всё нормально. Так что порядок, да?       Порядок? Какой на хрен, порядок?       Разомлел и позволил отыметь себя. Парню, который неизвестно скольких перетрахал. Парню, имени которого он даже не знает. Наврать про медосмотр — делов-то.       — В каком универе? — спрашивает он с надеждой.       — В Пекинском государственном. Я только перевёлся, там всегда требуют.       Это правда. Сяо Чжань знает, потому что сам там учится. Потому что сам проходил осмотр в прошлом месяце.       Осознание, что парень не соврал, и что они из одного учебного заведения, как-то быстро его успокаивает. Ощутив, что он расслабился, блондин снова глубоко вталкивается, а после запускает руку между ног и отводит бедро в сторону. Стоять так долго невозможно, но ладонь держит так хорошо, а невесомость, добавляет ощущений.       Изогнутый под нереальным углом Сяо Чжань тихо скулит, потому что на нормальные стоны его уже не хватает. Его уже не на что не хватает. Голова плывёт, и он концентрируется на сбитом дыхании парня. Он двигается в нём плотно и хорошо, как чёртов метроном. Да, с чувством ритма у него всё прекрасно. У них в универе есть танцевальный кружок, но Сяо Чжань, само собой, никогда там не появлялся. А сейчас ему интересно, состоит ли в нём этот блондин. Он хочет узнать о нём больше, и рассказать соответственно.       Хотя одну важную деталь о нём этот проныра уже знает. Как довести до оргазма, не касаясь себя.       Остатки алкоголя с шипением растворяются из головы, когда Сяо Чжань кончает с искрами из глаз. А следом ощущает жар сзади. Парень выплёскивается ему на ягодицы и раскрытый вход.       — Крышесносно. Небеса, ты офигенный, — выдыхает он, и от того, какой сладкий у него голос, можно сойти с ума. — Ну, что, пойдёшь теперь танцевать?       — Нет… — мотает головой Сяо Чжань на выдохе и слова булькают в горле.       Он поворачивается и прислоняется к стене. Поднимая руку, смахивает с глаз чёлку, а заодно вытирает вспотевший лоб. Надо как-то штаны на задницу подтянуть, а пальцы как на зло сильно трясутся.       Блондин наблюдает за ним исподлобья. Но Сяо Чжаню не страшно, он заворожён. Этой мощью и харизмой в тёмных глазах. Соблазном и игривостью в мягком изгибе пухлых губ, дерзостью и прямолинейностью резких черт скуластого лица.       Наверное, нужно что-то сказать? Типа, «Спасибо, было круто! Давай, пока?» Но он чувствует острую боль в груди и сожаление, что всё это затеял. Потому что ему до смерти не хочется расставаться. По каким-то странным причинам он ощущает этого незнакомца близким и хорошо знакомым.       С трудом отрывая от него взгляд, он приводит себя в порядок, с каждой секундой ощущая, как холодеет между ними воздух, как неловкость вползает в кабину и с удобством располагается. Теперь задержать взгляд — нарушение правил случайного секса в клубах. Но у него так красиво встопорщилась прядь над алеющей щекой, зацепилась за кафф, что Сяо Чжань отводит взгляд раз, другой, а на третий тянет руку.       Парень немедленно перехватывает пальцы и крепко сжимает, даже когда понимает, что угрозы ему нет и можно не щуриться с таким подозрением.       — Волосы запутались, я хотел убрать… — оправдывается Сяо Чжань. — И спросить кое-что. Как тебя зовут?       Блондин не отпускает его руку, а взгляд становится гуще и насыщеннее.       — Ты в первый раз, да?       — Что? — хмурится Сяо Чжань. — С чего ты взял?       Получается слишком резко, потому что его раскрыли. Он впервые не только в этом клубе, но и на коленях в туалете. Его партнёров можно сосчитать по пальцам одной руки, а боль от отношений с последним и потащила его сегодня развлекаться не с учебниками, а с друзьями Пан Шэна.       Сегодня он впервые переспал с кем-то на первом свидании, даже не зная имени. С кем-то, кто сильно понравился. Потому что боялся упустить шанс.       — Очевидно же, — пожимает плечами парень. — По тому, как ты не слинял сразу, а захотел пригладить мне волосы. А теперь ещё и имя спрашиваешь. Ясное дело, неопытный.       — Не понравилось, так, проваливай, нечего меня оскорблять, — вспыхивает Сяо Чжань, выдёргивая руку. — У тебя то, несомненно, огромный опыт.       Он щёлкает задвижкой и вываливается наружу. В чём было оскорбление, он вряд ли сможет объяснить, но грудь жжёт от обиды. Дурак, он такой дурак. Не стоило приходить!       — Эй, ты, чокнутый! Стой! — несётся ему вслед.       Голос стремительно приближается. Горячие пальцы опутывают, но Сяо Чжань вырывается, отталкивает и… оказывается прижат к стене, с распятыми в стороны руками. Он лягается, но блондин вжимается сильнее, блокируя движение.       — Да отстань ты! Пусти, сказал…       — Не пущу, пока не выслушаешь! Нет никакого опыта. Мы с тобой одинаковые. Сегодня просто мой знакомый выступает. Вот, кстати, он сейчас поёт.       — Так иди и слушай, — Сяо Чжань с трудом вырывает одну руку и упирается в плечо парню.       — Но я хочу быть сейчас здесь, с тобой. Меня зовут Ван Ибо. А тебя? Может, свалим отсюда куда-нибудь в тихое место? Не люблю клубы.       Он обтекает сильным телом, обнимает так крепко, что не вдохнуть, жарко дышит в шею, и это так хорошо, так правильно и приятно, что молотьба кулаками становится всё слабее, а низкий голос прямо в ухо — увереннее.       Сяо Чжань прикрывает глаза и сдаётся дрожи. От услышанного на душе становится легко. И раз уж у них так всё быстро происходит, то ладно, значит, так угодно госпоже судьбе.       Он молчит несколько мгновений, а потом вздыхает.       — Ибо, значит. А я Сяо Чжань. И я тоже не люблю клубы. Давай уйдём, — выдаёт он, закусывая губы.       Ибо отстраняется и улыбается так отчаянно и ярко, что в груди расцветает целый букет. Сяо Чжань больше не сомневается в своём решении. И улыбается в ответ.       — Приятно познакомиться, — выдыхает Ибо ему в губы, прежде чем раскрыть их нежным поцелуем.       А на танцполе сумасшедший ди-джей снова ставит пресловутую «Sweet harmony».