The best friend of my boyfriend

Луи: Все эти дни, недели и месяцы, я лишь пытался заполучить твой поцелуй. Кайла: Я никому не расскажу о том, как ты переворачиваешь мой мир. Никому не расскажу о том, что твой голос — мой любимый звук. Луи: Интересная строчка. Кайла: Твоя тоже. Думаешь, этот парень так долго хотел заполучить поцелуй той девушки? Недели, месяцы. Луи: Думаю, да. Уверен, что он хотел поцеловать её с момента их первой встречи. Луи: «Твой голос — мой любимый звук». Чертовски нравится эта строчка. Мне тоже, и, к сожалению, кажется, она о тебе, идиот. Кайла: Внезапно появилась в голове.

***

— Лиам, ну возьми меня с собой! — прошу его об этом, наверное, уже в сотый раз. Старшекурсники устраивают вечеринку в честь начала учебного года, и мне запрещён вход на это мероприятие. — Я же сказал, — Лиам подтягивает пакеты с продуктами, пока мы заворачиваем к нашему дому, — тусовка будет в загородном доме Меган, поэтому я не могу тебя взять. Меган. Бешеная стерва, повёрнутая на идиотских правилах иерархии университета, когда в других учебных заведениях давно отказались от этого глупого разделения на «старших» и «младших». Решаю надавить на жалость и выдаю тяжёлый грустный вздох, на что Лиам закатывает глаза, и моя актёрская карьера тут же летит к чертям вместе с поднятым вверх средним пальцем. — Почему ты не пристаёшь к Гарри с этими дебильными просьбами? — Потому что не хочу быть назойливой девушкой. — А назойливой сестрой ты можешь быть, да? Отвали и решай свои проблемы сама, сучка. — Смотри, — указываю на грузовик у входа в дом, — у нас новые соседи. Мужчины в униформе разгружают огромный грузовик, таская коробки и мебель. Из-за открытых дверей кузова показывается девушка, и она кажется до невозможности крошечной на фоне гигантской машины. На ней светлые джинсы, в которые заправлена лёгкая блуза бутылочного цвета. Пепельно-белые волосы убраны в хвост, а крупные локоны прыгают на хрупких плечах, пока она семенит за грузчиками с просьбой быть аккуратнее со стеклянным столом. — Добро пожаловать! — Лиам произносит это таким слащавым тоном, что к горлу подкатывает тошнота. — Похоже нашему дому повезло обзавестись новой прекрасной соседкой? Пока мой брат пользуется такими подкатами, у него будут проблемы в личной жизни. Точнее, у него просто не будет личной жизни. — Спасибо, — широко улыбнувшись, она останавливается напротив и протягивает ладонь. — Ванесса, можно просто Несс, и этот переезд сводит меня с ума. Если бы не солнце, просвечивающее сквозь зелёную блузу и открывающее вид на плоский живот, я бы подумала, что Ванесса в корсете, потому что нельзя иметь такую неестественно тонкую талию. — Я Лиам, — если он улыбнется ещё шире, клянусь, у него треснет лицо, — четвёртый этаж. Опустив пакеты на асфальт, он обхватывает ладонь Ванессы и вместо того, чтобы пожать, оставляет поцелуй на тыльной стороне. Издав смешок, тут же маскирую его за кашлем. — Кайла, — отыгрываю такую же широкую улыбку, пародируя томный тон Лиама, — четвёртый этаж. — Рада, что буду жить с вами на одном этаже, ребята, — прикусив губу, Несс поглядывает на грузчиков, явно боясь, что они могут повредить вещи в коробках с надписью «стекло». — Я просто обязан помочь. — Нет-нет, не стоит. — Уверяю тебя, грузчикам не стоит доверять хрупкие вещи. А я буду осторожен с этими коробками так, будто они девственницы. Он что, действительно сказал это вслух? — Кайла, — щёлкнув пальцами, Лиам указывает на пакеты, — отнеси пока в квартиру. С грустью опустив взгляд на переполненные пакеты, покачиваю головой. — Как-то неловко вышло, — Ванесса выдаёт улыбку, потирая ладони между собой, — давай я помогу. — Не стоит, я справлюсь. Знаешь, мой брат жутко заботливый и неравнодушный человек, как только видит, что кто-то нуждается в помощи, то летит на подмогу как Супермен. Раздаётся приглушённый звон битого стекла — Лиам уронил коробку. Идиот. Не хочу знать, что он там делает с девственницами, но надеюсь, что всё не так плохо, как сейчас с этой коробкой. Вечером Несс заходит в гости, чтобы угостить нас печеньем, которое испекла сама. Это приводит Лиама в детский восторг. За чаем Ванесса делится краткой историей своей жизни: она так же, как и я, поступила на дизайнера, у неё есть старший брат по имени Джексон, который учится в Йеле. А мой старший брат, тем временем, думает, что авангард — это название спортивного магазина и не более. А термин «Рококо» каждый раз заставляет его истерично смеяться.

***

Первый день учёбы, а мне уже не поднять Лиама с кровати. Он зависал в Севен до самой поздней ночи, а теперь отвечает недовольным стоном на все мои толчки и пинки. После того как Лиам в восьмой раз посылает меня на хрен, я сдаюсь и набираю Гарри, чтобы забрал меня из дома на своей машине. — Хочешь, я поднимусь и разбужу его? — предлагает Гарри с улыбкой, которая не несёт в себе ничего хорошего. Мне хочется поддаться соблазну и посмотреть, каким именно пыткам он подвергнет моего ленивого брата. Но ещё больше мне не терпится погрузиться в студенческую жизнь. — Это мой первый день в универе, не хочу тратить его на разборки с Лиамом, — плюхнувшись на сиденье, захлопываю дверцу. — Может, завтра? Раздаётся двойной автомобильный сигнал, мы оборачиваемся, и я вижу Луи, лучезарно улыбающегося за рулём чёрного форда. Ребята проводят немые переговоры: Лу взмахивает рукой, указывая в сторону выезда, на что Гарри кивает. Натянув улыбку, Томлинсон показывает нам средний палец, а затем машина с рёвом срывается с места. — Засранец, — усмехнувшись, Гарри сжимает пальцами руль. — Детка, держись крепче. Ну всё, понеслась. Нас снова ждёт дурацкое соревнование на скорость. Судорожно пристёгиваю ремень безопасности, потому что в прошлый раз из-за этих гонок наперегонки я хорошенько приложилась виском к боковому стеклу, а после долбанулась лбом о приборную панель. Ненавижу эти глупые соревнования. Мы быстро нагоняем форд. Открыв окна, ребята переговариваются и со смехом продолжают обзывать друг друга. Тёплый ветер бьёт по щекам и треплет мои волосы, в воздухе пахнет горячим асфальтом. Делаю звук радио погромче и, стараясь расслабиться, пытаюсь не думать о том, что участвую в шуточной гонке. Поворачиваю голову и чуть подаюсь вперёд, Луи внимательно смотрит на дорогу, солнце светит прямо в лицо, поэтому он подхватывает солнечные очки с приборной панели и надевает на глаза. На губах улыбка, ветер треплет каштановые волосы, и я снова ловлю себя на идиотской мысли о том, что хочу нарисовать этого парня. — Сейчас пойду на обгон, — выдыхает Гарри, с нетерпением подпрыгивая на месте. — Да подвиньтесь вы уже с дороги, козлы! Вот сейчас обгоним! Лу поворачивает голову, и, натянув улыбку, я вскидываю руку, показывая средний палец. Брови парня ползут вверх, но улыбка становится только шире. Из моих лёгких вылетает смех, когда мы обгоняем Луи и перемещаемся в его ряд, оставляя черный форд позади. — Чёрт, бабуля, давай быстрее! — Гарри шлёпает по рулю, сигналя минивэну перед нами. — Давай же! Машина тормозит на мигающем жёлтом сигнале светофора, а заодно запирает нас в тупике, и мы с Гарри одновременно чертыхаемся, потому что не успеваем перестроиться в другой ряд, в отличие от Луи. — Мне жаль, девочки! — кричит он, и успевает пронестись вперёд на жёлтый. Луи сигналит нам два раза на прощание, и блеск его отполированного автомобиля быстро скрывается из виду. — Какого чёрта долбаные старухи делают на дороге с самого утра?! — шумно выдохнув, Гарри хлопает ладонью по рулю и, повернув голову, тут же округляет глаза. — Ты чего смеёшься? Это не смешно, Кайла, мы же проиграли! Пожав плечами, качаю головой, продолжая смеяться. То ли этот смех вызывает нервничающий, как ребёнок, Гарри, то ли потому, что Луи всё-таки удалось обогнать нас.

***

Когда мы подъезжаем к университету, Томлинсон уже ждёт нас, прислонившись к капоту форда. Конечно же, он не упустит шанс лично поиздеваться над проигрышем Гарри. — Если бы не старуха, — выдыхает Гарри, захлопывая дверцу, — я бы тебя обогнал. — Конечно, пенсионеры виноваты в том, что ты тащишься по дороге как улитка. Гарри нервно чертыхается и топает ногой, что заставляет Луи рассмеяться. Люблю, когда он смеется. Искренне, даже как-то по-детски. Щурится, но не потому, что солнце светит в глаза, хотя яркий солнечный свет заставляет их светиться каким-то иным, магическим образом. Множество прозрачных морщинок появляются в уголках его глаз, придавая красивой улыбке ещё больше теплоты и света. Смех заразителен настолько, что хочется смеяться вместе с ним. Кто-нибудь позвоните Вуди Аллену, он срочно должен снять фильм о улыбке и смехе Луи Томлинсона. Мы проходим мимо памятника Аврааму Линкольну, который сидит в задумчивой позе, опираясь на ручки мощного кресла, и в его серьёзном взгляде я вижу осуждение. Он будто говорит мне: «Развратное дитя, прекрати пялиться на друга своего парня. Был бы я жив, отправил бы тебя под трибунал». «Был бы ты жив, сам бы на него пялился!» — отворачиваюсь от настырного Линкольна и бреду за спиной Гарри, который тянет меня за руку, не подозревая о том, что меня только что мысленно отчихвостил шестнадцатый президент США в дурацком цилиндре. Мы подходим к круглому фонтану, у которого уже собрались однокурсники ребят. Некоторых я видела, когда приезжала на выходные навестить Лиама и посмотреть университет, а некоторые бывали у нас в гостях, причём не один раз. Найл стоит на мраморном бортике фонтана и, активно жестикулируя, рассказывает что-то смеющимся девушкам. Да Найлер и сам смеётся над собственными шутками, кстати говоря, громче, чем девочки. Царствует и правит в этой компании — Меган. Монарх с сумочкой от «Гуччи», а заодно обладательница блестящих волос, напоминающих чёрный жидкий шёлк. Меган делает селфи со своей лучшей подругой Тиффани, Найл наклоняется и корчит рожицу, чтобы испортить девочкам кадр, за что получает звонкий шлепок по колену и едва не падает в фонтан. Чувствую себя здесь неуютно. Может, дело в Меган и её наигранно-радостной улыбке от встречи со мной, а может в невыносимо сладких духах Тиффани, от которых першит в горле. — Что ж, удачного тебе дня, — натянув очередную улыбку, Меган складывает руки на груди. — Надеюсь, что ничто не омрачит твой первый день в качестве студентки. Увидимся. Ладно, это прозвучало как «Удачи, но тебе пора валить». Она действительно выпроваживает меня. Да-да, первокурсникам нечего делать рядом с третьим курсом и бла-бла-бла. Но пусть отсосёт у Лагерфельда или на кого она там молится. — Спасибо, Мардж, — улыбнувшись, крепче сжимаю ладонь Гарри, а вторую — опускаю на его локоть, всем видом показывая, что никуда не собираюсь уходить. — Ты такая милая. — Я Меган. — Точно, прости, у меня вечно проблемы с памятью на имена. Усмехнувшись, Меган поджимает накрашенные персиковым блеском губы и посылает Тиффани многозначительный взгляд. Видимо, девочки молча заносят меня в чёрный антитрендовый список. Гарри даже не замечает нашей перепалки, прикрытой натянутыми улыбками и, разговаривая с ребятами, просто на автомате прижимает меня к себе. — Я пропустил что-нибудь интересное? — доносится голос Зейна. Держа за щекой чупа-чупс, он едет на скейте, да так ловко маневрирует, словно стоит на доске с самого рождения. Тёмные волосы и красивое смуглое лицо давно вознесли этого парня на верхушку топ-горячих парней университета. К слову, Зейн исповедует религию, именуемую как пофигизм. Порой мне кажется, что если этому парню сказать, что через две минуты рядом с ним будет цунами, он не сдвинется с места, потому что ему похрен и тупо лень. — С того момента, как ты отнял скейт у несчастного первокурсника, — с укором отвечает Сэнди, отвлекаясь от проставления лайков в инстаграме, — не произошло ничего интересного. — Брось, я же верну. — Ты даже не помнишь, как этот парнишка выглядит, Зи. — Да чего ты ко мне прицепилась? — вытащив зелёный леденец изо рта, Зейн отталкивается ногой от земли и, высоко подпрыгнув, переворачивает в воздухе доску, а затем снова встаёт на неё. — Открыла скорую помощь по защите девственников? Фыркнув, Сэнди закатывает глаза. — Позёр несчастный. — Не может быть, вы только посмотрите на это, — вскинув брови, Меган указывает в сторону. — Оливия, мать её, Стоун. Поверить не могу, что у неё хватило смелости заявиться в универ после случившегося. Мы все оборачиваемся, и я вижу худощавую блондинку. Обняв себя за талию, девушка семенит по газону и, опустив голову, натягивает козырёк бейсболки пониже на глаза. Оливия Стоун. Гарри с Лиамом рассказывали о ней не раз за это лето. На вечеринке в честь окончания учебного года, она переспала с выпускником, это засняли на видео, которое разлетелось по кампусу со скоростью света. — Спешишь на занятия по шлюховедению, Стоун? — выкрикивает Тиффани. — Тебе в другую сторону! Зейн и ещё пара ребят начинают стонать, явно пародируя Оливию на видео. Прибавляя шаг, она спотыкается, чем вызывает дружный смех окружающих. К горлу подкатывает тошнота и отвращение. Но больше всего меня удивляет Гарри — он усмехается. Я никогда не замечала за ним этой черты. Потому что её не было. Издевательство и насмешки над людьми — то, что ему не свойственно. И я точно знаю, что эта фальшивая ухмылка на его губах — подделка. Ему не смешно так же, как и мне, но тогда почему он подстраивается под остальных? Ловлю на себе взгляд Томлинсона, сидя на бортике фонтана, он зажимает сигарету между губ и, выдохнув дым, чуть склоняет голову набок, внимательно наблюдая за мной. Во взгляде голубых глаз нет и тени усмешки. Луи ждёт. Словно изучает мою реакцию. — Перестаньте, — прошу я, когда ребята снова начинают громко выкрикивать издевательства. — Хватит. — Что, прости? — Меган оборачивается, а застывшая улыбка на её губах медленно испаряется. — Перестаньте издеваться над ней. Это не смешно, вы же видите, что и так довели её до слёз. Все замолкают и внимание с Оливии мгновенно перемещается на меня, отчего сердце стучит быстрее, а пальцы ног тут же поджимаются. Сэнди посылает мне сочувственный взгляд, а Зейн замирает, прижав к губам чупа-чупс. — Детка, ты чего? Мы же просто шутим, — прижав к себе, Гарри оставляет поцелуй на виске. — Все это понимают, в том числе и Оливия. Ладно, моё мнение против всех, я уже заранее проиграла в этом разговоре. — Мне пора на черчение, — натянув улыбку, чмокаю его в щёку. — Не хочу опоздать в первый же день. Сжав кулаки, семеню в сторону главного корпуса. Чёрт возьми, я даже не знаю в каком блоке у меня занятие. На моё плечо ложится ладонь, и я торможу, нехотя оборачиваясь. Секунду я думаю, что это Луи, потому что он был единственным, кто не смеялся над Оливией, но передо мной стоит Гарри. В зелёных глазах парня отражается беспокойство и недоумение. Протянув руки, он подхватывает мои ладони и, сжав их, склоняется чуть ближе. — Что случилось, Кайла? — Это с тобой что случилось? Почему ты ведёшь себя так? — И как же? — Брось, ты знаешь о чём я. — Нет, не совсем. Невесело усмехнувшись, высвобождаю ладони из его рук и цепляюсь пальцами за лямку рюкзака. — Хочешь сказать, что тебе было смешно? — Ты серьёзно? — устало вздохнув, он потирает лоб. — Хочешь поругаться из-за шутки, которую даже не я сказал? — Ты улыбался, Гарри, тебя это забавляло. Или, уж не знаю зачем, ты только делал вид, что тебя это забавляет. Ты хоть представляешь, каково этой девушке? Кто-то снял её секс на видео и выставил в интернет. Ты сам мне рассказывал, что её травят все, кому не лень, а теперь стоишь там и улыбаешься, видя, как она плачет, пытаясь сбежать от издёвок твоих друзей. Дело не в том, что я строю из себя правильную, дело в простой человечности. Дерьмово, когда тебя далеко не по-доброму стебёт целая толпа. — Слушай, мне правда жаль, что так вышло, но я её не обзывал, — опустив ладони на мою талию, он притягивает меня ближе. — Хочешь, я извинюсь перед ней? — Просто постарайся остановить это дерьмо, если такое вдруг повториться. А зная твоих друзей, такое вполне может повториться. — Я тебя услышал, — опустив ладонь на мою щёку, Гарри нежно проводит по ней большим пальцем. — Эй, это же наш первый день в университете. Помнишь, как мы мечтали об этом? Гарри оставляет на моих губах короткие поцелуи до тех пор, пока я не отвечаю — он расценивает это как сигнал того, что между нами снова всё нормально. Мы и правда мечтали о том, как будем учиться вместе, не отходя друг от друга ни на минуту. Мама говорила, что с таким совместным графиком мы с Гарри надоедим друг другу за пару дней. Я не верила. А сейчас у меня ярое желание сбежать от него. А может, от пристального взгляда Меган, который я чувствую даже на расстоянии. А может потому, что я просто спешу на первое занятие в качестве студентки. Сейчас я хочу вернуться в школу, где мы с Гарри были счастливы и не разделены иерархией статуса в зависимости от курса обучения. — Я всё тот же, Кайла, — шепчет он, скользя губами по моему виску, — и всё так же сильно люблю тебя, поэтому не могу спокойно дышать, когда знаю, что между нами не всё в порядке. — Подхалим. — Скажи, что мне сделать, чтобы исправить этот инцидент? — Эм, помочь мне с картой и показать, где находится кабинет черчения. — Вообще-то, — пальцы забираются под край пуловера, — я имел в виду твои желания в постели. — Сначала учёба, — усмехнувшись, встаю на цыпочки и оставляю поцелуй на мягких губах, — потом разврат. — Когда-то ты считала иначе. — Когда-то я была тупой школьницей. — А сейчас? — Всё ещё тупая, но уже студентка, за учёбу которой родители платят бешеные деньги. Усмехнувшись, Гарри ловит меня за руку и взмахивает пальцами, прося моё расписание с разметкой кабинетов.

***

Луи: Ты в порядке? Кайла: Господи, почему мне кажется, что ты спрашиваешь об этом лишь из жалости? Луи: Да я не об этом. Ты сказала, что у тебя черчение. Скажи мне, что сидишь не на первом ряду. С опаской оглядываюсь, потому что именно там я и сижу. Кайла: Ты что, следишь за мной? Луи: И ты мне ещё говорила, что у меня мания величия. Кайла: Отстань. Луи: Так и знал, что ты займёшь первую парту, зубрила. Кайла: Эй, у меня просто зрение хреновое! Луи: Пересаживайся, потому что профессор Хайдинг жёстко плюется из-за вставной челюсти. Кайла: Пожалуйста, скажи, что это просто тупая шутка. Луи: Однажды его челюсть выпала прямо на первую парту одной девушки. Теперь у неё кличка «протез». Хочешь стать протезом 2.0? Подскакиваю с места и, извиняясь перед другими студентами, ныряю в самую середину аудитории. Когда в кабинет заходит приятная полноватая женщина средних лет, представившаяся как профессор Хайдинг, я тянусь к телефону. Кайла: Господи, неужели я и правда повелась на эту бездарную шутку? Кайла: Протез! Просто гениально, Лу. Долго придумывал? Луи: Первый день всегда полное дерьмо, завтра будет легче, обещаю. Хотел, чтобы ты улыбнулась. С глупой улыбкой пялюсь в экран телефона, а в груди мигом разливается приятное тепло. Кайла: У тебя получилось.