The best friend of my boyfriend

Сидя перед зеркалом, смотрю на своё отражение с отвращением. Перевожу взгляд на прикреплённые к стене полароидные снимки, где мы с Гарри были счастливы. Я только что благополучно смяла в кулак три года отношений и безжалостно выбросила их в урну. Сердце громко стучит, будто я до сих пор стою под тенью дерева, боясь, что Гарри узнает настоящую причину нашего расставания. Но среди этого вязкого болота из отвращения и ненависти к самой себе, я чувствую облегчение. Облегчение от того, что не надо больше обманывать Гарри. Больше не надо врать, мучая себя себя изо дня в день чувством вины. Когда-нибудь эта тяжесть в груди станет легче. Ведь станет? Голова раскалывается от боли, тело ломит, будто меня били хоккейными клюшками. Потерев опухшие веки, плетусь к кровати и беру единственную вещь, которая способна вырвать меня из реальности, а заодно хоть ненадолго избавить от проблем — альбом. Открыв папку, переворачиваю плотные листы, рассматривая наброски: руки Луи, его профиль, снова руки. Чёрт возьми, альбом просто истерзан изображениями Томлинсона. Я что вообще больше ничего не умею рисовать, кроме этого парня?! Захлопнув папку, накрываю ладонями лицо и, издав стон, откидываюсь на спину. Рядом пищит телефон, и я пытаюсь найти его на ощупь, шлёпая ладонью по покрывалу. Слабая улыбка сама появляется на моих губах, когда я вижу имя Томлинсона. И за эту улыбку, я, как по щелчку пальцев, вновь ощущаю привычную вину. А после последних слов Гарри, вдобавок к вине я чувствую острый страх. Луи: Ты в порядке? Пальцы замирают над горящей клавиатурой, пока я раздумываю над ответом. Соврать или выдать правдивый и подробный пересказ этого вечера? Кайла: Да, всё просто супер! Приподнявшись на локтях, смотрю в сторону плотно закрытых штор и борюсь с желанием выйти на балкон. Я не знаю, дома ли Луи. Может, он курит на балконе, а может, проводит время с друзьями. Боюсь его видеть, потому что тогда захочется быть слабой и разреветься, а я из последних сил сдерживаюсь от слёз из-за груза этого бесконечного и ужасного дня. Луи: Кайлер, нет ничего проще, чем врать по смс. Но ты и тут умудрилась облажаться. Ты просто безнадёжна. Издав смешок, покачиваю головой. Кайла: Ладно, я не так уж и супер. Луи: Полностью согласен, ты отвратительна. Кайла: Конечно, ведь я совсем не имела в виду своё состояние. Луи: Плевать я хотел, что ты там чувствуешь. Главное было убедиться в том, что ты осознаёшь, что далеко не супер и очень сильно не дотягиваешь до уровня топ-модели. Не знаю, как ему удаётся рассмешить меня в тот момент, когда хорошее настроение и смех кажутся глупой выдумкой и сказками для детей. Кайла: Пошёл вон из моего телефона. Луи: Жаль, что из головы выгнать не получится, правда? Кайла: Ровно до этого сообщения мне было смешно. Телефон замолкает. Борюсь с желанием написать Луи, но я уже чувствую, что постепенно превращаю свою жизнь в ожидание его сообщений. Так не должно быть. После нашего сегодняшнего разговора стало понятно, что точка должна стоять не только в наших с Гарри отношениях, но и в общении с Луи. Когда раздаётся писк входящего сообщения, я забываю о гордости и тут же подхватываю телефон. Луи: Не знаю, станет ли тебе от этого хоть капельку легче, но мне тоже чертовски паршиво. Палец тянется к иконке вызова, но, стиснув зубы, я заставляю себя поставить телефон на блокировку. Чтобы не поддаваться соблазну, зашвыриваю телефон под подушку и, поднявшись на ноги, плетусь в гостиную. Завалившись на диван перед телевизором, умоляю время идти быстрее. Хочу, чтобы Лиам поскорее пришёл и отвлёк меня своим тупым ворчанием. Женщина в телевизоре драматичным голосом рассказывает о том, как во дворе её дома поселилась ядовитая змея. Создаётся впечатление, что она говорит обо мне, ей-богу. Хотя нет, я далека от змеи, я больше похожа на полупустую банку пива, скатившуюся с лестницы после генеральной уборки. Банка, которая испачкала всё вокруг и никому не принесла пользы. Вздрагиваю, когда раздаётся звонок в дверь. Сжав пульт, поджимаю пальцы на ногах, а стук пульса в ушах заглушает звук телевизора. Вдруг это Гарри? Или Луи? Я даже не знаю, чего не хочу больше. Пусть это будет Ванесса, пожалуйста, пусть это будет она. Поднявшись на ноги, медленно шагаю в сторону двери. Глубоко вздохнув, обхватываю пальцами ручку и открываю. На пороге стоит Луи. В груди одновременно вспыхивают радость и страх. После разговора с Гарри страх каким-то волшебным образом вытеснил чувство вины. Вскинув брови, Луи смотрит на зажатый в моей ладони пульт, который я зачем-то прихватила с собой. — Подумал, что после сегодняшнего дня ты не то что будешь не в состоянии готовить, но и просто забудешь поесть. Приподняв уголки губ, он протягивает пакет из фастфуда. Чёрт возьми, этот парень может просто остановиться и перестать влюблять меня в себя так сильно? — Спасибо, — улыбнувшись, протягиваю пальцы, подхватывая ручки пакета из плотной бумаги. — Я и правда забыла сегодня поесть. — Вообще-то я вёз ещё и молочный коктейль, но потом вспомнил состояние твоей фигуры и решил выпить сам, чтобы уберечь тебя от холестериновой комы. Закатив глаза, вытягиваю руку и шлёпаю по кнопке питания пульта, мечтая, чтобы на Луи он тоже сработал. Облизнув губы, парень издаёт смешок, а я иду в сторону кухни, чтобы оставить там пакет с едой и пульт. Луи остаётся ждать за порогом, мы оба понимаем, что нам нельзя оставаться наедине, а особенно за закрытыми дверями. Мы абсолютно точно наделаем глупостей, о которых будем жалеть. Вернувшись обратно, прислоняюсь плечом к дверному проёму и, обняв себя за талию, смотрю в голубые глаза. Мы молча смотрим друг на друга, издавая тихие смешки и, если честно, я готова простоять так целую вечность. Просто стоять рядом с ним, мне больше ничего не надо. — Прошу прощения за то, что помешал. Я наверняка отвлёк тебя от важного занятия. — Да, я смотрю передачу по «Энимал плэнет» о моих дальних родственницах. — О толстых крысах? — Боже! — рассмеявшись, покачиваю головой. — О змеях, Луи, о змеях! Пошёл вон. Мягко рассмеявшись, он облизывает губы и, вытянув руку, упирается ладонью в дверной косяк. Луи мельком оглядывает меня с головы до ног, и я не понимаю, почему моё тело мгновенно бросает в жар от одного лишь его взгляда. — Знаешь, думаю, что тебе и правда пора, у меня рекламный блок вот-вот закончится. — Но пара минут в запасе ещё есть? — Эм, д-да, там очень длинные рекламы. — Знаю, что меня не должно быть здесь, но всё, о чём я могу думать, так это о том, что ты сидишь здесь и выглядишь жалкой, слишком жалкой. Прикрыв веки, издаю смешок. — Заткнись. — Ладно, я перефразирую, — поджав губы, он пожимает плечами, — всё, о чём я могу думать — это ты, Кайлс. Дыхание тут же сбивается, а кровь в венах становится горячей как кипяток. Пробежавшись пальцами по растрёпанным каштановым волосам, Луи выдаёт слабую улыбку. — Позволишь обнять тебя перед сном? Знал бы он, как сильно я этого хочу. Внутри всё кричит: «Пожалуйста, я умоляю тебя, обними меня», но на деле я молчу. Закатив глаза, Луи цокает языком и, протянув ладонь, ловит меня за руку. Он тянет, и мои босые ступни быстро пересекают порог, а затем я врезаюсь в грудь Луи. Обхватив за плечи, он прижимает меня к себе, опуская голову на макушку. Крепко зажмурившись, обнимаю его в ответ, прижимаясь щекой к мягкой толстовке на его груди. Тонкий аромат парфюма и свежий запах стирального порошка проникают в лёгкие, и я хочу раствориться в этом парне и больше никогда не видеть реальность. Сжав чуть крепче, Луи покачивает меня в объятиях, отчего я хочу улыбаться, а ещё расплакаться. Мне точно пора к психологу. Чуть отстранившись, он опускает ладонь на мою щёку и заглядывает в глаза. — Ты не должна винить себя, Кайлер. — Это слишком сложно. — Это твоё первое расставание. Обещаю, с каждым разом бросать людей будет всё легче и легче. Шмыгнув носом, издаю смешок. — Придурок. — Ты уверена, — едва слышно произносит он, заправляя прядь волос мне за ухо, — что это не эффект сожаления? Может, ты поспешила? — Нет, если я уверена в чём-то на все сто процентов — так в этом решении. Кивнув, Томлинсон подаётся ближе, оставляя невесомый поцелуй на моём лбу. — Лу? — сделав глубокий вдох, сжимаю пальцами мягкую ткань его толстовки. — Гарри думает, что у меня кто-то есть. — Думаешь, он прав? Отлично, только что я была без ума от этого парня, а теперь хочу ударить. — Я серьёзно, — отстранившись, делаю шаг в сторону и, прислонившись к стене, прячу ладони за спиной. — Гарри спросил, и я сказала правду, что у меня никого нет, потому что это так и есть. Но он понял, что у меня есть чувства к кому-то, сказал, что узнает, кто это, и тогда… В общем, нам действительно лучше прекратить общаться. Совсем. Даже не переписываться. Остановившись напротив, он упирается ладонями в стены по обеим сторонам от моей головы, и мне до боли в груди нравится, когда этот парень так близко. Но то, что сейчас я не могу прочесть эмоции в его глазах, делает меня вдвойне уязвимой. Внимательно разглядываю его лицо, острые скулы, плавный изгиб губ и ярко-голубые глаза, обрамлённые тёмными ресницами. Этот парень слишком красив, и теперь я понимаю, что в него невозможно не влюбиться с самой первой встречи, с самого первого взгляда. Я влипла с самого начала, но поняла это только сейчас. — Кайлер, мы пробовали быть друзьями, пробовали не общаться, и я честно могу сказать, что не знаю, что делать с этим, мать его, притяжением. И я не знаю, куда нас занесёт уже в следующую секунду, ведь что бы я ни делал, мои мысли вертятся только вокруг тебя. Но я точно знаю, что ты будешь делать, если вдруг всё вскроется. Нахмурив брови, качаю головой. — Даже не думай, что я буду валить всё на тебя. — Будешь. Потому что так и было. Ты скажешь, что это я поцеловал тебя, я приходил, я писал сообщения. — Но это неправда. Это всегда было по обоюдному решению. Наши разговоры по телефону, переписки — всё всегда было взаимно. Поэтому не смей просить меня об этом. И… Чёрт, — невесело усмехнувшись, потираю лоб, — знал бы ты, как много всего я хочу сказать. — Так выговорись, Кайлер, думаю, тебе это нужно. В глазах Луи нет насмешки, и это немного успокаивает. — Не могу. — Почему нет? — Боюсь, — усмехнувшись, пожимаю плечами, — что потом будет стыдно. — Брось, однажды я видел, как тебя стошнило в лузу бильярдного стола. Хуже уже явно не будет. — Заткнись, — рассмеявшись, накрываю ладонями лицо. — Давай же, Кайлс. Делаю глубокий вдох, собираясь с силами, и у меня пальцы на ногах поджимаются от волнения. — Тогда на Рождество я ответила на твой поцелуй без замедления потому, что хотела, чтобы ты меня поцеловал, Луи. Я хотела этого чуть ли не с первого дня нашего знакомства. Всё это время я будто жила по чужим настройкам, ну, знаешь, типичное мышление: школа, потом универ, затем замуж, дети и ведение быта. И я не сопротивлялась, я просто жила согласно этим установкам. Но теперь я чуть ли не впервые в жизни знаю, чего хочу. И мне стыдно за это желание, стыдно за то, что говорю тебе об этом, потому что ты явно понимаешь, о чём идёт речь. И если ты сейчас вздумаешь пошутить, то я тебя убью. Луи покачивает головой, но уголок его губ приподнимается от желания улыбнуться. — И до сегодняшнего разговора с Гарри мне казалось, что мы с тобой всё равно будем общаться. Да, поначалу будем придерживаться собственных запретов, но потом потихоньку сотрём границы, но… Потом я поговорила с Гарри и поняла, что если он узнает о нас, то… Я просто не знаю, что будет. И больше всего мне стыдно за то, что моё желание быть с тобой сильнее, чем желание уберечь Гарри от боли. Да, пусть это и не значит, что я готова причинить Гарри боль, но это не отменяет того факта, что я действительно думаю об этом. И мне было страшно признаваться тебе в этом, потому что тогда ты решишь, что я ужасный человек. — Я так не считаю, Кайла. В первую очередь ты всё равно думаешь о том, как это отразится на Гарри. Так что ты точно не ужасный человек. Ну, — подняв взгляд к потолку, он пожимает плечами, — да, физически ты отвратительна, но по моральной шкале всё хорошо. Тихо рассмеявшись, покачиваю головой. — Ненавижу тебя. — Знаю. И ещё я прекрасно понимаю тебя, Кайлер, потому что мои желания полностью совпадают с твоими. Хоть где-то мы синхронизировались. — Почему, когда ты говоришь «синхронизировались», то даже простое слово вдруг начинает звучать пошло? — Кайла? — М? — Почему ты звучишь так, будто у тебя недотрах? — Не помню, я уже просила тебя уйти, послав к чёрту? — издав смешок, потираю лоб и указываю на его ладони, прижатые к стене. — В любом случае, ты скрываешь эти синхронизированные желания намного лучше меня. А ещё держишься очень профессионально. Научишь меня этой выдержке? — Тогда придётся тренироваться и проводить много времени вместе. — Тогда не наш вариант, — усмехнувшись, делаю глубокий вздох. — Что ж, по крайней мере мне стало спокойней оттого, что ты не сбежал, узнав о том, что на самом деле творится в моей голове. — Перестань искать причины и поломки в себе, Кайлер, — прикусив губу, Луи покачивает головой. — В тебе прекрасно абсолютно всё. То, как ты морщишь нос, когда смеёшься. Как нервничаешь, когда у тебя что-то не получается. То, что ты знаешь наизусть все дурацкие песни. Я обожаю то, как ты смотришь на меня. Но больше всего мне нравится в тебе то, что ты всегда заботишься о чувствах дорогих тебе людей. Поэтому я пришёл не для того, чтобы мы нарушали правила, я пришёл сказать, что нет ничего плохого в том, что ты чувствуешь. Нельзя винить себя за чувства, появившиеся или пропавшие — неважно. Понимаешь? — Было бы легче понимать это, если бы мои чувства к Гарри пропали до того, как мы переступили черту. Приподняв уголки губ, Луи склоняется ближе. — Хотел бы я показать тебе, что значит перейти черту. У меня в запасе есть несколько интересных способов, и для этого даже не обязательно снимать одежду. Улыбнувшись, он подмигивает. Чёрт возьми, я готова поставить свою почку на то, что этот парень определённо знает, о чём говорит. Оторвав ладонь от стены, Луи касается моей щеки, мягко проводя по ней большим пальцем. — Ты зачем-то упорствуешь и хочешь быть единственной, кто виноват, — прикрыв веки, он прислоняется своим лбом к моему. Почувствовав на губах тёплое дыхание, я едва сдерживаюсь, чтобы не пересечь эти жалкие пару сантиметров между нашими губами. —Просто хочу, чтобы ты знала, что я всегда рядом. Если будет крыть, то ты знаешь мой номер. Просто набери, а с последствиями будем разбираться потом. Идёт? Сбоку раздаётся тихий, тактичный кашель. Вздрогнув, поворачиваю голову и вижу Ванессу. Поджав губы, она взмахивает рукой и опускает взгляд в сумку, судорожно ища ключи от квартиры. Крепко зажмурившись, подавляю недовольный стон и отстраняюсь от Луи. — Несс, я знаю, как это выглядело, но… — Это выглядело, — бормочет она, доставая ключи, — как нечто неправильное. — В первую очередь, — Луи вскидывает брови, — это выглядело, как не твоё дело, Ванесса. — Лу, — коснувшись его плеча, не отрываю взгляда от Несс, — тебе лучше уйти. Сжав челюсть, он кивает. Опустив ладонь на мой затылок, он прикасается ко лбу в секундном поцелуе. Проходя мимо Ванессы, Луи машет средним пальцем в её затылок, и я закатываю глаза. — Несс, постой, — зову я, когда она открывает дверь в квартиру. — Я ничего не собираюсь говорить Лиаму или Гарри, если ты об этом. — Поверь, — прикладываю ладонь к груди, — всё намного сложнее, чем кажется. Это слишком долгая история. Ванесса заходит в квартиру, и я жду, что она хлопнет дверью, но вместо этого она возвращается в коридор. — Ладно, я не хотела выглядеть осуждающей стервой, — вздохнув, она посылает извиняющийся взгляд. — У меня просто был очень хреновый день. — Понимаю. Слабо улыбнувшись, Несс кивком головы указывает на свою дверь. — Это всё действительно не моё дело, но если хочешь выговориться или просто молча выпить вина, то я буду рада. С облегчением выдохнув, посылаю ей улыбку и киваю, принимая приглашение.